Тайная жизнь Арии

Она была хрупка. Сейчас она была Ариной: тихой, безликой, сосредоточенной на цифрах обычной офисной пылью. Ее серый костюм идеально подчеркивал стройные изгибы тела, белая рубашка и строгий галстук – скрывали тонкие линии острых ключиц. Строгий пучок белоснежных волос, минимум косметики и сосредоточенный взгляд.

– Подойди, – приказал Ипполит, сделав жест призыва. Арина подошла к ним. Клетками кожи она чувствовала магнетическую тягу, исходящую от Ярости. Он стоял в метре от нее, разглядывая цифры в отчете.

– Арина, будет контролировать все счета фирмы и помогать Дмитрию в поиске финансовых ловушек, – он с довольной улыбкой заглянул Арине в глаза. – Это смело, выступить перед советом директоров с таким заявлением.

– Ипполит Геннадьевич, – робко проговорила она, – я за честность в компании. Мне проблемы не нужны.

– Это похвально, – при всем его леденящем взгляде, он не мог скрыть неподдельного восхищения. – Со следующей недели ты приступаешь к работе в башне Москва-сити. Ангелине необходима твоя помощь.

Тем временем Ярость оторвал свои темные глаза от таблиц и спросил:

– Тут ОДДС расходится с ОПУ, где сводки балансов? – он глянул на Арину. Она подошла к нему, затаив дыхание. Сердце бешено колотилось в груди, ей хотелось коснуться пальцами по коже. Но это было рискованно.

– Вот тут, графа два, абзац пятый, – она наклонила голову к документам, судорожно ища необходимый пункт. Он заметил, как дрожат ее руки и тихо тихо спросил:

– Вы пахнете миндалем… каким парфюмом вы пользуетесь?

Арина от неожиданности отскочила от него. К чему все эти вопросы?!

– Я… я не пользуюсь парфюмом, – так же тихо ответила она. – Аллергия…

Он ничего не ответил, лишь отвел свой взгляд снова в таблицы.

– Ипполит, – проговорил он своим обволакивающим бархатным голосом, – суть мне ясна. Когда приступать к работе?

– Давай через неделю, – ответил CEO. – За это время Арина передаст дела, Ангелина немного вольется в структуру. Ну а ты… можешь пока ознакомиться с СБ и их внутренней стратегией.

На этой ноте, Арину отправили в привычное для нее место – старый и родной офис аналитики. Она шла опустошенная и безжизненная. Какую злую шутку с ней сыграла встреча с Яростью. К чему это приведет?

Глава 5

Всю следующую неделю Арина была погружена в работу, ей нужно было передать все рабочие моменты Снежане. Она была взволнована, ее трясло о мысли, что ей придется бок о бок работать с человеком, который впервые возродил в ней странные чувства.

Сегодня на обеде она посетила доктора Эдуарда Яковлевича. Рассказав ему о том, что произошло.

– Тебе нужно лечь на обследование, – сказал он.

– Я не могу, – покачала головой Арина, – слишком высока опасность потерять работу. А я давно мечтала о такой должности.

– Как ты будешь держать себя в руках? – спросил он. – Ведь раздражитель нервных импульсов будет рядом. Занятия танцами, я понимаю, закончатся?

– Я думала об этом, – прошептала она. – Но пока обследование отменяется.

Эдуард Яковлевич вздохнул.

– Я не хотел прибегать к такому методу лечения, но, – он достал рецептурный лист и стал писать каракули. – Придется выписать тебе подавляющие вещества. Они будут купировать сенсорную моторику во время вашей близости с источником внимания.

По спине Арины пробежал холод. Таблетки… это так страшно. Ей придется защищать себя, подавляя физику. Ту, которой она была лишена, ту, которая внезапно накрыла ее. Ту, что таила в себе опасность.

От врача она вышла в ужасном состоянии. Подавленная и разбитая. Телефон завибрировал. Номер не определен.

– Слушаю, – ее голос был ровным, не смотря на то, что внутри все разрывало в клочья.

– Арина, – властный и колкий голос Елизаветы Владимировны раздался в динамике. – впереди выходные, настоятельно рекомендую вам решить все домашние дела за это время и в понедельник без опозданий, по дресс-коду: черный строгий костюм, никакой яркой косметики и пышных причесок, нюдовые ногти.

– Хорошо, я поняла вас, – ответила Арина. Елизавета скинула звонок. Арина еле держалась. Ее трясло, в руке она сжимала рецепт на лекарство.

Она чувствовала боль и уязвимость. Нужно заземление. Нужно выплеснуть свою агрессию, накопившийся за эту неделю. Она набрала в легкие горький воздух мегаполиса и выдохнула. Сегодня она едет в клуб.

Ария ждала с нетерпением встречу с гостем. Ей хотелось поскорее облегчить себя, разгрузить голову. Ей хотелось быть плохой девочкой. Сумасшедшей и жестокой. Поэтому, образ Харли Квинн подходил по настроению, как никогда кстати.

Пышный парик, разделяющий волосы на два больших хвоста: красный и синий. Лицо в боевом гриме – это зловещая огненная улыбка , бледный тон и яркие тени на глазах.

Красная лакированная куртка, под ней кожаный черный корсет, короткие шорты, черные колготки в сетку, высокие спортивные гетры и кеды на высокой платформе. Вместо хлыста – бита. Так Будет интересней. Так будет угрожающе.

Она вошла в VIP- кабинку и забралась на пилон. Медленно раскачивая дубинку, она расслаблено ходила вокруг шеста. Дверь приоткрылась. В комнату вошла крепкая фигура.

Она сразу узнала ее. Ледяной холодок пробежал по внутренностям, оставляя жгучий и едкий осадок. Запах сандала и хлопка разнесся волнами по кабинке. А нотки горького шоколада взбудоражил нутро.

Он стоял к ней спиной, такой сильный большой и спокойный. Осторожно заперев дверь на ключ, он не торопился поворачиваться к ней. Она слышала его тяжелое дыхание. Она видела мелкую дрожь на выпуклых рельефах его спины. Он повернулся и подошел к ней.

Полумрачное освещение оголило его задумчивые и темные, как омут, глаза.

– Я ждал тебя, – прошептал он.

Где-то в солнечном сплетении задавило. Ноги подкосились и она упала на колени перед ним. Ее глаза смотрели ему в душу .

– Почему тебя так долго не было? – спросил он. Его голос был еще ниже, с хриплой дрожью.

– Были дела, – ответила она, понимая, что становится хрупкой и уязвимой. Он осторожно коснулся пальцами ее щеки. Прикосновение было горячим, нервным, но безумно приятным. Впервые ей хотелось прижаться, вдавиться в грубые изгибы его ладони. С губ сорвался едва слышный стон. Она закрыла глаза.

– Сегодня ты не доминант, – заметил он, скользя пальцами к ее шее.

– Прошу, не надо, – взмолилась она, но откинув голову, открыла ему обзор на красивую длинную шею. – Скажи, раньше с тобой такое было? – он перебирал ее затылок острыми пальцами, тяжело дыша и наклоняясь все ближе к ней.

– Никогда…, – только и смогла выдавить она, проникаясь все ближе и ближе к его движениям.

Она села на край и свесила ноги. Немного выпрямилась. Ария пыталась понять, что происходит. Но мысли путались, она смотрела на его губы.

– Ты целовалась? – спрашивал он. Зажав ее шею пальцами и задав сладкий звук удовольствия.

– Давно.. – призналась она. – Пыталась понять, кто я…

Мысли в ее голове плясали, как черти на сковороде. Было смешанное чувство тревожности и любопытства.

– Мы похожи, Ария… – тихо произнес он. Его лицо было невероятно близко к ее лицу. Резким движением он схватил ее за бедра и ее ноги обхватили его за талию. Ария вскрикнула. Но тут же почувствовала жар внизу живота. В промежности стало влажно. Он наклонился к ее горлу и затянул запах кожи.

– Ты пахнешь миндалем, – прошептал он и прикоснулся губами к тонкой, белоснежной шее. Ария сходила с ума. Ария металась внутри себя. Она позволила себе запустить свои пальцы в его густые волосы. Это убивало. Это разрывало. Это было невероятным.

Он взглянул на нее. И уже не сдерживая себя, прильнул губами к ее губам. Это был необычный поцелуй. Это был салют из миллиардов драгоценных камней. Это была нежность, страсть. Это были эмоции. Живые, настоящие.

Он яростно поглощал ее, его язык сплетался с ее, он насыщался ее вкусом, ароматом и сходил с ума, от осознания, что впервые что-то чувствует.

– Ария, ты разбудила меня, – шептал он. – Ни одна женщина не смогла разбудить во мне этих чувств. Только твое прикосновение вывело меня из спячки.

Он целовал ее, гладил по телу. Он не мог насладиться тем, что наконец-то ожил, наконец-то ощутил то, что должен был испытывать любой другой нормальный мужчина.

Его не раздражала ее кожа, его не выводили из себя ее прикосновения, она прогоняла волну возбуждения в его теле, заставляя твердеть низ живота.

– У тебя был секс? – спросил он. Ария, находясь, как будто бы под наркотическими веществами, простонала:

– Пробовала – двенадцать лет назад. Но это было похожим на насилие. А ты?

Он притянул ее еще ближе к себе, посмотрел в глаза:

– У меня были женщины, но секс с ними, что наждачной бумагой по плоти. Я не чувствовал к ним ничего. Приходилось пить таблетки, чтобы «спустить» энергию.

Он снова затянул аромат ее тела, ему казалось, что где-то он уже его слышал. Там, в реальной жизни. Но это было сейчас не важным. Важно то, что он живой! Ария рядом.

Он приподнял ее и переместил на диван, поспешно снимая с нее одежду. Боевой раскрас на ее лице заметно потек, скрывая ее истинную сущность – Арину. Он был наготове. Впервые в жизни его чресла сработали не от воздействия лекарств, а от истинных чувств, с которыми бороться было невыносимо сложно.

Им срывало головы, они сгорали от этих чувств, они задыхались от силы притяжения. Страсть захлестнула. На мгновение они оба потеряли рассудок, когда их тела были абсолютно обнажены, Ария зашептала:

– Я боюсь....

Он посмотрел в ее глаза, он увидел испуганный взгляд, растерянность и удручение. Он пытался остановиться, но сила притяжения была сильнее.

Он опустился к ее груди и нежно прикоснулся горячим языком к ее соску. Ария вздрогнула и выгнула спину. Ее бедра раскрылись, он целовал ее кожу, она перебирала руками его гору мышц на руках и спине.

В секунду она почувствовала горячий , упругий член на ее половых губах. Все задрожало, по стенкам промежности потекла теплая вязкая жидкость – это был вагинальный секрет, природная смазка. Ария расслабила тело и впустила огонь страстей в свое нутро.

Глава 6

Секс был ярким, сочным, страстным. Два оголодавших, столкнувшиеся с тяжелой болезнью человека, впервые ощутили то, что дано каждому здоровому организму.

Они лежали неподвижно, тяжело дыша. Он гладил ее по спине, она водила пальцем по широкой груди.

– Кто ты? – спросил он. Она вздрогнула.

– Ария… – ответила она.

– Это псевдоним, я хочу знать твое настоящее имя, – настаивал он.

В полумраке темных софитов он не видел ее лица, к тому же, грим потек, искажая ее истинные очертания.

– Я не могу тебе рассказать, – прошептала она. – Все так сложно…

Она привстала, и нача