Маленькая Политика. Как заставить власть работать на себя

Симптом второй: Слепое пятно для хорошего.

Синдром ждуна не просто заставляет нас видеть плохое. Он делает нас слепыми к хорошему. По сути, мы сформулировали главный симптом: позитив – это само собой разумеющееся.

Но почему так происходит? Почему достижения становятся невидимыми, а недостатки – гипертрофированно яркими? Это следствие фундаментального психологического закона – закона привыкания. Наш мозг устроен так, что любое стабильное благо, любое постоянное улучшение со временем перестаёт восприниматься как нечто особенное и переходит в разряд «Само собой разумеющегося». То, что было чудом вчера, сегодня считается нормой. И эта психологическая особенность, в целом полезная для адаптации, в случае с синдромом ждуна становится опасной болезнью восприятия.

Вдумайтесь. За последние двадцать лет страна изменилась до неузнаваемости. Мы живем в инфраструктуре, о которой наши родители и мечтать не могли. Цифровые сервисы, высоко оцененные международными премиями; новые дороги, парки, целые кварталы. Уровень бытового комфорта, который еще в 90-е казался бы фантастикой.

Россия – прекрасная, комфортная, современная и абсолютно безопасная страна. Это не лозунг. Это факт, который подтвердит любой иностранец, пожив здесь хотя бы месяц. Но что происходит, когда мы, ее граждане, пользуемся всем этим? Когда ты за пятнадцать минут получаешь горячую пиццу или продукты из магазина, ты говоришь: «Вау, какая невероятная логистика в моей стране»? Нет. Ты злишься, что курьер опоздал на три минуты. Когда твой денежный перевод другу в другой город доходит за одну секунду, ты думаешь: «Какая потрясающая банковская система»? Нет. Ты говоришь: «Так и должно быть». Когда ты гуляешь с ребенком в новом, чистом, освещенном парке, который десять лет назад был заброшенным пустырем, ты думаешь: «Какую гигантскую работу кто-то проделал»? Нет! Ты ищешь глазами одну-единственную переполненную урну, чтобы сфотографировать ее и написать: «Парк сделали, а урны убирать не научились!»

Хорошее, позитивное, созидательное – стало для нас нормой. Оно стало фоном. Оно – «само собой разумеется». Мы его не замечаем. Мы его потребляем как воздух, не благодаря и не ценя. Но любой, малейший сбой, любая ошибка, любая прорванная труба… О! Вот это событие! Это – доказательство. Это – повод для того, чтобы весь наш накопленный, но невысказанный негатив выплеснуть наружу.

Этот перекос в восприятии имеет и социальные последствия. Он искажает нашу коллективную самооценку. Мы перестаём гордиться тем, что имеем, потому что просто не видим этого. Мы не осознаём нашей реальной силы, нашего потенциала, масштаба сделанного. А что не осознаётся как ценность – то не защищается и не приумножается с тем же усердием.

Мы ведем себя как избалованный ребенок в богатой семье. Он не замечает сотен купленных ему игрушек, но он устраивает истерику, если ему не купили сто первую. Этот синдром превратил нас в тех, кто принимает хорошее как должное, а на плохом – строит нашу идентичность.

Войдя в роль «профессиональных обвинителей», мы разучились быть благодарными хозяевами и, пока не излечим это «слепое пятно», будем обречены на вечное недовольство.

Так что же мы имеем в итоге? Два симптома в одном – гипертрофированное внимание к плохому и полное игнорирование хорошего – оказываются сторонами одной медали.

Это не просто привычка жаловаться. Это – целая мировоззренческая ловушка. Ловушка, которая заставляет нас видеть в случайной аварии крах системы, а в масштабных достижениях – нечто само собой разумеющееся. Она закрепляет в нашем сознании картину мира, где мы всегда жертвы, где от нас ничего не зависит, где единственная доступная форма активности – это гневный пост.

Симптом третий: Закономерная поведенческая реакция

Если первые два симптома формируют искаженную картину мира, то третий представляет собой закономерную поведенческую реакцию на это искажение. Это патологическое действие – ритуализированная имитация – в медицине называется «компенсаторный поведенческий акт» – действие, которое не решает проблему, но создает иллюзию контроля над ситуацией.

Речь идет о гневном сообщении в районном чате или посте в социальной сети. Это не спонтанный выплеск эмоций. Это – тщательно выстроенный перформанс, подчиняющийся своим внутренним законам.

Стадии развития симптома:

Обнаружение: вы находите проблему: яма на дороге, сломанная качель, мусор у подъезда.

Документирование: вы делаете не одну, а серию фотографий с разных ракурсов, как криминалист на месте преступления. Важно запечатлеть «масштаб трагедии».

Сочинительство: вы пишете текст. Его формула неизменна: риторический вопрос («Доколе?!»), обобщение («В этом городе невозможно жить!»), личная обида («Мне надоело это терпеть!») и главное – переход от частного к общему («Это доказывает, что вся система гнилая!»)

Публикация и ожидание реакции (валидация). Вы нажимаете «Отправить» и ждете. Но чего? Не решения проблемы. Вы ждете валидации – одобрительных комментариев, лайков, виртуальных похлопываний по плечу от таких же «пострадавших».

В этом и заключается суть симптома. Гневный пост – это не попытка решить проблему, а социально одобряемый способ ее консервации. Реальному действию (позвонить в управляющую компанию, отправить заявку на портал госуслуг, собрать инициативную группу и убрать мусор самим) мы предпочитаем его яркую, эмоциональную, но абсолютно бесплодную суррогатную версию. Почему? Потому что реальное действие требует ответственности, времени и сил. Оно может привести к неудаче. А гневный пост дает мгновенное вознаграждение: он подтверждает нашу картину мира («все плохо»), возводит нас в ранг борца с системой в глазах единомышленников и, самое главное, снимает с нас личную ответственность за происходящее вокруг. Мы «сделали все, что могли» – мы написали пост. Дальше – не наша вина.

Гневный пост выполняет роль психологического обезболивающего. Он снимает внутреннее напряжение, вызванное первыми двумя симптомами, но на их причину не воздействует. Более того, регулярное применение этого обезболивающего приводит к усугублению основного заболевания – синдрома ждуна и закрепляется как устойчивая модель поведения.

Симптом четвёртый: Психология обиженного ребёнка

И тут мы подходим к главному, четвертому симптому. Психология обиженного ребенка. Зачем мы добровольно культивируем это в себе? Почему нам так нравится быть страной обиженных? Ответ прост, хотя и неприятен. Потому что это психологически невероятно удобно и выгодно.

Тот самый синдром ждуна – это и есть психологический механизм, который превращает взрослого, дееспособного человека в капризного, инфантильного, обиженного ребенка. А государство в этой картине мира – не партнер и не аппарат. Оно – Власть-Родитель. Причем не просто «родитель», а «родитель» из детской фантазии:

1. «Родитель» всемогущ.

2. «Родитель» всё должен.

3. «Родитель» отвечает абсолютно за всё (от погоды до моего настроения).

4. «Родитель» по умолчанию виноват (ведь он не сделал мою жизнь идеальной прямо сейчас).

Как только ты принимаешь эту модель, ты получаешь три гигантских психологических бонуса.

Бонус №1: Полное снятие ответственности. Если «родитель» отвечает за всё, то я, «ребенок», не отвечаю ни за что. Я не должен ничего делать. Я не должен выходить на субботник («Это работа «родителя»!). Я не должен звонить в полицию по поводу дрифтеров или ночной компании на машинах с орущей музыкой под моими окнами («А где «родители», когда нужны?!») Я не обязан доносить свой мусор до урны. Зачем? Ведь система все равно сгнила. Что бы я ни сделал, ничего не изменится. Это идеальное алиби для собственного бездействия. Моя хата с краю, я только жалуюсь.

Бонус №2: Мгновенное моральное превосходство. «Обиженный» – всегда прав. Он – жертва. А раз он жертва, значит, автоматически хороший, высоконравственный, страдающий. Власть-Родитель – всегда неправ.

Тот, кто критикует, кто ноет, кто видит только плохое, в своих глазах (и в глазах таких же «обиженных») не нытик, а пророк, «человек, который видит правду». Он не молчит и чувствует себя умнее, тоньше, честнее тех «наивных дурачков», которые смеют замечать хорошее.

Бонус №3: Иллюзия действия. И вот тут симптом наносит свой главный удар. Он парализует волю. Он подменяет его действие – симуляцией. Паралич воли: «Мне хочется поныть». Как этот симптом мешает нам жить лучше? Напрямую. Он поглощает нашу энергию. Что делает человек со здоровой психикой, когда видит во дворе яму? Он тратит пятнадцать минут: фотографирует ее и отправляет жалобу через онлайн-портал. Потому что перед ним задача, он действует.

Что делает, страдающий синдромом ждуна? Он видит не задачу, а повод. Он фотографирует яму с десяти ракурсов, заходит в районный чат и пишет тот самый гневный пост (сообщение): «Доколе?! Мы платим налоги! Всё разворовали! Район катится в пропасть!» Ведь, по сути, результат ему не нужен, не нужно, чтобы яму заделали, нужно поныть. Потому что жалоба подтверждает его картину мира («всё плохо»). Она дает ему «лайки» от таких же как он страдающих синдромом, дает ему чувство морального превосходства («я-то вижу, я не молчу!»). Написание гневного поста в соцсетях или сообщения в чате – это перформанс, спектакль одного актера в жанре «я – страдающий гражданин».

А вот решение проблемы – опасно. Потому что, если он, не дай Бог, подаст заявление и яму (о, ужас!) на следующий день заделают, – вся его картина мира рухнет. «Это что же получается, система работает? Мое заявление на что-то повлияло? Выходит, я могу что-то изменить? Значит, теперь мне придется каждый раз что-то делать, а не просто ныть?!» Нет! Это слишком страшно, психологически невыносимо. Это заставляет «ребенка внутри тебя» повзрослеть и взять на себя ответственность. Гораздо проще и безопаснее продолжать жить в уютном, привычном мире, где «всё сгнило», «ничего не работает» и «от меня ничего не зависит». А яма во дворе – это лишь очередное сладкое подтверждение моей правоты.

Синдром ждуна – это идеальный самооправдательный механизм. Он делает простое, конструктивное действие (подать онлайн-заявление) бессмысленным, а бессмысленное, деструктивное (поныть в соцсетях, в чате) – наполняет высоким трагическим смыслом.