Истоки богов. Том первый. Хранители Земли

Истоки богов

Том первый. Хранители Земли

Дмитрий Неясов

© Дмитрий Неясов, 2026

ISBN 978-5-0069-2401-7 (т. 1)

ISBN 978-5-0069-2402-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступление

Космос. Галактика Млечный Путь. В бездонной тьме времён, 4,04 миллиарда лет назад…

В бесконечной пустоте, где звёзды лишь далёкие искры, вращалась окутанная ядовитым туманом Венера. Её поверхность содрогалась от подземных бурь, а небо пронзали ветви электрических разрядов.

Сто тысячелетий текли, словно песок сквозь пальцы вечности. И вдруг – ничто не предвещало – из черноты космоса возник таинственный метеорит. Он не просто падал – он рвал ткань пространства своим стремительным движением, оставляя за собой след из звёздной пыли и осколков астероидов.

С оглушительным грохотом метеорит врезался в поверхность Венеры, оставив после себя зияющий кратер. Его изуродованная поверхность хранила следы неведомых катаклизмов: глубокие трещины, странные отверстия, словно оставленные когтями древних чудовищ. Внутри пульсировала тёмная энергия, наполняя пространство зловещим свечением.

Из недр планеты вырвался электризованный дым – живое существо из молний и теней. Он закружился вокруг метеорита, словно исполняя древний танец смерти. Трещины на поверхности космического странника расширились, исторгнув вязкую, тёмную субстанцию. Она стекала по склонам кратера, распространяя запах тлена и разложения, будто сама сущность смерти воплотилась в этой жидкости.

Существо, похожее на исполинского осьминога из ночных кошмаров, медленно ползло по поверхности планеты. Остановившись перед вихрем дыма, оно замерло в ожидании. В одно мгновение тёмная масса пронзила дымное облако своими щупальцами, поглощая его с жадностью голодного хищника.

Существо корчилось в конвульсиях, впитывая энергию космоса. Его трансформация была отвратительна – тёмная материя формировало чёрное тело с головой ворона, но лишённое всякой красоты. Из недр метеорита поднялось создание, окутанное мраком, с очертаниями, напоминающими сущность с птичьей головой.

Его силуэт был окутан тьмой, но сквозь неё проступали жуткие детали: голова, похожая на голову священной птицы, но искажённая до неузнаваемости. Клюв, изогнутый в вечном крике, был покрыт тёмными наростами. Вместо благородных перьев – лишь тени, колышущиеся в ритме его дыхания.

Глаза, горящие нездоровым жёлто-зелёным огнём, смотрели в вечность с ненавистью. Крылья, если их можно было так назвать, представляли собой тёмные сгустки энергии с острыми костяными выступами. Тело покрывала субстанция, похожая на живую тьму, пульсирующую в такт с его существованием.

Когти на руках были длинными и кривыми, словно они никогда не знали света. От существа исходило ощущение древней, первозданной тьмы, будто само зло воплотилось в этом облике.

Это был Атум – тёмная сущность, искажённое отражение божественной красоты, воплощение хаоса в облике, напоминающем древних небесных существ, но лишённое всякой святости.

В космической бездне, где время теряет смысл, Атум ощутил её присутствие. Словно древнее эхо, до него донёсся отзвук существования – планета Тея, юная и полная энергии, неслась сквозь пустоту, направляясь к новорождённой Земле.

Его тёмная сущность затрепетала от предвкушения. Тысячи лет он копил силу, впитывал энергию умирающих звёзд, собирал крупицы космической тьмы в единый сгусток могущества. Теперь пришло время использовать накопленный потенциал.

Атум раскинул свои тёмные крылья, и пространство вокруг него затрещало от напряжения. Космическая материя подчинялась его воле, изгибаясь и деформируясь под натиском древней силы. Он протянул руку, состоящую из чистой тьмы, и планета Тея, словно зачарованная, начала замедляться, а затем плавно двинулась в его сторону.

Тёмная энергия окутала Тею плотным коконом. Атум чувствовал, как планета сопротивляется, как в ней пульсирует жизнь, но его сила была неизмеримо больше. Он направлял её, словно кукловод марионетку, к другой планете – Земле, которая ещё только делала первые шаги в своём существовании.

В его сознании рождался план – план, который изменит судьбу целых миров. Он видел, как две планеты столкнутся, как их материи смешаются в космическом танце разрушения и созидания. Видел, как из этого хаоса родится что-то новое, что-то, что станет частью его великого замысла.

Медленно, словно художник, создающий шедевр, Атум подводил Тею к точке невозврата. Его тёмные глаза горели торжеством – момент истины приближался, и скоро космос

станет свидетелем величайшего катаклизма в истории молодой галактики.

Земля, ничего не подозревая, продолжала свой путь. Она не знала, что судьба её уже решена, что древнее существо из тьмы готовит ей встречу, которая изменит всё…

Атум, наслаждаясь моментом своего триумфа, поднял Тею над беззащитной планетой. Его тёмная магия окутала обе планеты, связывая их невидимыми узами судьбы. Время словно замедлило свой бег перед лицом надвигающейся катастрофы.

Космическая материя трепетала перед его мощью. Сами звёзды склонялись перед его величием, а туманности расступались, открывая путь для грядущего катаклизма. Тёмная энергия, исходящая от Атума, создавала вокруг него вихри космической пыли, которые кружились в безумном танце смерти.

– Пусть начнётся то, что должно произойти! – прогремел его голос, подобный раскатам космического грома, эхом разнёсшийся по всей галактике. – Две планеты сольются в одну, и родится новый мир, отмеченный моей печатью! Пусть их боль станет моей силой, а их разрушение – моим триумфом!

Тея, повинуясь воле тёмного божества, начала свой роковой путь к Земле. Её поверхность, некогда спокойная и умиротворённая, теперь содрогалась от неистовых подземных толчков. Космическая пыль и осколки скал разлетались в стороны, словно испуганные птицы, оставляя за планетой след из звёздной пыли и обломков.

Земля, ещё не подозревающая о своей судьбе, продолжала свой путь по орбите. Её молодая кора трепетала от неведомого предчувствия, а атмосфера волновалась, словно живое существо, чующее приближение опасности. Две планеты, некогда мирно существовавшие в космосе, теперь были обречены на столкновение, которое изменит ход истории навсегда.

Атум наблюдал за происходящим с холодным удовлетворением, его тёмная фигура возвышалась над полем грядущей битвы. Каждая клеточка его существа ликовала от предвкушения катастрофы. Его план воплощался в реальность, и скоро космос станет свидетелем рождения новой эры – эры, отмеченной печатью тёмного божества, эры, в которой он станет истинным повелителем судеб миров.

В этот момент время словно остановилось. Вселенная замерла в ожидании неизбежного. И только Атум, воплощение древней тьмы, продолжал наблюдать за развитием своей чудовищной симфонии разрушения, наслаждаясь каждой секундой приближающейся катастрофы.

Планеты сближались. Космические силы пришли в движение. Грядущий катаклизм ощущался каждой частицей пространства. И в этой безмолвной битве света и тьмы решалась судьба будущего мира, который ещё только предстояло создать из пепла разрушенных планет.

Часть 1. Начало времён

Глава 1. Началось…

«В начале сотворил Отец Всемогущий небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма покрывала глубину, и Дух Божий носился над водами…»

Сорок тысяч лет минуло с тех пор, как Вселенная погрузилась во тьму. Атум, древнее существо, хранившее в себе осколки былого мира, медленно пробуждался. Его сознание, словно туман, рассеивалось, открывая вид на разрушенную планету.

Из места катастрофы исходила странная энергия – пульсирующая, манящая. «Нужно проверить», – подумал Хаос, и его тело, повинуясь древнему инстинкту, начало трансформацию. Дважды ударив себя по плечу, он изменил форму и устремился к обломкам.

В этот миг бездонные глубины космоса разверзлись, явив ужасающее зрелище – гигантская красная дыра, словно рана в ткани мироздания, распахнулась между измерениями. Её багровые контуры пульсировали, будто живое сердце неведомого чудовища, а изнутри изливался леденящий душу свет, от которого по спине пробегал мороз.

Атум даже не успел осознать происходящее – время словно застыло, сковав его тело невидимыми ледяными оковами. Он не мог ни пошевелиться, ни вскрикнуть, ни отвести взгляд от этого сверхъестественного явления. Каждая клеточка его существа ощущала незримое притяжение бездны, будто сама вселенная пыталась втянуть его в свою утробу.

Красная пропасть разгоралась всё ярче, её алые всполохи окрашивали пространство в кровавые тона. В самом центре этого космического вихря постепенно зарождался ослепительный белый свет – чистый, пронзительный, словно клинок из чистого пламени. Он рос, набирал силу, пробиваясь сквозь багровый мрак, и вот уже заполнил собой всё видимое пространство, затмив даже самые яркие звёзды. В этот момент мир будто замер в ожидании чего-то неизбежного, грандиозного и непостижимого…

Хаос прищурился, напрягая все свои чувства, пытаясь проникнуть взглядом в самую суть небывалого явления. Его древние глаза, видевшие рождение и гибель миров, тщетно пытались уловить закономерности в хаотичном танце энергий.

Гигантская вспышка, подобная взрыву сверхновой, ослепила Атума. Бело-голубой свет пронзил его сознание, оставив после себя лишь непроглядную тьму. Когда ослепительное сияние рассеялось, он с ужасом осознал: зрение покинуло его. В этот же миг нечто необъятное, древнее, как само время, ворвалось в его существо – разум Вселенной, Всеотец, занял место в его теле.

Узнав о катастрофе, постигшей планету, Творец немедля явился в опустошённый космос. Его присутствие ощущалось в каждом атоме, в каждом изгибе пространства-времени. Осмотрев безжизненные останки мира, Господь произнёс голосом, от которого содрогнулись далёкие звёзды:

– Пришло время дать жизнь этой груде камней.

Он медленно раскрыл руки, и его бездонные чёрные глаза вспыхнули первозданным огнём творения. Космическое пространство вокруг забурлило: мельчайшие каменные частицы, осколки некогда цветущего мира, затрепетали, повинуясь неведомой силе. Они начали двигаться в сложном, завораживающем танце, выстраиваясь в причудливые спирали и вихри.

С каждым мгновением движение ускорялось. Осколки, различавшиеся по размеру и форме – от крошечных песчинок до гигантских скальных массивов – начали сливаться воедино. Существо сцепило ладони, и в этот миг вся хаотичная масса частиц подчинилась единому замыслу. Они сплавились, переплавились, соединились в величественную сферу, напоминающую мозаику из бесконечных фрагментов. Каждый осколок нашёл своё место в новом порядке, образуя целостную, гармоничную структуру.

Так возродилась планета Земля. Но это было лишь начало.

В отдалении от основного скопления материи происходило иное чудо. Часть фрагментов, словно притянутая невидимой нитью, начала формировать отдельное небесное тело. Они вращались вокруг общего центра, постепенно уплотняясь, принимая форму идеального шара. Мелкие частицы оседали на поверхность, создавая рельеф, а более крупные обломки становились основой для будущих кратеров.

Вскоре в космическом пространстве появилась Луна – верный спутник возрождённой планеты. Её серебристо-серая поверхность, испещрённая тёмными пятнами морей и светлыми хребтами, мерцала в лучах далёких звёзд. Она заняла своё место на орбите, навеки связанная с Землёй невидимой гравитационной нитью.

Сама же планета предстала перед Творцом безжизненной, но величественной. Гигантская коричневая сфера, окутанная тонкой атмосферой, медленно вращалась в пустоте. Её поверхность была изрезана горными хребтами, испещрена глубокими каньонами и усеяна скалистыми плато. Ни единого признака жизни – только камень, песок и бескрайние просторы, ждущие своего часа, чтобы расцвести новыми формами бытия.

Всеотец низвергся с небес подобно пылающему метеориту – огненный след прочертил небосвод, а удар о поверхность планеты сотряс мироздание. В тот миг, когда его стопы коснулись первозданной тверди, свершилось чудо творения: под ногами божества мгновенно возник бескрайний песчаный океан – пустыня, чьи золотистые дюны потянулись до самого горизонта. А чуть поодаль, там, где ещё мгновение назад простиралась каменная равнина, вздыбился берег, омываемый волнами необъятного мирового океана. Вода, будто пробудившись от векового сна, хлынула из недр планеты, наполняя свежевыкованные впадины, искрясь в лучах молодого солнца.

Не торопясь, с величественной неспешностью творца, Всеотец поднял длань. Между его пальцев затрепетал изумрудный свет, и вот уже на бесплодной почве пробилось первое растение – тонкий росток с нежными листьями, пульсирующими жизненной силой. Это было начало: словно по невидимой цепи, от первого растения к следующему, по планете побежало зелёное пламя жизни. Травы, кустарники, деревья – они возникали один за другим, наполняя воздух свежестью, раскрашивая серые просторы в сочные оттенки зелёного. Шелест листьев сливался в симфонию пробуждения, а земля, ещё недавно безжизненная, теперь дышала, цвела, пела.

Затем Всеотец опустился на песок, скрестив ноги в позе лотоса. Его ладони медленно сошлись, и между ними зародилась капля воды – крошечная, но сияющая, как драгоценный камень. С каждым мгновением она росла, впитывая влагу из воздуха, из почвы, из самого эфира. Вскоре перед божеством парил огромный водяной шар – прозрачный, переливающийся всеми оттенками синего, внутри которого бурлили и кружились потоки, словно в миниатюре отражающие мощь океанских течений.

Атум, в чьём теле пребывал Всеотец, протянул руку к этому сферическому океану. Едва его пальцы коснулись гладкой поверхности, вода запылала внутренним огнём. Шар начал нагреваться, сначала едва заметно, затем всё сильнее – поверхность задрожала, покрылась пузырями, а внутри закипели бурные вихри. Пар взвился вверх, окутывая сферу призрачной дымкой, а свет, пробивающийся сквозь воду, стал ярко-оранжевым, словно в недрах шара разгорелось маленькое солнце.

И тогда Господь, не отрывая взгляда от своего творения, поднял кипящий водный шар над головой. На мгновение всё замерло – даже ветер затих, будто боясь нарушить торжественность мгновения. А затем Всеотец с силой бросил сферу в сторону бескрайней водной глади.

Шар пронзил воздух, оставляя за собой шлейф пара, и с оглушительным всплеском погрузился в океан. Вода взметнулась вверх гигантским фонтаном, а по поверхности побежали волны, разносящие тепло и жизнь. В месте падения закипело само море – пар поднимался к небесам, образуя причудливые облака, а вокруг расходились круги, несущие в себе семя новой жизни. Планета, ещё недавно мёртвая и безмолвная, теперь дышала, пульсировала, пробуждалась к вечному танцу бытия.

В тот миг, когда сознание Всеотца покинуло тело Атума, пространство вокруг словно вздрогнуло. Из него вырвался ослепительно-белый пар – неземной, пронизанный мерцающими искрами – и, закружившись в причудливом танце, растаял в воздухе, оставив после себя лишь едва уловимый аромат первозданной чистоты. Тёмная сущность, дремавшая в глубинах сознания, мгновенно вернулась на своё место, заполнив собой каждую клеточку души. Создатель Земли окончательно растворился в эфире, оставив после себя лишь эхо последнего призыва:

– Земля должна жить!

Голос прозвучал не извне – он возник прямо в сознании Атума, отдаваясь гулким эхом в каждом уголке его разума. Юноша резко очнулся, словно от мощного удара в висок. Голова гудела, перед глазами плыли разноцветные пятна, а в ушах стоял пронзительный звон, постепенно стихающий, будто удаляющаяся волна.

Из водной глади, переливающейся в лучах восходящего солнца, медленно вырисовался силуэт. Сперва проявились очертания головы, затем – бледное лицо с глубокими, пронзительно-синими глазами. Дух поднял взгляд на Атума, и в его взгляде читалось неподдельное изумление:

– Я жив… Но как это возможно? Кто ты?

Хаос, вновь обретший полную власть над телом, усмехнулся – холодно, почти зловеще. В его улыбке сквозила древняя мудрость и непоколебимая уверенность:

– Я – Атум, воплощение хаоса и тьмы!

Дух воды замер, словно пытаясь проникнуть взглядом в самую суть собеседника. Его брови слегка нахмурились, а в глазах отразилась мучительная попытка вспомнить:

– О, Атум… Я не узнаю тебя. В моей памяти лишь обрывки: потоп, который я не смог пережить… А потом… пустота. Ничего больше.

С этими словами веки духа медленно опустились, словно силы, поддерживающие его призрачную форму, начали иссякать. Атум шагнул ближе, пристально вглядываясь в безмятежное лицо. В глубине синих глаз, подобных бездонным озёрам, он вдруг увидел отблески давно забытых воспоминаний.

– Я вспомнил тебя! – голос Атума прозвучал неожиданно твёрдо, хотя внутри него бушевала буря противоречивых эмоций. – До смерти тебя звали Хро-У. Ты был магом, посвятившим жизнь изучению водных миров планеты Ату-Нур. Но когда грянул великий катаклизм, ты погиб.

Мысли Атума вихрем проносились в сознании, сталкиваясь и переплетаясь, словно хаотичные потоки энергии:

«Что происходит? Почему я стою на этой земле, целой и невредимой? Ведь я же уничтожил её… Или это было лишь наваждение? Память словно разорвана на куски – ничего не могу уловить. Как будто чьё-то иное сознание управляло мной, вело меня, направляло… Единственное, что осталось – этот настойчивый голос: «Планета должна жить!». Если она сама восстановилась… Пусть так. Не стану разрушать вновь. Что-то внутри шепчет мне об этом, настойчиво, неумолимо.

Но как ожил этот дух? Я помню: я сам уничтожил его! Или это не я? Теперь я его воскресил? Всё вокруг – словно туман, сквозь который невозможно разглядеть истину…»

Атум сжал кулаки, пытаясь унять внутреннюю бурю. В глазах Хро-У, вновь открывшихся и смотрящих на него с немым вопросом, он видел отражение собственных сомнений и страхов. Мир вокруг казался одновременно знакомым и чужим, а истина – недостижимой, как далёкая звезда на ночном небе.

Дух улыбнулся – тихо, едва заметно, но в этой улыбке таилась первозданная сила стихий. И тут же его форма начала меняться: из мерцающего водяного шара он разрастался, обретая очертания исполина. Прозрачные руки вытянулись, туловище уплотнилось, а через мгновение перед Атумом стоял водяной гигант – стометровая фигура, сотканная из бурлящих потоков, сверкающих на солнце. Каждая черта его облика пульсировала живой водой, а в глубине призрачных глаз мерцали отблески океанских глубин.

– Я – вся вода. Меня зовут Нун! Теперь меня зовут так! – провозгласил гигант громогласным голосом, от которого содрогнулись воздушные потоки.

Не дожидаясь ответа, Нун взметнул огромную руку, и в тот же миг его тело рассыпалось, превращаясь в чудовищную волну. Она вздыбилась на сотни метров, сверкая всеми оттенками синего и зелёного, а затем с оглушительным рёвом обрушилась вниз, растворяясь в бескрайнем океане. Над водной гладью ещё долго разносился дьявольский смех – то ли смех торжества, то ли безумия, – пока последние брызги не осели, а тишина вновь не воцарилась над планетой.

Атум остался один на пустынном берегу. В его сознании, словно эхо далёкого грома, зародилась мысль – не его собственная, а словно переданная сквозь время и пространство. Это было послание от Всеотца: «Создай жизнь. Наполни этот мир дыханием бытия».

Существо медленно подняло ладонь, поднесло её к клюву – и что-то прошептало. Слова растворились в воздухе, но на раскрытой руке вспыхнул шар из пламенного вещества. Он пульсировал, словно живое сердце, а внутри него плавало несовершенное существо – нечто среднее между эмбрионом и призраком, сотканное из света и тени.

Атум поднялся ввысь, взмыв над океаном и пустыней. С размахом он подбросил пылающий шар – тот взлетел, сверкая, а затем с грохотом ударился о землю. В момент столкновения шар разлетелся брызгами, превратившись в вязкую, переливающуюся жижу. Из неё, одна за другой, начали возникать странные фигуры – полупрозрачные, дрожащие, похожие на духов. Они поднимались в воздух, кружились, а затем устремились к Атуму.

– Вы – новые духи этого мира! – прогремел его голос, разносясь над просторами планеты. – Вы – моё наследие. Я возродил вас. Забудьте свою прежнюю жизнь и защищайте этот мир!

Но духи не подчинились. В их прозрачных глазах вспыхнули воспоминания – яркие, болезненные, неотвратимые. Они помнили всё: кто они были, как жили и как встретили смерть. Помнили и то, что их убийца – тот, кто сейчас называл себя их творцом. Это Атум поглотил их души, разорвал их бытие, превратил в часть своей тьмы.

Осознание этого ударило по ним, как молния. Новые воспоминания, наложенные волей Атума, рассыпались в прах. Духи замерли на мгновение – и в следующий миг растворились в воздухе, словно капли росы под палящим солнцем. Лишь тихий шёпот, полный горечи и обиды, ещё долго витал над землёй: «Ты не творец… ты – разрушитель…»

Атум опустил руки. В его взгляде мелькнуло что-то похожее на сомнение, но оно тут же исчезло, поглощённое холодной уверенностью Хаоса. Он опустился на песок, скрестил ноги и погрузился в медитацию. Тело оставалось неподвижным, но сознание устремилось вглубь – в лабиринты собственной души, в бездонные глубины внутреннего мира, где сплетались нити прошлого, настоящего и будущего. Там, в тишине, он искал ответ – или, возможно, оправдание.

Прошло 3 месяца

В космическом пространстве над Венерой внезапно возникла алая туманность. Её зловещее свечение медленно разрасталось, окутывая планету призрачной вуалью. Словно гигантская паутина, туманность оплетала поверхность Венеры, искажая привычную картину космоса.

Внезапно в двух точках планетарной коры проявились странные энергетические аномалии. Земля задрожала, трещины расползались по поверхности, образуя причудливые узоры. Массивные пласты породы начали отделяться от материнской планеты.

Два каменных исполина, каждый размером с двухэтажный дом, медленно оторвались от венерианской поверхности. Их грани искрили электрическими разрядами, а поверхность покрылась сетью трещин. Красная туманность, словно невидимый кукловод, направляла их движение, задавая курс к далёкой Земле.

Первый кусок, окутанный багровым сиянием, устремился в космическую бездну. Его путь сопровождался шлейфом из мелких осколков и пыли. Второй монолит, несущий в себе древнюю тайну, следовал за ним, будто верный страж.

Внутри второго камня, в специально созданном углублении, покоились два яйца. Их гладкая поверхность отражала тусклый свет туманности. Древняя защитная оболочка надёжно укрывала спящих серамусов – Ра и Тота. Много веков назад мудрый Хепр поместил их сюда, создав идеальные условия для долгого сна.

По мере удаления от Венеры камни набирали скорость. Их поверхность раскалялась от трения с разреженным газом, образуя характерные метеоритные хвосты. Теперь это были не просто куски породы – два гигантских метеорита неслись через космическое пространство, ведомые таинственной силой красной туманности.

Их путь к Земле только начинался. Впереди ждали миллионы километров пустоты и неизвестность конечной цели этого космического путешествия.

Когда Хаос наконец вышел из своего глубокого транса, небо над ним внезапно потемнело. В следующее мгновение из космической бездны вырвался гигантский метеорит, оставляя за собой пылающий след. С оглушительным грохотом, от которого содрогнулась земля, небесное тело обрушилось прямо на Хаоса.

Взрыв был настолько мощным, что земля под ними разверзлась, образовав глубокий кратер. Из недр этого провала начала медленно вытекать странная чёрная жидкость, которая, словно живая, струилась по склонам воронки. В этот момент произошло невероятное – из этой жидкости начал формироваться Атум, принимая свой привычный облик.

Но это было ещё не всё. При ударе метеорита его массивное тело раскололось на множество осколков, разлетевшихся во все стороны. Среди этих осколков особое внимание привлекала центральная часть небесного тела. Внутри неё, в специально подготовленной нише, находились два необычных яйца – каждое размером со страусиное. Их гладкая поверхность мерцала в отблесках пламени, а внутри них, защищённые древней магией, развивались два зародыша.

Один зародыш постепенно принимал форму сокола – величественной птицы с мощными крыльями и острым клювом. Второй же формировался в виде ибиса – грациозной птицы с длинным изогнутым клювом. Эти существа были не просто птицами – они являлись носителями древней силы, заключённой в их яйцах на протяжении многих веков.