Книжка в зелёной обложке

Книжка в зелёной обложке

Евгений Крашенинников

© Евгений Крашенинников, 2026

ISBN 978-5-0069-2304-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

НАС НИКТО НЕ ЗНАЛ (2023)

Броуновцам,

не ушедшим с бастиона

святого Гервасия

* * *Как за розовым виномМы с друзьями веселоПроводили день за днёмРадостные месяцы…Помню всех по именам,Опознаю в темени…Вот же были времена!…А теперь – нет времени…* * *Прокукарекали часыПоследние минуты.Развозят малых и большихВ сады и институты.Блистает праздничный айпад,Букетами раскрашен.Ликуя, движется толпаВ костюмах чебурашек.Охранник, некогда вахтёр,Фильтрует безопасность,Анализирует узорКолготок восьмиклассниц.В провалах запотевших линзСкрывается от скукиОштукатуренных руинПроректор по науке.Из-за забора смотрит бомж —Он тоже был девчонкой,Жуёт прокисшею губойПопевки и речёвки.Неповзрослевший турникетПодталкивает в спину.И ветер распыляет след,Срывая паутину.* * *Утро, и делать нечего —Снова взбалтывай грязь.Птицы клюют кузнечиков,Чавкая и давясь.День раскаляет жарче,Перекрывает вдох,В шкурах зверей собачьихЛовит лучами блох.Вечер свистящий вражийРвётся к земле прижатьНа перепретых пажитяхПлесени урожай.Тело прилипло к телу,Сколь из себя ни корчь.Сутки прошли. Дело сделано —Грязи не видно. Ночь.* * *Молчат соседи за стеною.Беззвучен сумрака оскал.Где втихомолку сэкономил,Там потихоньку потерял.Застыла стуков перекличка.Сигнализаций немота.Минута света – вспышка спички.Потухло. Стихло. Темнота.* * *Рассвет подмигнул знакомый,Как будто бы понарошку.Соседи через два домаРугают глухую кошку.Окно закрыл кто-то мудрый,Незнаем, неведом, непознан.Уехать бы отовсюду…Лёг рано. Проснулся поздно.* * *Отправление поездаЧерез восемь минут.Просыпаешься поздно,Если сможешь заснуть.На перроне не встретитСолнца бледный пузырь.Жаждут каждого третьегоВстроить в список чужих.Словно гарь папиросы,Город грязен и груб.И пусты контрфорсыВодосточных труб.* * *Ветры ветви трясут,Избавляя листы,Сопли мёрзнут в носу,В спячку впали глисты,Дворник полуживой,Вшам забыли дать корм.Лишь свистит постовой —Ни о чём, ни о ком.* * *Рóк-н-ролл, рóк-н-ролл шар голубойВ роковóй круговерти.В салки играющие с собойВ смерть загоняют жертвы.Враг – тот, кто слева. Кто справа – враг.Посередине – дурак.Порох не оживляет прахаВыгоревших эполет.Скалит чёрные зубы из мракаБессердечный скелет.Грязь – то, что снизу. Что сверху – гниль.Посередине – быль.Тени прочерчивающий рассветПутает очертанья.Брызжет слюною промокший ветерВ чахлое мирозданье.Ночь – то, что было. Не будет дня.Посередине – я.* * *Я разговаривал с прохожим, он нёс рельс                                                 и какую-то ахинею.С первым было тяжко ему, со вторым                                                  неподсильно мне.Рядом два младших научных полковника,                                                   запоздало пьянея,Медленно резали чугунную метафизику                                                               на да и нет.А старушка с кефиром, дендрарий под окошком                                                               затаптывая,Рассказала, что бывало по-другому, но, кажется,                                                            всего пару раз.Ведь через месяц после вскрытия                                обессмысливается закапывание.Ежели кто не понял, то это она про пузырёк                                                        капель для глаз.* * *Раздвигая толпу идиотовНе в мечтах и не в снах золотых,Я сегодня пойду на работу,Разодетый, как к свадьбе жених.В птичьих перьях парчовые ризы,Шорты в блеске диковинных страз,Разливают контактные линзыБирюзовые брызги из глаз.Я взмахну аксельбантом, как плёткой,Развяжу эполет на бедре,И рассею развязной походкойОседающий в воздухе бред.* * *Парк центральный гремит, зазывая толпу:Цирк уродов сверкает гастрольный.Ускоряется шаг, учащается пульс,Млеют рожи на людях довольных.Зазывала кривляется перед шатром,Где кривыми смешат зеркалами.Хохот праздных зевак, изрыгамый ртом,И притопыванье ногами.Развалить, разнести, разодрать, разорватьИ подальше отсюда уехать…А вокруг, если выразить в двух-трёх словах —Стена плача в комнате смеха.* * *Пешие и конные,Скучиваясь грозно,Старыми знамёнамиПодметают воздух.Песенки победныеРастлевают смыслы…Расцветает – медленно.Протухает – быстро.* * *Только пижоны истинуВ ступе водой толкут:Страшно высказать письменно —Татуировкой на лбу.Истина, если выстрелит,Не попадёт впросак.Дерзновеннее лысиныТолько строгий пиджак.* * *В движенье, в поиске, в полёте,Ворвавшись в явь из снов своих,Взмывая в самой верхней нотеВ до слёз заученный мотив,Смывая тени на портретеИ живописные слои,Слона-то я и не приметилИ, в гроб сходя, благословил.* * *Морок в купели болотнойКрестит старого Хама.Ливня чёрные литрыОкропляют асфальт.Стынут женою ЛотаКаменные фонтаны.Льётся с пюпитра ПитераХрамов придворных фальшь.* * *Посреди окружнойРазвалилась Москва.Пассажира в окноПотянуло блевать.СумасшествующийГолым влез на карниз.Трое лишних мужчинСо столбом обнялись.Не скрипит тишина,Не туманится свет.Трудно лёжа пинатьГрязный след на траве.Просто преть по домам,Заполняя кровать…А с рекою дерьмаВытекает Москва…* * *Свеженаплёванный в грязь асфальтЗемлю рядит в однотонь.Из-за угла вспухает Москва,Смог разгоняет вонь.Дымит в переулках отравы яд,Разит перегар из окóн.Тот, кто учиться попал в первый «Я»,Закончит последний «Он».* * *Праздные травят правду,Трезвые правят бал.Обалдевших бравады,Озверевших оскал.Сатанеют девицы,Вереща мимо нот.А багровое небо столицыЛезет ко мне в окно.* * *Дворник корячится на тротуаре,Уничтожая снег,Ветер плюётся в мёрзлые хариВыпученных в окне.Вечер чертит строчки коряво,Корчит рожи в ответ.Думали, что оказались правы,А оказалось – нет.* * *Разметались новостройкиНа газонах из репья.Разбирайтеся по трое:Кто нетрезвый, тот и пьян!Хороводы ходят строем,А я лишний, я ничей —На развалинах помойкиВ партсобрании бичей.* * *Даже если всё прахом,Дождь, как позавчера,Зубы вышибли в драке —В очередной из драк,Доброе утро жёстче,Сумерки без любви —Глупо считать, что тещаЖдёт тебя отравить.* * *В тоненьких тетрадочках своих,Избегая гнева и унынья,Мы делили первые стихи:О любви, о жизни и – смешные.Жизнь прошла ударом лобовым,Опытные люди, делим нынеНа стихи смешные о любвиИ ещё стихи про жизнь смешные.

ПОХОЖИЕ НА ЛЮДЕЙ (2025)

Виталику Бровкину,

которому до сих пор интересно

ОКОНЧАНИЕ

* * *Однажды, будучи в гостях,Услышите, друзья —В вечерних теленовостяхВам скажут: умер я.Они не могут без вранья!Помешаны на лжи!И врали раньше, говоря,Что я когда-то жил.

На природе

* * *– Расскажи о прекрасной погоде!Расскажи, как наутро щеглыСвои трели на ветках выводят,Своих птенчиков в гнёздах выводят,Своих птах на прогулку выводят —На свет белый из траурной мглы.– Не могу рассказать, дорогая,Потому что погода – плохая.* * *Призывно затрезвонил возбудильник,И струйками из форточки раскрытойВ кровать сочится холодок стерильный.Рассвет выходит на небо степенно,Как мокрая из пены Афродита,Но, если б знали, что была за пена.* * *Пустыня лжёт и бредит миражами,Оправдывая искренне жару,Дрожащий воздух искрами прожарив,Дыханье сушит и сжигает грудь.Оазис жаждет обмануть прохладой,Даря в песчаном мареве покой.А дыня солнца разливает сладостьСквозь хлопковую пряжу облаков.* * *Грубо утро начинаетСолнца бледного поганец.Спариваются в сараеКролики с глазами пьяниц.Страстно, бешено и бурноВ зной и в стужу дни и ночиНеприлично, некультурно.Да когда ж они закончат!!* * *Сыпать семечки – повсюдуВырастут цветы.Перепитую посудуУтром сдай в утиль.Если истина простая,Значит, всё не зря.И пингвины улетаютВ теплые края.* * *Если смотреть на Землю из космоса,Она явно похожа на глобус.Если смотреть на Байкал с самолёта,Похож он явно на карту.Если смотреть на Москву с небоскрёба,Похожа явно она на объёмный макет.Если смотреть из окна на прохожих,Явно похожи они на людей.

Между людей

* * *Разливая волны океанаПоровну на всех между бортов,Прокричу солёный тост за пьяныхПодневольных вахтенных гребцов.А когда буянить перестанетШтормовой невыспавшийся норд,За здоровье жирных капитановКубок с пеной выплесну за борт.* * *Мутный бариста за стойкоюСмешивает коктейль.Снова одна за столиком —Раньше, вчера, теперь.Отшелестели деньги.В чашке остыл латте.И камера наблюденияЗаглядывает в декольте.* * *Взоры пещѐрятся,Затухают ноты,Стоптаны тапочки,Цветы протухли.Коловращения,Круговороты:Из куколки – в бабочку,В бабу – из куклы.* * *Обнажённые лица,Дрожь в зажжённых глазах.К прежней чувств пятерицеДобавляется страх.Смоет пыль на ресницахСлёз проплаканных соль.К прежней чувств пятерицеДобавляется боль.* * *Пыль компьютер наэлектризует,Из неё собирая слова,Чтобы фразу составить простуюИ стереть, загрузившись едва.Пробежался курсор по экрану,Поскользнулся и выдавил глюк,В мир отправив эмэйл обманом,Будто пёсиков лайкать люблю.Удалить бы все письма давешние:Мыш-ка-вбок-кноп-ка-вниз-стрел-ка-вверх…Перестаньте елозить по клавишам.Подтвердите, что вы человек.

В комнате

* * *Завтра. Очки на столике,Справочка от врача,Голубь на подоконнике,Свежий заварен чай.Полн холодильник пищею,Брошен на кресло шарф,Половички почищены,Тёпленький – самовар.На все четыре стороныНеотвратим побег…И колесо историиКатится по тебе.* * *На подоконнике кактус расцвёл,Проткнув юбилейную дату.Прости, что довёл я тебя до всего,В чём ты предо мной виновата.Обрывком подслушанного житья,Подсмотренного из щёлокНа жёлтых соцветьях уколы блестятИзломанных мёртвых иголок.* * *На вешалке шляпы трусливо висят,Как будто их покусали.Напившийся дома, трезвый в гостяхНервно парадоксален.В кармане пальто штопора ржавьВвинчивается в руку.Если хочется просто поржать,Перезвоните друг другу.Шнурки от ботинок скрутились узломИ обтрепались стельки.А жизнь протекает как будто назлоСкоропостижной смерти.* * *Уехать, никогда не возвращаться,Забыть и после снова позабыть,Смешными сновиденьями напрасноНе ворошить встревоженную жизнь.А если я когда-нибудь вернусь,Боюсь, меня охватит ненарокомЛишь среднестатистическая гнусь,Как переписка Белого и Блока.

В клубе

* * *Из кармана виснут к полуЗаржавелые ключи.Умственноотсталый голубьВ подоконники стучит.Из стены торчат обрубкиОголённых проводов.Чавкая, сочится с губкиКопоть влажная в ладонь.Пылью корешки пропахлиОжидающих томов.Декорация спектакля,Где не требуется слов.* * *Филармонии двери настежь,На афише пятно кантаты.Разевают певицы пастиРасфуфырены и поддаты.Оркестранты в несвежих нотахКопошатся в поисках фальши.Подступает тромбонов рвота,Задыхаются трубы в кашле.Дирижёр в полосатой пижамеМашет палочкою в экстазе.И лежат в оркестровой ямеКонтртенор на контрабасе.* * *Невыспавшийся сумрачный охранникОткрыв засов, не отведёт глаза,Послав входящих междометьем браниВ отверстый разверзающийся зал,В котором антреприза лилипутовНа сцене репетирует финал,Где режиссёр бесстыдствует, как будтоТворенья мира смысл угадал,И, суетясь, взирает из партера,Как неуместно копошится хор,А два давно лысеющих премьераВстревают в речь, что говорит суфлёр,Играя интонациями пауз,Непонятый чтоб искупить сюжет,И что от репетиции осталосьСтекает с ложи, пачкая паркет.Катарсис скис.Смотритель сдох.Да ладно!Дозволь себе: «Мне всё разрешено!!»Не надобно особого таланта,Чтоб «Гамлета» поставить несмешно.* * *Срывая голос в крикслов непроизнесённых,Срывая струны с декрасстроенных гитар,Срывая с лиц тоскуих масок ослеплённых —И невозможно, чтобы перестать.Растормошив глаза,блуждая в килогерцах,Взболтавши перегаргипербол и литот,Влив дребезжащий всхлипистерзанного сердца,Сбив пульс, взбесивши мёртвый камертон.

Там дом

* * *Дискотека 10-го «В»Десятый класс. Год восемьдесят третий.На звук и свет сближается народ.Декабрьскими сугробами согрета,Берлога школы раскрывает вход.Несмелым скудословием сумею льВзвить фейерверк, чтоб взвихрилась душа?Блистательный бурлеск ВарфоломеевВыплясывал на сцене антраша!Где те слова, чтоб расцветили радость,По телу кровь и в чувствах ураган?Наяривал ударно Виноградов«Аляску – дивный край» под барабан.Не воспалить мальчишеского жара,Взыскряя междометиями ум!Автографом на деке «От Макара»Дурил наивных Костя Розенблюм.Как вспенить в блёклых словосочетаньях,В расчисленных рифмованных долях…Под пот танцоров ритм в пол мирозданьяВбивали пяткой Бровкин и Земляк.Немею! Нет!! Не передать словами!!!Гипербол замирает гул и гам.И девочки несметными рядамиВ восторге прижималися к стенам…* * *С города мерцающего сдуло туман,По стеклу размазан пейзаж дворовый.Новостроек многоэтажная глухоманьНастраивает глаза прикрыть и дышать ровно.Собачник без выдумки, не спешаДрессирует друга прохожих лайкать…В молодости острые радости балдежа.Ныне тихие отдохновения кайфа.* * *Я улетаю в давние края —Туда, где на оранжевой морошкеНе тает снег, где радостно петлятьИ в сумерках вытаптывать дорожки,Где люди невредимы, нет метроИ микросхем из железобетона,Где солнце бледнолицее хитроПодглядывает из-за горизонта,Где на полу солдатиков ряды,Которые стреляться не умеют,С рифмованными буквами листыВзлетают и порхают возле ели,Где греться ходят валенки в подъезд,Портвейн не замерзает на морозе,И девочка нерезкая, но есть —И проводить до дома не попросит.* * *Переполнен тесный вечерМассами людей.Кто по ходу, кто навстречу,Кто – сам по себе.То ли те, а то ли эти,Толь совсем не те.Все толпящиеся в светеГаснут в темноте.

НАЧАЛО

* * *Капли на ветру,Листья на земле.Завтра я умруВ перекрестье лет.Затихает звук,Замирает боль.Мимо смотрит друг,Говоря со мной.РассыпаютсяС чёток бусины.В небе аистыБлёкнут грустные.Я смотрю наверх:«Господи, я здесь».И встречаю смерть,Как благую весть.

ИЗБРАННЫЙ ЛЮБОВНИК (любовный изборник)

Впервые

Первое стихотворение о любви я написал весной 83-го года (то есть в Магадане снегу ещё лежать два месяца), в 9-м классе, когда мне только что исполнилось 15 лет. Кажется, оно не было посвящено никому конкретному, хотя с кем-то конкретной наверняка было связано.

Я очень редко переделываю свои стихи; помню два раза, когда уже после публикации менял одну строчку. А эту нетленку я переделывал аж трижды.

Изначально она звучала так:

Вчера я был очарован твоею прелестной позой,Что если б увидел снова, купил бы тебе цветы.Не говорю я: «Ты прекрасна, как роза».Я говорю: «Роза прекрасна, как ты».

Через какое-то довольно скорое время меня уже не смогла удовлетворять банальность и меркантильность второй строки (порнографичность первой, видимо, устраивала, а о тривиальности последних я и не догадывался, а считал их своим лирическим откровением).

На тот момент (да и на все последующие моменты и длительности) мне уже стало нравиться, когда в стихах есть конкретика: вещи, названия, детали. Кроме того, зашкаливающую пафосность хотелось притушить. В результате возник второй вариант:

Вчера я был очарован твоею прелестной позой,Что встретил бы спекулянта, купил бы тебе цветы.Не говорю я: «Ты прекрасна, как роза».Я говорю: «Роза прекрасна, как ты».

Лирический герой, как минимум, перестал торговаться с героиней по поводу воспроизводства поз, ну а странно смотрящийся сейчас «спекулянт» был данью советско-подростковому воприятию мира: цветы зимой в Магадане можно было купить только с рук, ну а кто торгует на рынке или на бульварчике у техникума? – вестимо, спекулянты!

Прошло время. Свои первоначальные опусы в первую книжку («Кто сердито», 1989) я включать остерегался. Но так как они были первыми и просто так выставить их за пределы бессознательного было невозможно, то возник вариант третий.

Вы понимаете, что, нагло поставив в конце строки слово «роза», я уже загнал себя в рифмованный тупик: от «прелестной позы», конечно, надо было избавляться, но не попасть в лапы к «морозам» для моего тогдашнего поэтизма оказалось невозможным. Сейчас бы я, наверное, нашёл бы варианты… Хотя… Ммм…

«…как роза»: грозно… жили розно… рос ты… баба с воза… закройся… хрень какая-то… (последнее – не вариант рифмы, а всплеск поэтического бессилия).

Так что третий и завершающий вариант, вошедший в официальную библиографию, зазвучал так:

Засыпало снегом тропинки, и воздух звенит                                                                 от мороза,Но в скромном стеклянном графине не вянут                                                                твои цветы.Не говорю я: «Ты прекрасна, как роза».Я говорю: «Роза прекрасна, как ты».

И этот окончательный вариант с угасающим размером строк и неясным настроением пусть открывает сборник

ИЗБРАННОЙ ЛЮБОВНОЙ ЛИРИКИ

Бывшее и небывшее

Из книжки «Кто сердито» (1989)

*     *     *Иду я, покорный судьбе,Не зная, куда идти.Одно лишь скажу себе:Прекрасен конец пути.Я жду озарения вновь,В молении руки простёр,И льётся святая любовьНа братьев и на сестёр.*     *     *Минуты средь женщин и пива часы,Вздохнув, осторожно кладу на весы,На чашу другую упали мечтаньяО девушке, чистой, как капля росы.Когда же сойду со своей полосыИ встану под лезвие смертной косы,Уйду, озарённый ласканьем мечтанийО девушке, чистой, как капля росы.*     *     *Губы закушены, кровь к вискам,Здесь чернота и тишь.Шторы вниз – эта ночь нам.Что ж ты молчишь.Горек лишь поцелуя укус,Раны лаской лечи.На белом флаге разлитых чувствНе говори – молчи.

Из книжки «Гармония хаоса» (1991)

*     *     *Между нами ничего не было,А иначе ничего бы и не было.Роль играя, страдаешь искреннеИ по ходу спектакля каешься.Начинаешь правду придумывать,А звучат правдивые выдумки.Может ты отчаялась в поиске?Отыскала отчаянье, может быть? —Только ты не увидишь облика:Он исчезнет в бликах невидимых.В небесах ждёшь сиянья прозрачного,А блеснут скользящие призраки.*     *     *Разве я сделал тебе что-то плохое?Тогда зачем же ты хочешь меня обидеть?Скажешь – исчезну, уйду, с Юмашевым                                                    буду пить пиво…Но жаль, что даже это тебе безразлично.*     *     *Когда загорается снег,Искря асфальтовый блеск,Когда карнавальный смехРождает белых невест,Когда ночь пылает звездойНад сполохами Кремля, —Я, сильный и молодой,Я снова люблю тебя.*     *     *Здравствуй, Аглая.Заглянул я сегодня в твоё окно,Почему – не знаю.Прости, Аглая.Было очень темно,Захотелось увидеть светлые комнатыИ матовые обои с обезьянками,И жёлтый потолок с потрескавшимися ранками,И сразу перейти кивком на ты.А после, Аглая,Когда свет перестанет литься,Мы выпьем чая.Ты будешь перед сном молиться,А я, безнадежно скучая,Скажу: Я приятно провёл часы,Но надо почистить лошадь и побрить усы. —До свиданья, Аглая.*     *     *Освободившись от сознанья,Лежу, не сплю.Я полистаю в ожиданьиКонспект Камю.И обволакивают тениРазумный мозг,Испепелённый от сомненийЛенивый воск.Еретики живут победойНазло судьбе.Конспект отброшу и приедуОпять к тебе.*     *     *В ней спрятаны игреки, иксы, зеты.Что добродетель, а что грехи? —Она убивает во мне поэта,Она рождает во мне стихи.

Из книжки «Чёрно-белая радуга. Простые стихи»

*     *     *Ты меня не смогла удивить,Ты такая была, как и все, —Только слова не мог проронить,Только взгляд удержать не сумел.Я таких видел тысячи глаз,Я таких видел множество лиц, —Только грустно мне так в первый раз,Только сердце немного болит.*     *     *Элина(сонет 5-го класса)Пылают угли в маленьком камине,Их ворошу без цели и забот.Пусть этот жар напомнит об ЭлинеИ озарит четвёртый школьный год.Себя страшась при выключенном свете,Других боясь при ярком блеске дня,Старался я помочь знакомым детям,Ну а они – обставили меня.Под фонарём снег так красиво падал,Она стояла, бесконечно рада,Что друг мой нёс портфель её в спортзал.А я же оказался просто сводней.Вот отчего так грустно мне сегодня.Вот отчего я угли разгребал.*     *     *Когда набухшие плоды,Созрев, попадают в корзины,Когда врага возлюбишь ты,А мать когда возлюбит сына,Когда повесят патронташВ чулане дедовом на стену…И зарыдает мальчик нашНад глупой сказкой Андерсена.

Цикл «Предъявление женского»

*     *     *                                    13 июля, 12—10Луна зальёт в холодном свете         Вчерашний прах.Мне остаётся только ветер         В твоих руках.Былое растворится ныне         В кругах воды.…А ты стоишь посередине        Своей Салды.*     *     *                                    14 июля, 0—10Я жил и не знал,               что ты есть на свете,Я жил и забыл,               что такое мечта,Но серые в сумерках               спрятались ветви,Застыла в озёрах               немая вода.И мы разлучаемся,              так и не встретившись,И мы расстаёмся —              на час? навсегда?А ветви над озером              шепчутся трепетно,И плещет в надежде              живая вода.*     *     *                                       14 июля, 0—25Таня, как часто тебе говорили, что ты любима?Таня, как часто ты понимала, что ты одна?Может быть, только во сне серебристые серафимыКрылом поглаживали тебя, лишая сна?Таня, но если однажды в сновидениях жизниВдруг вспыхнет искрой у окон твоих мечта,Может, ты вспомнишь падающие листья,Что покрывали землю, казалось бы навсегда.*     *     *                                                         14 июля, 0—36Если бы ты могла дотронуться      до меня своими маленькими руками,Если бы ты могла увидеть      звезду, когда небо в тучах черно,Я бы оставил у озера      мутную початую бутылку «Агдама»,Я бы взглядов твоих      пил бы и пил вино.*     *     *                                                  14 июля, 0—50Женщина хочет любви,                        женщина хочет уюта,Женщина хочет покоя —                        так повелось давно.Это бессмертно, как небо,                        вечно, как счастья минута.…Что же хочет мужчина,                        знать никому не дано.*     *     *                                               14 июля, 1—15Я не знаю, может, я и люблю тебя.Если хочешь – да.Если не хочешь – нет.Что значат эти слова?Это же просто слова.Там мы находим свет,                        где мы увидим свет.Думаешь ты – навсегда                        счастье любви в тебе.Если б ты знала,                        как яЖажду, чтоб было всё так.Но это просто слова.Что значат эти слова?Там, где мы видим знак,                        там мы теряем знак.

Из книжки «Почему бы и да. Книга с эпиграфами»

*     *     *Оно бывает, оно приходит,Когда вся в белом, когда одна.И шелест платья, и плеск мелодий,И то, что будет, лишает сна.Одна ли, нет ли, в толпе нахальнойПроходишь мимо – и лица вниз.Как шлейф венчальный, как крики чаек,Улыбка тает на пятнах лиц.И море пеной меня ласкает,И смотрят лики с немых картин.Оно приходит. Оно бывает.Но ты не рядом. Но я один.*     *     *Зачем это делать, зачем?Зачем говорить, что не любит?Зачем эту ночь без звездыПротягивать в завтрашний день?Забудь. Будь безгласен и нем.Слов не было, нет и не будет.Её отражаешь весь ты,Отбросивший кляксою тень.*     *     *Ну и что, что это было,Ну и что, что было глупо,Я забыл, и ты не вспомнишь,Дядя в сторону смотрел,          Если утром вышли вместе,          Возвращались если порознь          Мы – с тревогою утраты.          Дядя, двор копав, вспотел.

Цикл «Все люди – сёстры»

*     *     *Наташа —Только таким,          только таким могло быть твоё имя.Клевер —Только таким,         только таким мог быть твой цветок.Утро —И ты уходишь,              куда – я не знаю,                  но знаю: конечно, с другими.Минус пятнадцать —И я опять             для себя                  навсегда                  как всегда сам с собой одинок.*     *     *Подарил я тебе цветок,Я, не грешник и не святой.Будет близко к тебе цветок,Как бы сам я ни был далёк.Он завянет, бледный цветок,Оборвав молчанья поток.Станет близок тебе цветок,Наших новых невстреч залог.*     *     *Встретились мы наявуИ распростились по-детски:Я уезжаю в Москву,Ты остаёшься в Ижевске.Взглядом доверчиво-женскимПерелистнула главу…Ты остаёшься в Ижевске,Я уезжаю в Москву.*     *     *Она не останется рядом и рада,Она не вернётся: моли – не моли, —Меня оставляя на старшего братаИ женщин, целующих руки мои.А мне остаётся стоять перед нею,Но станет понятно, что здесь её нет —В чернеющих отблесках над Енисеем,Застывших и остановивших рассвет.*     *     *Глазами ночи смотрит вечность —Попал ли в цель, попал в беду?А он уходит в бесконечность,Твой поезд на Караганду.*     *     *Было белое тело либо тёплое лето,Море чёрное билось в бокалах с вином.Сумрак вздохами платья укрыл, что не спето.Рамой окна распят мир за окном.