Тео

Алина Келлер

Тео

Глава 1

Глава 1

Что-то не так

Главного героя не спасти.

– Тео?…

Тео обернулся и уставился на оживленный проспект улицы. Люди сновали туда-сюда, и никто не замечал, что он остановился. Мужчины и женщины, школьники и офисные клерки. Никто даже не обернулся. Все шли по своим делам.

– Тео, ты чего, дружище? – рука друга опустилась на плечо, но Тео продолжал внимательно вглядываться в толпу, – Застыл, как вкопанный. Пойдем, – его потянули вперед, через пешеходный переход на другую сторону.

Они прошли еще квартала два, о чем-то разговаривая, пиная по пути домой из школы камушки, смеясь и перекидывая мяч, пока Кентаро его не отобрал во избежание столкновения со случайным прохожим. Так они шли некоторое время, пока Нед скучающим голосом не заметил:

– Тео, ну, ты даешь… Застыл прямо на проклятом перекрестке, – и скосил глаза на друга, – Говорят, что все, кто слышит голоса на том месте, будут прокляты злым духом, который собирает души неприкаянных.

Нед сделал подозрительную рожу, которая хитрой выглядела больше, чем страшной.

– Они начинают слышать голоса, – начал он зловещим голосом, – А потом медленно сходят с ума, и их отправляют в психушку, – он коварно улыбался и продолжил, понизив голос, – Некоторые даже образовали культ и превратились в верующих фанатиков, которые снуют по всему городу, ища любые доказательства одержимости. Они приносит в жертву невинных людей, тех, кто попадается им по ночам в темных переулках или заплутавших путников. Свернешь с главной улицы – и все! Пиши – пропало! Так они думают выявить этих нечестивцев. Хотели избавиться от дьявольского наваждения, но сами попали в его сети.

– Эдвард, – предупредительно-угрожающе начал Кента, – Что за глупые россказни? Заканчивай, – парень одарил друга осудительным взглядом.

– Участники культа могут быть везде. И кто знает, может быть, они есть и среди нас? Они могут быть самыми обычными горожанами. Некоторые даже и не подозревают, что живут по соседству со служителем культа, что это может быть их отец, мать, брат или… лучший друг, – Эдвард скосил прищур в сторону Кентаро.

– На следующем собрании культа я предложу твою кандидатуру в качестве следующе жертвы, – парировал друг, – Ты уж прости, но тебе придется войти в положение нашего братства.

Тео обернулся. Они отходили все дальше и дальше от того места. Солнце медленно садилось за горизонт. Где-то неподалеку на спортивной площадке играли дети. Вечерами становилось прохладнее. Все больше чувствовалось приближение осени. Кента и Нед продолжали перебрасываться колкими фразочками на заднем фоне.

– Эдвард, ты серьезно в это веришь? – сменив тон на более серьезный, переспросил Кентаро, – Это же страшилка для младшеклассников, чтобы не гуляли в темное время суток по самым злачным местам города.

Нед шел молча, всматриваясь в далекую гладь неба, его глубокое молчание заставило друзей обернуться:

– Может быть, это и правда, – медленно проговорил он, закинув руки за голову.

Кентаро закатил глаза, и перестал с ним дальше спорить.

Школьные дни вроде и шли, но они смазались в один бесконечный серый поток сознания с дождливыми улицами и мрачными вечерами, тянущимися днями бесконечно долго. И вроде все было хорошо, но чувство затянувшейся пучины над головой погружало в тоску, отражаясь на лице задумчивым взглядом. Еще и осень, наверное, наводила на всех свое «очарование». Подумав про «очарование», Эдвард горько усмехнулся сам про себя: это «очарование» отдавало оттенком сумасшествия. Все словно слетели с катушек в школе: кто-то ударился в мистику и НЛО, девчонки погрязли в гаданиях, раскладах и приметах, одни начали ходить в школу с какой-то непонятной атрибутикой, амулетами, символами, кристаллами, повязками, таинственными надписями и еще бог знает чем, а кто-то и вовсе перестал ходить в школу. И Эдвард даже не знал, что из этого хуже. На прошлом занятии клуба по бейсболу капитан команды перед тренировкой встал на колено прямо посередине поля, широко вознесся руки к небу, и начал говорить какую-то белиберду на непонятном языке. Даже многое повидавший Эдвард удивился настолько, что выронил стебелек изо рта, которую жевал от скуки. «Что за ерунда?..». Все закончилось праведным подзатыльником от тренера, который громко для всех сказал, чтобы такого на его глазах, а тем более на спортивной площадке, да, впрочем, как и на всей территории школы, больше не было. Капитан проморгался, кажется, пришел в себя, с интересом посмотрел на Мистера Уокера, который держал его за шкирку с грозным видом.

Тренер еще что-то вещал, поставил мальца на землю и размахивал кулаком. Его голос словно громкоговоритель разносил все его слова в отдаленные части территории школы. Мистер Сейджи устало вздохнул, перестал водить мелом по доске, прерывая свою речь на полуслове, которая потонула в нравственных наставлениях физрука, доносившихся из открытого окна. А Эдвард всеми силами разглядывал капитана команды, который задумчиво почесывал свою репу. Нед пытался уяснить для себя, а понял ли тот вообще, что произошло.

Девчонки клеили какую-то любовную лабуду из заклинаний на дверях раздевалки и прятались за углом, наблюдая за мальчишками. Если на это натыкался Эдвард, то он раздраженно срывал все эти надписи, а, если – Моудсли, то тот входил в образ, падая перед дверью и держась за сердце, словно его «неожиданно поразила стрела любви», и, изображая пышущего страстью возлюбленного, бросался к девчонкам за угол, пугая их своим энтузиазмов и щипая за бока, если они не успевали убежать. Однажды он с кличем победы захватил одну в плен и с ревом ворвался в мужскую раздевалку, неся ее на плече, словно трофей, торжествующее махая кулаком. Девушка была настоящая красавица. Она издала визг смущения и покраснела до самых кончиков ушей, но вертеть головой во все стороны не перестала. Взгляд ее остановился на оголенном торсе Эдварда, и она покраснела еще пуще.