По ту сторону кадра

Михаил Дубяга

По ту сторону кадра

ПРЕДИСЛОВИЕ

Так, соберитесь, соберитесь, покучнее пожалуйста! Вставай ты назад, а ты вперед. Быстрее, быстрее! Внимание! Все смотрим прямо, не моргаем! Снимаю! И научно-технологическим способом в камере объектива появляются неподвижные люди, которые застыли навечно в одном положении… всем же знакомо, думаю, что абсолютно. Так вот, я затронул эту тему из-за присутствия ее в нашей жизни и непосредственно скрывающей правду. Но это учитывая аспект современного мира с развитой цифровизацией.

Мое желание – углубить читателя в суть и правду мира фото и видео, дать возможность понять, что скрывается по ту сторону экрана и не забывать о чувствах и эмоциях, которые реальны.

Для читателей, которые дойдут до победного финала будет маленькая просьба. Достать с запылившейся полки фотоальбомы и посмотреть на всё новым взглядом.

СЕЙЧАС ВЫЛЕТИТ ПТИЧКА.

Да, эта фраза знакома нам из недалекого прошлого. Таким образом олицетворяли момент фотографии. Данную фразу решил записать в название из-за ее красоты, легкости и простоты использования.

Пожалуй, стоить начать разговор с истоков, с наших предков, а точнее с вопроса «до какого колена Вы помните своих близких и родственников?». К сожалению, не встречал еще людей, которые расскажут даже про своих прабабушек и прадедушек, а дальше так вообще полная неизвестность. Из какого мы рода, может царская кровь, дворяне, холопы, где оборвались те ниточки семейных судеб. Может просто раньше не было возможности фотографировать, а может просто кто-то не хотел помнить и вспоминать, прискорбно… Сейчас Ваш телефон кишит разного рода фотографиями, видеозаписями, а какими именно? Сфотографировали то, что ели на завтрак в кафе и какой красивый был закат на берегу моря, как кто-то наклеил объявление с вакансией на работу и многое другое. Но просто даже сами для себя, если будет желание, посчитайте сколько у вас в телефоне фотографий Ваших близких. Думаю, результат неутешительный, ведь сотни фотографий вашего завтрака и заката приводили Вас в восторг только во время их реального видения и получения живых эмоций. Спустя годы данные снимки уже Вам будут просто неинтересны, а половину или большую часть вы все равно удалите чтоб освободить память телефона. Но есть и исключения, несомненно. Когда Вы с друзьями собрались покататься на ватрушке, привязанной к фаркопу автомобиля, каждый кадр бесконечного веселья и радости на лицах заставляет улыбаться при повторном просмотре, а вот тут уже реальные эмоции, которые Вы получали в процессе и получаете при воспоминании. Как с момента появления на свет и до похода в школу, ваш ребенок постоянно в эпицентре внимания фото и видео, потому что родители не хотят упустить ни один малейший кадр из маленького растущего организма. Каждый шажок и каждое слово – достижение. А когда просматриваешь снова и снова умиляешься как в первый раз.

Вернувшись в начало к воспоминанию своих прародителей, если кто и попробовал вспомнить или поспрашивать у своих пап и мам, а также дедушек и бабушек (если этого еще не делали, то советую), то первый шаг к углублению в данную тему мы уже с вами сделали. Это интересно, даже за счет того, что раннее поколение намного больше знают про свои корни и истоки. А ведь у них тогда не было возможности фотографировать все подряд, хоть они и смогли сохранить и донести до наших дней эти маленькие желтовато-серые фотографии, от которых просто пахнет историей. Ведь представьте, сколько данная память лежала и хранила свою информацию для будущих потомков. Многих же сравнивали «вылитый отец в молодости» или «мама» и прикладывали современное фото ребенка и старенькую пожёванную фотографию ребенка прошлого столетия. Тут конечно больше ответов у генетиков, которые подробно объяснят, как и почему получается такое сходство. А у фотографии простая миссия – сохранить то, что уже никогда не вернется. Ведь еще задолго до появления фотоаппаратов люди пользовались другими инструментами передачи информации до наших дней. Не столь красочно и понятно, но умение правильно донести до сознания сути, и фантазия справится лучше некуда. Кто любитель читать произведения прошлых веков, те регулярно сталкивались с подробнейшими красочными описаниями природы до малейшего листика, падающего с дерева глухой чащи или маленькой травинки бескрайнего поля. Читая по несколько страниц красивого описания природы мы сами погружались в ту картину, которую описывал автор, передавая нам все цвета палитры. А описание главных персонажей, начиная с внешней одежки и заканчивая внутренним состоянием души, что заставляло нас проникнуться и быть тем самым героем писания. Здорово же, согласитесь. А если взять те самые наскальные рисунки, которые делали древние люди тысячи лет назад, а египетские разукрашенные стены – это все фотографии, все передача данных и память. Благодаря которым современные археологи и ученые могут изучать их культуру, быт, как они выглядели.

Наш мозг умеет воспринимать этот мир, записывать его на подкорке головы, изображать его в любых проявлениях, вспоминать то, что уже давно прошло и передавать это в естественные эмоции и восприятия, в познание. Для облегчения всех этих многих процессов существует письменность, живопись, скульптура, фотографирование и видеозапись. Чтобы мы всегда помнили, даже когда забываем.

Далее последует та суть, ради которой все начиналось. Добро пожаловать по ту сторону кадра!

КАМЕРА ВИДЕОНАБЛЮДЕНИЯ

На экране в записи виднеется второй этаж многоквартирного дома, левый тамбур. Подвесная камера видеонаблюдения, установленная над щитовой, охватывает весь проход с расположенными пятью квартирами. Она не была частью официальной системы безопасности, а скорее, странным, почти мистическим артефактом, появившимся однажды утром, словно из воздуха. Ее объектив, холодный и без эмоциональный, впитывал в себя мельчайшие детали повседневности, превращая их в безмолвный фильм. Каждая входная дверь индивидуальна на фоне монотонно окрашенных в зеленый цвет стен, как проходы в разные миры. День за днем обстановка тамбура остается неизменной, картинка, передаваемая на камеру видеонаблюдения, пролетает в неизвестность, пока не сработает датчик движения, который посылает команду в компьютерный мозг: «начать запись».

Первой под прицел камеры попала квартира №20, где проживала семья Хлыстовых. Сергей, вечно спешащий на работу, с портфелем в одной руке и бутербродом в другой, выбегал из двери, оставляя за собой легкий аромат кофе. Марина, с усталой, но любящей улыбкой, провожала его взглядом, а затем принималась за утренний хаос с детьми. Олеся, бойкая девочка лет десяти, с косичками, вечно спорила с младшим братом Димой, чьи игрушки разлетались по коридору. Камера видела их смех, их ссоры, их объятия перед школой. Видела, как Марина, уставшая после рабочего дня, садилась на диван, чтобы хоть на минуту забыться в книге, пока дети носились по квартире. Видела, как Сергей, вернувшись домой, помогал Олесе с уроками, а Дима, прижавшись к отцу, засыпал под его тихий рассказ. Обычная, теплая, немного шумная жизнь.

В квартире №21 жила бабушка Рая. Ее дни были похожи один на другой, отмеченные тихим потрескиванием старого телевизора и негромким пением. Камера видела, как она, с добрыми, но немного потерянными глазами, выходила в тамбур и смотрела вдаль, словно пытаясь разглядеть что-то в далеком прошлом. Иногда она разговаривала с невидимыми собеседниками, ее голос звучал ласково и нежно, как будто она вспоминала давно ушедших близких. Бывали моменты, когда она забывала, где находится, и камера фиксировала ее легкое замешательство, ее попытки найти знакомые предметы. Но чаще всего она сидела в своем любимом кресле, укутавшись в теплый плед, и ее лицо освещалось мягким светом настольной лампы. В ее глазах, несмотря на болезнь, иногда проскальзывала искорка мудрости и доброты.

Квартира №22 была самой непредсказуемой. Ее двери открывались и закрывались, пропуская через себя череду незнакомых лиц. Камера видела студентов, шумных и веселых, устраивающих вечеринки до утра. Видела молодую пару, чьи страстные объятия иногда просачивались сквозь приоткрытую дверь. Видела одинокого мужчину средних лет, который проводил вечера за компьютером, его лицо освещалось синим светом экрана. Каждый новый жилец приносил с собой свою историю, свой ритм жизни, который быстро сменялся следующим. Камера была свидетелем их радостей и печалей, их коротких встреч и расставаний, их попыток найти свое место в этом временном пристанище.

В квартире №23 жил майор Петр. Его жизнь была подчинена строгому распорядку. Камера видела, как он каждое утро, еще до рассвета, выходил на пробежку, его силуэт четко вырисовывался на фоне подъездного освещения. Видела, как он возвращался, принимал душ и отправлялся на службу, его шаги были уверенными и размеренными. Вечерами он часто сидел за столом, изучая документы, его сосредоточенное лицо освещалось настольной лампой. Иногда к нему приходили гости, такие же строгие и собранные, и их разговоры звучали глухо, но чувствовалась их серьезность. В его квартире царил порядок, и даже мельчайшие детали были на своих местах.

Последней под взглядом камеры была квартира №24, где жил Юрий, одинокий скрипач. Его дни были наполнены музыкой. Камера видела, как он, с закрытыми глазами, проводил смычком по струнам, извлекая из инструмента то нежные, то страстные мелодии. Его комната была заполнена нотными листами, разбросанными по полу и столам, словно осенние листья. Иногда он играл для себя, погруженный в мир звуков, а иногда, приоткрыв окно, делился своей музыкой с лестничной площадкой, и тогда даже самые занятые соседи останавливались, чтобы послушать. Камера видела, как он, уставший после долгих репетиций, садился на подоконник, глядя на ночной город, и его одиночество казалось почти осязаемым. Но стоило ему взять в руки скрипку, как это одиночество растворялось в волшебстве музыки.

Камера, не имея возможности судить или вмешиваться, просто наблюдала. Она видела, как бабушка Рая, забыв о своих проблемах, улыбалась, когда Олеся из квартиры №20 приносила ей свежие цветы. Видела, как майор Петр из квартиры №23, возвращаясь с службы, иногда останавливался у двери квартиры №24, чтобы послушать игру Юрия, и на его обычно суровом лице появлялась тень задумчивости. Видела, как арендаторы из квартиры №22, меняясь, иногда оставляли на двери квартиры №21 записки с ключами для бабушки Раи, написанные заботливым почерком, которая присматривала за квартирой. Видела, как Сергей Хлыстов, спеша на работу, иногда здоровался с Юрием, который выходил на улицу покурить, и их короткие, деловые беседы были полны невысказанного понимания.

Камера была молчаливым свидетелем того, как эти пять разных жизней, разделенные тонкими стенами, переплетались в невидимую паутину повседневности. Она видела, как радость и печаль, одиночество и суета, дисциплина и творчество, хрупкость и сила сосуществовали на одной лестничной площадке. Она не знала, кто ее установил и зачем, но ее безмолвное присутствие придавало этому маленькому миру особую глубину, превращая обыденность в нечто большее – в хронику человеческих судеб, запечатленную в глазах дома. И каждый день, с наступлением темноты, когда огни в квартирах гасли один за другим, камера продолжала свою работу, храня тайны и моменты, которые составляли жизнь этих пяти квартир.

Однажды утром, когда солнце только начинало пробиваться сквозь городскую дымку, камера зафиксировала нечто необычное. Марина Хлыстова, обычно погруженная в утреннюю суету, вышла на площадку с небольшой коробкой в руках. Она подошла к двери квартиры №21 и осторожно постучала. Бабушка Рая, немного растерянная, открыла дверь. Марина улыбнулась и протянула ей коробку. Внутри оказались свежие булочки, еще теплые. Глаза бабушки Раи заблестели, и она, забыв на мгновение о своих проблемах, с благодарностью приняла угощение. Этот маленький жест доброты, запечатленный камерой, стал ярким пятном в череде обыденных событий.

В тот же день, ближе к вечеру, из квартиры №22 доносилась громкая музыка и смех. Новые арендаторы, молодая компания друзей, устроили вечеринку. Камера видела, как они танцевали, общались, и их энергия, казалось, заполняла весь подъезд. Внезапно, в разгар веселья, дверь квартиры №23 приоткрылась. Майор Петр, обычно такой сдержанный, вышел на площадку. Его лицо было напряженным, но, когда он увидел веселящуюся молодежь, на его губах появилась едва заметная улыбка. Он не стал делать замечаний, лишь коротко кивнул и вернулся в свою квартиру, оставив за собой ощущение, что даже строгие люди способны оценить искреннюю радость.

На следующий день, когда Юрий из квартиры №24, как обычно, играл на скрипке, его мелодия была особенно проникновенной. Он играл что-то грустное, полное тоски. Камера зафиксировала, как Сергей Хлыстов, возвращаясь с работы, остановился у двери Юрия. Он не вошел, не стал стучать, просто стоял и слушал. В его глазах читалось понимание, словно он сам переживал что-то подобное. Когда мелодия закончилась, Сергей тихо сказал: «Красиво, Юрий. Очень красиво». Юрий, удивленный, открыл дверь. Их взгляды встретились, и в этот момент между ними возникла невидимая связь, основанная на общем понимании человеческих чувств.

Камера продолжала наблюдать. Она видела, как бабушка Рая иногда махала рукой проходящим домой Хлыстовым, и они всегда отвечали ей улыбкой. Видела, как Хлыстовы из квартиры №20, уезжая, оставляли на двери квартиры №23 записку с номером телефона, на случай, если бабушке Рае понадобится помощь. Видела, как майор Петр, возвращаясь с службы, иногда оставлял у двери квартиры бабушки Раи небольшой пакет с продуктами, не говоря ни слова. Видела, как Юрий, играя свои мелодии, иногда добавлял в них нотки радости, словно отвечая на доброту, которую получал от соседей.

Эти маленькие, незаметные события, запечатленные камерой, складывались в общую картину. Они показывали, что даже в самых обыденных условиях, среди разных людей с разными судьбами, могут возникать моменты взаимопонимания, поддержки и даже дружбы. Камера, будучи лишь безмолвным наблюдателем, становилась хранителем этих хрупких связей, свидетелем того, как жизнь на одной лестничной площадке, несмотря на все свои сложности, может быть наполнена теплом и человечностью. И каждый новый день приносил свои истории, свои радости и печали, которые камера продолжала записывать, становясь невидимым сердцем этого маленького мира.

Однажды, в дождливый вторник, когда серые тучи плотно укутали город, камера зафиксировала необычную активность у квартиры №22. Новые жильцы, молодая пара, явно испытывали трудности с переездом. Тяжелые коробки и мебель громоздились в коридоре, а их попытки справиться самостоятельно выглядели довольно беспомощными. В этот момент дверь квартиры №20 распахнулась, и Сергей Хлыстов, несмотря на спешку, вышел на площадку. Он не стал ждать приглашения, а просто подошел к паре и, не говоря ни слова, помог им занести тяжелый диван. Этот спонтанный акт доброты, проявленный без всякого ожидания благодарности, стал еще одним штрихом к портрету этого дома.

В тот же день, вечером, когда Юрий из квартиры №24, как обычно, погрузился в мир музыки, его скрипка зазвучала особенно тревожно. Мелодия была полна напряжения и какого-то скрытого страха. Камера зафиксировала, как майор Петр из квартиры №23, выходя на улицу покурить, остановился и прислушался. Его обычно непроницаемое лицо выражало беспокойство. Он несколько раз посмотрел в сторону квартиры Юрия, а затем, решительно направившись к его двери, постучал. Юрий, удивленный, открыл. Майор Петр, не вдаваясь в подробности, просто сказал: «Если что-то не так, Юрий, не стесняйтесь. Я рядом.» В его голосе не было ни приказа, ни снисхождения, лишь искренняя забота. Юрий, почувствовав эту поддержку, кивнул, и в его глазах мелькнула благодарность.

На следующий день, когда бабушка Рая, подметала площадку перед квартирами, она увидела, как Олеся и Дима Хлыстовы поднимаясь на этаж играют. Внезапно, Дима, увлекшись игрой, споткнулся и упал, ударившись коленом. Он заплакал, но бабушка Рая, забыв о своей рассеянности, тихонько позвала Диму к себе. Она предложила ему стакан воды и ласково погладила по голове. Ее слова, хоть и немного путаные, были полны материнской нежности. Дима, успокоившись, обнял бабушку Раю, и этот момент, запечатленный камерой, стал трогательным свидетельством того, как даже в хрупком сознании могут жить глубокие чувства.

Камера продолжала наблюдать. Она видела, как арендаторы из квартиры №22, уезжая ненадолго, обратились к жильцам квартиры №20 с просьбой присмотреть за их кошкой на время их отъезда. Марина, не задумываясь, согласилась, и в течение недели заботилась о пушистом питомце, принося ему еду и воду.

Однажды, в солнечный субботний день, камера зафиксировала, как Марина Хлыстова, уставшая от домашних дел, вышла на площадку и присела на ступеньку, просто чтобы перевести дух. В этот момент из квартиры №24 вышел Юрий, держа в руках свою скрипку. Он увидел Марину и, вместо того чтобы пройти мимо, подошел к ней. «Тяжелый день?» – спросил он мягко. Марина кивнула. Юрий улыбнулся и, не говоря ни слова, начал играть. Мелодия была легкой и жизнерадостной, словно солнечный луч, пробивающийся сквозь облака. Марина слушала, и на ее лице появилась улыбка. Этот короткий, но искренний момент общения, когда музыка стала мостом между двумя одиночествами, был запечатлен камерой как символ того, что даже в самых обыденных ситуациях могут рождаться неожиданные связи.