Параллельная НЕреальность

– Учитывая, что на планете все места заняты известными нам государствами – Земля не резиновая. И вот такое предположение – на каждом участке определённого государства размещаются, кроме физической, другие его ипостаси. И эти ипостаси по физическим меркам миниатюрнее известных нам размеров. Это тоже предположение.

– Например, лепестки. Как тебе такая версия, Анютка?

– Можно представить эти ипостаси в виде раскрывающихся бутонов. Тогда переход из однойипостаси в другую может быть таким вот не проблемным.

– Но, требуются определённые условия. Как, например, ветер. Чтобы расшевелить «лепестки». Буря, ураган.

– Непогода, Егор, здесь не совсем подходит. Тут, скорее, человеческие эмоции. Гнев. Или бурная радость?

– Или лютая злоба. В этом направлении и будем копать. А сейчас передохнём. Ты ещё не видела наш город. Да и пообедаем, заодно. После обеда в кафе – кстати, обед был как домашний, просто и вкусно – Егор провёл экскурсию по его любимым местам.

– Начнём с начал. Отсюда строился наш город. Я очень часто прихожу на это место. Когда мне грустно – настроение поднимается. Здесь река Осередь впадает в Дон. И, мне кажется, что все мои проблемы и неприятности уносит этот бурный поток.

– Да Вы, батенька, сентиментальны.

– Я – многогранный.

– Да, и скромны.

Аня подумала: «Странно, но я с этими почти незнакомыми людьми чувствую себя легко и свободно. Аура, что ли здесь такая»?

А Егор продолжал экскурсию: «Нашему городу более трёхсот лет. Он был основан в 1709 году Петром Первым. Сначала городу дали название реки – Осеред. Через два года Осередская крепость была переименована в Новопавловскую. А в 1779 году город получил имя Павловск и статус уездного города Воронежской губернии.

У нас есть музеи – краеведческий и Музей военно-морского флота. Есть Соборы. Потом, когда решим нашу проблему, я тебе всё покажу. Но, для меня самое интересное – это Шипова дубрава и Чернавские родники. Дубрава славится корабельным лесом. Пётр Первый вывозил отсюда дубы для флота. А родники мы называем семью колодцами. Они целебные. Вода в них содержит серебро.

А, ещё – Пещерный комплекс Воскресенского Белогорского мужского монастыря. Это за городом, около села Белогорье. О нём невозможно рассказать, это надо увидеть собственными глазами. А сейчас – возвращаемся в офис и за работу. Нас ждут великие дела.

– Анюта, ты должна вспомнить всё, что произошло в пути от Москвы до того, как тебя выкинули из вагона. Попутчики, проводники. Случайные встречи на остановках. Постарайся ничего не упустить. Всё изложи на бумаге. А у меня тут, пока мы обедали, наметился срочный заказ.

Егор занялся текучкой, но никак не мог сосредоточиться. Всё время отвлекался.

– Анюта, вот ты предположила, что ипостаси по физическим меркам миниатюрнее известных нам размеров. Но, ты же жила в своём мире. И он совсем не миниатюрный. Да и наш мир тоже, как видишь. Предположим, эти бутоны раскрываются для тех, кто там живёт. Или присутствует. Да, кстати, а остальные части Советского Союза, как они существуют в вашем мире?

– Так же, как и Россия. Суверенные государства.

– И для них места хватает? Видимо, Москва резиновая?

– Не знаю. Я уже в отчаянии. Может, сначала разберёмся, почему меня вышвырнули из вагона?

– Ты изложила всё на бумаге? Ну, давай, начнём разбираться.

1. До вокзала я ехала с родителями в такси. Шутили, смеялись. И мы, и водитель. Он пытался помочь с багажом, но папа поблагодарил его и отказался от помощи.

2. Проводники. Две женщины. Вежливые. Приветливые. Не слышала, чтобы они хоть с кем-то скандалили. Или повышали голос. Меня опекали. Может быть, по просьбе родителей.

3. Попутчики в вагоне? Вагон мягкий. Купейный. В коридоре не толпились. При встрече приветствовали друг друга, но с разговорами не навязывались.

4. Я вышла из вагона только в Воронеже. До этого читала или спала в купе. Купе у меня было одноместное. Да, там, на вокзале ругалась парочка. Сначала они спорили, потом она заплакала. Он её успокаивал. Но в поезд они не сели. Может быть, ждали следующего. Я не заметила, был ли у них багаж. Может, они кого-то провожали?

5. А после я уснула. Проснулась от скрежета колёс об рельсы. Ну, а, потом меня выкинуло.

– Да, не густо. Придётся копать глубже. В том, что было раньше. Да, Анютка, сейчас я подготовлю программу для обработки твоих данных. А ты пока свари кофе. Там в шкафу кофе, ручная мельница, спиртовка. Я думаю, разберёшься. И постарайся меня не отвлекать.

Но Аня не отреагировала.

– Аня, ну, что такое? Опять глаза на мокром месте?

– Я не понимаю, почему вся это лютая злоба должна касаться именно меня? Выкинули-то меня явно не из лучших пожеланий? Я не делала никому ничего плохого.

– Умница, Аня. Теперь у нас есть вторая версия! Ты случайно попала под раздачу. А злоба – мы пока возьмём этот термин, как ключевой – была адресована кому-то другому. Вспомни, отчего ты проснулась. Может, было что-то до скрежета колёс. Что ты видела во сне. Чему ты была случайным свидетелем во всё время поездки. Или же во время посадки ещё в Москве. А, может за неделю до поездки. Или, ещё раньше. Ещё мне нужны новости из твоей России за всю предыдущую неделю.

– Но, я вряд ли тут могу помочь. Я никогда не интересовалась новостями.

– Я попробую скачать из сетей. Ваших сетей. И, Анютка, пожалуйста, держи себя в руках. Я не могу работать, когда ты плачешь.

– Извини, я больше не буду.

– Аня, вот тебе первая порция. Отбери то, что нам может пригодиться. Но, ничего не удаляй. Всё просеем через мелкое сито. Что покажется важным – в отдельную папку. Я сейчас ещё поищу. Пока я копирую новости за последнюю неделю. А там – посмотрим.