Глаза лисы

Небо свежеет, готовиться спать, солнце уходит за горизонт. Камень остывает. Тень прячется под деревья, только среди фонарей ещё можно разглядеть силуэты прохожих.

– Мне пора, – я поднимаюсь и убираю бутылки с водой в сумку.

– До свидания, Хитоми. Мне в другую сторону.

Мне так нравится, когда он произносит моё имя. Мне так жаль, что нам не по пути.

Иду домой, борясь с желанием обернуться. Как приятно было просто сидеть рядом. И разговаривать. И думать: смотрит он сейчас на меня или нет? Внезапно меня посещает глупая мысль: что, если мы сегодня встретились потому, что он нарочно искал меня? С этой мыслью я провела остаток дня.

***

Давно я не пила хорошего чая. Закончу утреннюю часть работы и выпью чашку. Гляжусь в фарфоровую вазу – вроде моя причёска вышла неплохо. Раньше я наряжалась без сомнений в том, что выгляжу хорошо. Теперь то и дело проверяю, не выбилась ли какая-нибудь прядь.

Кай Норайо. Я чувствовала, что он придёт сегодня. Он не выходит у меня из головы: я воскрешаю в памяти его облик и каждую встречу с ним; я думаю о том, чтобы проследить за ним и узнать, где он живёт; я ловлю себя на опасном желании, которого поклялась и в мыслях не допускать.

– Здравствуйте, – он открывает дверь и слушает звон музыкальной подвески. Другие посетители сразу же закрывают дверь, не давая музыке закончить свою речь.

– Хитоми, мне нужна Ваша помощь.

– Слушаю Вас, – не сказал ничего о моей причёске. Ладно, не страшно, это пустяк.

– Я хотел бы подобрать украшение.

– Украшение?..

– Да. Для одной дамы.

Я продолжаю учтиво улыбаться, но моё сердце медленно скатывается вниз, оставляя после себя щемящую пустоту.

– О… видите ли… Украшение лучше примерить перед покупкой. Оно может не подойти, не принять хозяина… или хозяйку.

– К сожалению, у меня нет такой возможности. Девушка живёт в городе, откуда я родом, а я обещал подарить ей украшение с духом-защитником. Есть ли другой путь?

Сказать ему «нет»? Очень хочется. Я борюсь с собой, не давая себе и шанса поразмыслить.

– Что ж… Давайте попробуем. Опишите мне эту девушку: её характер и внешность, чтобы подобрать внутреннюю и внешнюю часть украшения. Думаю, всё получится.

Почему я не подумала о том, что этого человека могли полюбить раньше меня? Разве я забыла, что в мире полно других девушек? Зачем я вообще решала, буду ли влюбляться? Я ведь знала, что мои мечты изначально пусты. Посеяла в себе ложную надежду и теперь морщусь от их горького вкуса.

– Спасибо Вам. Описать её, хорошо. Она… добрая… учтивая и послушная. Вежливая, приятная в общении. Она много знает, всегда поддержит советом, преданный друг…

С каждым его словом мне становится всё сложнее улыбаться. Я невольно сравниваю себя с его описанием. Я ведь тоже добрая… тоже вежливая… тоже всегда поддержу советом. Но он не знает обо мне ничего.

Да, я, должно быть, недостаточно добрая. Та девушка, она лучше меня. Через полминуты я уже не сомневаюсь в этом. Чувствуя пробивающиеся ростки зависти и ревности, я стараюсь не пропускать ни слова. Ведь мне придётся подобрать подходящее украшение. И ещё я чувствую, что не могу думать о чём-то другом. Моя соперница стала моей idée fixée, единственной, стягивающей вокруг себя всё моё сознание.

– У неё тёмные короткие волосы, светло-серые глаза и огранённые, точно алмаз, черты лица. Голос лёгкий, высокий, как самые тонкие струны сямисена.

У меня светлые волосы. Цвета белого песка. Длинные, ниже пояса. Глаза тёмные, карие. Черты лица мягкие, как свойственно кицунэ. Голос – глубокий, томный; струнами сямисена, этого волшебного музыкального инструмента, не передать тембра, которым природа одаривает соблазнительниц-кицунэ.

Мне не хочется говорить, слышать своего голоса. Но я отвечаю:

– А что бы Вы хотели приподнести Вашей даме? Ожерелье, серьги… кольцо?

«Прошу, пусть это будет не кольцо!» – молю я про себя.

– Серьги.

Скрываю вздох облегчения.

– Судя по Вашему описанию, ей подойдут одни из этих украшений, – открываю дверцы шкафа и показываю рукой на ряд с лазурными камнями, усыпанных крошечными белыми капельками, будто художник неосторожно смахнул на своё творение звёздную пыль.

– Лазурит поможет обрести мудрость, принесёт гармонию в отношениях. И он подчеркнёт её… красоту.

– Она любит синий цвет. Вы правы, ей идеально подойдёт.

– А я люблю оранжевый цвет, – зачем я это говорю? Как будто доказываю ему и себе, что я – другая. Что я не такая, как надо.

– Весьма необычно, – отвечает он. – Оранжевый, цвет восхода. Среди моих знакомых большинство предпочитает цвет полудня или ранней ночи.

Я кусаю себя за язык, но это не помогает. Я не могу сдержаться. Задаю ещё один вопрос.