Любовь по сюжету

Говорят, школьная дружба редко переходит во взрослую жизнь, но нам было уже по двадцать три, и мы всё ещё сидели вместе за одним столиком, обсуждая парней, книги и всё, что волновало.

– Итак, – с искусственой строгостью заявила Лидия, поднимая руку, чтобы подозвать Ника. – Как идут дела с твоей новой книгой?

– Лучше, чем раньше, и это уже кое-что.

– И что же за история нас ждет?

– История любви, – сказала я с тихим воодушевлением. – Романтичная, лёгкая, без чрезмерной смысловой нагрузки, но, как полагается, с долей страсти и интриги. Будет красиво, а еще весело и интересно. – На этих словах официант как раз подошёл к столику. – Я надеюсь.

– Готовы?

Я кивнула, перечислила наш стандартный заказ, сложила оба экземпляра и передала их Нику с благодарной улыбкой.

– Но если ты уже знаешь, как всё будет, то почему только сейчас начинаешь писать? – продолжила Лидия, едва официант скрылся из виду.

– Одно дело – придумать идею и план сюжета, и совсем другое – расписать их размером в целую книгу. Всё не так легко, как кажется.

Я давно поняла, что далеким от книжного сообщества людям думается, что написать книгу – так просто. Для них придумать историю – как набрать стакан воды и вылить её на бумагу. Да, согласна, образ героев может появиться за минуту и вообразить их жизнь не стоит больших усилий (чего не скажешь о затраченном времени), а вот перенести мысли в рукопись – оживить персонажей, вдохнуть в них подлинную эмоцию и направить по осмысленному пути – задача не из лёгких.

– Прям вижу статус твоих отношений с романом: «все сложно». И что, ты и самый итоговый итог придумала?

– Да, осталось лишь добавить маленькую малость – детали. И сам текст написать, – с легким сарказмом заключила я.

Самоирония была очевидна, ведь в этих тонкостях и крылась вся суть: текст должен быть не пресным набором предложений, а сочной композицией, как итог плодотворной работы. Чтобы добиться нужного вкуса, недостаточно знать только рецепт.

Мне нравилось сравнивать писательство с кулинарией. И там, и там мастера творили нечто невероятное, самое настоящее волшебство: создавали то, что вызывало отклик, насыщало, оставляло послевкусие. От чего, надкусив, уже невозможно было оторваться. А чтобы так и было, нужно и важно делать всё правильно. Не забывая, что у каждого свое «правильно». Если блюдо могло получиться удачным наугад, то текст – никогда. Обязательно, как и при дегустации блюда, которое умело приготовили, должны возникать яркие вкусовые ощущения. Так при чтении книги необходимо, чтобы складывалась целостная и красочная картинка. Вот здесь-то и начинались сложности писательства. А еще о себе не дадут забыть творческие затыки, самокритика, страх перед оценкой читателей – всё это сопровождает писателя, как тень.

Для меня писательство – не гонка и не долг, а удовольствие. Даже если я не писала неделями, то не осуждала себя за отсутствие продуктивности. А еще я любила и умела отдыхать: чтение книг, просмотр сериалов, атмосферные встречи с Лидией и другие развлечения. Я уходила в это с головой, и спустя время вдохновение само заглядывало в гости, тихо, без предупреждения, усаживалось рядом и начинало нашёптывать свою историю.

– Вот это да… – протянула Лидия и на мгновение задумалась, изображая самое философское выражение лица, какое только могла. Она театрально подперла подбородок пальцами и продолжила: – У меня к тебе исключительно профессиональный вопрос. Ответь честно, как писатель.

– Удиви меня.

– Ты когда-нибудь хотела оказаться в собственной книге?

Прежде чем я успела ответить, к нам вернулся официант с подносом. Ник, всё с той же небрежно доброжелательной улыбкой, аккуратно расставил чашки и тарелки. Я использовала эту паузу, чтобы обдумать на удивление вовремя заданный вопрос Лидии.

Вскоре Ник ушел. Я медленно сделала глоток кофе и заговорила:

– А я сегодня как раз проживала во сне свою историю.

Лидия тоже принялась за напиток, заинтересованно приподняв брови.

– Точнее её начало. Проснулась именно в тот момент, когда я… вернее моя героиня, села писать резюме для новой работы.

Я говорила неуверенно, будто прислушиваясь к самой себе, не совсем веря в возможность такого совпадения.

– Круто! – воскликнула Лиди, оторвавшись от еды. – И каково это?

– Было необычно… Я не осознавала, что сплю, но чувствовала себя собой, – добравшись до середины штруделя, я задумалась, – хотя одновременно была и ей. Как будто я – это я, но и Амри тоже.

– Амри? Ты назвала героиню своим именем?

– Ага. Всё равно пишу под псевдонимом, так почему бы и нет? – Я пожала плечами. – Я проигрывала её жизнь. Всё то, что успела написать до того, как легла спать. Довольно странно находиться в теле другого человека, но при этом иметь одно сознание.

Пытаясь примириться с дикой мыслью, я сделала ещё пару глотков и продолжила:

– Понимая, что мне надо делать то, что делала бы моя героиня, я просто действовала по сценарию, который сама же придумала. Мне понравилось проживать то, о чем пишу. Видеть и чувствовать то, что предназначалось для Амри.

– Звучит как сцена из фильма.

Лиди отодвинула пустую тарелку из-под сэндвича и принялась за остатки кофе.

– Ну точно, – усмехнулась я.

– Я как-то слышала, что давать герою своё имя – плохая примета, – произнесла Лидия с той уверенностью, которая появлялась у неё всякий раз, когда слух казался ей правдой. – Может, это как-то связано с тем, что тебе приснилось.

– Да, а ещё из-за этого можно поменяться жизнями со своим персонажем и исчезнуть в вымышленном мире. – Я фыркнула с насмешкой. – Глупости это всё.

Опустошив тарелку, я сделала последний глоток кофе и отставила чашку.

У нас с книжной Амри было не только одно имя на двоих. Я подарила ей своё отражение – пшеничные волосы чуть ниже лопаток, серо-зелёные глаза, ту же стройную фигуру и полноту губ. В ней все мое.

Возможно, подсознательно это было именно то, чего я хотела на самом деле – быть ею. Что означало быть собой, только в другой действительности. Иметь молодость, наполненную страстью и импульсом, которых не хватало в настоящей жизни. Книги – прекрасная возможность прожить бесконечное множество жизней. А я собиралась воспользоваться этим шансом, хотя бы во сне.

– Но давай представим, ты же писатель, прояви фантазию! – настаивала Лидия с хитрой улыбкой, слабо ударив кулаком по столу. – Решилась бы сбежать из реальности в выдуманную историю?

– Да, как Дориан Грей, выбираю поддаться искушению и наслаждаться жизнью, хоть, в моем случае, и вымышленной.

Лиди уже открыла рот, чтобы возразить, но я опередила её:

– Но обещаю, что в рамках разумного! Без криминала. – Мне удалось усмирить её внезапно вспыхнувшее недовольство.

Она усмехнулась, качнула головой и тепло сказала:

– Пусть так, в любом случае, где бы ты ни оказалась, помни, я рядом. И всегда поддержу, в какую бы безумную авантюру ты не ввязалась.

Осознавая, как мне повезло с подругой, я коснулась браслета из розового кварца, который она подарила мне на день рождения, с благодарностью улыбнулась и подозвала официанта, чтобы расплатиться.

Позже, уже за пустыми чашками, мы немного обсудили личную жизнь Лидии. Честно говоря, её любовные приключения были моим лучшим источником вдохновения, когда я писала романтические повороты сюжета. Пока я сама держалась подальше от глубоких сердечных привязанностей, она не переставала учить меня тонкостям эмоционального сюжета.

Уже по дороге к моему дому, мы заметили, что на обратной стороне чека Ник оставил номер телефона.

– Он всё-таки решился, – заметила Лиди, и, не спрашивая, сунула чек мне в сумку, – оставь, вдруг пригодится.

Это была хорошая попытка, но я ведь не обещала его использовать. Дать шанс, чтобы повторить ошибки прошлого? Нет, спасибо!

Глава 3

Полночь – самое подходящее время, чтобы писать о любви. Когда дневная пылкость уходила за горизонт вместе с последним отблеском заката, а город погружался в спокойствие и мягкий полумрак, тогда наступал черёд тихих личных разговоров и решительных действий. И вот передо мной привычный союзник: ноутбук с тусклым светом экрана и чашка терпкого Эрл Грея.

Я надела наушники и приготовилась творить. Сегодня я планировала заставить Амри завершить своё резюме и отправить его в компанию, где она совсем не хотела работать. Но судьба упряма, её всё же пригласят на должность, и с этого мгновения жизнь Амри изменится.

Руки непроизвольно потянулись к клавиатуре, но так над ней и застыли. Одна мысль стремительно сменялась другой, но ничего путного из них не складывалось. Опустив голову, я разочарованно вздохнула. В теле образовалась тяжесть, словно безнадежность обрела физическую форму и улеглась на плечах, как меховой воротник.

Я не могла напечатать ни строчки.

Невыносимое чувство никчемности уже почти охватило меня целиком, как вдруг телефон издал короткий сигнал. Маркет-плейс заботливо сообщил, что товары из «Листа ожидания» вновь поступили в наличие и ждали, пока я добавлю их в корзину.

Я отвлекалась на всё: сходила попить воды, игнорируя остывающий чай, поставила на зарядку смарт-часы, в чем не было большой надобности, полистала ленту знакомых блогеров, как будто их мотивационные посты могли разжечь мой внутренний огонь. Не разожгли.

Я снова шумно вздохнула.

Пора перестать договариваться с собой. Стоит только начать, хотя бы начать. Да, перерыв длился слишком долго, месяцы без строчек, без голосов героев в голове, но пришло время вернуться. Это было необходимостью, а не прихотью или ленью.

За этой мыслью последовал ещё один глубокий вдох, а за ним выдох. Я коснулась клавиатуры подушечками пальцев:

«Здравствуйте! Меня зовут Амри Элисия Эйбел, мне двадцать три года. Я – выпускница Колледжа искусств и наук Университета Сиэтла и претендентка на вакансию, заявленную в вашей компании. С гордостью могу сказать, что за время обучения я успела поработать ассистентом руководителя съемочной группы, а также стажером кинопродюсера. Для меня будет честью стать частью вашей команды и получить практический опыт в таком крупном проекте…» – так начиналось мое резюме.

В остальной его части я перечисляла достижения, прикладывала ссылки на статьи, хвасталась дипломами и грамотами – всё, что могло бы убедить, что я подхожу на эту должность.

К несчастью, ответ пришёл почти сразу. Даже слишком быстро, как будто они ждали именно меня. Или, что менее вероятно, у них просто не было желающих, а я оказалась единственным кандидатом на их вакансию.

Меня приняли. Без долгих томлений, без второго собеседования. И попросили приступить к работе уже завтра».

Это было всё, на что меня хватило. Несколько абзацев, жалкая попытка выжать вдохновение из пересохшего колодца мыслей. Глаза защипало, я сжала губы в тонкую линию, чтобы не поддаться эмоциям и не расплакаться от безысходности. Не корю себя за непродуктивность? Жалкая ложь. Я врала себе, но, по крайней мере, могла признать это.

Я потерла глаза в попытках унять жжение. Всё, хватит. С текстом на сегодня покончено.

Я понимала: нельзя полагаться на странную прихоть подсознания, которое вдруг решило подкидывать мне фрагменты сюжета во сне. Это был случайный подарок и, скорее всего, недолговечный. Лазейка. А все лазейки рано или поздно захлопываются. И тогда может стать ещё хуже. Как долго я смогу пользоваться этим приемом? Неизвестно. Подобное преимущество лишь временное решение проблемы.

Я рухнула в постель, чувствуя себя выжатой, словно лимон. К счастью, обычно в таком состоянии я очень быстро засыпала.

* * *

Первый день стажировки был ознакомительным. Едва я ступила на территорию студийного комплекса с его нескончаемыми коридорами, толпами людей, мелькающими экранами и суетой за кадром, как сразу поняла: без предварительных инструкций я бы попросту утонула в этом бурлящем потоке. Здесь всё напоминало отлаженный механизм, где каждый винтик знал своё место.

На первом этаже бизнес-центра меня встретила Клэр – миниатюрная девушка приблизительно моего возраста с черным каре и в брючном костюме-двойке. Вот уж кто точно знал свои обязанности и толк в работе. Правда, синеватые тени под глазами выдавали усталость – ту, что накапливается за месяцы высокой самоотдачи.

Она оказалась таким же стажёром, как и я, просто на год-два раньше начавшей карьерный путь.

И, что удивительнее всего, ее все устраивало. Работа удачно вписывалась в её учебный график, приносила стабильный доход, позволяла арендовать собственное жильё, а ещё открывала двери в индустрию. Всё это она рассказала, пока проводила экскурсию по этажам, как будто не в первый раз вводила новичка в курс дела.

Мы остановились в просторной комнате отдыха.

– Здесь можно немного выдохнуть и выпить кофе, – сказала она, указывая на кофемашину. – А если предпочитаешь приносить еду с собой, вон там холодильник, микроволновка и всякая полезная мелочь в шкафчике: посуда, салфетки, соль…

Она ловко сделала нам по чашке латте и, словно передав мне эстафету, протянула одну из них.

– Мой кабинет на восемнадцатом. Ты будешь на девятнадцатом. Если что, не стесняйся, заходи. Я тоже буду заглядывать, – с теплотой добавила она.

Мы поднялись на лифте пару этажей и вышли в светлый коридор, выкрашенный в приглушенно-серый цвет, на стенах которого висели яркие картинки. То были стоковые фотографии пейзажей в черных рамках. На одних изображались скалистые горы, на других – леса, ещё на парочке – море с закатным небом и альпийские луга.

– Ну вот, почти всё. Осталось пара нюансов, и на сегодня ты свободна.

Мы зашли в кабинет Клэр, который больше походил на уютное гнёздышко, чем на строгий офис. На стенах красовались цветастые мотивационные плакаты: «Через год ты скажешь спасибо, что начал сегодня» и «Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и жалеть вдвойне».

Я улыбнулась. Всё это так идеально сочеталось с её обликом. Казалось, улыбчивая, энергичная девушка с ростом едва доходящей мне до плеча, была воплощением этих слоганов.

На её столе царил творческий беспорядок, но он не создавал образ неряшливости, скорее показывал, что владелица хаоса держала всё под контролем, где разобраться могла лишь она.

– Присаживайся, – предложила Клэр, указывая на кресло.

– Спасибо.

Она объяснила в чём будут заключаться мои обязанности, как устроен рабочий процесс, и что от меня потребуется в ближайшее время. Я слушала, вникая, стараясь не выдать волнения. Всё казалось вполне выполнимым.

– Вот. Посмотри внимательно и подпиши.

Она протянула мне договор.

Работа, как я поняла, была не столько физически тяжёлой, сколько морально выматывающей. Клэр обмолвилась о бессонных ночах, сценариях телешоу или новостной программы, которые нужно сдать «ещё вчера», и об ощущении, что всё горит синим пламенем, а ты – в самом центре пожара. Её откровенность прозвучала, как звонок тревоги.

«Спасибо, Клэр. Великолепная мотивация сбежать отсюда как можно скорее», – мрачно подумала я. Но отступать было некуда. Других вариантов не предвиделось.

– Ноутбук и всё канцелярское тебе всё выдадут.

– Поняла…

Клэр вдруг озорно сузила глаза и заговорщически улыбнулась:

– И-и, как у настоящей сладкоежки, я приберегла для тебя на десерт самую… приторную новость.

Хотя Клэр и казалась очень милой, мне всё еще было неловко. Я никак не могла развязать язык.

– Ты будешь закреплена – барабанная дробь! – за молодым, перспективным и самым востребованным сотрудником. Здорово, правда? – Клэр развела руки, словно извинялась заранее. – Тео Мейден. Двадцать шесть. Амбициозный красавец и умница. В общем, корпоративный принц. Я думаю, вы сработаетесь, в конце концов. Хотя… для начала придётся его немного потерпеть, привыкнуть к нему. Он та ещё заноза в мягком месте.

– Просто прекрасно, – не без сарказма процедила я.

Только этого мне и не хватало: оказаться в распоряжении заносчивого золотого мальчика и звезды телеэкрана. Разумеется, это не могла быть строгая карьеристка средних лет с ярым желанием затоптать свою юную стажерку в самом начале её карьерного пути. Нет-нет, я не столь удачлива. Судьба решила выдать мне героя из глянцевого журнала, видимо, как дополнительное испытание.

Дар речи вмиг исчез. Быть стажером у парня, так ещё и всеобщего любимчика… Один только вопрос ко Вселенной: за что? Разве не я кормила бездомных животных? Или переводила бабушек через дорогу? И не я ли сортировала мусор? Ладно, бабушек, которым нужна была помощь, я не так много встречала, но зато знала каждого районного котика в моську и в последнем вопросе старалась преуспеть. Неужели этого недостаточно для хорошей кармы?

Я почувствовала, как внутри поднялось негодование, сменяющееся отчаянием. Мир вдруг стал невыносимо несправедливым. На сегодня всё. Занавес и такси до дома.

Ожидая машину, я глубоко вдохнула, как учат в статьях по управлению стрессом, и постаралась переварить сумасшедшую новость. Мне придется работать с каким-то всеобщим любимчиком, который наверняка уверен в своей исключительности и будет напоминать мне об этом при каждом удобном случае. Да, Амри, это будет сложно.

* * *

Уже дома, под плейлист из любимых песен, я наконец позволила себе выдохнуть. Мысли всё ещё слегка путались, но одна из них выстроилась в ясное «то, что нужно», и я потянулась за телефоном:

Я: Мне срочно надо выпить!

ИЗЗИ: Сейчас на свидании, но дай мне час, и я буду у тебя с бутылочкой белого полусладкого.

Я: Закажем роллы?

ИЗЗИ: Могла бы и не спрашивать!

Я: Ты же на свидании.

ИЗЗИ: Просто кино. Вот только выходим, и я ужасно голодная!

Я: Тогда заклинаю попутный ветер, чтобы донес тебя как можно быстрее 😄

ИЗЗИ: Лучше заклинай дороги, чтоб обошлось без пробок.

Я: 😄😄😄 Ок, босс.

Примерно через час на столе перед нами стояли прохладное Пино Гриджио и большой сет роллов. Всё в этом вечере было прекрасно. Как, впрочем, всегда, когда рядом Иззи.

Я поведала ей о первом рабочем опыте на новом месте: о столкновении с корпоративной реальностью, о своих сомнениях и новообретенном «принце», который, возможно, сведёт меня с ума. Иззи, в ответ, поделилась сюжетом просмотренного фильма и рассказом о свидании с коллегой подруги. Получается, у нас обеих день выдался как-то не очень.

Когда бутылка вина осталась в прошлом, а стол заполнили пустые контейнеры из-под еды, мы переместились на диван. Иззи вдруг выпрямилась, глаза у неё загорелись предвкушением, что было опасным признаком.

– А давай найдем его в соцсетях? – предложила она с коварной улыбкой.

– О, нет, Иззи, – я театрально хлопнула себя по лбу, – прошу, только не это.

– Да ладно тебе. Ты же не собираешься добавляться к нему в друзья или ставить лайки на фото десятилетней давности. Он даже не узнает!

– Ага. Вот так всегда. Но я уже поняла, что Вселенная сегодня не на моей стороне, так что я не хочу случайно нажать не на ту кнопку и опозориться ещё до реальной встречи с ним.

– Тогда я посмотрю со своей страницы.

– Иззи! – взвыла я, но сопротивление было тщетным. Телефон уже оказался у неё в руках, а пальцы танцевали по клавиатуре.

– Как говоришь его зовут? Сколько ему лет? – Уточнила она, чтобы сузить поиск.

– Тео, чертов, Мейден. Только не показывай мне… – процедила я.

– Ах ты ж, а он горяч! – с придыханием протянула она и, не сдержавшись, повернула экран ко мне. – Глянь хоть одним глазком!

– Нет! Даже не подумаю. – Я закрыла лицо ладонями. – Мне и так нервов не хватает!

– Ладно-ладно, тогда я тебе его опишу.

Она повернула телефон к себе.

– Не вздумай!

– Блондин с… – Иззи задумалась, – не пойму какими глазами, свет везде разный.

Её палец скользнул ещё пару раз влево, явно перелистывая фото.

– Похоже, он стремится скрывать свои кудряшки под укладкой, – воодушевленно продолжила она.

– Сколько подробностей… Замолчи…

– Ты посмотри на эти скулы, а его плечи, он определенно любит спорт! – издевалась Иззи.

– Заткнись! Я тебя умоляю. – Я выхватила у неё телефон и отбросила подальше на диван. – Мне достаточно того, что Клэр назвала его «красивым и успешным», как будто это официальный диагноз. И да, она ещё добавила, что он «заноза в заднице». Теперь уже в моей. Думаю о нем, и в голове тут же возникает образ типичного книжного героя-красавчика. Того самого, который любит поиздеваться над главной героиней. Я прям представляю эту самодовольную ухмылку. Бр-р-р…

Меня передернуло, а Иззи засмеялась.

Цифры на экране телевизора, который висел напротив дивана, сообщали о позднем времени, и я предложила Иззи остаться, но она лишь помахала рукой:

– Я на такси. Завтра рано вставать, у тебя же… апокалипсис?

– Что не убивает, делает сильнее.

Проводив подругу, я поплелась в ванную, мечтая смыть не только остатки макияжа, но и свое абсурдное положение. Уже утром наступит день, когда земля содрогнется.

* * *

Внезапно пробудившись, я вскочила с кровати, полусонная, но уже охваченная возбуждением, и бросилась к рабочему столу. Это нужно было срочно записать, пока видение не растворилось в небытие.

Я достала тетрадь с заметками, чтобы зафиксировать основные действия, что успели произойти со мной за сон. Вдохновившись таким прогрессом, мне удалось мысленно зайти немного дальше по сюжету. Внутри всё кипело, от радости я не могла усидеть на месте и, закончив мысль, направилась на кухню. Заглянув в холодильник, взяла питьевой йогурт, немного печенья, и после вернулась к столу. Собираясь набросать событий на следующий день героини Амри, я снова взялась за ручку.

Завтра у нее предстояла важная встреча, и мне необходимо сделать её неловкой, нет, даже конфузной. Да! Идеальное поле для эмоционального фейерверка, да еще и с таким красавчиком, как Тео. Придумать такое, от чего щеки вспыхнут, ладони вспотеют и дыхание окончательно собьется. Что может быть хуже для их первого знакомства? Ему же это, несомненно, покажется забавным! Потом Амри обязательно немного поварится в этой кастрюле со стрессом. Добавлю туда ещё щепотку флирта от Тео. И четверть поручений от руководства полетят туда же. А там и конец рабочего дня недалеко. Как и нервный срыв Амри.

Я с довольством закрыла тетрадь и облегченно выдохнула с чувством хорошо выполненной работы.

Подходя к кровати, я разблокировала телефон. На экране засветились страшные цифры: пять часов утра.

Я спрятала устройство под подушку и с наслаждением вытянулась под одеялом. Сон снова подкрался, как преданный соавтор, готовый продолжать наш совместный роман.

Глава 4

Я проснулась от мерзких, пронзающих уши аккордов мелодии, что раздражала меня ещё со средней школы. Тогда она означала одно: пора подниматься, вытаскивать своё бренное тело из постели и тащиться на учёбу. Звук, который оставил страшный отпечаток и детскую травму. Он сверлил, гремел, навязывал себя, будто не имел ни начала, ни конца. Я раздраженно отключила звонок.

Так. Стоп. Будильник?

Ясность ума вернулась со скоростью колибри. Вот уже несколько лет я не ставила его. Я посмотрела на время: восемь часов утра. Что за бред?!

На экране висело уведомление: «Пропущен будильник «Первый рабочий день»».

Какой ещё, к черту, первый рабочий день?

После недолгого оцепенения я медленно осмотрелась. Это была не моя кровать, не мой рабочий стол стоял по правую руку, и вообще я находилась не в своей комнате.

Окончательно придя в себя, я узнала интерьер. Это была её комната. Пространство, которое я создала для героини моей истории, для Амри.

Я облегченно вздохнула. Просто ещё не проснулась. Я спала и снова проживала сюжет, который мне только предстоит написать. Всего лишь очередной ночной визит в вымышленную реальность. Только… что-то было иначе. Не как обычно. Это первый раз, когда сознание принадлежало всецело мне. Мне не стоило так часто заставлять себя писать историю по ночам. Кажется, я начинала сходить с ума. Иначе как объяснить все эти странности?

По телу пробежали мурашки. Я снова в недоумении оглядела комнату.

Я понимала реальность мира, чувствовала по-настоящему, каждой клеточкой тела. Этот сон отличался от других. Я вдыхала и ощущала как легкие наполнялись воздухом. Улавливала тепло на коже от лучик солнца, что пробивался сквозь шторы.

Что со мной происходит? Я не смогла ответить на этот вопрос и на его замену пришёл другой: как? Как проснуться?

Первым импульсом стало старое доброе «ущипни себя». Я послушно поднесла руку и цапнула себя за запястье. Полагая, что сделала это недостаточно верно, повторила, но уже посильнее. В третий раз я ущипнула себя настолько сильно, что пришлось закусить губу. Изо рта вырвался стон отчаяния.