Шоколад на губах твоих

– И кто в вашей банде играет роль Доминика Торетто? – посмеялся Ярий и посмотрел на меня, играя бровями.

– Это ты намекаешь на то, что я похожа на лысого мужика? – стукнула его в плечо, на что он даже не шевельнулся.

Мы наплясались и насмеялись. Я перестала дуться, Яр больше не вёл себя как моя няня. Он просто веселил нас. Мы хорошо проводили время. Выпила ещё немного и решила, что мне хватит. Ярослав одобрительно улыбнулся. Опять бесит. Вика, не делай глупостей, танцуй, милая, ты могла больше не дышать даже. И я ушла в танец. Не заметила как ко мне присоседился парень примерно моего возраста.

Я без всякой задней мысли дружелюбно позволила ему приблизиться. Откуда мне было знать, что он меня обнимет и его пьяные руки начнут блуждать по моему телу? Я резко отстранилась. Он продолжал зазывно двигаться, не попадая в такт музыке. И тут бедолаге прилетело от Ярослава. Он успел ударить один раз и неудачливый ухажёр рухнул. Я обняла своего горе-няньку сзади и оттащила от парня.

– Яр, не надо, успокойся! – просила я его, встав перед ним, взяла его руки в свои и смотрела в его разъяренное лицо. – Посмотри на меня!

Секунду назад он возмущался и был готов завершить начатую бойню. И, чует моя интуиция, он забил бы парня до коматозного состояния. Чего он так с цепи сорвался? Но когда я встала перед ним, взяла за руки и попросила посмотреть на меня, Ярий замер. Я видела, как ярость на его лице тает. Где-то там вдалеке гремела музыка, и было слышно, как пришёл ругающийся Макс, а с ним ещё ребята. Я толком не слушала как Машка улаживала ситуацию вместе со своим братом.

– Увози её домой, – подойдя близко, сказал Макс Ярославу.

Ярослав отвлёкся от меня, перекинулся парой фраз с Максом. Затем попрощался с моими подругами и, схватив меня за руку, потащил к выходу. Я попыталась упираться, возмущалась, что ничего страшного не случилось, и вполне ещё часик можно посидеть. Если бы я знала, что Яр перекинет меня через плечо и унесёт как свою пещерную женщину, то покорно шла бы за ним. Но что сделано, то сделано. На удивление, такси уже стояло и ждало нас. Я не знаю, кто его вызвал: Макс или Яр, а может девочки… Меня больше волновало то, что меня выносил из бара пещерный человек. Я же знаю всех сотрудников тут, да и некоторых посетителей. И как мне потом сюда приходить? Кошмар!

Ярий усадил меня в машину и сел рядом со мной. Я опять надулась, а он держал меня за руку и не отпускал. Домой мы зашли молча. А вот внутри уже началось…

– Ты зачем с ним танцевала? – с каменным выражением лица спросил Яр, затаив в себе ярость. – Неужели не знаешь, что могут творить подобные долбоебы? И я, дурак, позволил тебе крутить перед ним задницей!

Я спокойно сняла серьги и свитер, расстегнула ширинку и молча пошла переодеваться. Ярий пытался завладеть моим вниманием, нес всякую ересь, почти как мой пьяный батя. Я старалась делать вид, что не слушаю. Когда я начала снимать штаны, он замолчал и захлопнул за собой дверь. Я переоделась в пижаму и вышла из комнаты, чтобы смыть макияж. Ярослав сидел за столом на кухне.

– Ты слышала, что я тебе говорил?

– Ты не прав!

– Да пиздец! Я забочусь о твоей безопасности! Как мне потом смотреть в глаза твоему отцу и моей сестре?

– Да никак! Представь, что ты меня вообще не спасал. Представь, что я там просто умерла, сгорела к чертям собачьим. И успокойся уже! Я не просила меня спасать! Я не просила меня опекать! Жизнь слишком коротка, чтобы не жить её. Я хочу жить полной жизнью! Моя мама вместе с бабушкой и дедушкой умерли, когда был ураган пять лет назад. Я разом потеряла их. А они так любили жизнь, мы никогда в выходные дома весь день не сидели. И вот их нет, просто нет. Другие дедушка и бабушка умерли, когда я совсем маленькая была, остальная родня по разным городам. Мы приехали сюда с отцом, как две побитые собаки. Он стал выпивать и вести себя неадекватно. Я ушла с головой в учёбу, подработку и танцы. Танцы меня спасли от ухода в себя. И если я вертела задницей, то не потому что этот левый хер мне понравился, я просто жила моментом. Да, подвернулся придурок, но жизнь на этом не закончилась! Я ведь чуть не сдохла в огне! И ничего мне сейчас не говори!

– Вик, я не знал, что все так…

Я не выдержала, просто взяла и сорвалась. Пелена слез ослепила меня. Сначала полетела одна тарелка, затем вторая, третью уже перехватил Ярослав. Он крепко обнял меня, и я зарыдала. Я плакала и плакала. Вся моя скопившаяся боль выходила наружу. А ведь думала, что уже всё выплакала, пережила и оставила в прошлом. Но когда тебя вот так с пониманием и поддержкой обнимают, когда просто подставляют плечо и дают свою жилетку, чтобы выплакаться, то устоять не получается. Твоя внутренняя плотина прорывается.

Он взял меня на руки и отнёс на кровать. Сунул мне какое-то маленькое полотенце для моего водопада и продолжал поглаживать меня по волосам и просто обнимать. Так я и уснула снова в его руках.

Глава 4

4 глава

Зазвенел будильник. Кое-как открыла глаза и уставилась в грудь Ярослава. Видимо, так и проспала всю ночью рядом с ним. Чувствовала опустошение. Сейчас я даже не понимала, чего ревела так. После трагических событий прошло лет пять, но, видимо, у горя нет срока давности. Когда ты понимаешь, что твоих родных людей больше нет, то начинаешь проворачивать в голове вопросы, которые не успел задать. Не только их, но и просто хочешь посмотреть в родные глаза и обнять. Однако жизнь быстротечна, а мы словно песчинки. Никто не застрахован от смерти. Поэтому надо просто жить и пользоваться дарованным шансом. Нужно наслаждаться каждым моментом и видеть счастье в мелочах. Да, порой боль утраты и переживаний накрывает с головой, потому что ты живой человек. Боль такова, что притупляется со временем, уходит в дальний уголок твоей души. Но никуда не исчезает. И вчера я это прочувствовала.

– Ты как? – просто спросил он.

– Пустая…

– Тебе обязательно идти на пары?

– Ну, я могу написать куратору, что плохо себя чувствую. У меня в учёбе все гладко. Хоть где-то у меня все гладко.

– Хочешь, поедем на море? Сезон давно закончился и там тихо. Посидишь на берегу.

– Я давно не была на море… Уже и забыла, как умиротворяюще оно действует на меня. Давай поедем после завтрака. А потом вернёмся и подготовим мой дом к ремонту. Два дня прошли как целая жизнь…

– Как хочешь. К выходным мои парни Ниву пригонят. Думал, посидим, если ты не против.

– Это твой дом. Я тут при чем?

– Хочу, чтобы тебе было комфортно.

– И откуда ты взялся на мою голову?

– Оттуда. Иди умывайся, панда.

Вот блин. Я же не умылась перед сном, а слезы сделали из меня трубочиста. Я вскочила, схватила одежду и понеслась в душ. Вода словно смыла с меня все тяжёлое, что давило. Так, куратору написала, можно вздохнуть спокойно.

– Кофе готов, панда. И ты меня так и не накормила своим десертом. Он там ещё живой?

– Спасибо за кофе. Живой. Сейчас достану.

Я следила за реакцией Ярослава, когда он продегустировал первую ложку. Мне хотелось, чтобы ему понравилось. Этот дегустатор уплетал мой десерт с невозмутимым видом. Ну раз не кривится, значит, нормально. А вот насколько ему понравилось, было не ясно.

– Ну и?..

– Женщина, что ты от меня хочешь? Я ем, значит, вкусно, не мешай.

– Ну мне же интересно, что месье Мишлен скажет.

– Не приторно. Не сухо и не сильно влажно. Все в меру. Я доволен.

– Хорошо.

– А ты ждала дифирамбы что ли?

– Я промолчу. Сухарь вы, месье Мишлен.

Яр скорчил рожу. На море мы решили поехать на автобусе. Пока шли на остановку, увидели женщину в возрасте с короткими волосами цветом как у русалочки Ариэль. Ее я иногда видела раньше, она выглядела всегда прилично. Но сейчас мы не смогли сдержать улыбку. Прямо на её голове сидел голубь вместо шляпки. Скорее всего, женщина часто кормила голубей, вот они и проявляли так свою любовь. Остальных голубей мы увидели, когда обошли магазин. Милое зрелище. Моё настроение быстро поднялось. Ярослав тоже улыбался, глядя на женщину с голубем на голове. Повернулся ко мне и нажал пальцем на мой нос.

– Бип.

– Ярослав, двадцать семь годиков.

– Ворчливая бабуля Викуля.

Мы засмеялись и зашли в автобус. Всю дорогу обсуждали пейзаж и здания за окном. Мы с отцом раньше жили в другой части города. Через несколько лет после трагедии мы переехали на новое место, а старый дом продали.

Автобус наконец привёз нас на нужную остановку.

Когда пришли к морю, я посмотрела на бескрайние просторы, чувствуя, как мне становиться лучше, уютнее. Нужно чаще общаться с природой. Мы живём в бешенном ритме и не замечаем, сколько чудес вокруг. Иногда нужно просто посмотреть, как ползёт муравей или как пчела собирает пыльцу. Послушать пение птиц… Природа – лучший художник и композитор, она же и лучший психотерапевт…

Ярослав расстелил подстилку, и мы сели рядом. Устремив взгляд на горизонт, каждый думал о своём. Неожиданно Яр притянул меня к себе, а я не стала возникать. Возможно, не только мне нужна эта идиллия. Я расслабилась и облокотилась спиной на его грудь. Ярий просто обнимал, молча, без лишних действий. Казалось, мы поддались какому-то порыву.

Тихий ветер трепал наши волосы и нежно касался кожи. Шум волн убаюкивал. Я достала наушники и включила «Ed Sheeran -

Give Me Love», которую заслушала уже до дыр. Второй наушник забрал Ярослав.

Мы сидели у моря, слушали мою любимую песню и всё казалось таким верным. Ярослав рядом со мной как будто занимал свое законное место, словно так было всегда. Заиграл момент в песне, за десять секунд до шести минут, мой самый любимый и самый нежный отрывок. Еле касаясь, Яр, провел пальцами по моей руке. Я ответила ему тем же, наши пальцы переплелись. Странное чувство, словно это уже было, возможно, в прошлой жизни… Кожа к коже, его губы на моем виске, нежность и уют, сидя у моря в объятиях… Этот момент был идеален.

Время и печали перестали иметь значение. Только ветер. Только Море. Только Мы. Обычно я избегаю тактильности, но с Ярославом все было по-другому. Мне были необходимы его касания, я нуждалась в нем самом. Меня приводило это в замешательство.

Машка считает, что любви не существует. Все эти чувства, которые возносят в книгах или фильмах, являются игрой гормонов, временным помешательством. И когда ты протрезвеешь от хмеля под названием «любовь», тебе будет больно. Похмелье после чувств размажет тебя.

Я не знаю мужчину, который меня обнимает. Не знаю, что он чувствует, и есть ли у нас шанс. Но от того умиротворения и полноты, что я ощущаю сейчас, я не готова отказаться, не прямо сейчас. Это мой дурман. Я как мотылёк лечу на свет, заранее зная, что погибну. И мне до одури хочется нырнуть с головой, открыть дверь в неизвестность.

Поднимаю голову и встречаюсь с бирюзой глаз. Вот она, та чёртова искра, которая меняет нас, делит жизнь на "до" и "после". И я поняла, не знаю, каким чувством, что Яр готов меня поцеловать сейчас. Но струсила.

– Хочу есть, – промямлила я, возможно, испортив самый романтичный момент в своей жизни.

– Давай ещё немного посидим и пойдем на поиски еды, – его нежный взгляд стал озадаченным, а потом он погрузился в свои мысли, прижал меня крепче и уставился на горизонт.

Я молча согласилась, обняла его руки и тоже устремила взгляд на горизонт. Стало спокойно, я даже не думала ни о чем. Не знаю, сколько мы так ещё просидели. Нас вернула в реальность громкая компания подростков. Я встала, а Ярий следом. Сложили подстилку и ушли. Наш покой в мире грез был нарушен. Мы купили по шаурме и уселись на лавочку в парке.

– Ты уже все слопал? – удивилась я. Пока у меня оставалась только половина съеденного, он уже прикончил свою порцию.

– А что там есть? – вытираясь салфеткой, ответил он с улыбкой.

– Ну вы и пожрать, месье Мишлен, – хихикнула я, доедая свою порцию.

– Куда ты хочешь ещё сходить?

– Да уже пора домой, дел полно. Ну и мне вечером на танцы. Я подменяю Василису, она преподаёт деткам. Плюс моя тренировка в зале там же.

– Ладно, пошли тогда по парку пройдемся. Должен же я хотя бы просто прогуляться в свой отпуск?

– Вот это я испортила тебе все. Совсем забыла, что ты отдыхать должен.

– Ну, ремонт я за неделю сделаю, может, больше. А потом думал поехать в горы, пока снегом не завалило. Хочешь со мной?

Он спрашивает хочу ли с ним? Да я бы от него не отлипала! Со мной творится что-то странное. Но, наверное, не буду сопротивляться.

– Надолго?

– Хотел на неделю. Давай, решай свои дела с танцами и колледжем, и махнем в горы. Там волшебная атмосфера. Вот за неделю как раз я сделаю ремонт. Если нужна будет помощь, я своим парням позвоню, и дело быстрее пойдёт.

– Ну так звони им сейчас, договорись заранее, вместе скорее справитесь. Я сегодня предупрежу на танцах, что меня не будет. Ну а с учёбой придумаю что-нибудь. Может, меня отпустят. Напишешь записку как мой дядюшка.

Мы засмеялась и пошли дальше гулять по парку. В клумбах красовались поздние цветы. Погода в наших краях переменчивая, никто не знает, когда пойдёт первый снег и будет ли он вообще. В понедельник вечером не так много народу гуляло. Ярослав позвонил друзьям, те согласились приехать аж на три дня. В пятницу мне предстояло готовить для троих мужиков. Надеюсь, что в воскресенье все закончится. Не верится, вот так спонтанно соглашаюсь ехать в горы.

Меня явно подменили в том пожаре. Вспомнила своих умерших родственников, и как мало они успели… Решила поддаться порыву, даже если пожалею.

Я пыталась спорить с Ярославом, что не обязательно на такси ехать, автобус же есть. Но этот упрямый, пещерный человек даже слушать не хотел. Ну ладно, платит, значит, может. Кто я такая, чтобы мешать?

Немного постояли в пробке, и я порадовалась, что не лето. Летом духота сумасшедшая.

Вернулись домой, сразу переоделись и пошли готовить мой дом к ремонту. После мы были такие грязные, что я начала переживать, как отмываться потом. Пока скинули мусор в одну кучу, пока некоторые вещи в пакеты убрали, пока помыли. Ещё обсудили, как лучше и быстрее навести красоту. Я посмотрела на время и помчалась в душ, надеясь не опоздать на танцы.

Пока я собиралась, Ярий успел тоже освежиться и сделать бутерброды. Настоял на том, что он поедет со мной. Странный отпуск у парня получается…

На танцы я успела впритык. Шестеро деток уже ждали меня. Я включила большую колонку с музыкой. Начали разминку, которая обычно длилась минут пятнадцать или двадцать. Затем пошли степы и прочее, движения для закрепления результата под песню «Rihanna, Drake – What's My Name?»

Каждая девочка встала на свое место танцевального рисунка. И началась магия танца.

Как же здорово у девчушек получалось! Уже не крошки, но ещё и не полноценно повзрослевшие подростки. Сегодня репетировали в концертных костюмах. Милые юбочки из фиолетового фатина были одеты сверху чёрных лосин, чёрный топ и косуха из экокожи. А фиолетовые кроссы, светящиеся неоновым светом, мы с трудом раздобыли.

Я вспомнила как девочки сразу начали строить глазки Ярославу, а он, бедолага, растерялся от такого внимания. Но когда я дала команду, что мы начинаем, все как одна отключились от реальности. Были только мы, танцы и музыка. Самая младшая, Ксения, выполнила сландж, и остальные волной повторили. Умнички мои. Я часто помогала Василисе с детками. У нас был свой танцевальный шабаш. Мы были на одной волне. Музыка закончилась, я похвалила милых пташек. Потом все дружно дали пятюню Ярославу, и я устроила фристайл для всех напоследок. Каждый танцевал, как хотел. Я от души смеялась, когда девчушки вытащили Ярия на танцпол. И каково было моё удивление, когда он выполнил бронкс-степ, а затем кик-степ. Девочки сразу выстроились перед ним и повторили. Потом в ход пошёл твист ногами. Повеселились мы знатно. Но время закончилось, и девочки, послав воздушные поцелуи довольному Ярославу, ушли.

Я же включила «Tarkan – Kuzu Kuzu», распустила волосы, словив волну ритма своими бёдрами и руками. Я видела свое лицо в отражении зеркал, томное и игривое, продолжая отдаваться танцу. Перевела взгляд на окаменевшего Ярослава и поманила его, показывая, что надо встать рядом и танцевать со мной.

Он полнялся, но подошел не слева, где я указала, а пристроился сзади. Задвигался в такт моим бёдрам, предварительно положив на них руки. Я не стала возражать: это всего лишь танец. Затем его руки, не касаясь моего тела, поползли вверх. Плавные движения под музыку, потом резкое отступление друг от друга и снова сближение. В какой-то момент Яр повернул меня спиной к себе и прижал, пока мы не переставали извиваться. Я стала ощущать, как танец перестает быть просто танцем. Отстранилась и показала ему круговые движение грудной клеткой, попросив повторить. Парень глубоко вздохнул и попытался выполнить. Я засмеялась, а двигать бёдрами у него получалось прекрасно, но вот грудной клеткой очень стремно. Возможно, если он потренируется, то станет получатся лучше. Мы ещё подурачились: точнее, я мучила Ярия, заставляя повторять за мной движения под разную музыку. В итоге он поднял руки вверх, мол, «сдаюсь».

– Твои танцы вымотали меня похлеще тренировок в зале, – жаловался несчастный Ярий. – Но усталость приятная, даже бодрит. Я проголодался.

– Ну на сегодня все. А ты сам со мной захотел пойти. Наверное, думал, что тихо отсидишься, наивный ты, месье Мишлен.

– Ты жестокая! Дай тебе кнут, и им гнать будешь.

– Я надеюсь, ты не про Красную комнату из фильма? – засмеялась я, зачем-то ляпнув это.

– Ты про «Евротур»? Не помню там Красной комнаты.

– Я про «Пятьдесят оттенков серого». Да ладно? Ты не смотрел? Вай, ну и хорошо, а то я пошутила неприлично… Пошли домой, надо поесть на ночь глядя, это святое же.

Ярий приподнял одну бровь, улыбнулся, и мы ушли. На этот раз я даже не возражала насчёт такси. Мечтала скорее принять душ и поесть. Ярослав мои мечты разделял.

Глава 5

Глава 5

Уставшие, но уже чистые и сытые, мы разошлись по комнатам. Надо же, а я так быстро пристрастилась к обнимашкам Ярия, что полностью вымотанная не смогла уснуть. Вышла на кухню попить воды. И, конечно же, там уже сидел он – тот, кто побеспокоил мою непоколебимость.

– Тоже не спится? – задумчиво спросил Яр.

– Может, кино посмотрим?

– Давай, про твои «Пятьдесят оттенков серого». Просветишь меня насчет Красной комнаты.

– Это не тот фильм, после которого засыпают.

Ярослав махнул рукой. Мы устроились в комнате, где я сплю. Немного было неловко смотреть такое с парнем.

– Романтика какая-то, да? – спросил наконец Яр, когда Кристиан пришёл в магазин к Анастейше.

– Нууу, там романтика есть, местами жёсткая, – ответила я, закусив губу, чтобы не рассмеяться.

– Жесткая романтика – это как? – хмурясь спросил он, а затем его взгляд скользнул на мои губы. – Ты закусила губу. Ладно, без спойлеров, один хрен смотреть это придётся.

– Ну ты сам захотел, – я все же хихикнула.

– Чую подвох. Ладно, едем дальше.

Я иногда подглядывала за его реакцией на некоторых сценах. Временами ловила его взгляд на себе. В атмосфере повисла какая-то недосказанность. Каждый раз, когда Яр смотрел на меня, словно изучая, я таяла как чёртово мороженое на солнышке. В фильме Кристиан провел пальцем по губам Анастейши и сказал, что хочет укусить. Машинально я посмотрела на Ярослава, а он на меня. Отведя взгляд, я возможно, покраснела, благо в полутьме этого не видно. Старалась лишний раз не смотреть в его сторону.

На экране Кристиан первый раз поцеловал Анастейшу в лифте. Черт, кажется, я дернулась, и моя ладонь невольно легла ниже моей шеи. Сглотнула, успокоилась и снова посмотрела на Ярия. Лучше бы не делала этого. Его взгляд… Моё дыхание участилось, пульс бешено замолотил. Если Яр сейчас на меня набросится, как Кристиан в лифте на Анастейшу, я точно знаю, что не стану его отталкивать.

Что со мной? Почему такая реакция именно на него? Не думаю, что было бы правильно с ним заводить какие-то отношения. Все же он – брат моей мачехи. Ну это, минимум, неприлично. Хотя вон Ланестеры чего только не творили… Я успокоила дыхание. А на этого самца, лежачего рядом, больше не обращала внимания. О, а вот и Красная комната. Я снова закусила губу, чтобы не заржать как конь.

– Бляя, – удивился Ярослав. – Жесткая романтика, говориш? И что, они будут лупить друг друга плетками остаток фильма? Лучше бы мы «Криминальное чтиво» глянули.

– Нууу, фильм не о том, как они друг друга шлепать будут. Кристиан закрытый, Анастейша будет раскрывать его. Как в сказке, любовь победит все.

– Ты пробовала эти плетки? – внезапный вопрос застиг меня врасплох, и я перевернулась на бок.

– Не думаю, что мне бы такое понравилось. Но иногда хочу отхлестать того, кто меня бесит. Но без сексуального подтекста.

Внезапно Ярослав смачно шлепнул меня по заднице. Сказать, что я офигела, ничего не сказать.

– Это что сейчас было? – ошарашено спрашиваю его.

– Где? – невинными глазками смотрит наглец. – А, ты про это?

И шлепнул ещё раз. Я больше не стала спрашивать, шлепнула его по спине. Он выгнулся и айкнул. Я зловеще засмеялась.

– Нечестно, я тебя по мягкому месту, а ты по спине… – и резко перевернул меня на лопатки. – Попалась…

Наши глаза встретились, Яр перестал улыбаться. Моё дыхание сбилось, в груди не хватало воздуха. Неужели он рискнет и поцелует меня? Я не дала ему попробовать, отвернулась и перевела все в шутку. Недолго думая, Яр зарычал мне в шею. Мне стало щекотно, а внутри екнуло нечто первобытное. Мы ещё немного подурачились. Так я узнала, что Ярий боится щекотки.

В какой-то момент мы снова замерли. Поза была слишком интимная. Он опирается локтями в кровать, лёжа на мне, а я обхватываю его бедра своими ногами. Оба в шортах. Между ног рванул пульс. Не знаю, почувствовал ли его Яр, но я ощутила остро. А еще, кажется, у кого-то там что-то зашевелилось. Боже, это мучительное желание сводит с ума, права Машка, гормоны – зло.

– Слезь с меня, – неуверенно промямлила я. – Ты тяжёлый.

И Ярослав не придумал ничего лучше, как совсем на меня лечь. Его голова легла на мою грудь. Теперь он слышал, как колошматило моё сердце. Я не врала, когда сказала, что он тяжёлый. Но мне нравилось чувствовать эту тяжесть. Только бы он ничего такого не делал, я же не выдержу и отвечу ему.

– А так, тоже тяжело? – промычал он, уткнувшись лицом чуть ниже моей груди.

– Издеваешься, садист?

– Я доминант.

– Просветленный стал, да?

Мы рассмеялась, и Яр все же привстал. Я невольно закусила губу, словно этот жест меня сдерживал. Ярослав убрал локон с моего лица, скользнул пальцем по губам, затем его рука слабо сжала мое горло.

– Маленькая извращенка, ты портишь меня.

– Из нас двоих ты старше и опытнее. Так, что это ты извращенец.

– Ладно, сегодня помилую тебя. Накажу потом.

– Месье Мишлен, вы такой загадочный.

Мы посмеялись снова и Ярий, наконец, слез с меня. Мы продолжили смотреть фильм, как раз на том месте, где Анастейша призналась, что девственница. Я села ровнее. Ярослав заметно напрягся на моё движение, но быстро расслабился.

– И во что ты меня втянула? – спросил он, не глядя на меня.

– Не виноватая я, ты сам пришёл, – посмеялась я, и он улыбнулся в ответ.

Ох, зря мы начали смотреть этот фильм. Я теперь точно не усну. Радует, что не к первой паре. Сейчас Анастейша выгибается под кубиком льда, что у Кристиана во рту. Я смотрела всего лишь раз это кино и уже забыла этот чувственный момент.

– Яр…

– Ммм…

– А ты пробовал так со льдом?

– А ты?

– Ты не ответил.

– Нет, не пробовал.

Его рука легла на мою ногу и мое сердце замерло, я боялась дышать. Большим пальцем он погладил по коже. Не стала убирать его руку. Мне было дико интересно, как далеко он зайдёт.

– Что ты со мной делаешь? – повторил он за Кристианом и посмотрел на меня, за улыбкой пряча свое возбуждение.

Я чувствовала, как он сдерживает себя. Инстинкты просто кричали. Думаю, мы оба понимали, что если переступим черту, то пути назад не будет, а мы не простые встречные, чтобы поиграться и забыть.

Его рука заскользила по моей ноге. Я рвано вздохнула, но руку не оттолкнула. Глаза Ярия гипнотизировали меня. Он словно хищник, изучающий свою жертву. Если этот мужчина сейчас продолжит свои изучения моего тела, то эта ночь будет ещё длиннее. Поэтому я переплела наши пальцы и просто положила голову ему на плечо. Дала понять, что дальше шастать по мне не разрешаю. Пока. Яр тяжело вздохнул, уткнувшись в мою макушку.

Дальше мы смотрели молча. Когда началась сцена в Красной комнате, Яр чуть сильнее сжал мою руку и провел большим пальцем по коже. Я посмотрела ему в глаза. Ох, и зря! Надеюсь, у меня не такой же голодный взгляд, как у него. Перевела глаза на экран. Воздух стал тяжелее… Зачем позволяю ему эти явные намёки? Это же Ярослав! Да, он не кровный родственник, но все равно это неправильно. Однако запретной плод так сладко манит. Черт, надо бежать, иначе я не устою перед ним. А потом будет стыдно, и мы пожалеем, что поддались порыву.