Волшебный питомец: приключения с говорящим животным

Лесник Сказкин

Волшебный питомец: приключения с говорящим животным

Глава 1. Шёпот под кроватью

Я не сразу понял, что это был голос.

Сначала мне показалось, что это обычный ночной шум – дом всегда жил своей тайной жизнью после полуночи. Трубы тихо вздыхали, половицы поскрипывали, ветер трогал подоконник, будто проверял, закрыт ли путь внутрь. Я лежал, уставившись в потолок, и считал трещины, чтобы не думать о завтрашнем дне, который снова обещал быть таким же, как все предыдущие.

И тогда раздался шёпот.

– Ты ведь тоже не спишь.

Я вздрогнул так резко, что сердце на секунду забыло, как биться. В комнате было темно, но я сразу сел, оглядываясь, будто тьма могла выдать того, кто заговорил. Никого. Только шкаф, стол с недоделанным домашним заданием и кровать, под которой скапливалась пыль и забытые вещи.

«Показалось», – сказал я себе. В этом возрасте уже стыдно верить в голоса. Гораздо проще списать всё на усталость.

Я снова лёг.

– Я серьёзно, – повторил голос. Тише. Ближе.

Теперь он доносился снизу.

Откуда-то из-под кровати.

Внутри всё сжалось. Я знал это чувство – когда разум пытается удержать привычную картину мира, а что-то уже тянет её за край, готовое сорвать. Я не хотел двигаться. Не хотел проверять. Иногда, если закрыть глаза, страх сам исчезает.

Но голос не исчез.

– Если ты не посмотришь, я всё равно никуда не денусь.

Он звучал… спокойно. Без угрозы. Даже немного устало. Это пугало сильнее.

Я свесил ноги с кровати. Пол был холодным. Сердце билось где-то в горле, и я злился на себя за то, что вообще слушаю. Медленно, будто это могло что-то изменить, я наклонился и заглянул вниз.

Сначала я увидел глаза.

Два янтарных огонька смотрели прямо на меня. Они не моргали и не светились, как у кошек в темноте, – они будто просто знали, куда смотреть. В следующий момент из тени выступила морда лиса.

Настоящего лиса.

Он был меньше, чем я ожидал, но гораздо… живее. Рыжая шерсть отливала мягким светом, словно в ней застряла искра. Кончик хвоста был серебряным, будто его окунули в лунный свет. Лис смотрел на меня внимательно, изучающе, как будто это я оказался у него под кроватью, а не наоборот.

– Привет, – сказал он. – Я Люмен.

Я не закричал. Не знаю почему. Наверное, потому что в этот момент понял: если я закричу, всё это станет слишком реальным. А так – оставался шанс, что я просто сошёл с ума.

– Лисы… не разговаривают, – выдавил я.

– Обычно нет, – согласился Люмен. – Но и люди обычно не слышат шёпот миров. Сегодня у нас обоих исключение.

Я сглотнул. В голове роились вопросы, но ни один не казался безопасным. Я вдруг ясно почувствовал: с этой минуты что-то в моей жизни треснуло. Не громко, а тихо, как стекло, по которому пошла первая линия.

– Ты… опасен? – спросил я наконец.

Люмен опустил уши и на мгновение отвёл взгляд.

– Для тебя – нет, – ответил он. – А вот для тебя из-за меня… возможно.

Это было хуже любого страшного признания.

Я смотрел на говорящего лиса под своей кроватью и понимал: если он здесь, значит, прежняя тишина была обманом. А значит, впереди – не просто странность. Впереди – приключение, которого я не просил, но от которого уже не мог отказаться.

И где-то глубоко внутри, под страхом, я почувствовал другое чувство.

Любопытство.

Глава 2. Глаза, которые понимают

Мы смотрели друг на друга слишком долго, чтобы это можно было назвать случайностью.

Люмен всё ещё сидел под кроватью, аккуратно поджав лапы, будто знал правила приличия лучше меня. Я – на краю матраса, с прямой спиной и напряжёнными плечами, как ученик, которого вызвали к доске без предупреждения. Комната казалась меньше, чем обычно, словно в ней появилось что-то лишнее. Или наоборот – что-то давно забытое вернулось на своё место.

– Ты не исчез, – сказал я наконец. Глупая фраза, но другой не нашлось.

– А ты надеялся? – в его голосе мелькнула тень улыбки.

Я хотел сказать «да». Очень хотел. Исчезновение было бы простым решением. Утром я бы проснулся и решил, что это был сон – странный, но не опасный. Но Люмен не исчезал. Он был здесь. Реальный. Слишком реальный.

Я наклонился ближе, не дотрагиваясь. От него пахло лесом и чем-то холодным, как ночной воздух после дождя.

– Ты читаешь мысли? – спросил я.

Люмен медленно покачал головой.

– Нет. Я просто смотрю. Люди думают, что мысли спрятаны глубоко, но на самом деле они всегда на поверхности. В глазах. В дыхании. В паузах между словами.

Он поднял взгляд, и мне стало не по себе. Не потому, что он был лисом. А потому, что в его глазах не было ни страха, ни удивления. Он смотрел так, будто видел меня давно. Возможно, дольше, чем я сам.

– Тогда что ты здесь делаешь? – спросил я тише. – Именно здесь. У меня.

Ответ не прозвучал сразу.

Люмен выбрался из-под кровати и сел на ковёр. Его хвост медленно двигался из стороны в сторону, почти касаясь моих ног. Я не отодвинулся, хотя внутри всё кричало, что это неправильно.

– Потому что ты услышал, – сказал он наконец. – Другие не слышат. Даже если я говорю громче.

– И поэтому ты пришёл ко мне? – В груди росло странное чувство – не гордость, нет. Скорее ответственность. – Это не слишком… рискованно?

Люмен усмехнулся.

– Всё, что имеет значение, рискованно.

Я задумался. Эти слова задели сильнее, чем я ожидал. В последнее время я всё чаще ловил себя на том, что стараюсь быть незаметным. Не выделяться. Не лезть туда, где может быть больно. И вот теперь говорящий лис рассуждает о риске, сидя на моём ковре, как будто это самое естественное место на свете.

– Ты знаешь обо мне больше, чем я о тебе, – сказал я. – Это нечестно.

– Справедливость – человеческое изобретение, – ответил Люмен спокойно. – Но ты прав. Я должен что-то сказать.

Он поднялся и подошёл ближе. Теперь между нами было всего несколько шагов.

– Я не могу остаться надолго, – произнёс он. – И если меня найдут… тебе тоже достанется.

– Кто найдёт?

Люмен замолчал. Его уши дёрнулись, будто он прислушивался к чему-то за пределами комнаты.

– Те, кто не любит, когда границы нарушают, – сказал он уклончиво. – А они уже знают, что я здесь.

По спине пробежал холодок.

– Тогда тебе лучше уйти, – сказал я быстро. – Прямо сейчас.

Он посмотрел на меня долгим взглядом. И в этом взгляде было что-то новое – не ирония, не усталость. Сомнение.

– Я надеялся, что ты так скажешь, – тихо ответил Люмен. – Значит, ты ещё можешь выбрать.

– Выбрать что?

Он наклонил голову набок.

– Закрыть глаза и забыть. Или открыть дверь – и узнать, почему именно ты меня услышал.

Я молчал. Внутри боролись страх и странное, упрямое чувство, что если я сейчас отступлю, то предам не его – себя.

Я встал и подошёл к двери. Рука легла на ручку.

– Только одно условие, – сказал я, не оборачиваясь. – Ты больше ничего от меня не скрываешь.

Люмен не ответил сразу.

– Я постараюсь, – сказал он наконец.

И по тому, как он это произнёс, я понял: впереди нас ждёт правда, к которой я ещё не готов.

Глава 3. Тайна серебряного хвоста

Мы вышли из дома перед самым рассветом.

Город ещё спал, но это был не спокойный сон – скорее тревожная дремота. Фонари гасли один за другим, будто кто-то медленно стирал ночь, а воздух был плотным и холодным. Люмен бежал рядом, почти неслышно, и если бы не редкие отблески на его серебряном хвосте, я бы легко решил, что и он – плод моего воображения.

– Ты так и не сказал, куда мы идём, – прошептал я.

– Пока достаточно знать, откуда мы уходим, – ответил Люмен.

Эта фраза почему-то показалась мне знакомой. Люди часто говорят что-то подобное, когда сами не до конца понимают, что делают. Я поймал себя на мысли, что начинаю сравнивать его с человеком, и от этого стало ещё тревожнее.

Мы свернули в старый парк – тот самый, куда я перестал ходить после того, как его признали «небезопасным». Сломанные фонари, заросшие дорожки, тени, которые выглядели слишком плотными. Люмен замедлил шаг.

– Здесь можно говорить, – сказал он. – Пока.

Я остановился.