Япония глазами японца. Все о культуре Страны восходящего солнца

Мацуока Сэйго

Япония глазами японца. Все о культуре страны восходящего солнца

Seigou Matsuoka

Nihonbunka no Kakushin ‘Japan Style’ wo Yomitoku

© 2020 Seigou Matsuoka. All rights reserved. Publication rights for this Russian edition arranged through Kodansha Ltd., Tokyo.

Перевод К. Скопиной под редакцией Т. Наумовой

В оформлении обложки использована иллюстрация: LanaDzi / Shutterstock / FOTODOM

Используется по лицензии от Shutterstock / FOTODOM

Во внутреннем оформлении использована иллюстрация: paseven / Shutterstock / FOTODOM

Используется по лицензии от Shutterstock / FOTODOM

© Наумова Т.А. и Скопина К.А., перевод на русский язык, 2025

© Мартыщенко Ю. А., макет, 2025

© ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Введение

«Японские фильтры» – ключ к пониманию культуры Японии

Кажется, это случилось в конце 1970 года: я впервые попробовал блюдо под названием «Тарако-спагетти» в небольшом ресторанчике «Кабэ-но ана» в Сибуя[1]. Оно произвело на меня неизгладимое впечатление.

Паста была пропитана соусом из сливочного масла и тресковой икры тарако, а поверх неё, словно живые существа, «плясали» тончайшие полоски водорослей нори. Я ел её палочками, а не вилкой. Помню, что самым вкусным были как раз эти измельчённые водоросли.

Я пребывал в отличном настроении и был убеждён, что будущее Японии в полном порядке. Спустя некоторое время ресторанчики рамена по всей стране, вслед за «Кабэ-но ана», стали один за другим придумывать свои оригинальные рецепты блюд.

Вскоре после этого Comme des Garçons, Миякэ Иссэй и Ямамото Ёдзи выпустили поразившие мир впечатляющие модные коллекции, а Иноуэ Ёсуи, Имавано Киёсиро и Кувата Кэйсукэ исполнили ряд сенсационно успешных хитов, смело экспериментируя с языком и музыкальными стилями. Большой фурор произвёл также выход сериала на основе полнометражного аниме «Акира» Отомо Кацухиро.

«Прекрасно! Япония на подъёме», – казалось мне тогда. Недавно, закончив работу над третьим номером журнала об искусстве «Ю» в издательстве «Косакуся», я занимался выпуском восемнадцатитомной энциклопедии «Арт Джапанеск» для издательства «Коданся». По моей просьбе Ёкосука Нориаки и Дзюмондзи Бисин совершенно по-новому отсняли шедевры из списка национальных сокровищ Японии, и мы планировали сделать их полную фотоколлекцию.

Десять лет спустя я внезапно осознал, что Япония погружается в кризис. У всех на устах была приватизация и глобальные корпорации, менеджеры устремились получать MBA[2], популярные артисты-комики, покорив телевидение, принялись баллотироваться на государственные должности, и всё вокруг вдруг стало слишком каваи[3] на вид и на ощупь. Мой друг, писатель Сиба Рётаро, выпускавший в то время исторический альманах «Коно куни-но катати» («Облик нашей страны») в издательстве «Бунгэй сюндзю», печально вздыхал, приговаривая, что Японии пришёл конец.

Прошло ещё десять лет. Рухнула Берлинская стена, и разразилась война в Персидском заливе, которая породила новые проблемы. Тем временем Япония, переживая последствия краха экономики «мыльного пузыря», продолжала пребывать во власти эстетики «каваи».

Затем появился интернет, и я начал надеяться, что мы, наконец, снова сможем задействовать силу своей уникальной «техники редактирования»[4]. Однако Япония электронной эпохи слишком охотно бросилась в объятия американских технологий, что вдобавок привело к повсеместному засилью поверхностного псевдо-японского стиля.

Это, впрочем, не означало, что спагетти с икрой тарако и оригинальные рецепты рамена куда-то исчезли. Напротив, японская кухня стала ещё более изобретательной, аниме продолжало исправно изображать на экране печали и радости подрастающего поколения, в Японии появился свой рэп, а Ивица Осим[5] призвал национальную сборную по футболу привнести в игру больше «японского духа». Но о чём бы ни свидетельствовали эти явления, неолиберальный «политический театр» Коидзуми-Такэнака[6] и бум монетаризма, охвативший мировую экономику, с лёгкостью положили им конец.

Самобытная японская философия продолжала оставаться в тени. Серьёзных попыток объяснить, что стоит за такими явлениями, как Джей-поп (J-pop), аниме или современное японское искусство с точки зрения основ культуры, практически не предпринималось. Тогда я подумал, что стоит вновь перечитать «Записки дурака», «Книгу пяти колец», «Книгу чая», «Перед рассветом» и подобную им классику, и в результате сам начал писать и говорить о разных вещах. Эта книга, призванная помочь устранить мои собственные сожаления и угрызения совести от отсутствия таких объяснений, представляет собой попытку прояснить истинную сущность японской культуры, пролить свет на её подлинную природу и фундаментальные ценности.

«Культ риса», «культура столпов», «боги-гости», роль каны, секреты синто-буддийского синкретизма, тактовый размер мабёси и японские музыкальные инструменты, значение понятий сусаби и ики, связь между ритуалом о-хараи и платежом сихараи, обучение в духе манэби и японское образование, особенности взаимоотношений между аристократическими и военными родами, а также дуалистическое мышление, практика двойных стандартов и многое другое – в этой книге я кратко рассматриваю внушительный ряд тем, предлагая свой взгляд на отношения между ними. Получился в своём роде уникальный путеводитель по японской культуре, вобравший в себя множество различных аспектов.

Японскую культуру многие считают сложной, при этом сводя все попытки разобраться к рассуждениям о ваби-саби. Меня часто просят рассказать о ней простыми словами, но я не хотел бы этого делать. По моему глубокому убеждёнию, ценность японской культуры состоит в том, что она высококонтекстна. Её подлинная сущность кроется в неочевидных и не столь простых для восприятия при первом знакомстве элементах и способах коммуникации, которые отнюдь не всегда стоит делать максимально доступными.

Если у вас вызывает отклик каллиграфия Кукай, поэзия Тэйка, дзен-буддизм Догэн, театр Но Дзэами, чайные чаши Тёдзиро, хайку Басё, кукольный театре Бунраку Тикамацу, живопись Окё, исследования Норинага, романы Огай или женские портреты Рюсэй, то не надо стремиться их упрощать. Попытайтесь понять всё это через такие концепции их создателей как канка-кэкко[7], усин[8], тинтё-мимоэ[9], дзибун-но хана[10], омокагэ[11], саби[12], модоки[13], инисиэ-гокоро[14], кандзё[15], битай[16] и подобные им комплексные суждения.

И если при этом вы скажете, что всё это слишком сложно, то позвольте спросить: можете ли вы утверждать, что понимаете идеи Платона, живопись Рафаэля, этику Спинозы, «Критику чистого разума» Канта, «Великого инквизитора» Достоевского, «В поисках утраченного времени» Пруста, «коэффициент искусства» Дюшана, экзистенциализм Сартра, джаз Колтрейна и поп-арт Уорхола? Думаю, коль скоро вы смогли уяснить всё это, то вполне сможете понять также японскую философию и эстетику.

Поскольку такой подход требует определённых усилий, я хочу предложить в помощь некоторые полезные инструменты. Назовём их «японские фильтры».

Среди них фильтр «приходящих богов», «рисовой культуры», синто-буддийского синкретизма, азбуки кана, семейного дома иэ, театра Кабуки, утончённого индивидуального вкуса суки, образов прошлого омокагэ, принципов обучения манэби, фильтр «управления государством и заботы о народе» кэйсэй-саймин и другие. Прочитав эту книгу, вы поймёте, что они означают.

Истинная природа японской культуры состоит в непрерывной изменчивости. Её выражают не боги ками или будды, не поэзия вака или национальная философия кокугаку. Она раскрывается в том, что всё это, так же как музыка баллад токивадзу и искусство театра Кабуки, живопись нихонга и эстрадные песни эпохи Сёва, костюмы с матроской и аниме, постоянно меняется. Эти изменения обычно происходят посредством образов прошлого омокагэ и благодаря обострённому восприятию непостоянства мира уцурои. Они и составляют суть «японского стиля».

Чтобы по-настоящему проникнуться этой мыслью, необходимо сначала поближе познакомиться с японской мифологией, эстрадой эпохи Сёва, комиксами 60-х годов и многими другими явлениями, чтобы, в достаточной мере погрузившись в них, почувствовать подлинные границы «переломных моментов» японской истории и культуры.

Такие события, как битва на реке Пэккан, смута годов Дзёкю и Китайско-японская война, в числе многих прочих, красноречиво указывают на эти «линии переломов». Стоит уделить им должное внимание.

Не сделать этого – всё равно что пытаться понять пуританство, не зная историю войны королевы Анны, или изучать барокко, упуская из виду войну за испанское наследство.

Между тем, прежде чем мы успели опомниться, японскую культуру стали сводить к разговорам о ваби-саби, Фудзияме, манге «Звезда Кёдзин»[17] и игре «Супер-Марио».

Не имею ничего против, но чтобы не ограничиваться только этим, настоятельно советую прочитать «Письмо сердца» Мурата Дзюко, «Комплекс понятия ики» Куки Сюдзо, «Теорию ремёсел» Янаги Мунэёси и «Десять историй весенних ночей» Ока Киёси. Или хотя бы «Спросите Рикю» Ямамото Кэнъити, «Теорию гейш» Ивасита Наофуми и «Философию ракуго» Накамура Нобору.

Япония создала цельную, но многообразную культуру, и нам следует хорошенько разобраться, что представляет собой это многообразие.

Многие японцы ошибочно думают, что знают свою культуру, не стремясь к пониманию её глубинных основ, но без такого стремления, это невозможно. Упрощённые теории о Японии приводят ко множеству заблуждений. Надеюсь, эта книга поможет положить им конец.

Лекция I

Возведение столпов

Поговорим о культуре «сотворения столпов», из которой берёт своё начало общество древней Японии

«Чёрные корабли» под названием «рис», «железо», «иероглифика»

Во-первых, я хотел бы сказать, что для более широкого взгляда на историю Японии имеет смысл рассматривать её как страну, куда неоднократно прибывали «чёрные корабли». Такой взгляд поможет лучше понять её особенности, и, напротив, без него правильно оценить многое в ней будет трудно. В этой книге я придерживаюсь такого подхода.

Помимо «Чёрных кораблей» Перри,[18] до берегов Японии добирались британские корабли, русские фрегаты Путятина и не только они. Именно «чёрные корабли» привезли сюда первое огнестрельное оружие, на них неоднократно приплывали христианские миссионеры.

Само собой разумеется, монгольское вторжение времён династии Юань, а кроме него дзен-буддизм, чай, неоконфуцианство и китайский справочник по естествознанию «Хондзо комоку»[19] тоже были «чёрными кораблями», поразившими сознание японцев. Здесь под «чёрными кораблями» я имею в виду все то, что знакомило Японию с культурами других стран.

Ещё раньше Японию преобразил приход буддизма, строительных технологий и конфуцианства. Но что стало для неё самым первым потрясением?

Первыми «чёрными кораблями», прибывшими сюда в древности, без сомнения, были «рис», «железо» и «китайская иероглифика». Всё это попало в Японию практически друг за другом. Примерно через десять тысяч лет замкнутой жизни периода Дзёмон, рис, железо и иероглифика кандзи были завезены из Китая, полностью преобразив Японию. Это было важнейшим событием, произошедшим в период Яёй, который охватывает приблизительно двести-триста лет до и после начала новой эры.

Чтобы понять, почему рис, железо и китайская иероглифика были «чёрными кораблями», нужно немного узнать об обществе и культуре предшествующего их прибытию периода Дзёмон.

Японский архипелаг отделился от Азиатского континента около двадцати миллионов лет назад, а свою нынешнюю форму приобрёл, как считается, около трёх миллионов лет назад. В геологии такие структуры называют «островными цепями» или «островными дугами», поскольку они представляют собой дугообразную гряду островов, напоминающих маленькие цветы на ветке дерева. Я образно называю Японский архипелаг «архипелаг-дверная ручка», потому что по форме он действительно похож на «ручку», прикреплеёную к огромной «двери» Азиатского континента.

Сто пятьдесят тысяч лет назад по территории Японии бродили мамонты, слоны Наумана и тигры, но примерно к началу десятого тысячелетия до н. э. все они полностью вымерли. В промежутке между этими временными отрезками Японские острова начали заселять люди. Вероятно, их привлекли и побудили остаться благоприятные природные условия: мягкий климат, богатая флора и чистые источники питьевой воды. Скорее всего, около тридцати тысяч лет назад здесь появились первые постоянные поселения людей, которых позже стали назвать «люди Дзёмон».

Около двенадцати тысяч лет назад «люди Дзёмон» начали создавать особую керамику. Самый древний её тип относится к Начальному Дзёмон. Благодаря характерному тонкому линейному орнаменту он получил название рюсэнмон доки. Развитие керамических изделий продолжилось в периоды Раннего, Среднего, Позднего и Заключительного Дзёмон.

В период Раннего Дзёмон появляются гладкие изделия цилиндрической формы с плоским дном. Тогда же люди Дзёмон начали изготавливать разнообразные серьги и практиковать погребения в согнутом положении. В период Среднего Дзёмон появляются крупные поселения с большими домами, возникают керамика «змеиного» орнамента дзямон и культы поклонения богам мужского и женского начала. Продолжает распространяться анимизм. Именно к этому периоду также относится найденная на территории современных префектур Нагано и Ниигата керамика стиля каэн доки (букв. «керамика с пламенеобразным орнаментом»), которая так поразила когда-то художника-авангардиста Окамото Таро.

У людей Позднего Дзёмон отмечается зарождение кооперации и разделения труда. Появляются общинные кладбища и каменные гончарные круги, начинают повсеместно изготавливаться ритуальные атрибуты. В период Заключительного Дзёмон начали практиковаться украшение тела и лица татуировками бунсин. Слово бунсин также можно прочитать как ирэдзуми, а иероглиф бун, кроме того, имеет чтение ая, как в выражении ая-о цукэру («наносить узор»). Древние японцы тех времён переходят к выращиванию мелких злаковых растений (пока ещё не риса). Для употребления в пищу злаки варили либо толкли.

В обществе Дзёмон развивалась система устной коммуникации дзёмонго или «язык Дзёмон», который соответствует бесписьменному протояпонскому языку. Его использовали до появления идеографической письменности, но стоит отметить, что японцы издревле полагались в большей степени именно на ханаси котоба, то есть на устную речь, и именно поэтому верёвочный орнамент на керамике Дзёмон и узоры ая имели столь большое значение.

Наконец, в обществе Дзёмон появились рис, железо и немного позже иероглифика. Само собой разумеется, для японцев того времени это были явления невероятного масштаба и значимости. Они стали теми самыми первыми «чёрными кораблями», прибывшими на Японские острова в роли «глобализаторов» развития. Именно здесь находится отправная точка превращения Японии в страну с целостной и многогранной культурой.

Что привезли в Японию три «чёрных корабля»

Рис произвёл настоящую революцию в питании древних японцев. Заливное рисоводство выработало у людей не только определённые пищевые привычки, но и сформировало сельскохозяйственный цикл года, который определялся ритуалами, связанными с урожаем. Многие праздники и обряды Японии произошли от этой ежегодной череды «молитв и благодарений», центральным объектом которых было рисовое зерно и рисовой колос. О том, как именно сельскохозяйственный цикл повлиял на жизнь японцев, я подробно расскажу в третьей лекции «Ежегодный цикл инори и минори».

Стоит отметить, что заливное рисоводство значительно облагородило ландшафт страны. Красоту деревенских пейзажей Японии отмечала ещё Изабелла Бёрд в своей книге «Нехоженые тропы Японии» (изд. «Коданся гакудзюцу бунко»), посвящённой её путешествию по стране в 1890-х годах.

Культура железа, сменившая культуру выплавки бронзовых изделий, позволила японцам создавать более прочные, эффективные и долговечные орудия труда и оружие. Если бронзовые изделия использовались, как правило, в ритуальных целях, например, для изготовления обрядовых колоколов и копей, то выплавка железа имела исключительно практическую значимость. Кстати, в Китае при императорском дворе времён эпохи Хань существовал трактат «Рассуждения о соли и железе», в котором два этих природных элемента рассматривались основополагающими для жизнедеятельности государства. В Японии вплоть до послевоенного времени периода Сёва, когда компании «Железо и сталь Явата» (Yawata Iron & Steel) и «Железо и сталь Фудзи» (Fuji Iron & Steel) объединились в корпорацию «Сталь Японии» (Nippon Steel Corporation (сейчас Nippon Steel & Sumitomo Metal), воспевалась идея «Железом куётся государство». После объединения компания «Сталь Японии» быстро превратилась в лидера японского рынка по объёму продаж, обогнав компанию «Хитати», и сумела сохранить свои позиции до 1980-х годов, когда её опередила автомобилестроительная корпорация «Тойота».

В древности железо выплавляли в печах татара. Это осуществлялось следующим образом: железосодержащий песок или железная руда помещались в плавильную печь, сложенную из глиняных кирпичей, затем за счёт тепла от сжигания древесного угля расплавленное железо соединялось с углеродом, и в результате получалась сталь. Для поддержания тепловой энергии кислород последовательно подавался в печь с помощью мехов фуйго. Работать с фуйго было непросто – это делали крепкие мужчины, раздувая их ногами и прилагая при этом большие усилия. Искры пламени, вздымающегося от расплавленной стали, разлетались вокруг, и рябь причудливых огненных вспышек напоминала силуэт восьмиглавого и восьмихвостого змея Ямата-но ороти из японских мифов. В окрестностях провинций Идзумо и Ясуги (современная префектура Симанэ) в старину существовали «кланы татара» (татара-но итидзоку), что нашло своё отражение в полнометражном анимационном фильме Миядзаки Хаяо «Принцесса Мононокэ». Необычного вида мужчины в странных одеждах, охраняющие печи, как раз являются выходцами из такого клана.

Что же привёз в Японию третий «чёрный корабль» под названием «иероглифика»? В первую очередь он дал возможность древним японцам обрести систему письменности и вырваться из длительного периода безграмотности.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Сибуя – один из центральных районов Токио.

2

MBA (англ. Magister of Business Administration) – магистр (или мастер) делового администрирования, квалификационная степень в менеджменте.

3

Каваи – букв. милый, симпатичный. С начала 1980-х годов понятие каваи превратилось в эстетическую концепцию, подчёркивающую аспект влияния миловидной привлекательности в сфере поп-культуры и повседневной жизни.

4

«Техника редактирования» (яп. 編集文化, хэнсю бунка) – оригинальная концепция, описывающая процессы формирования японской культуры, автором которой является автор книги Мацуока Сэйго.

5

Ивица Осим (1941–2022) – югославский футболист и футбольный тренер, с 2006 по 2007 год возглавлявший сборную Японии по футболу.

6

Коидзуми Дзюнъитиро (род. 1946) – японский государственный и политический деятель. Лидер Либерально-демократической партии Японии и премьер-министр Японии с 2001 по 2006 год.

Т акэнака Хэйдзо (род. 1951) – японский экономист и политик, занимавший пост министра внутренних дел и связи с постом министра приватизации почтовых служб в кабинете премьер-министра Коидзуми.

7

Канка-кэкко (яп.間架結構) – принцип каллиграфии, суть которого заключается в балансе интервалов между линиями и точками, разработанный основателем буддийской школы Сингон, знаменитым каллиграфом Кукай (774–835).

8

Усин (яп.有心) – букв. «поэзия, доходящая до сердца». Термин, описывающий поэзию вака, который ввёл в обиход придворный поэт Фудзивара-но Тэйка (1162–1241).

9

Тинтё-мимоэ (яп.朕兆未萌) – букв. «проявление изначального «я», существовавшего до рождения». Принцип учения японского мыслителя, основателя дзен-буддийской школы Сото Эйхэй Догэн (1200–1253).

10

Дзибун-но хана (яп.時分の花) – букв. «цветок мгновения». В теории искусства театра Но драматурга Дзэами Мотокиё (1363–1443) означает преходящее очарование и блеск юности.

11

Омокагэ (яп.面影) – букв. «смутный образ памяти, воспоминание, видение». Ощущение, характерное для керамики стиля раку, основателем которого являлся мастер-керамист Танака Тёдзиро (1516–1589).

12

Саби (яп.さび) – состояние сосредоточенной отрёшнности и его атмосфера, присущее поэзии Басё Мацуо (1644–1694).

13

Модоки (яп.もどき) – исполнительский приём в некоторых видах японского традиционного театра, при котором роль главного героя оттеняет актёр комического амплуа. Использовался драматургом Тикамацу Мондзаэмон (1653–1724) в пьесах для кукольного театра бунраку.

14

Инисиэ-гокоро (яп.古意) – букв. «дух древности». Концепция, которая подчёркивает важность изучения образцов прошлого в литературе и искусстве, на которую опирался в своих исследованиях Норинага Мотоори.

15

Кандзё (яп.簡浄) – букв. «простой и чистый». Стиль прозы, к которому стремился Мори Огай в своих произведениях на этапе переосмысления своего творчества.

16

Битай (яп.美体 или 美の本体) – букв. «тело» красоты» или «сущность красоты». Художественная теория японского художника Кисида Рюсэй, посвящённая методам изображения красоты в искусстве.

17

«Звезда Кёдзин» (яп. 巨人の星, кёдзин-но хоси) – популярная японская манга о спорте, автором которой является Икки Кадзивара, а иллюстратором – Нобору Кавасаки. Аниме-сериал на её основе входил в список 100 топ-аниме в 2000, 2005 и 2006 годах.

18

«Чёрные корабли» Перри – название соединения кораблей ВМС США под управлением коммодора Перри, которые прибыли к берегам Японии в июле 1853 г. Слово «чёрный» здесь относится к чёрному цвету корпусов парусных судов старой постройки и к чёрному цвету угольного дыма из труб пароходов, использующих уголь в качестве топлива. Прибытие этих кораблей ознаменовало конец периода самоизоляции Японии и начало эпохи модернизации.

19

«Хондзо комоку» («Трактат о деревьях и растениях») – это японский перевод названия китайского трактата «Баньцао ганму» («Компедиум лекарственных веществ») Ли Шичжэнь, являющегося фундаментальным трудом по китайской фармакологии и естественной истории.