Сильные женщины. Искренние истории о бизнесе, жизни и любви

Совершенно неожиданно открылись прежде недоступные двери. Меня пригласили на работу, и начался активный процесс телевизионного развития: сначала одно шоу, за ним – другое, интересный продакшен сменялся еще более интересным. Я решила попробовать себя на федеральном канале и выбрала «Первый», где получила хороший опыт в программе «Расследования». После этого стала продюсировать телевизионные программы и шоу. Наконец-то я занялась любимым делом!

Когда в 2014 году я встала в кадр «Ревизорро», сразу поняла, в каком непростом формате предстоит работать: без сценария, импровизируя по ходу съемки. Нужно было ситуационно реагировать, быстро понимать, что происходит, и так же быстро реагировать, придумывать вопросы, да еще и говорить красиво. Огромное количество законов и правил, которые я запоминала, нужно было уметь быстро извлекать из недр памяти. Плюс надо было делать это все интересно и смешно. Непростая задачка, да?

На начальном этапе съемок из-за стресса и откровенной агрессии работников ресторанов я иногда забывала слова и говорила с огрехами. Моя тетя, Светлана Летучая, преподаватель русского и литературы в одном из ярославских техникумов, после выхода программы звонила и строго вопрошала:

– Лена! Что происходит?! Почему ты говоришь неправильно? Ты позоришь нашу семью!

Она диктовала мне ошибки, а я благодаря ежедневной работе настолько отточила мастерство, что вскоре никакого стресса не испытывала. Когда отсматривала готовое видео, мне нравилось в себе все: как стою, как говорю, как реагирую, как разыгрываю мизансцену. Бывало, что работала одна и за ведущего, и за оператора: когда сотрудники заведения закрывали оператора в кладовке или на складе, чтобы он не снимал, я брала гоу-про и продолжала съемку. Да, нестандартных моментов было много. Опыт «Ревизорро» мне очень много дал и в профессиональном, и в человеческом плане.

Собственную популярность я оцениваю как успех, который ни за какие деньги не купишь. Любовь людей по всей России была такая искренняя, что до сих пор я получаю ее отголоски. Программу «Ревизорро» не снимаю почти десять лет. Но по-прежнему, приезжая в разные города, вижу приветливые лица людей, которые по-настоящему рады встрече, жмут руку и благодарят за то, что я для них делала. Эта искренность, которую я отдавала программе, вернулась ко мне сторицей.

Оглядываясь назад, осознаю, что пройден большой путь, но впереди у меня много проектов и идей. Каждому человеку, которого встречала на пути, я благодарна – и тем, кто приходил ко мне с добром, и тем, кто приходил со злом. Эти люди сделали меня сильнее, умнее, мудрее. Сейчас у меня такая «кожа», что обидеть меня невозможно.

Я никогда не боялась того, что обо мне будут говорить. Вероятно, потому, что точно знаю, кто я и что собой представляю. Когда ты честен с самим собой, тебя практически невозможно обидеть. Я много рисковала, принимала непростые решения и делала сложный выбор.

Жизнь сама по себе хороший учитель. Неважно, чьими руками она это делает и какие люди преподносят тебе важные уроки. Я благодарна всему, что происходило в моей жизни, в том числе и людям, которые предавали, завидовали и делали пакости. Потому что именно благодаря им я поняла, что такое «борьба», стала сильнее, профессиональнее и требовательнее к себе. Думаю, что если нет в жизни борьбы, то нельзя взлететь высоко. Вряд ли можно родиться с серебряной ложкой во рту, ничего не делать и достичь больших высот.

У меня есть выступление на ТЕD, которое так и называется – «Изменить все, не изменяя себе». Это мой девиз, которым я руководствуюсь в жизни. Он о том, что можно добиться больших высот, не изменяя себе.

Я уважаю себя и считаю это очень важным. Работаю только в тех проектах, где мне комфортно, где меня уважают и где я уважаю людей.

Убеждена, что, если у человека есть работа, которую он любит, – это большое счастье. Ведь на работе мы проводим большую часть своей жизни. И если вам не нравится то, чем вы занимаетесь, жизнь становится серой и унылой. Ваша единственная претензия к жизни – отсутствие счастья.

Не верю тем, кто говорит: «У меня не получается». Просто мало было предпринято усилий или цель выбрана «не своя». Знайте, что все в ваших руках!

Все, что я делаю сейчас, меня вдохновляет. Это моя семья, продюсерские проекты, телевизионная деятельность как ведущей.

Ярославль – город, куда я возвращаюсь снова и снова. Это моя родина, мой дом, где мне хорошо. Очень его люблю и рада тому, что он растет, цветет и развивается. Совершенно точно: Ярославль стал бриллиантом в созвездии Золотого кольца, и я горжусь тем, что я – «ярославна».

Мои практические рекомендации читателям.

• Знайте, каждый из вас – хозяин своей жизни.

Нет ничего невозможного! Проблемы бывают у всех, были они и в моей жизни. Важно, как вы сами относитесь к этим проблемам. Независимо от того, какой у вас возраст, женщина вы или мужчина, какой у вас достаток (когда я меняла жизнь, у меня вообще ничего не было), вы в состоянии все изменить. Главное – захотеть!

• Самое важное – это вопрос желания. Желания изменить свою жизнь.

Если у вас есть мечта, идите к ней. У вас хватит мужества, работоспособности и сил. Если вы идете к своей мечте с открытым сердцем, то она обязательно сбудется! Я вам желаю этого от всей души. Мой совет – никогда не сдаваться!

• Воспринимайте события жизни как ценный опыт.

В жизни много разного: и радости, и грусти; вам встретятся разные люди – добрые и злые, искренние и коварные. Сохраняйте чистоту своих помыслов и учитесь не реагировать на проявления негатива в ваш адрес. «Толстокожесть» – отличное качество, которое убережет вас от лишних страданий и позволит быстрее, проще и легче реализовать задуманное.

Надеюсь, моя история станет для вас тем самым стимулом, который вдохновит, поможет встать и идти делать что-то ради исполнения своей мечты!

Целую вас. Ваша Лена Летучая

Пассионарий русской культуры

История о том, как русские пироги помогли выжить в Париже, как убежать из Франции в одной туфле и создать в Плесе отель, который станет центром притяжения знаменитостей со всего мира, г. Париж, 1988

ЕЛЕНА МАНЬЕНАН,

предприниматель, отельер-ресторатор, президент Фонда содействия развитию человека, общества и культуры «Сопровождение», мотивационный спикер

Не нужно быть важным, важно быть нужным…

– Ничего не бойся и никакой работы не стыдись! Запомни на всю жизнь: если ты русская, а живешь за пределами Родины, то за что бы ты ни взялась, делай свое дело лучше всех! По тебе будут судить обо всех твоих соотечественниках! Ты – проводник! За тобой вся Россия! А еще умей быть счастливой, улыбайся и неси себя гордо, ты – амбассадор своей страны!

Мы сидели в парижском ресторане, и эти напутственные слова принцессы Анны Оболенской стали зарубкой на всю жизнь.

Часто по работе я ездила туда-сюда: Париж – Москва, Москва – Париж. Иногда дважды в месяц. В то время страна находилась за железным занавесом, и поездки за границу были не обыденностью, а особой привилегией. Потому я быстро превратилась в курьера для моих друзей-фотографов и литераторов. Мой внешний вид, наверное, внушал доверие таможенникам и позволял спокойно провозить прекрасные литературные рукописи, коробочки со слайдами для журнала GEO. Однажды друг, знаменитый фотограф-натуралист Лев Вейсман, попросил передать слайды в Париж для фотоагентства Анны Оболенской. Благодаря чему я познакомилась с этой уникальной, невероятно трудолюбивой и талантливой женщиной. Именно она стала моим проводником и мудрым наставником в новой парижской жизни.

* * *

Франция. Вот где я осознала в полной мере значение фразы Тонино Гуэрра «Красота – это уже молитва»! Именно на берегах Сены у меня начали открываться глаза. Потом в руки попала тоненькая брошюрка «Русские в Париже». Листая страницу за страницей, я открывала для себя русский мир французского бытия, а следом и самих героев книги – ярких представителей искусства и культуры, которых именовали «первой волной эмиграции». Многие из них достигли мировой славы, но еще не были признаны на родине. Мне повезло – я имела счастье прикоснуться к этому тонкому миру, а он оставил след в душе и стал отправной точкой формирования меня как проповедника русской культуры не только во Франции, но и у себя на родине, в России…

Как все началось? Я познакомилась с журналистом ИТАР-ТАСС Андре Пьером Маньенаном. Тогда Андре еще плохо владел русским языком, но был влюблен в Россию, обладал энциклопедическими знаниями и, конечно, не мог мне не понравиться. Через два года, уже в статусе мадам Маньенан, с двумя старшими детьми от первого брака и нашим общим ребенком Даниэлем, я переехала к мужу.

Живя в Париже, впитывала как губка все новое, что было недоступно в СССР. На меня обрушился информационный шквал: путешествия по Европе, феерия впечатлений – все это переворачивало советское сознание. Ну и, конечно же, удивительные люди, совсем другие люди – какие-то открытые и слишком свободные. Мне стало так интересно жить! Постепенно я и сама становилась другой. Меня переформировывала и обогащала новая среда.

Однажды я прогуливалась по аллее русского кладбища Сен-Женевьев-де-Буа, а мимо меня верхом на допотопном мопеде проезжал старенький седой священник в рясе и черной шапочке. На ходу поприветствовал:

– Bonjour, madame!

Я кивнула головой в ответ и услышала:

– Здравствуйте! Вы русская?

Увидев удивленный взгляд, он улыбнулся и продолжил:

– Ждите меня здесь, сейчас поставлю в стойло своего «железного коня» и вернусь.

Это был отец Силуан, с которым мы потом близко подружились и даже сняли о нем фильм. Встреча с ним перевернула мою жизнь. Он был нашим православным священником, служившим в маленьком уютном храме при русском кладбище. В тот день он водил меня от могилы к могиле, рассказывая про Бунина, Шмелева, династию Романовых; смешно и задорно пропел мне несколько частушек про Колчака. Щедро просвещал меня, погружая в живую историю России. Отчетливо помню, как он подвел меня к скромному надгробию и я прочла выгравированное на нем обращение: «Русские люди, где бы вы ни были, любите и помните Россию: вчерашнюю, сегодняшнюю и будущую!»

Прошло уже более 30 лет с момента той незабываемой встречи, благодаря которой я научилась осознанно любить свою страну вне зависимости от политической ситуации. Родина у нас одна, как незыблемый остров для всех поколений на все времена.

Встреча с отцом Силуаном изменила меня, словно выдернула из советского кокона, и я начала превращаться в настоящего русского человека… И таких встреч во Франции, Италии, Германии было огромное количество, каждая из них по крупице закладывала в меня гордость от сопричастности и осознания, что я – русская. Странно, но именно Франция научила меня любить свою собственную страну.

После шести лет жизни в Париже мы перебрались в Бургундию, купив особняк XVIII века с мозаичными полами, роскошной библиотекой, парком, в котором росли сто восемьдесят кустов роз и грецкий орех в три обхвата. Мы были счастливы.

А потом случилась беда – Андре потерял работу… Наступил период, который можно назвать по-разному: сложный, непростой, переломный. Для меня это было время, когда я каждый день просыпалась с мыслью классиков русской литературы: «Кто виноват и что делать?» Повисла угроза потерять дом за долги.

Муж запирался в кабинете со словами: «Не мешай, я думаю!» В голове проносились десятки решений, которые позволили бы нашей семье остаться с крышей над головой и продолжать выплачивать кредит за дом. Что делать? Продавать мебель, украшения, искать работу? Не зная языка, в чужой стране, на что я могла рассчитывать? На роль уборщицы? Таким заработком горю не поможешь и дом, купленный на деньги от продажи московской квартиры, не спасешь.

Вспомнив, что моей русской выпечкой часто восхищались французы, я решила играть ва-банк.

«Почему бы не пойти на рынок?» – эта мысль коробила не только мужа, но и меня саму. Но делать нечего! Усмирив гордость советской женщины, я отправилась на местный рынок с тремя корзинками необычных сладостей – печенья в виде грибочков. Сложный процесс их выпекания я освоила еще в Москве с бабушкой, а после переезда баловала ими французов. Гости неизменно удивлялись, цокали языком и аплодировали, а гурманов-французов, поверьте, удивить непросто!

Эту историю многие знают, о ней писали в глянцевых журналах и рассказывали в документальном кино. Забегая вперед, скажу, что за полчаса на рынке я продала все три корзинки и заработала 3000 франков, что по сегодняшнему курсу – 600 евро.

– Вот оно, спасение! – ликовала я…

Так началась моя двухлетняя «каторга». День и ночь у плиты: «грибочки», пирожочки, кулебяки – всего восемнадцать видов выпечки за ночь. В промежутках между плитой и прилавком встречалась с гостями из России и проводила для них экскурсии по столице Франции.

Как-то я принимала делегацию «Роскосмоса» в Париже и водила гостей по знаковым местам. Конечно же, мы посетили знаменитый Нотр-Дам. Это было утро 1 августа 1991 года. Неожиданно ко мне подошел священник и спросил, кто мы по национальности.

– Русские, – ответила я.

– Вы – русская?! Мы молимся за вас все утро, у вас в России опять революция!

Я ошарашенно перевела взгляд на соотечественников и перевела:

– Ребят, он говорит, что у нас сегодня революция…

Пока мы переваривали информацию, священник вновь обратился ко мне:

– Это ваш сын? – на руках у меня был четырехлетний Даниэль.

– Да.

– Можно я возьму вашего ребенка, внесу в алтарь и мы с братьями помолимся? Господь через ребенка может послать спасение вашей стране.

Он взял Даниэля, унес в алтарь, а когда через несколько минут вернул мне просветленного сына, произнес:

– Мы все сегодня будем молиться, чтобы Россия была спасена!

В странном состоянии мы вышли из собора, и один из представителей делегации сказал, выражая общую мысль:

– Новость о революции потрясла, но еще большим потрясением стало то, как французские священники беспокоятся за русский народ и с каким искренним волнением относятся к событиям в России.

Действительно, мы с мужем-французом уже 37 лет вместе, и за эти годы я не помню ни одного даже маленького эпизода, где бы французы как-то обидели меня или мою страну либо в пренебрежительной форме о ней высказались. Все французы, которых я знаю, обожают русских. Восхищаются нашим искусством, ценят наш кинематограф, хорошо знают нашу литературу, музыку и стоя аплодируют нашему русскому балету! Я бесконечно благодарна Франции и моим друзьям-французам за все лучшее, что смогла у них почерпнуть, чему смогла научиться за все эти годы.

Мои старшие дети – Дмитрий и Александр – выросли и вылетели из гнезда. Один оказался в Лондоне, другой – в Женеве, а я все так и продолжала вынужденно блистать пекарскими талантами. В этом круговороте быта (ночью – выпечка, а днем – продажа) я вдруг осознала, что начинаю задыхаться. Честно, к такому повороту событий, к такой жизни во Франции я была не готова. Мне стал жизненно необходим воздух Родины. Андре категорически протестовал против отъезда и даже спрятал документы. Я их нашла, написала мужу прощальное письмо, взяла Даниэля и прыгнула в поезд.

Я боялась, что муж заберет сына, а без него бегство в Россию теряло всякий смысл. Андре догнал меня на вокзале города Лиль, уже в Бельгии. Он встретил наш поезд, я вышла в тамбур и попыталась вновь объяснить причину бегства. Муж смотрел на меня снизу вверх с низкой платформы и, чуть не плача, уговаривал:

– Умоляю, я все понял, ты очень устала, мы все изменим, а потом поедем в твою Россию, поживем там, если хочешь. Я не понял, что для тебя это настолько важно!

В ответ:

– Нет, прости, милый, я умру, если прямо сейчас не уеду домой. Мне нужен русский воздух.

Стоя на перроне, Андре гладил меня по ноге, которая была на уровне его глаз. Вдруг поезд тронулся, я покачнулась, и моя туфля осталась у мужа в руке. Он испугался и попытался закинуть ее мне обратно в тамбур, но поезд уже набирал скорость… И туфля, не долетев до меня, упала куда-то на рельсы. Я осталась в одной туфельке – а-ля «Золушка». Трагикомично.

Оревуар! Послав воздушный поцелуй супругу, с бьющимся сердцем я отправилась домой в Россию. С собой – сумка с документами и младший сынуля, французик Даниэль. Никакую одежду или обувь ни себе, ни сыну я не взяла. Выручил проводник Игорь – дал мне свои мужские походные тапки 43-го размера и бинт, которым я их подвязала, чтобы удержать на ноге. Так и прибыла на Белорусский вокзал – этакая француженка в кондовых клетчатых мужских тапках. Меня встретили друзья и, спасибо им, не задав ни одного вопроса, отвезли к себе.

Началась новая жизнь уже в другой России. Шел 1997 год, время странной свободы, дикой пробной демократии и абсолютного дефицита. Я сняла квартиру, друзья помогли найти работу. Считаю, что мне несказанно повезло – я писала анонсы к старым фильмам для обложек кассет, зарплата была хорошая, и мы не голодали.

Я дома, в Москве, младший сын со мной – СЧАСТЬЕ!

Через полгода жизни в Москве мне позвонили друзья, сказали, что Андре без меня страшно страдает. Помчалась к нему во Францию, а он, не дожидаясь, с охапкой роз рванул мне навстречу и вновь оказался на бельгийском вокзале в Лиле… Снял меня с поезда, и мы поехали домой. По дороге приняли решение вместе вернуться в Россию. Забили машину донельзя всем, что смогли уместить, и, преодолев 3000 километров, ворвались в новую жизнь!

Но… мой милый коварный муж, опасаясь, что несметное количество моих друзей в Москве и Питере будет слишком контрастировать с тяжелыми беспросветными буднями в Бургундии, предложил пожить год не в Москве или Санкт-Петербурге, а в четырехстах километрах от столицы. Расчет был на то, что в глуши, вдали от цивилизации жизнь в России медом не покажется и я захочу вернуться в благополучную Францию, где сыр, вино и солнце!

Неделями мы ездили, искали подходящее место для жизни. Уже кружилась голова от путешествия по России с невероятными трагическими и комическими приключениями. Однажды едем с Андре, и на протяжении порядка тридцати километров все время только лес да поле, и тут муж говорит:

– Слушай, ну Наполеон и дурак… Ему, прежде чем решиться завоевывать Россию, надо было сначала приехать сюда в туристическую поездку. Вас же даже территориально завоевать невозможно, а уж тем более удержать! Грандиозная, великая страна!

После четырех месяцев пути мы наконец-то выбрали дом в деревне Меленки Ивановской области и стали узнавать Россию – настоящую, разную, непричесанную, но такую, как оказалось, родную и душевную!

Коварный план Андре не сработал. Русская провинция и все, с чем мы в ней столкнулись: уникальные люди, их песни, печальная доброта, простота и искренность, при этом жуткая нищета, болезни и прочие катаклизмы конца 1990-х, – на удивление заставили нас влюбиться в Россию еще больше, остолбенеть от ее силы, стойкости, противоречивости и невероятного смирения. Осмысленное и понятое, увиденное и замеченное во многом потрясло нас и отрезвило. Мне нестерпимо захотелось сделать что-то важное и нужное для встреченных мною людей, для моей страны, для односельчан и их детей.

В это же время произошел удивительный случай, который изменил нашу жизнь.

Накануне 2003 года у меня возникли проблемы со здоровьем, понадобилась операция. В это же время позвонила учительница французского языка из школы при детском доме и попросила побывать на Noеl – французском рождественском празднике. Мне было совсем не до веселья, но отказать не смогла.

Среди ребят мое внимание привлек мальчик в костюме Деда Мороза – худой, смешной, в забавной шапке и ватной бороде с озорными глазами – только их я и разглядела. Этого было достаточно – ушастый паренек запал мне в душу, я не могла оторвать от него глаз. После представления поинтересовалась – как зовут парнишку? На следующий день мне позвонила директор и произнесла то, что я меньше всего ожидала услышать:

– Елена, дети слышали, как вы спрашивали про Женю Суркова, сказали ему, что он вам очень понравился и что вы его возьмете к себе…

Я была ошарашена – сама того не желая, вселила в двенадцатилетнего пацана ворох надежд, ожиданий и страха, что надежды не сбудутся. Пока я была в больнице, Женя начал учить французский язык и целыми днями стоял у окна в детском доме… Ждал.

Когда мне вводили наркоз, перед глазами стоял Женька, и я сама себе дала обет:

– Господи, пожалуйста, если ты дашь мне возможность продолжить жизнь, я, как приду в себя, сразу же заберу Женю…

Меня выписали из больницы домой с сильными обезболивающими, а учительница французского языка впервые привезла к нам домой Женечку. Увидев его лицо, впервые без ватной бороды, я почувствовала какую-то особую душевную связь с ним. Женя стал нашим первым приемным сыном. Сейчас он уже совсем взрослый, окончил медицинскую академию, живет в Москве и работает хирургом в одной из районных поликлиник. Потом были другие детки – всего мы взяли под свое крыло 13 девчонок и мальчишек. Теперь у нас огромная семья, наполненная добром и светом.

Перебравшись из деревни Меленки в провинциальный Плес, мы создали русско-французский отель-ресторан «Частный визит» – место для души, атмосферы красоты и креатива. Это значимая веха в нашей жизни. Отель стал точкой притяжения людей со всего мира! Высокие гости и простые жители глубинки, звезды Голливуда и знаменитые российские деятели культуры, спортсмены, режиссеры, музыканты, певцы – кого только не встречали мы в нашем очаровательном домике на холме.

За годы существования отеля у нас накопилось четырнадцать томов отзывов от посетителей и еще больше подарков и редких уникальных фотографий, рисунков, встреч… Перечислять имена гостей не имеет смысла – это займет не одну страницу. Но есть слова, которые трогают до глубины души сильнее всего. Владимир Васильев подарил мне медаль и написал: «Елена, я делюсь с Вами этой наградой Родины, потому что Вы ее заслужили не меньше, чем я. Я специально приехал и привез вам свою медаль потому, что Вы тоже – достояние России, слава России, королева радушного русского гостеприимства. Вы нужны России, Вы прославляете Россию не меньше, чем русский балет и русская литература».

Раз так говорят и пишут, значит, не зря живу, значит, это оказалось нужно и важно людям.

Сегодня я начала новый виток в жизни. Благополучно завершив проекты «Частный визит» и экохозяйство «Знатная сторонка», я больше не привязана к месту, как раньше. Дети разъехались по всему миру, география их проживания широка – от Женевы до Салехарда! Я свободна, полна сил и верю, что еще смогу принести пользу своей стране.

Обладая уникальным опытом и знаниями, с радостью передаю его другим людям. Мне бы хотелось, чтобы у каждого получилось создать нечто уникальное, прекрасное, потрясающее и необыкновенное! Чтобы мы все гордились не только своими столицами – Москвой и Питером, но и самыми отдаленными уголками своей страны, красоту которых создали своими руками и которые так же достойны восхищения! У нас одна на всех Родина, и теперь нужно лишь огранить этот алмаз, и я верю, что это нам под силу!

Жизнь продолжается!

Я езжу по стране, выступаю перед серьезными бизнесменами, начинающими предпринимателями, школьниками и студентами в разных городах и регионах России, общаюсь с теми, кто смело вкладывает свой талант в процветание малых и больших городов нашей необъятной Родины или же только собирается это сделать. Я счастлива, что опыт моего успеха, накопленный за 25 лет ведения бизнеса, востребован! Вы не представляете, сколько необычайных, самобытных проектов существует в регионах, а сколько еще есть людей, способных создать удивительное, восхитительное, если их только чуточку направить, слегка подсказать или просто поддержать собственной энергией и верой! Поэтому я делюсь всем, что умею сама, – тонкостями, фишечками, нюансами, о которых нигде не говорят и не пишут. Так хочется, чтобы завтра в России все стали жить лучше.