Александр Великий

Карен Огандж (Оганджанян)

Александр Великий

Разговор у создателя

Александр после долгих перелётов по Вселенной вернулся к себе домой, в свой роскошный замок, расположенный недалеко от дворца Создателя, на расстоянии десять тысяч световых лет. Дворец Создателя находился в самом центре вселенной «Счастье»,окруженный её наиболее активными звёздами, стремительно менявшими размеренную жизнь вокруг и требовавшими от Создателя неимоверного ума и сил, чтобы управлять неспокойным состоянием Вселенной, не давая ей низринуться в пучину хаоса.

Только Александр вошёл в свой замок, как его паж Цирий подошел к нему и, нежно обняв своего хозяина, спросил, как прошли его перелёты по вселенной. В былое время Александр непременно стал бы подробно рассказывать любимому другу о своих впечатлениях от поездки, но теперь он только мило улыбнулся своему самому дорогому существу на свете и почему-то забеспокоился.

– Что-то неладное произошло?– видя внезапную перемену в настроении Александра, спросил Цирий.

– Только что получил сигнал от Создателя. Приказывает, чтобы я срочно явился к нему во дворец,– раскрыл он другу причину своейозабоченности.– Он еще продолжает посылать мне письма. Голова раскалывается от их содержания. Я не успеваю их просматривать и одновременно разговаривать с тобой. Да и, кроме того, боюсь, что Создатель уже вычитывает все мои мысли и предугадывает мои действия. Все, как на ладони. Никакой личной жизни…

Сетуя о тяготах бытия, Александр заключил своего любимца в объятия… И только он захотел дать волю чувствам, как мозжечок зафиксировал очередной сигнал. Создатель потребовал немедленно явиться во дворец.

– Я должен уходить,– обнимая друга и извиняясь, что не сумел уделить ему должного внимания, произнёс Александр и стал готовиться к телепортации.

– Ты скоро?-с грустью спросил вслед улетавшему Александру Цирий, но его слова растворились в воздухе, не дойдя до Александра, который уже подлетал к дворцу Создателя.

Александр облетел несколько планет, которые на фоне яркого зарева активных звёзд показались оазисом спокойствия. Ему бы захотелось побыть здесь наедине с Цирием, вдали от шума и суетыВселенной… Он не успел и помечтать как следует, а впереди уже во всей мощи показался величайший дворец Вселенной, по размерам превосходивший самую большую звезду. Александр стал готовиться к посадке и трансформации своей внешности для пропуска к Создателю.

Пройдя все формальные проверки, Александр в сопровождении агентов Создателя вошел в его кабинет. Создатель подошел к Александру и поприветствовал его. Он проявлял такую близость только к нескольким одаренным гражданам Вселенной. Обычно он общался с подчиненными только через экран и сенсоры граждан, тела которых были буквально нашпигованы ими.

– Александр!– обратился к нему Создатель.– Ты один из самых почитаемых граждан нашей Вселенной, и ты, как никто другой, прекрасно понимаешь, что Вселенная – это живой организм. Сбой в одной точке может привести к волнениям и провокациям во всем пространстве Вселенной и погубить ее. Две тысячи лет тому назад ты услужил Вселенной, подняв отсталую окраину, планету Земля, до необходимого уровня развития. Это было крайне важно, чтобы она не отстала от темпов развития всей Вселенной, и в первую очередь в гуманитарном измерении. Ты понимаешь, к чему я клоню?– взглянув прямо в глаза Александру, спросил Создатель.

Александр, внимательно слушавший Создателя в состоянии полного гипноза, после обращения Создателя как бы встрепенулся и произнёс:

– Догадываюсь, Создатель.

– И о чём?– чеканно произнес Создатель.

– Нужна моя помощь?

– Вот именно!– подтвердил догадки Александра Создатель.– Тебе ведь небезразлична Земля. Мы на эту тему не раз говорили с тобой. Я даже тебя предупреждал, что наступит момент, когда я тебя снова отправлю на Землю. Лучше тебя никто её не знает. Наступил тот самый момент.

– Прямо сейчас?– взволнованно спросил Александр, не смея перечить воле Создателя.

– Возможно, да…

– Создатель, а как же Цирий? Я не выдержу разлуки с ним!– опустив голову, признался Александр Создателю.

– Я позабочусь о нём! На Земле ты встретишься с ним, но в другом образе и не только с ним, а со всеми из своей прошлой жизни… А сейчас ты должен слушать меня внимательно. В первый раз тебе было легко исполнять мою волю. Теперь всё гораздо сложнее… Земля быстро развивалась за эти годы. Уровень ее развития достиг такой степени, что в случае опрометчивого шага она может погибнуть и тем самым спровоцировать гибель Вселенной. Я не буду открывать тебе суть твоей задачи. Сейчас ты пройдёшь в зал кодировок. Ты забудешь всё, и в тебя запустят программу, по которой ты будешь жить на Земле.

Александр слушал Создателя, и у него замирало сердце от тоски по Вселенной, от одной лишь мысли, что он уже не будет ее свободным гражданином. Самым страшным для отважного гражданина было осознание того, что он не может попросить у Создателя отсрочки решения даже на один день.

Агенты Создателя подошли к Александру, и он в их сопровождении телепортировался в зал кодировок.

Рождение на земле

После кодировки произошло рождение Александра на Земле. Кодировка стёрла его историческую память во всем пространстве вселенной «Счастье». И уже ничего не связывало его новую жизнь с прошлым…

С самого детства, родившись в семье богатого эмира из рода Аль Бани в Аравии, мальчик стал проявлять выдающиеся способности, и очень скоро все начали обращать внимание на ангельски красивого голубоглазого мальчугана, отличавшегося от всех своих сверстников как умом, так и физической силой. Счастье родителей было безграничным, они не могли налюбоваться талантами сына, его красотой и благородством, которые уже в младенческом возрасте стали отчетливо вырисовываться.

Мать Александра, шейха Неда, была самой прогрессивной женщиной на всем Ближнем Востоке, и имела большое влияние на супруга эмира Бэн Амина своими либеральными взглядами. Именно эта либеральная среда давала возможность мальчику проявить все лучшее, что было заложено в нем при рождении. Шейха Неда привлекла выдающихся учителей и воспитателей со всего света для подобающего воспитания и обучения Александра. Мальчик вместе с матерью разъезжал по миру и находился вместе с шейхой Недой в центре внимания мировой общественности и прессы. В свои десять лет Александр уже мыслил категориями мудрого правителя, при этом не теряя детского взгляда на вещи.

В раннем возрасте он приобрел навыки прекрасного наездника и наравне со взрослыми участвовал в скачках. В десять лет он победил на самой престижной традиционной ежегодной скачке лошадей. Бэн Амин не мог нарадоваться успехам сына. Все ближневосточные шейхи то и дело ставили Александра в пример своим сыновьям.

Александр стремительно превращался не только в популярного милого ребёнка, но и влиятельного на всем Ближнем Востоке человека. Умело используя социальные сети и современные возможности информационных технологий, он очень скоро стал кумиром миллионов. Открывая свой сайт «Удар сердца» и разворачивая дискуссионную площадку вокруг реальных и сверхестественных возможностей человека, Александр не мог и предположить, что его подписчиками станут сотни миллионов людей разных религиозных убеждений и нравственных принципов во всем мире. О нем начали говорить и верующие, и еретики, технократы и гуманитарии, голубые, розовые и желтые, террористы, исламисты и сторонники спокойной, размеренной жизни. В «Ударе Сердца» каждый находил свое пространство и мог рассчитывать на отклик, столь необходимый именно для его состояния души…

Александру все давалось с чрезвычайной легкостью, без особого напряжения умственных и физических возможностей. Мальчик часто задумывался над тем, что происходит вокруг его имени, его личности, пытаясь найти причину успеха и феномена своего отличия от других. Внешне похожий на многих, даже мыслями, он тем не менее был выделен судьбой из других и награжден особым притягательным вниманием со стороны всех.Он стал бесспорным лидером не только в своём окружении, но и в информационном пространстве, которое все больше и больше стало верховодить всеми процессами в глобальном человеческом измерении…

Задумываясь над этим, Александр просил свою мать подробнее рассказывать о его рождении, о том, каким он рос в детстве и что отличного у него было по сравнению с другими детьми. Шейха Неда всегда охотно делилась с сыном одной и той же историей: «Мальчик мой, ты родился особенным – с широко раскрытыми глазами, будто сильно удивленный тому, что появился на свет. В первое же мгновение после рождения ты начал оглядываться вокруг. Твоё отличие связано с твоим рождением. Казалось, ты родился, чтобы удивиться! И заодно удивить свою мать и своего почтенного отца-эмира! А дальше ты рос, как все дети, только был более любознательным, сильным и выносливым…»

Ответ матери не удовлетворял Александра. «Здесь что-то не так!»,– думал он про себя.– «Почему я обращаю вниманию на каждую мелочь и задаюсь вопросом: «Что бы это значило?», а другим безразлично то, на что я обращаю внимание?» …

Размышляя о своём феномене, Александр все время вспоминал сон, который приснился ему пару лет назад, когда невидимая сила надела на его голову шлем, индуцировавший магнитные и иные волны, и голос, идущий из космоса, произнес слова: «Я возлагаю на тебя особую миссию по спасению человечества»… Было что-то магическое в этом сне, но было и много пугающего, и потому он закричал во сне и, проснувшись, побежал в спальню матери за помощью…

«Что бы это значило?»…

Думы о своем происхождении

Александр был обласканным сыном в большом семействе эмира Бен Амина, но такое отношение к нему со стороны отца и матери ничуть не портило его характер, заложенный природой. Он был одинаково учтив в отношении всех своих братьев и сестёр, стремясь не обделить никого своим вниманием. С самого детства он старался быть справедливым даже в таком вопросе, как любовь к близким. Если даже в его экстравертном характере появлялись симпатии к одному из родных, он старался не демонстрировать этого прилюдно, чтобы ненароком не задеть чувств тех, кто души в нем не чаял. Хотя были среди них и завистники, видевшие в его успехахотражение своих поражений и несостоятельности в качестве принца и принцессы.

Александр замечал любую мелочь, его широкая душа была подобна камертону, улавливающему тончайшую вибрацию чувств окружающих людей. А его мозг без труда определял доброжелателей и недругов, что помогало ему выстраивать правильные отношения с носителями тех или иных чувств. Это качество особенно выделяло Александра среди всех, и стали поговаривать о том, что душа подростка имеет божественное начало.

Первой эту наклонность сына заметила шейха Неда. Нечаянно поделившись своим наблюдением в кругу именитых людей, приглашённых на день рождения сына, она не могла и предположить, что спустя некоторое время Александра станут называть богом, кто – от злорадства, высмеивая слова шейхи Неды, а кто – в действительности уверовав в то, что в пятнадцатилетнем мальчике явно присутствует божественное начало.

Подобные сравнения вкупе с эпитетами типа «божественный», «неземной» и другие доносились и до слуха Александра, но они не порождали в нем чувство тщеславия, а наоборот – заставляли задуматься о своём происхождении. «Что во мне такого, что так бросается в глаза и вынуждает людей думать обо мне, как о неземном создании?»– непрерывно, несколько лет кряду задавался он вопросом, продолжая допытываться у матери: «Мама, скажешь ты, наконец, мне правду о моем рождении?!» Но шейха Неда, как и прежде, повторяла одну и ту же историю, прибавив лишь в последний раз то, что она носила его в чреве с какой-то особенной непонятной любовью.

«Ещё в утробе я ощущала, что ты не похож на других. Тебе не терпелось выйти на свет, это было очевидно. Но ты не делал мне больно, а наоборот – излучал тепло и любовь изнутри. Я никому об этом не рассказывала. Впервые об этом говорю я тебе, мальчик мой. Ты действительно неземной, будто не от мира сего. Больше не спрашивай меня об этом, прошу тебя. Я тебе поведала то, о чём давно догадывалась. Я зачала тебя в минуты сказочной любви с твоим отцом. На земле не существует такой любви. Это была всего лишь одна ночь…»

После признания матери Александр замкнулся в себе и стал жить особняком, хотя внешне он казался другим всё тем же чудесным мальчиком. Для него уже стало очевидно, что его рождение имеет определенный смысл, но какой? Ответ на этот вопрос он мучительно пытался найти все время, даже построил алгоритм своего происхождения, используя определенные факты… Но не находя вразумительного объяснения всему тому, что было вызвано его рождением, он решил про себя: «Я имею неземное происхождение, хотя и абсолютно похож на людей как внешностью, так и мышлением и даже чувствами, и потому не буду сильно заострять внимание на своём происхождении и отдамся всецело жизни. Пусть она сама подскажет мне, какое предназначение уготовано мне моей неземной судьбой…».

Начало юности

С годами думы о причине своей исключительности стали постепенно утихать и давали знать о себе только в редких случаях, когда кто-либо восторгался нечеловеческими способностями и возможностями Александра. Это позволило ему постепенно гармонизировать интровертную и экстравертную составляющие поведения.

Александр находился в том возрасте, когда начинаешь познавать свои возможности, как мужчина. И он стал задумываться над тем, почему какая-то девушка нравится ему в большей степени, другая -в меньшей, и почему в обществе парней он чувствует более раскованно, нежели с представительницами противоположного пола. То ли это было издержками традиционного мусульманского воспитания, то ли имело связь с его физиологией и мировоззрением. Более того, с возрастом его физиология стала порождать в нем много вопросов о собственном происхождении. И это при том, что он был одним из самых передовых личностей на мусульманском Ближнем Востоке и, будучи основателем одного из самых почитаемых сайтов в мире «Удар Сердца», прекрасно понимал, что его предпочтения не являются каким-то исключением, он сталкивался с описанием подобных переживаний и отношений в историях многих фолловеров сайта.

Вместе с тем порой ему становилось настолько тревожно и даже муторно, что он уходил в себя и мучительно, в одиночестве, пытался докопаться до истины. В подобные минуты он желал бы поделиться своими терзаниями с кем-нибудь, кто мог бы понять его и дать совет. Но, имея не один десяток друзей и подруг,– целое сетевое сообщество, он ни с кем не мог поделиться тем, что его волновало. В таких ситуациях самым близким человеком оказывалась мать, шейха Неда. Однако с годами, возможно, из-за строгого мусульманского воспитания, возможно вследствие взросления, между ним и матерью появился некий барьер для откровенных бесед, и Александру пришлось задвинуть куда-то в глубину души на потом все мучающие его вопросы. «Может быть, мне удастся позже самому найти ответ…».

Как-то отец и мать позвали его в зал приема официальных гостей для серьезной беседы. Сердце беспокойно застучало в груди. Несмотря на достаточную свободу, предоставленную ему самим эмиром, Александр с большим почтением относился к положению отца, и такое его отношение было заметно для всех. Собравшись с духом, но одновременно напустив на себя покорность, он направился на аудиенцию с родителями.

Когда голубоглазый красавец Александр вошёл в зал приемов своей царственной походкой, отец и мать невольно встали со своих кресел и двинулись ему навстречу. Опустившись на колени и поцеловав указательный палец правой руки отца, Александр произнес:

– Выменя звали, отец?

– Пожалуйста, встань, сынок,– пожимая руку сыну, величественно приветствовал эмир, облаченный в черный бишт, на котором выделялись причудливые расшитые золотом узоры.– Поприветствуй и мать,– добавил он.

Александр привстал и впервые позволил себе вольность при отце, заключив мать в свои объятия.

Затем эмир с Александром и супругой Недой подошли к креслам и, расположившись в них, завели разговор. Первым начал Бен Амин.

– Сынок, время так скоро летит…С момента твоего рождения прошло уже семнадцать лет, а, кажется, это было вчера, когда родился золотокудрый голубоглазый любимый сын великого Бен Амина!– неспешно и задумчиво выговаривал эмир, при этом пронзительно, но с любовью глядя на сына.– Настало время, когда ты должен определиться, кем ты хочешь стать, выбрать профессию. То, что ты делаешь, то, что ты уже создал,– это восхитительно, это очень похвально. Не напрасно с тобой все эти годы занимались лучшие преподаватели мира. Я не пожалел никаких средств для твоего роста, потому что ты – моя самая большая надежда.

– Спасибо, отец,– прервал отца Александр, но Бэн Амин движением руки дал понять сыну, что он ещё не закончил, и Александру пришлось извиниться.

– Так вот, мы с твоей матерью решили отправить тебя в Оксфорд для продолжения учёбы. Твоя мать на первых порах побудет с тобой, чтобы ты адаптировался к самостоятельной жизни. Походишь по колледжам и выберешь самый престижный среди них, а также профессию, которая тебе по душе и которая подобает будущему правителю нашего государства.

Александр, услышав от отца намерение подготовить его в качестве своего преемника, привстал и, подойдя к отцу, преклонил перед ним колени и приложил руку к сердцу в знак благодарности. Это решение было неожиданным для него, с учетом того, что он был не первенцем Бэн Амина.

– Отец, я сделаю всё так, как вы велите,– последовал ответ Александра отцу…

Поездка в Англию

Несмотря на то, что в свои семнадцать лет Александр объездил практически всю планету, и для него не был внове полет на самолете, перелёт из Туры в Лондон оказался чрезвычайно волнительным. Расположившись вместе с матерью в первом салоне самолета Tоora's Airways, выполнявшего обычный рейс в Лондон, Александр чувствовал внутри сильнейшее беспокойство, которое сразу же отразилось на его внешности и повадках.

– Что-то тебя заботит?– поинтересовалась шейха Неда.

– Честно говоря, немного волнуюсь,– признался матери Александр.

– Говорила я тебе, давай полетим на отцовском самолете,– сетовала она,– но ты настоял, чтобы лететь, как обычные люди.

– Мама, самолёт вполне комфортный и я счастлив, что лечу вместе с нашими гражданами, с пассажирами из других стран. Проблема в другом,– открылся матери Александр,– я не представляю, как буду жить без твоей опеки и как сложится моя жизнь. Это ведь ответственный момент,– глядя в выразительные, невероятно глубокие и излучающие любовь глаза матери, говорил он.

– Сынок, я же все время буду ездить к тебе, ты будешь домой. Так что все будет, как прежде,– успокаивала сына шейха Неда.

– Мама, я совершенно о другом. Меня волнует мое будущее. То, что сейчас со мной происходит, сравнимо с чувствами дикого зверя, которого долгое время держали в вольере и вдруг выпустили на волю, в родную стихию.

– Сынок…

– Да, мама, у меня точно такое ощущение. Еще волнуюсь из-за того, как сложатся мои отношения с такими же, как я, с моими сверстниками, давно живущими без родительской опеки,– пытался высказать то, что его тревожит, в то же время недоговаривая нечто, припрятанное на самых задворках души…

– Сынок,– прослезившись, едва вымолвила шейха,– до чего же ты тонкая и глубокая натура. Я горжусь тобой, горжусь, что я – твоя мать!

Александр потянулся к матери и с признательностью обнял её.

– А я горжусь тобой, мама! Какое счастье иметь такую мудрую и добрую мать!

Хотя Александр многого не досказал матери, но по тому, как та откликнулась на его мысли, он догадался, что она его поняла с полуслова и будет одобрять его во всем, что бы он ни делал, конечно, если это не будет идти вразрез с семейными и государственными ценностями, привитыми ему с младенчества. После волнительного объяснения с матерью Александр откинулся на спинку кресла и заснул крепким сном. Только услышав «Dear passengers, we just landed at Heathrow airport…», Александр открыл глаза, и первое, что он увидел,– добрые, смотревшие на него с нежностью и тоской материны глаза.

– Сынок, мы приземлились. Надо готовиться к выходу.

Александр достал ручную кладь, и они вдвоем направились к выходу. За дверью самолета уже мерещилась новая жизнь…

Лондон

После прилёта в Лондон шейха Неда и Александр сняли роскошные апартаменты в гостинице «Савой» рядом с Ковент Гарденом в самом сердце Лондона. Мать и сын решили провести несколько дней в Лондоне, встретиться с членами королевской семьи и давними знакомыми, походить по магазинам, посетить театры и музыкальные холлы и только потом поехать в Оксфорд.

Уже в первый день пребывания в Лондоне Александр для себя решил, что будет подавать документы на отделение Computer Science в St. John's College, самого престижного колледжа Оксфордского университета. Согласовав с матерью свои планы, он сразу же отправил аппликацию по электронной почте президенту колледжа. Они ещё находились в Лондоне, когда пришло положительное решение о зачислении Александра в колледж. Теперь можно было не спешить и вдоволь насладиться Лондоном – городомбезграничных возможностей для любого талантливого человека.

Поначалу Александр выходил в город вместе с матерью, порой убивая своё время в дорогих бутиках и скучноватых встречах матери с ее друзьями, но вскоре он решил устроить самостоятельные прогулки, чтобы по-настоящему познать уникальный во всем мире мегаполис. Тем более, что местоположение гостиницы, в которой они остановились, давало ему возможность изучить город без особого труда. Рядом находился знаменитый Ковент Гарден с известными театрами и рынком, богемный район Сохо, место встреч всех, кто жаждет приключений, буквально напичканный ресторанами, пабами и кафе. За двадцать минут пешего хода можно было добраться до сквера парламента, Грин парка и Букингемского дворца, Гайд парка и Реджент и Оксфорд стрит. Зная всё это, шейха Неда не противилась желанию сына отлучиться от неё и побыть одному.

– Мальчик мой,– сказала она ему,– я понимаю твоё желание, и оно естественно. Но помни одно: рядом с соблазном всегда соседствует угроза. И не спеши очаровываться всем, что встретится тебе на пути. С каждым очарованием наступит и разочарование. В Лондоне смена этих ощущений наступает гораздо чаще, чем в других местах. Не дай чувствам ослабить себя. Если почувствуешь нечто опасное, можешь смело обратиться к матери, я помогу тебе советом…

Александр слушал мать, говорившую простые истины в качестве напутствия перед его выходом в новую жизнь, и удивлялся ее мудрости.

Выйдя из гостиницы под вечер, миновав череду переулков, Александр оказался в районе Сохо и Чайна-таун. Вначале он не решался примкнуть к молодым и не совсем молодым людям, стоявшим с бокалами пива и других алкогольных напитков и живо дискутировавших на разные темы. В толще людей ему становилось не по себе, вероятно, от непривычки видеть другую культуру общения. Во время своих предыдущих поездок в тот же Лондон он не увидел всего этого, потому что тогда его мысли были заполнены другим содержанием. Теперь он повзрослел, и ему хотелось познать другие ощущения. Но эти ощущения оказалисьслишко непривычными для него. Он ловил на себе многочисленные пристальные взгляды прохожих и от стеснения опускал глаза, но затем, случайно подняв их, замечал, что кто-то продолжает смотреть на него, и от этого ему становилось и любопытно, и в то же время боязно. В немалой степени из-за того, что кто-то мог узнать в нем знаменитого принца и взять его, к примеру, в заложники. В такие минуты он старался быстро сменить место прогулки и наблюдений. Но везде его преследовали взгляды… И он понял, что это просто культура заигрывания с незнакомцем, после чего потом обычно начинается знакомство. Устав от смены мест прогулок из-за назойливых взглядов, он решил зайти в один из немноголюдных пабов отведать британского пива.

Только он вошёл в паб, первое, что бросилось ему в глаза, был добротный дубовый интерьер бара и парень с девушкой, мило беседовавшие за стойкой. Подойдя к бармену и поздоровавшись с ним и с молодой парочкой, он попросил полулитровый фужер некрепкого горького пива. Сама просьба и манера обращения к бармену заставили парочку прервать разговор, обернуться в его сторону и с любопытством наблюдать за его действиями. Хотя Александр стоял спиной к парочке, он всеми клетками чувствовал, что эти двое не сводят с него взгляда, точно так же, как и бармен, застывший в изумлении и смотревший на него с вытаращенными глазами.

– Что-то не так?– спросил удивленно Александр.