Ава

– До этого я долго был простым равжа, но теперь, когда я нашел её, даже повелительница Зеда узнает, кто такой Минг! Но пока она не должна ничего заподозрить. Надо освободить Зал Воды, чтобы нам никто не помешал.

Минг исчез в невидимом проходе. Дракон свернулся калачиком и посмотрел на Елену. Глаза дракона голубыми линиями вырисовывались в темноте. Елене казалось, она смотрит на картину, только изредка дракон моргал и слегка перекладывал хвост. В пещере стояла мертвая тишина. В какой-то момент Елена увидела, что глаза дракона стали смыкаться и тот заснул. Спящий дракон издавал звук, похожий на мурчание котенка. “Какой он милый, когда спит,” – пронеслось в голове у Елены. И она тоже начала поддаваться сну. В абсолютной темноте трудно различить, где явь: и с закрытыми, и с открытыми глазами мало что менялось. И сквозь заволакивающий её сон ей казалось, что мурчание дракона начало усиливаться, потом опять стало тише. Елена прислушалась и насторожилась: звук хоть и тихий – ритм его всё отчетливее прослушивался и начинал отделяться от звуков спящего дракона. И вдруг перед ней выплыли глаза. Живые счастливые глаза Стака.

Он быстро развязал её, показал знаком, что надо соблюдать тишину. Елена молча последовала за ним по туннелям пещер. Когда они наконец пробрались к летательному аппарату,Стак крикнул:

– Кул!

Через некоторое время примчался из другого тоннеля Кул, быстро завел мотор и они полетели наружу.

– Как ты нашел меня? – Елена была так счастлива увидеть Стака.

– Я почувствовал, где ты. Мне кажется, я слышал твоё дыхание в тишине пещер.

Кул торопился: надо успеть покинуть пещеру, где они бессильны перед драконом. Оставшаяся в наличии вода немного обессилит его, но не уничтожит. Дракон точно проснулся от крика Стака, и у них было очень мало времени. По узким проходам пещеры дракон перемещался очень медленно, поэтому была надежда успеть . Дракон появился в тот момент, когда они вылетели из пещеры и сели на лодку.

– Стреляй тем, что есть в канистрах, я пока присоединю шланги к водяной пушке! – Кул побежал в трюм.

Как только дракон оказался в зоне попадания, Стак прицелился и начал стрелять. Струя била далеко, но была тонкой. Дракон пытался увильнуть от неё, и Стак крутился, как мог. Но вот резко струя стала мощной – это Кул подсоединил шланги, и вода со всей мощью хлынула на дракона, и тот, на глазах теряя силы, упал в море. В месте падения вода засияла лазурным светом, потом будто облако отделилось от поверхности воды и поднялось вверх.

– Это призрачный водяной дракон. Возможно он вновь возродится в пещере. – Кул провожал взглядом поднимающееся к пещере облако. – Как Ведь перерождается в Тол, так и призрак должен пройти тот же путь.

Глава 4. Что же делать?

Стак крепко прижался к Елене. Он мог её потерять!

Кул ковырялся в своем катере и не обращал внимание на влюбленную парочку, сидевшую на пирсе. Вряд ли Стак так быстро позволил бы себе такие вольности, не случись этого похищения. А теперь он не выпускал Елену из рук, и она прижималась к нему. И меньше всего он хотел, чтобы про его чувства знал Кул. Стак был уверен, что тот голову ему оторвет, если узнает. Он был наставником Елены, она росла без родителей. Кул никогда ничего не рассказывал, но Стак понял, что Кул дал слово озаботиться о ней. Он не рассказывал о произошедшем даже Елене. Но Кул молчал, похищение перекрыло все второстепенные вопросы.

– Хорошо, что нам удалось тебя спасти. Удивительно, что чопачо не пытался забрать у тебя волю, – радости Стака не было предела.

– Он даже не прикасался ко мне. – Елена чувствовала необъяснимое бессилие и не могла даже улыбаться.

– Что он говорил? – Кул дал Елене стакан с непонятной шипящей жидкостью.

Елена выпила, не задавая вопросов.

– Что он искал именно меня. И что Зеда удивится, когда у него всё получится. А потом сказал, что надо освободить Зал Воды, и ушёл. Минг ещё может найти способ проникнуть в наш мир, и он вернется за мной. – Елена осознала, что ее спасение не окончательно.

– Знаю я одного мудреца, его зовут Атямъёнга. Ему известно все о призраках. – Кул был не просто серьезным, а хмурым как никогда. Видно, что он не хотел обращаться к Атямъёнга.

– Так как же нам его найти? – Стаку казалось, что любая деятельность уже хорошо.

– Он живет в долине Лабиринтов.

– Скорее к нему! – Стак начинал нервничать.

Он не понимал Кула. Тот знает куда ехать и не торопится.

– Он очень странный старик. Живёт один. И есть маленькая проблема. – Кул посмотрел на Елену.

– Какая? – Елена сразу почувствовала подвох.

– Он совершенно не любит женщин. Считает, что они отвлекают своми глупостями, а он тратит время только на важные вопросы. И по его лабиринтам они не могут к нему попасть.

– Тогда вы поедете без меня. – Елена строго посмотрела на Стака, давая понять, что она настроена серьезно и спорить с ней и убеждать – не получится.

– Оставлять тебя одну очень опасно! – Стак не на шутку разволновался.

– Я буду начеку. Я останусь ждать вас на пирсе. Кругом вода, у меня есть водяные пушки. – Елена улыбалась, пытаясь создать видимость спокойствия.

Стак не хотел ни на минуту расставаться с Еленой. Теперь он понял, почему Кул не торопился, – он знал какое решение примет Елена, и понимал, что Стаку будет тяжело принять внезапный отъезд, оставляя её одну в опасности.

Кул грузил необходимые вещи в машину и краем глаза наблюдал за прощанием. Он давно знал Стака и ему было смешно наблюдать нерешительность друга, который отличался безбашенностью. Кул усмехнулся. Он сразу заметил симпатию между ними и знал, что Стак побоивается его. Не в правилах Кул влазить в чужие дела – он ей не отец.

– Поехали, нам надо торопиться. – Кул хотел прибавить какую-нибудь насмешку, но лишь посмотрел с еле уловимой иронией.

Так смотрят на влюбленных: с небольшой ухмылкой – чувство делает человека смешным в глазах других. Кул вообще редко говорил, считая слова избыточными для выражения мысли. Его взгляд всегда был красноречивее, чем слова. Но Кул не насмехался над другом, скорее, считал его влюбленность слабостью. Стак и сам понимал: хныкать и оставаться сторожить Елену, как верный пёс – это самое плохое решение, хуже любого бездействия. База Кула казалась надежным местом.

Глава 5. Дорога к Мудрецу меняющему цвет

Стак никогда не бывал в долине лабиринтов, только слышал восторженные рассказы тех, кому довелось там побывать. Но, так как пройти к мудрецу было очень сложно, мало кто в в них верил, считая всё выдумками.

– Сколько нам ехать? – спросил Стак.

– Самое главное не дорога, мы быстро доедем. Главное препятствие – подойти к дому. Надо выбрать правильный путь сквозь лабиринт. Но и это не проблема.

– А что тогда проблема?

– Нельзя, чтобы Атямъёнга стал красным.

– В смысле?

– Он не просто мудрец, а Познающий цвета мира. И, в зависимости от настроения, он меняет свой цвет: зеленый – спокойный, розовый – уже надо остерегаться, ну а красный – он в ярости и может уничтожить все вокруг себя.

– Мы идем за советом. Он же не придет от этого в ярость?

Стак посмотрел на друга и понял: есть что-то, чего он ещё недопонимает.

Долина лабиринтов начиналась от дороги и тянулась к подножью Горы вечного цветения. Издалека она выглядела, как будто была разрисована разноцветными полосами. И, только приблизившись, становилось понятно, что каждая полоса —это один из видов растений. “Сколько же труда надо было приложить, чтобы сделать огромную клумбу из горы!” – думал Стак с восхищением.

На гору приходили за растениями и лечили ими многие болезни. К людям попадали уже высушенные растения, и невозможно было представить их яркость, пока они были живыми. Но дойти до подножья мог не каждый. Ходили разные истории про то, как люди плутали по лабиринту и не могли из него выбраться. Лишь немногие приходили сюда за самыми важными растениями, которые больше нигде не росли.

Стак не верил в эти байки, он всегда считал: страхи нагоняли специально, чтобы запугать простаков и абы кто не собирал траву, из-за чего она и становилась такой дорогой. Но, попав сюда, он понял: что-то в этих историях было правдой. Лабиринт представлял собой заросли кустов: где-то были широкие аллеи, где-то заросшие узкие входы. Стак осматривал длинную стену из кустов, и, когда случайно оглянулся на шелест, ему показалось, что вход, мимо которого они только что проходили – исчез . Стак вернулся, посмотрел на это место и увидел густую стену из кустов.

– Ты что, Стак? – спросил Кул.

– Там кто-то в кустах. – Стак прислушался, но настала такая тишина, что – даже листья не шелестели. – Наверное, показалось.

Он внимательно осмотрел ограду, но та была настолько плотной, что разглядеть через нее хоть что-то казалось невозможным. Кул, не оглядываясь, медленно шёл дальше, Стак поспешил его догнать. В какой-то момент ему показалось, что Кул просто прогуливается и не собирается даже попробовать зайти.

– Сколько мы будем идти? Где вход? – начал канючить Стак.

– Не знаю. Можешь входить в любой. – Кул махнул рукой.

– В любой?

– Да, входи и иди, пока не придешь.

– А как пройти лабиринт?

– Если зашел в правильный вход, то дойдешь прямо к дверям дома.

– То есть вход может быть неправильным? Значит, надо зайти не в любой?

– Да.

Вдруг перед ними появилось марево, из которого начала вырисовываться фигура. Из того места, где она проявлялась, казалось, слышалось какое-то мелодичное шуршание. Существо становилось всё более четким. Оно приняло вид маленького крокодила с большими добрыми глазами.

– Привет! Как тебя зовут? – Стаку это существо показалось очень милым.

Ему захотелось его погладить. Кул же наоборот насторожился и приготовился к атаке.

– Я Коки. Я появляюсь там, где нужна моя помощь.

– Помощь? Ты поможешь нам пройти лабиринт? – заулыбался Стак.

– Нет, я только дам совет. Если твое сердце чистое, то, встав на верный путь, ты почувствуешь его.

Коки исчез так же, как появился, как будто прошуршал в невидимое марево.

– Совет? И так было понятно, – с сарказмом сказал Кул.

– Давай подойдем к каждому входу! Может быть, тогда поймем, какой путь верный.

Стак был полон энтузиазма. Он подбегал к входам, стоял там некоторое время, раскрывал руки, закрывал глаза, делая глубокий вдох. Кул равнодушно наблюдал за другом и ждал, когда тому надоест.

– Кажется, нам сюда. Я чувствую!

У Стака горели глаза, он стоял у узкой щели и уже собирался влезть в неё.

– Я ничего не чувствую.

Кул безвольно последовал за Стаком. В конце концов, когда-то куда-то надо было войти. Конечно, ему хотелось пройти по широкой красивой аллее, но в глубине души он понимал: это точно неверный путь.

Стак бежал по лабиринту, останавливаясь на доли секунды на перекрестках, быстро принимал решение и уверенно поворачивал в выбранном направление. Кул смиренно плёлся за другом. Его даже не удивило, что они не попали ни в один тупик.

Наконец они вышли на широкую аллею, которая вела к небольшому домику. Он был как игрушечный:такой аккуратный, с резными ставнями и витиеватой крышей.

В дверях стоял старец небольшого роста с посохом, но глаза его при этом были удивительно молодыми, чистыми и ясными, видящими насквозь. Вокруг его головы было шарообразное марево зеленого цвета.

– Нам повезло! Он зеленый, значит в добром расположении духа, – подбадривал Кул, стоявший позади Стака.

Стак радостно ускорил шаг. Кул, казалось, прятался за спиной друга.

– Приветствую тебя, Стак. Твоё сердце чистое, но тебе не хватает знаний. Ты пришел сюда за мудростью. Проходи.

Стак прошел вперед. А Кул остался стоять. Атямъёнга смотрел на него молча, его посох стал краснеть. Но так ничего не сказав, тот вошел в дом. Кул вздохнул и зашел следом.

Глава 6. Книга миров

Маленький на вид дом внутри оказался дворцом. Стак задрал голову, оглядывая огромное, переливающееся разными цветами, пространство. Он не мог понять, как всё это помещалось внутри небольшого домика. Атямъёнга проплыл мимо него в центр зала, где стояло удобное кресло. Стак опять остолбенел и пытался рассмотреть, как Атямъёнга двигается, не касаясь пола.

– Что беспокоит вас? – величественно спросил Атямъёнга.

– Минг смог открыть портал в мир людей. Что он ищет? – спросил Кул.

– Он пытался украсть Елену, нам удалось спасти её. – гордо произнёс Стак.

– Минг – слабый призрак, от него я не ожидал. Почему дракон выбрал его? Сильные рады своей силе и не желают достигать большего. А слабый хочет перепрыгнуть через голову. Надо заглянуть в мою Книгу миров. Принеси её.

Атямъёнга показал жестом на стену, в которой открылась дверь, и появилась Синяя книга.

– Сейчас принесу. – Стак побежал за книгой. Она была небольшой, но оказалась неожиданно увесистая. – Что ж она такая неподъемная?

– Она хранит тяжесть знаний. – Атямъёнга прикоснулся к обложке, закрыл глаза и стал такого же синего цвета. Затем он убрал руку и книга открылась.

– Но здесь ничего нет. – Стак показал на пустые страницы.

Атямъёнга молчал, цвет стал покрываться серой дымкой, скрывая разочарование. Вдруг на листах начали проявляться символы.

Атямъёнга посмотрел наверх, облегченно вздохнул.

– Здесь говорится, что последняя из рода королей сможет снять печать призрачного алмаза.

– Что это значит? – спросил Стак.

– Совсем недавно короли правили этими землями. Они были здесь незваными гостями. Драконы построили мир гармонии Ару и хотели, чтобы и люди сделали свой мир таким же прекрасным. Анокламс способен управлять стихиями, но не может усмирить алчность. Драконы по своей наивности вручили королям алмаз стихий и лишили себя покоя. Люди вместо того, чтобы счастливо жить в Люмани, прорыли тоннели в горе и вторглись в земли Ару. Они ценили блеск алмазов, и в этом была их слабость. Из-за своих распрей люди разделили печать и алмаз Анокламс. Жажда власти привела к тому, что на долгие века стихии стали неуправляемы, а люди, разделенные горой, враждуют. Анокламс был утерян в недрах горы Сельме, а печать хранили потомки короля Толмара в землях Ауру. Только тот, кому вручена печать, может выдержать силу алмаза.

Пока Атямъёнга говорил, из книги начали расти витиеватые нити. Они тянулись вверх, переплетаясь и разветвляясь. Образовался плотный пучок из тысячи туго сплетенных ветвей, расплести который было невозможно. Были и тонкие маленькие ветви, и более плотные, но все они так или иначе вились вокруг нескольких центральных крупных стволов. Это сплетение тянулось ввысь, и уже было казалось пробьёт своды пещеры, как вдруг остановило свой рост.

– Так надо найти алмаз. – Стак вскочил и побежал к выходу.

– Это легенда. Сядь. История только начинается, – спокойно сказал Кул.

Атямъёнга вдруг стал красным и, казалось, разорвет их на мелкие кусочки. Стак испуганно посмотрел на мудреца, пригнув виновато голову и семеня, вернулся на место.

– Мир с тех пор изменился. Аруняне не общались с люманцами. Я не имею своего облика и могу принять вид любого существа – это мой дар и наказание. Смотри, как выглядят люди по ту сторону горы.

Атямъёнга стал менять образы, примеряя разные человеческие тела.

– Не может быть! – Стак был ошарашен.

– Драконы защищены толстым панцирем и солнце не причиняет им вред, – говорил Атямъёнга, пока демонстрировал люманцев. – Аруняне же под постоянным солнцем обесцветились. Ваша кожа стала белоснежной и немного серебристой, волосы прозрачными, глаза походят на алмазы. Всё это вам кажется привычным. Ты удивляешься, видя вокруг меня зеленую траву, разноцветные цветы. Это всё растет в таком виде за горой в землях люманцев. Я сохраняю этот кусок цвета в этих землях, чтобы люди знали свой прежний мир. Никто здесь не видел радуги, но помнит о ней. Все вокруг в Ару: трава, деревья, животные – белое, прозрачное или серебристое. Я, мудрец меняющий цвета Атямъёнга, храню разноцветный мир и верю люди объединятся и создадут единый гармоничный мир.

– Где же алмаз? – Стак опять перебил мудреца.

Приняв свой прежний вид Атямъёнга продолжил:

– Люди нашли алмаз Анокламс случайно, но по незнанию позволили ему набрать силу воды. Неуправляемая стихия высасывала воду отовсюду, и из людей тоже, превращая их в чопачо. Король наложил печать и усмирил его.

Многие тонкие ветки сплетенного из книги ствола стали чернеть и слабеть, будто внутри их опустошили, некоторые начали отпадать.

– Мингу нужна сила алмаза, – задумчиво сказал Кул.

– Но как он собирается снять печать короля? – Стак с опаской посмотрел на мудреца.

– Это невозможно, – уверенно сказал Атямъёнга. – Только наследники короля Толмара могут это сделать, к тому же они должны получить печать из рук предшественника.

– У короля осталась дочь, – надменно сказал Кул, – она жила среди людей, как простой человек. Минг нашел портал и смог проникнуть в наш мир. Он хочет найти наследницу, чтобы она сняла печать с алмаза. Последняя из рода, единственная из людей, кто может подойти к алмазу и не превратиться в чопачо. Если ей это удастся, то алмаз начнет вновь забирать воду. Она может взять его в руки и доделать то, что не смог её отец.

Ни один мускул не дрогнул у Кула, он проговаривал спокойно каждое слово, делая длинные паузы. Атямъёнга становился красным. Стак испуганно посмотрел на мудреца, и стал дёргать Кула за рукав, чтоб тот перестал перебивать и замолчал.

– Как только снимется печать, алмаз нужно будет уничтожить! – закричал Атямъёнга в ярости.

– А как это сделать? – Стак с готовностью вскочил.

– Печать нужно бросить в жерло вулкана в центре Мрачных гор, – Атямъёнга порозовел.

– Почему же король не уничтожил алмаз? – спросил Кул.

– Он не смог пройти через войско чопачо и успел только наложить печать, – нехотя ответил Атямъёнга .

– А зачем алмаз Мингу? – Кул настаивал и хотел получить все ответы.

– Всех людей, вновь ставших чопачо, Минг может собирать в войско и свергнуть королеву Зеду, – усмехнулся Атямъёнга.

– Кто же наследница? – Кул пристально посмотрел на Стака.

– Елена! – глаза Стака округлились, он понял, что всё серьёзнее, чем он себе мог представить.

Стак помчался к выходу. Кул смотрел на Атямъёнга не двигаясь с места. У того опять покраснел только посох, и он смотрел сурово. Атямъёнга стукнул посохом три раза. Кул не отрывая глаз от мудреца, преклонил колено и вышел, демонстративно насвистывая.

Глава 7. Не успели

Елена чувствовала спокойствие. Море умиротворяло. Когда рядом был Минг, силы незаметно уходили из неё, но теперь вода возвращала ей всё утраченное. Она искупалась и лежала на палубе лодки. Вдруг – яркая вспышка. Елена открыла глаза. Она узнала его. Это был тот самый дракон, но теперь он горел, синим пламенем. Вода не спасла её.

Стак и Кул мчались обратно на всех скоростях. Когда они увидели пустую лодку, то ощутили тяжесть неизбежности, отчаяние оттого, что не смогли предотвратить пропажу Елены.

– Не успели! Что же нам делать? Ты сразу понял, что Елена наследница! Почему не сказал? Мы бы спасли её! – Стак был в полном отчаяние.

– Атемьенга тебе всё рассказал, а мне надо было у него кое-что прояснить. – Кул оставался хладнокровным.

– Ты использовал меня! Ты использовал Елену!

Кул схватил Стака за грудки и посмотрел на него в упор.

– Что же нам делать? – Стак понял что перегнул.

– Надо идти к Зеде! – Кул был необъяснимо спокоен.

– К Зеде? К королеве чопачо? – Стак смотрел на Кула, как на сумасшедшего.

– Без неё мы не попадем в пещеру к алмазу. Когда она все узнает, Мингу несдобровать. Атямъёнга что-то не договаривает. Кто кажется врагом, может стать союзником. Временно.

– Опасный план. Как бы нам выбраться живыми из пещер.

– Надо торопиться, Атямъёнга может закрыть портал.

Кул обрадовался, что Стак не задает лишних вопросов. Что ему следует знать, Атямъёнга сказал вслух. Остальное услышал лишь он. Атямъёнга гневался, что Кул открыл портал, не уведомив его, но понял срочность таких действий. Порталы закрывал всегда Атямъёнга, и он дал три дня, ударив трижды своим посохом. Если у них ничего не выйдет, то они останутся в пещере навсегда, а мир людей будет открыт для опасного мира призраков.

Сборы были быстрыми, на лодке уже находилось всё необходимое.

– Как у него получилось опять украсть Елену? – Стак не мог простить себе её потерю.

– Я думаю, он использовал огненного дракона, против него наши водяные пушки бессильны. – Кул включил мотор и направил лодку к Южному пляжу.

– Где он его взял? – Стак чувствовал бессилие, весь мир против него.

– Мы ему помогли. Водный дракон, умирая, становится огненным. Мы с тобой уничтожили призрака водного дракона и возродился призрак огненного. Я думаю, легендомифологию надо сделать обязательным предметом в школе, чтоб не возникало глупых вопросов.

– А как уничтожить призрака огненного дракона? – Стак размахивал руками, не понимая, что надо делать, он готов был голыми руками накинуться на любого, кто только замешан в этой истории.

– Силой огня, – пытаясь оставаться спокойным, ответил Кул.

– Мне кажется наоборот! Огонь гасится водой, а вода испаряется от огня.

– Это если ты не призрак.

– А раньше ты не мог додуматься!

– Я не успеваю всё обдумать, – вскипел Кул. – Я хотя бы думаю! Всё происходит стремительно. Минг готовился, и мне сложно понять к чему. Этот Атемъёнга ещё темнит.

– В смысле?

– Зачем уничтожать алмаз стихий? Про это ты не спросил “в смысле”. Умчался, как пятки ошпарили.

– Я думал, он всё сказал. Я спешил к Елене.

– Мы отстаем на шаг. Надеюсь, что получится обогнать. Не мешай мне думать. И сам попробуй – помогает.

Стак сел спокойно и стал прокручивать в голове последние события, что он узнал за последнее время. В голове всё смешалось. Начал накрапывать небольшой дождь.

– Что это? – удивился Стак, он впервые видел падающие с неба капли.

– Дождь. Для защиты от чопачо. Пока открыты порталы, чтобы чопачо не лезли из пещер.

– Как он это делает? – удивился Стак.

– Спроси при следующей встрече. Может, тебе он расскажет. Вы с ним подружились. Он тебе вон какое представление устроил. – Кул насмехался над другом, отчего Стак ещё больше взбесился.

– А вот почему тебя он не выносит? Без меня ты бы к нему не попал, все ходы перекрыл бы. Ты слово только скажешь, он сразу красный.

– Потому что он знает, что я ему не верю. Но он вынужден терпеть меня, иначе некому будет делать чёрную работу.

Глава 8. Минг и Елена

Елена осматривала пещеру в которой оказалась. Её стены, сплошь покрытые алмазами, переливались всеми цветами даже от небольшого света . В середине зала было огромное углубление правильной круглой формы, обложенное камнями, по их гладкости становилось понятно, что когда-то его наполняла вода. В центре искусственного озера находилось возвышение – там явно лежал человек.

– Что ты задумал, Минг? – спросила Елена.

– Посмотри внимательно. – Минг показал в сторону человека.

Елена вгляделась в еле освещенные контуры лежащего на плите. Что-то знакомое было в его очертании. Глаза стали привыкать к плохому освещению, и четче становилась видно одежду и её богатое убранство. Она вдруг поняла, кто перед ней.

– Отец! – крикнула Елены, как будто её голос должен был разбудить его.

Все что у неё осталась от, это маленькая миниатюра в подвеске, на ней он с любовью смотрел на маму. Да памятник на центральной площади, где он весь при параде. Трудно узнать того, кого только представляла в детстве, но она без сомнений поняла кто перед ней.

– Ты можешь спасти его! Надо только снять его с алмаза и всё, – голос Минга был ласковым.

– А почему ты сам это не сделаешь? – Елена понимала: неспроста такая напускная вежливость.

– Если я дотронусь, то алмаз растворит меня. Я же призрак.

Если бы возможно увидеть на безликом лице призрака улыбку, то она была б натянутой и двуличной.

– Зачем ты хочешь спасти моего отца? Зачем ты похитил меня силой? Ты мог рассказать, что это для спасения отца! – Елену не просто было провести.

– Я очень торопился. Ты могла мне не поверить. Ведь люди не верят призракам. А теперь ты сама всё видишь. Мне надо снять печать с алмаза. Ты можешь спасти отца. Мы поможем друг другу.

– А зачем тебе алмаз?

– С помощью него я буду обладать властью над призраками.

Человеку трудно понимать эмоции призраков. Эмоции созданы не для тебя, а для твоего слушателя, чтобы он мог понять, что ты не договариваешь. Кто умеет управлять своей мимикой и скрывать за ней свои мысли, тот обладает властью над людьми, скрывая свои истинные намерения. Не иметь лица – огромная сила, поэтому люди и боятся призраков – они не видят эмоций и не знают, чего ожидать.