Поезд в никуда. Роман-путешествие к себе

Но кто нас тогда отправил?

А что, если мы сами, чтобы научиться реализовывать свои мечты?

Мечта

– Деда, скажи, а у тебя есть мечта? – маленький Димка подсел к деду, который чинил воздушного змея.

– Да, Димка, есть, человеку нельзя без мечты. Когда я мечтаю, я себя ощущаю таким же маленьким, как ты.

– А зачем тебе это, ты же взрослый? – Димку очень удивил ответ деда, – Ведь взрослым быть так интересно.

– Интересно в любом возрасте. Когда я чего-то хочу, я ощущаю себя подростком. Вот я хочу сегодня вечером, наконец-то, обыграть в шашки нашего соседа, деда Степана. Когда я что-то делаю, как сейчас чиню воздушного змея, я ощущаю себя взрослым. Когда я смотрю на плоды своих трудов: на дом который я построил с любовью своими руками, на яблоньки, что мы с тобой, с любовью, вместе посадили, я ощущаю себя дедом.

– А разве нельзя всегда себя чувствовать дедом? – Димка был удивлён и заинтересован таким подходом, – Зачем тебе это надо?

– Состояние ребенка обновляет мою кровь, состояние подростка разгоняет кровь по телу, состояние взрослого добавляет мне силы, а состояние деда даёт мне покой и умиротворение.

– Ну, так что плохого в состоянии покоя и умиротворения? – Димка был озадачен.

– Всё, Димка, хорошо в меру. Только в разном возрасте и мера всего нужна разная. Когда слишком много умиротворения и покоя, легко можно стать покойником. Так что айда, Димка, запускать воздушного змея! Нам ещё потом надо будет забор поправить, что-то он немного прохудился, а вечером мы должны обыграть деда Степана в шашки, а то он что-то расхорохорился, две недели нас обыгрывает!

Димка с дедом поднялись на ближайший к дому пригорок.

– Димка, возьми воздушного змея и скажи ему тихонько свою мечту. Я уже это со своей мечтой сделал. Мечты надо отпускать. Они исполняются только на воле. Их дом – небо! – дедушка ласково погладил по голове внука.

Димка осторожно взял воздушного змея и тихонечко что-то ему прошептал.

– Ну что, запускаем! – дедушка начал отпускать верёвку, – Счастливо!

Интересно, если мы здесь для того чтобы реализовывать свои мечты, то может жизнь – это сказка? Что, если нас окружают настоящие чудеса?

Чудеса

Мы разучились верить в чудеса!Надежда подменялась часто скукой:Привычно выглядят дремучие леса,Наедине с собой быть – стало мукой.Теперь всё в мире кажется сложней,Загнали жизнь на ложе у Прокруста:Сплошные формулы – пристанище идей,Как механизм, нам выглядит искусство.Везде стандарты, как нам надо жить:Причины, следствия – кто думать научился…Задай вопрос: так быть или не быть?И быть чему? Зачем же я родился?И возникает внутренний азарт,Погоня за ответами о жизни:Где финиш? Да и что считать за старт?И мчатся, как ужаленные, мысли.Мы огрубели, нам пора признать,Утратили природы ощущение:Во сне всё реже можем мы летатьИ страсть забила тонкие влечения.Пытаемся понять, что для чего,Умом осилить Матушку-природу,Ума рабами стали своего,Технически влияем на погоду…Но жизнь идёт, порою вопрекиВсем формулам и встроенным таблицам —И с чьей-то очень любящей рукиС тобою чудо может вдруг случиться!Раскрасит мир в весёлые цвета,Как бабочка, вспорхнёт жизнь в новых красках,Проснётся прямо в сердце красотаИ оживёт волнующая сказка!Ты снова сможешь мир себе творить,Осознанно и очень вдохновлённо,Ты вспомнишь, как умеешь жизнь любить,И в тот же миг ты станешь обновлённым.Ты часть Вселенной Радости, Добра,С красивою и щедрою душою:Встречаешь Солнце радостно: – «Ура!»,Любуешься закатов тишиною…А, что же мозг, от стрессов отдохнувИ сбросив все остатки напряжения,Во внутрь себя спокойно заглянув,Даёт ответы мне по мере появленияЗапросов, что приходят из души,Как только образуется желание.Захочешь, обратишься: – «Подскажи!» —И сразу же получишь эти знания.Мы разучились верить в чудеса —В то, что считаем сами чудесами…Глядят на нас с любовью небеса —Иль то, что мы считаем небесами…

Сказка

Хочешь я расскажу тебе сказку,Что пропитана вся волшебством.Не сиди, не грусти понапрасну,Не страдай в настроении таком.Будет сказка о мире чудесном,Полном добрых хороших людей,Что живут в настроении прелестном,И диковинных странных зверей.Где леса, зеленеют дубравы…Пенье птиц замедляет часы…Где с тобою беседуют травы,Что опились по утру росы…Где любая дорога приводитВ те места, где нас любят и ждут,Ветер листьями в такт верховодит,Создавая волшебный уют.Словно, вдаль, паруса бригантины,Исчезает за лесом река.И блестит лабиринт паутины —Выдавая весь план паука.Ты пойдёшь по волшебным дорожкамВ окружении пения птиц,И легко, грациозно, как кошка,Засверкаешь краями ресниц.Повернёшься, посмотришь лукаво, —Заиграет румянец в щеках!И ко мне улыбнёшься игриво —Засияет пурпур на устах!Я взгляну на тебя в восхищении…И замру от твоей красоты.Удивлюсь этому превращению,Как вокруг засверкали цветы…Я возьму тебя нежно за рукуИ в свой сказочный дом отведу.Покажу тебе дивную щуку,Ту что плещется рядом в пруду.Говори ей свои три желанья,Запусти карусель волшебства!Говори… – шепчут травы тихонько,Говори… – подпевает листва…Тихо что-то ты ей прошепталаИ свершилось вокруг волшебство!И теперь ты вернулась обратно —На душе вдруг так стало легко…Посмотри по-другому на мир!Всё что раньше – уже не считается…Мир тебя, как и я, полюбил —Сказка только теперь начинается…

Как прекрасно быть в сказке! Но почему же мы видим вокруг столько всего несправедливого? Может мы, как Буратино, поменяли чудеса на поле чудес в стране дураков, потеряли золотой ключик и теперь не можем вернуться в сказку?

Что, если наша жизнь – это поиск золотого ключика?

Возвращение

Просторная кабинка канатной дороги подняла его на Ай-Петри. Выйдя из кабинки, он снова увидел любимое горное плато. Двадцать пять лет назад он здесь испытал настоящее счастье.

Ему хорошо вспомнился этот день.

Тогда перед его взором проходило огромное ватное белое облако, степенно и важно, огибая местами торчащие острые выступы горы, стараясь не порвать свой ватный тулуп и заполняя собой всё окружающее пространство.

Он не спеша шёл по немного сонной траве, погруженный по колено в медленно проплывающее облако и невольно мысленно кричал: – Лошадка!…Ёжик…

Как нам, иногда, надо мало для счастья…

Прошло столько лет…

Но он ведь внутри такой же молодой и гора встречает его с привычным гостеприимством. Он за это время уже не один раз сюда возвращался, как будто надеялся, что снова ватное белое облако неожиданно вернёт его в то состояние внутренней эйфории.

Но это не так.

Ему уже не надо было того внешнего антуража, ведь теперь данное состояние находилось внутри него и он просто его в себе временами проявлял.

Зачем же он сюда снова и снова возвращался?

Отойдя подальше от раскинувшихся на плато элементов цивилизации, с их запахами шашлыков, шурпы, плова и многоголосым человеческим гулом, он окунулся в чистые природные энергии.

– Что-то, всё равно, лишнее…

Он снял обувь и погрузил босые ноги в изумрудную зелень травяного ковра. Остатки утренней росы омыли стопы, убрав всё наносное, что могло помешать его таинству единения с природным источником энергии.

– Здравствуй Мама, я вернулся… Я дома… Да, я знаю, что мой дом там, среди звёзд, но я здесь себя ощущаю тоже дома. Даже, так наверное будет точнее, – мой дом внутри меня и я всегда и везде дома, просто иногда об этом забываю…

Всё вокруг – это лишь проекции моего дома, но у меня не поворачивается язык назвать тебя только проекцией Мамы, что-то в этом кощунственное.

Ты дала мне свою плоть и кровь, обеспечив всем необходимым для этого прекрасного путешествия. Выпустив меня из своего лона, ты не прервала нашу связь. Я всё также ощущаю себя в твоём чреве в полной безопасности и ты своей пуповиной продолжаешь меня всегда подпитывать всем необходимым для моего счастливого пребывания в этом мире.

Да, приходится признать, что мы, как неразумные дети, порой дерёмся до крови, пытаясь доказать друг другу, что ты – только принадлежишь кому-то из нас, проявляя свой детский эгоизм, рисуя на тебе границы и ставя высокие заборы. Мы почему-то решили: раз мы уже научились ходить – значит мы автоматически стали взрослыми и можем с серьёзным видом рассуждать на темы, в которых мало что пока понимаем, и совершать глупые поступки не думая о последствиях.

Мы, считая себя чересчур взрослыми, иногда пытаемся, с энтузиазмом самоубийцы, разорвать все связующие нити с тобой.

Спасибо что ты, как настоящая Мама, относишься с любовью и снисхождением к своим, часто неразумным чадам, прощаешь нам все наши выходки и всегда рада возвращению своих непутёвых детей к проявлению разума.

Да, мне потребовалось время, чтобы полностью осознать всё это…

Я тебе очень благодарен за возможность снова быть рядом с тобой и обнять твои колени. Я знаю, что ты всегда со мной, это я сам, из-за некоторых неразумных поступков, частично утратил эту связь, но я теперь её полностью восстанавливаю, чтобы внутреннее состояние счастья и радости не приходилось с усилием пробуждать, а оно стало неотъемлемой частью моего естества.

Он стоял погружённый своими ступнями в темно-зелёный травяной ковёр, как молодое деревце, что своими корнями жадно впитывает красные тёплые тягучие соки земли и радостно шелестит листвою под немного убаюкивающие песни ветра.

А где-то внизу бурлила беспокойная жизнь и люди, всё также толкались, пытаясь занять своё место под солнцем…

Может нас и тянет поэтому в горы, чтобы среди этого величия, можно было посмотреть на своё поведение немного сверху, с высоты вечности…

Что, если наша жизнь – это учеба? Что если мы, как Буратино, часто тратим свои ресурсы не для приобретения азбуки, необходимого атрибута для учёбы, а периодически пытаемся найти более лёгкие пути и притягиваем к себе различных мошенников? Что если мы, своим поведением, и выбираем чему и как учиться? Что если мы, сами, выбираем каких учителей притянуть в свою жизнь? Что, если и к нам, притягиваются соответствующие ученики? Может это и есть – настоящее проявление взаимной необходимости?

Учителям

Спасибо вам, что жить меня учили!Что не давали выдохнуть порой.Бывало всякое, любили, не любили —Так увлекали этою игрой!Я замирал, бывало, в восхищении,Или взрывался будто изнутри,И находился часто в изумлении —С непредсказуемых моментов той игры!Давали, в сложные моменты, рукуИ вверх меня тянули за собой,И отправляли в долгую разлуку —Или старались пнуть меня ногой!Я становился с вами только крепче!Я шёл вперёд, бывало вопреки!Я улыбался жизни, что есть мочи —Но иногда играли желваки!Вы жизнь любить меня всегда учили:Ценить, всё то, что вижу я вокруг —Не важно, обнимали или били —Кто рядом, враг напротив или друг!Вы объясняли сложные моменты —Что было тяжело понять, порой.Легко сносить хулу и комплименты,Но оставаться каждый миг – собой!Простите, что не сразу уважение,Случалось так, что к вам я проявлял,И в этом с недостатками сражении —Бывало, равновесие терял!Не понимал, порой, сопротивлялся:Пытался испытания обойти,Но разбирался, и обратно возвращался —На эти перипетии пути!Я осознал, зачем всё это было,И искренне всех вас благодарю!Да, всякое случалось, было – сплыло,Теперь на прошлое иначе я смотрю!Я принимаю, всё что мне даёте —Что должен получить я по судьбе!Спасибо тем, кто по пути меня ведёте!И главному учителю – себе!

Что, если всё вокруг является нашими учителями?

Мои Учителя

Я – ученик, стараюсь это помнить,И все вокруг – мои Учителя.Когда все чувства, мысли мои смолкнут,Учителя услышу – своё Я!И рядом постоянно есть Учитель,Напоминает, что могу я умереть,Что тело – только бренная обитель,Спасибо, что ты рядом, – моя Смерть!Даёшь различие, что временно – что вечно,Что умножаем и в себе храним,Что если время прожигать беспечно,Тогда останется – одна зола и дым.И каждый день глядишь с напоминанием,Спокойным строгим взглядом будто сквозь:– Я рядом, бесполезно ожидание…Иллюзии растают, я – всерьёз.Наполни смыслом каждое мгновение,Не спи в иллюзиях, дерзай, верши, трудись,Услышь меня, прими, как откровение —Кто понял Смерть, готов понять и Жизнь!Учитель Жизнь, спокойно и с улыбкой,Даёт тебе урок, как невзначай:– Прими, а вдруг окажется ошибкойВсё, что вокруг?…пока не отвечай…Зачем тогда нужны твои потуги?Ошибка – бесполезен результат…Всё лишь мираж… и опустились руки…А вдруг окажется, что финиш – там где старт?Что если жизнь, лишь только бег по кругу,Попытки обогнать свою же тень?Пока ты всё дерзаешь с перепугу —Прекрасна ночь и ярок каждый день.Природа восхищает красотоюИ луч играясь по небу скользит,И будто всё пропитано мечтою,Как вдохновляет незабудок вид!Представь, что мир родился совершенным,И ты явился, лишь себя познать.Всё может выглядеть как вечным, так и бренным…Ты сам решаешь, как его воспринимать.И ты – Творец, лишь внутреннего мира,А внешний – откликается в ответ.Запело Сердце, проявилась Лира…– Теперь дерзай! – сказал Учитель Свет.

Что если мы, из-за нежелания учиться, и теряем свой золотой ключик?

Но ведь, чтобы ключик найти, нам необходимо вспомнить, что было до момента обнаружения пропажи, иначе, как найти то место, где мы могли его потерять?

Склероз

Нина Сергеевна шла неуверенной походкой в сторону своей поликлиники. Сегодня ей должны были огласить результаты обследования. Мимо пробегали прохожие, проносились автомобили, пролетали птицы. Но ей было не до них, как и им, скорее всего, было не до неё. Она уже свыклась с таким положением дел. Нельзя сказать, чтобы её это устраивало, но и не вызывало уже никакой реакции. Просто данность…

Вот и знакомые ступеньки поликлиники. Она начала медленно подниматься по ним. Куда-то девалась прежняя лёгкость… появилась лёгкая одышка…

– Надо на четвёртый этаж, кажется… 412 кабинет, – повторяла она несколько раз.

В последнее время у неё всё чаще случались провалы в памяти. Недавно не могла вспомнить куда положила свои ключи от квартиры. Хорошо, у соседки есть запасной комплект. Она оставила соседке ключи, чтобы та могла поливать её цветы, если Нину Сергеевну отправляли куда-нибудь в дальнюю командировку.

Нина Сергеевна жила одна уже около двадцати лет. С мужем давно развелась, дочь вышла замуж и почти не звонит, в гости не приглашает и сама находит тысячи поводов, чтобы к ней не приезжать. Внучки, Полечки, хватает только на несколько дежурных фаз и таких же дежурных обещаний приехать в гости летом. Как будто они живут не в соседней области, а на другом полушарии. Есть ещё подруги, такие же одинокие как она, но даже это не делает их более родными по отношению друг к другу. Встретятся несколько «одиночеств», поговорят ни о чём, разопьют бутылочку вина и растворятся снова в своей внутренней ракушке. Кажется, даже став ещё более одинокими после этой встречи…

Спасибо Вере Фёдоровне, соседке, всегда выручает. И за цветами присмотрит, и поможет, если надо.

Хорошо, что в поликлинике работает лифт, иначе бы поход к врачу превратился в серьёзное испытание.

Казалось бы, ей ещё нет и шестидесяти… даже точнее, только недавно разменяла второй полтинник… Вначале седина начала постепенно, шаг за шагом, добавлять новые оттенки в ещё недавно чёрные, как ночь, волосы. Потом осунулись плечи. Потом…

Лифт открыл свои двери на четвёртом этаже, вытащив её из раздумий. 412 кабинет одиноко встречал своей отстраненной белизной. Очереди к врачу не было. Нина Сергеевна подошла к кабинету и осторожно постучала. Послышалось разрешение войти. Открыв дверь, она медленно вошла в кабинет. Молодой врач, лет двадцати пяти, холодно предложил присесть и достал её карточку. Изучив записи, он также холодно произнёс вердикт: «рассеянный склероз».

Дальше он что-то говорил о необходимости лечения, возможно что-то ещё…

Очнулась Нина Сергеевна только на лавочке в соседнем парке.

– Вот и всё…

Старость заботливо набросила на неё свой платок проблем, укутав от прежней жизни. Теперь она будет постепенно забывать о разных мелочах.

Что дальше? Деменция?!…

Начнут выпадать целые кусочки прошлого… она может забудет, как в детстве родители ходили с ней на первомайскую демонстрацию… она на плечах своего папы с несколькими разноцветными шариками и рядом идёт улыбающаяся мама, машет маленьким красным флажком… она тогда была по-настоящему счастлива… рождение дочки… её первые шаги… первый класс… выпускной… рождение внучки… пожалуй и всё… остальное не жалко и забыть… развод родителей… своя свадьба… жизнь с нелюбимым человеком только ради дочки… тяжёлый развод… отъезд дочки в другой город… серая монотонная работа на своём предприятии… такая же серая и монотонная жизнь…

Если она уже завтра может начать забывать своё прошлое, то получается, она уже никогда не сможет изменить своё восприятие его. Что может быть хуже, чем забыть за что обижался на того или иного человека. Это ведь так глупо, когда ты обижаешься, но не помнишь за что. Или чувствуешь вину… зачем тащить такой груз в неизвестность…

Нина Сергеевна начала вспоминать свою жизнь во всех подвластных её памяти деталях.

Измена отца и развод с её мамой. Она извинялась перед отцом и прощала его. Развод с мужем. Она искренне просила прощение, что так и не смогла стать ему второй половинкой. Она прощала его за всё.

– Прощать – это значит делать свою жизнь проще, уходя от зачем-то придуманных усложнений.

Эта мысль, казалось, пробудила в ней внутреннюю глубину, где-то скрытую внутри мудрость.

Она продолжала вспоминать самые тяжёлые моменты жизни.

Извинилась перед дочерью, простила её некоторую отстранённость от маминых забот.

Нине Сергеевне показалось, что с каждым таким разменом, у неё исчезают морщинки. Да, не снаружи, но внутри она становилась всё более молодой. Она, не останавливаясь, продолжала вспоминать самые тяжелые отношения. На душе становилось всё легче. Казалось она, как космический корабль, отбрасывая ступени в виде старых обид, всё быстрей устремляется в неизвестность. Закончив личности, она решила извиниться перед всем миром и простить тех, кого она уже могла забыть в следствие своей болезни. Внутри возникло чувство глубокой благодарности к миру, какое-то понимание неслучайности всех событий. Пусть пока и необъяснимое, но глубоко искреннее. Мысли снова зароились в голове.

– Теперь она свободна от груза прошлого… странно, что ничего ведь не мешало это сделать и раньше… мы сами создаём себе трудности, жизнь не требует от нас таких сложностей…

Незаметно полились слёзы. Нина Сергеевна даже не пыталась их остановить…

Она привыкла плыть по течению, не вносить корректировку в свою жизнь, принимая всё происходящее за данность.

Пошёл небольшой дождик. Казалось и природа вместе с ней плачет. Мимо проходившие прохожие делали вид, что не замечают, при этом, на всякий случай, держали приличную дистанцию от её лавочки.

Вначале её это смущало, но потом неожиданно пришла мысль: – Какая разница, если я завтра могу это всё случайно забыть?!

Мысль не просто пришла, она, как маленький котёнок, стала тереться об её мозг и теребить его своими мягкими лапками…

Эта мысль вдруг вызвала на её лице улыбку. Нина Сергеевна уже и забыла, когда она в последний раз улыбалась. Неожиданно из-за туч выглянуло солнце и ярко осветило лужайку рядом с её скамейкой. Казалось, солнце улыбнулось ей в ответ. Стало так легко на душе. Не обращая на прохожих внимания, она скинула свои ненавистные туфли и босиком выбежала на искрящуюся траву.

Нежные подушечки её пальцев ног, сначала непривычно восприняли изменения, но с каждым шагом всё более радостно встречали мокрые травинки. Давно позабытые запахи дождя, мокрой коры деревьев, земли, летнего асфальта, вдруг напомнили о себе так чётко, будто всё остальное было только их фоном.

Где-то зазвучала музыка, возможно внутри неё, и она начала кружиться в танце среди капелек дождя. Она кружилась под золотым дождём, смывая всё прошлое, всё то, что ей больше не нужно в новой жизни, легко позволяя ему стекать по её босым ногам в зелёную траву, взамен впуская в себя всю силу земли, дающую уверенность в своих возможностях стать другой, точнее – силу принятия уже произошедших изменений. Это был настоящий танец Жизни, в котором она кружилась сверкая всеми цветами радуги…

Нина Сергеевна неожиданно вспомнила вопрос врача о том, когда у неё начался склероз. Тогда она не смогла ответить. Теперь она прочувствовала всей своей сутью, когда.

В три года, когда она впервые начала забывать о том, что может всегда быть счастливой, не взирая на любые сложности.

Она извинилась перед собой и простила себя за этот склероз.

Вокруг кружились улыбки прохожих… счастье… она ощутила, как склероз разочарованно стекал струйкой в землю.

– Спасибо! – она вернула с благодарностью старости её платок, – Мне уже не холодно.

Взяв в руки свои туфли, она весело пошла в сторону своего дома.

Нина Сергеевна вдруг начала чувствовать, как с каждым её шагом открываются одни возможности и закрываются другие, и это такой же естественный процесс, как смена дня и ночи, весны и лета… и только от неё зависит, чем она наполнит это время, какие возможности выберет… Она стала ощущать себя капитаном корабля в бесконечном океане возможностей…

Что-то отвлекло её от мыслей.

На боковой дорожке к аллее парка мяукал одинокий брошенный кем-то котёнок. Рыжий, взлохмаченный, с глазами готовыми объять этот необъятный мир, он, казалось, ждал именно её.

Ловко подхватив его на руки и прижав к сердцу, Нина Сергеевна улыбнулась.

– Какое интересное путешествие, эта жизнь! Вот и команда начала формироваться. Этому юнге, похоже, не страшны никакие шторма, он не подвластен морской болезни…

– Отдать швартовы! – мысленно сказала себе Нина Сергеевна и радостно отплыла в новый мир.

Как интересно. Получается, любая болезнь – это прохожая, которая заметила, что мы только что уронили свой заветный ключик. Но мы не всегда её слышим, потому что в этот момент заняты чем-то очень важным, как нам кажется. Вот она и приходит к нам в гости, чтобы напомнить о потеряшке…

Гостья

Болезнь тихонько постучалаВ мою незапертую дверь:– Тебя давно не замечала,Соскучилась, мне… верь – не верь…– Входи, не стой так на пороге,Давай я чаем угощу,Не жди волнения, тревоги —Я пред тобой не трепещу!Ты – гостья! – а гостям мы рады,Найду тебя чем угостить,Отставим в сторону преграды,Поговорим, как дальше быть.Болезнь расслабилась, сказала:– Не часто любят нас встречать.Ложись, поправлю одеяло,Чтоб было тёпленько лежать…– Зачем лежать, когда есть гости? —Какой я буду хлебосол!Пройдусь и разомну все кости,Поставлю что-нибудь на стол!Медком побалую тебя я,И чаем, запах то какой!Небось, сидишь слюну глотая,Не захлебнись своей слюной!– Медок, пойми, люблю не очень…– А хочешь сало с чесноком?Болезнь зажмурила аж очи,Перекрестилась вдруг тайком.– Мне кажется, я загостилась… —Сказав, попятилась к двери.– Как без меня чтоб не случилось,Сама закрою, ты прости…– Соскучишься, ты двери знаешь!Входи, всегда мы рады вам!– Да ну тебя… ты так встречаешь…Сказав, умчалась по делам!

Но почему мы так плохо относимся к болезням? Может мы просто стали слишком серьёзными?

А что, если жизнь – это шутка?

Что если, как только мы начинаем к ней очень серьёзно относится, она с юмором подбрасывает нам в жизнь что-то иррациональное, какую-то нелепицу?

Нелепица

Он проснулся рано утром в понедельник с мыслью, что на этой неделе он обязательно встретит ЕЁ. Кого именно, он не знал, почему именно на этой неделе, тоже. Всё что он знал, что она будет ехать в последнем вагоне метро.

Почему именно там и зачем, он даже не задумался, просто приняв эту внутреннюю информацию за само собой разумеющееся.

– Как он её узнает?

– Что делать дальше?

Вроде бы обычные вопросы, элементарные, но они были проигнорированы его умом. Нельзя сказать, что его ум бездействовал, он вырабатывал алгоритм поведения на эту неделю:

«Так как мы учимся в политехническом университете, нам удобнее выходить на станции метро Пушкинской, из второй двери второго вагона прямо напротив прохода. Вся дорога до института занимает полчаса. Теперь надо будет садиться в последний вагон и всю дорогу высматривать её, выходя из вагона на станции, останавливаться, и ещё раз взглядом фильтровать проходящих. Это добавит дополнительные пять минут дороги, а значит надо выходить из дому на пять минут раньше… на обратном пути действовать по тому же сценарию… да и в любых других поездках в течение недели…»

Сказано-сделано.

Он добросовестно всю неделю выполнял рекомендации мозга.

Неделя подходила к концу, а результата не было. Даже чего-то, хоть отдалённо похожего на результат. В субботу, после единственной пары, желая сбросить накопившееся, в связи с этими поисками ЕЁ, напряжение, он решил просто прогуляться по Парку Шевченко. Без какой-либо цели, просто пройтись по аллеям, полюбоваться фонтаном. Он уже привычно проехал в последнем вагоне, привычно прошёлся взглядом по окружающим, постоял на платформе, пока выйдут все желающие, и, с чувством выполненного долга, пошёл через всю платформу на нужный ему выход. Пока он дошёл до конца платформы, подъехал новый поезд и открылись двери…