Разведёнка

«Ты же получил свою ночь со звездой – чего тебе еще нужно?»

Сперва она его игнорировала. Особенно если в поле зрения возникали ухажеры поинтереснее.

Но с крючка не снимала.

Для этого, оказавшись наедине с собой, отвечала небылицами: то заболевшие родственники (все, разумеется, были в добром здравии), то авралы на работе (которые случались редко и лишь из-за ее ненависти к рутине).

Эти байки она обильно сдабривала вопросами в духе «как ты» и словами поддержки по любому поводу от простуды до проигранного суда.

Круг Викиных поклонников постоянно менялся. Кто-то прозревал, что ему нечего ловить, и переставал выходить на связь. Кто-то перед этим устраивал сцену.

Их Вика даже любила. Здоровью они, как правило, не угрожали, зато приятно щекотали нервы.

На месте выбывших сразу возникали новые страждущие, и спектакль продолжался с новыми статистами.

Максим все это время упорно кружил по ее орбите, не пытаясь покинуть зону ее притяжения. Сменялись лица, сходили с дистанции яркие и сильные персонажи, а он все упрямо держался.

Мало-помалу они начали встречаться.

Сперва – только в буквальном смысле. То в кафе посидят, то в кино сходят, то в парке погуляют. В клубах больше не бывали, от приглашений в гости Вика всячески увиливала. Ей не хотелось потерять скромного, но постоянного зрителя, и она отчаянно балансировала на тонкой ниточке, чтобы не задушить в парне остатки надежды.

Так пролетело около года.

Вика жила своей жизнью, полной ярких ощущений и всеобщего обожания, Максим всегда был где-то поблизости. Никогда не брезговал предоставленными крохами времени и внимания, всегда был готов помочь с переездом, установить антивирус или составить компанию при выборе сумочки.

А потом у Вики случился плохой день.

У всех бывают такие дни. У кого-то чаще, у кого-то реже. Но для привыкшей блистать Вики они всякий раз были неожиданностью.

А в тот раз случился настоящий «парад планет».

Во-первых, она проштрафилась на работе. Мало того, что затянула с подготовкой важной презентации, так еще и забыла выслать ее шефу перед совещанием. Точнее, отправила пустое письмо без вложения, а сама под шумок улизнула в соседний бизнес-центр на ноготочки.

Тогда она впервые поскребла по дну чана с терпением своего руководителя.

Последовали громогласные крики с матом и переходом на личности. Что, разумеется, не красила Владимира Николаевича как профессионала.

С другой стороны, опоздания, бесконечные отпрашивания, просрочки и вовсе забытые поручения сходили Вике с рук так часто, что вечно это продолжаться не могло. Любого на ее месте давно бы уволили. А она просто прикрывала лицо ладошкой в притворном смущении, и шеф терял воинственный настрой.

Ворчал для вида, давал какое-нибудь указание, о котором тут же сам забывал, и удалялся к себе «перекладывать бумажки», как он сам говорил.

Но не в тот раз. Из-за ее разгильдяйства фирма лишилась крупного клиента, а шеф выставил себя круглым дураком, когда посреди переговоров безуспешно пытался до нее дозвониться.

Так что тут ему хватило запала для репрессий, и он, пока тот не иссяк, срезал ей все премии и бонусы под корень на полгода.

Но и это еще не все. Ее и без того дырявый бюджет в тот же день получил еще более серьезную пробоину.

Выбегая из дома и, по обыкновению, опаздывая, она забыла выключить воду на кухне и залила соседей, которые вечером того же дня устроили ей, и без того подавленной, вторую порцию воплей и матерщины.

Быть может, эти вполне приличные семейные люди и смогли бы удержать себя в руках, если бы сверху по ночам не доносились радостные Викины стоны, звуки дрели или хмельные вопли Дианы с Ольгой. Но кто виноват, что в доме такие тонкие стены, а она так молода, хороша собой и дома появляется только к полуночи?

В общем, нажаловались хозяину квартиры, устроили скандал.

И тихий, интеллигентный мужичок предпенсионного возраста в огромных очках, с проплешиной на затылке – до того появлявшийся только для починок, – застенчиво, но решительно расторг договор аренды.

И даже затребовал накопившийся за четыре месяца долг.

Повезло еще, что квартира была застрахована от залива. Но и без того рассчитываться Вике было нечем.

Поэтому она искренне и без притворства ревела в трубку, когда просила Макса помочь собрать вещи и вывезти их на другой конец города к Янке, согласившейся на время ее приютить.

Максим увидел в этом возможность резким финишным рывком выиграть гонку за ее сердце. При этом он сохранил присущее ему благородство и не стал тащить расклеившуюся девушку в постель.

Просто утрамбовал ее разбросанные по квартире пожитки в мешки и коробки, погрузил в свой видавший виды кроссовер, перевез к Янке в Люблино, выгрузил, помог разуться и заварил чай.

Он немного опасался оставлять Вику в одиночестве и рассчитывал сдать ее в руки хозяйке, но та все не ехала.

А за час до полуночи Яна позвонила и сообщила Вике, что вынуждена мчаться в больницу к маме и на эту ночь квартира в полном Викином распоряжении.

Ну, она и распорядилась. Только вот упаковки от презервативов могла бы, для приличия, в мусорку выкинуть. А то неловко было перед вернувшейся утром подругой.

Настолько неловко, что даже немного обрадовалась второму вынужденному переезду за два дня.

На этот раз к Максу.

***

Долгой совместной «проверки отношений» у них не получилось.

Максим уже через пару месяцев предсказуемо и бесхитростно пригласил ее в ресторан, старомодно и неуклюже встал на колено и, добившись яркого эмоционального «да», о котором так мечтал, потащил ее в ЗАГС.

Под свадьбу взяли кредит, разумеется – чтобы все как у людей, а медовый месяц им обеспечили родители.

Викины были счастливы, наивно полагая, что их егоза, наконец, немного остепенится, Максовы – тревожились. Опасались, не съест ли их доверчивого как теленок мальчика эта плутовка.

И вот они снова в Барсе. Город тот же, но как же переменился контекст!

Перед самым вылетом они сильно поругались из-за сборов.

Макс настаивал на раннем выезде, а Вика считала предполетный мандраж неотъемлемой частью отпуска.

Она привыкла заталкивать платья в чемодан часа за полтора до вылета, судорожно вызывать такси, толкаться в пробках, упрашивать пассажиров на стойке регистрации пропустить вперед в очереди, нестись с развевающимися волосами среди туристов к своему выходу. А в это время по громкой связи во второй раз объявляют: «Виктория Сорокина, пройдите на посадку!» – чтобы, запыхавшись, в самый последний момент успеть протянуть паспорт с мятым посадочным талоном раздраженным сотрудникам аэропорта.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Речь о противостоянии футбольных клубов «Реал» и «Атлетико» из Мадрида.