Обруч из лунного камня

– Она хотела укусить. Пришлось показать зубы.

– У тебя есть зубы?

– Есть. Особенно когда речь о наследстве.

– Ты всё ещё думаешь о женихе?

– Я думаю о выживании. А жених – часть плана.

– А если план провалится?

– Тогда я научусь вызывать туман. И исчезну. Или отращу рога как мои предки демоны и забодаю его. – Я сделала рожки из рук.

Он посмотрел на меня. В его глазах – не насмешка. Интерес.

– Ты не такая, как они.

– А ты не такой, как он, – ответила я, кивнув на группу девушек, которые пытались уговорить магистрессу разрешить им «немного румян для здоровья».

– Я вообще не «он». Помни об этом. Ангелы могут быть теми кем захотят.

– Помню. Особенно когда ты храпишь. Почему ты не можешь спать в форме милой девушки.

Он прищурился.

– Это война?

– Это переговоры. С угрозой саботажа. И не надо за мной подглядывать пока я моюсь в ванной в образе парня, хоть в образе девушки смотри для приличия.

Второй урок – «Искусство соблазнения». Преподавала магистресса Лада, бывшая придворная дама, которая, по слухам, отвергла трёх князей и одного демона и бессчетное количество гномов.

– Соблазнение – не про тело, – вещала она, кружа по залу в шёлковых туфлях (опять туфли?!). – Это про тайну. Мужчина должен чувствовать, что ты – загадка, которую он никогда не разгадает. Но будет пытаться до конца дней.

– А если он глуп? – спросила одна из девушек.

– Тогда загадка должна быть очень простой. Например: «Я богата».

Класс засмеялся. Даже я улыбнулась.

– Сегодня вы попрактикуетесь в парах, – объявила магистресса. – Одна – кокетка, другая – мужчина. Покажите, как вы заставите его влюбиться за три минуты.

– Я не буду делать вид, что я мужчина! – возмутилась Златка.

– Почему?

– Потому что это унизительно!

– Тогда представь, что ты Борислав, – бросила я. – Это легко: просто открой рот и ничего не думай.

Весь класс замер. Потом – взрыв смеха. О моей семье знали многие, не удивительно главные работорговцы во всем королевстве Элден.

Магистресса Лада прикрыла рот платком, но глаза смеялись.

– Отлично, Любава. Ты будешь первой. С кем хочешь практиковаться?

Все посмотрели на Златку. Та побледнела.

– С Лианой, – быстро сказала я.

– Лиана? – удивилась магистресса. – Но она никогда не участвует

– Она сегодня в ударе, – сказала я, глядя на Элиана.

Он чуть не поперхнулся.

Мы встали посреди зала. Я – в роли кокетки. Он – в роли «мужчины».

– Представь, что ты – принц, – прошептала я. – Богатый. Гордый. И одинокий.

– Я и так принц, – прошипел он.

– Тогда веди себя как настоящий. Не как испуганный кот.

Магистресса Лада кивнула. Таймер запущен.

Я сделала шаг вперёд, опустила ресницы, слегка приоткрыла губы.

– Вы часто бываете в таких местах, ваше высочество? – прошелестела я, стараясь звучать как героиня романов.

– Только когда меня прячут от убийц, – буркнул он.

– Простите?

– Я имею в виду охоту. Я люблю охоту. В горах.

– Ах, горы! – воскликнула я, играя роль. – Как романтично! А вы стреляете из лука?

– Из арбалета. С ядом.

– Очаровательно.

Я повернулась к магистрессе:

– Ваше высочество немного мрачный.

– Это модно, – сказала она. – Продолжайте.

Я взяла его руку (он вздрогнул, как будто его ударило током) и приложила к своему сердцу.

– Чувствуете? Оно бьётся только для вас.

– Оно бьётся слишком быстро, – пробормотал он. – У тебя лихорадка?

– Это страсть!

– Тогда тебе нужен врач, а не принц.

Класс снова рассмеялся.

Магистресса Лада хлопнула в ладоши.

– Прекрасно! Любава, ты создала напряжение. Лиана – интригу. Даже если интрига – это «почему она говорит, как солдат?».

Элиан покраснел. Я – тоже. Но по другой причине.

После уроков нас ждал ритуал очищения: все девушки должны были искупаться в реке Серебряной Воды. «Чтобы смыть мирскую скверну», – объяснила магистресса Велена.

– Ты не пойдёшь, – сказал Элиан, когда мы вернулись в комнату.

– Почему?

– Потому что я не могу купаться с вами. Все поймут что я ангел увидев на спине шрамы от вырванных крыльев.

– А я не могу идти одна. Все будут смотреть, как я моюсь. Как на диковинку.

– Тогда придумай отговорку.

– Уже пробовала. Сказала, что у меня «женские дни». Магистресса ответила: «Отлично. Вода усилит очищение».

Он закрыл лицо руками.

– Это ад.

– Это Академия.

Мы помолчали.

– Есть идея, – сказала я. – Ты пойдёшь со мной. Но ночью. Когда все спят. Я скажу, что у меня бессонница, и мне нужно «успокоить дух».

– А если нас поймают?

– Тогда скажем, что ты – мой духовный наставник в образе девушки. Магия иллюзий, понимаешь?

– Ты с ума сошла.

– Возможно. Но лучше с ума, чем замуж за Борислава.

Он посмотрел на меня. Долго. Потом кивнул.

– Хорошо. Но только сегодня. И ты идёшь первой. Я – через десять минут.

– Договорились.

Ночью я вышла к реке в рубашке до пят. Луна была полной, вода – как ртуть. Я села на берег, опустила ноги в воду. Холод пронзил до костей.

Через десять минут появился Элиан. Без серого одеяния. В простой рубахе и штанах.

– Ты красив, – вырвалось у меня. – Хотя он был в форме девушки.

Он замер.

– Не говори так.

– Почему?

– Потому что я не твой. И не буду.

– А если я захочу?

– Ты хочешь не меня. Ты хочешь спастись. Это разные вещи.

Он вошёл в воду. Я отвернулась.

– Ты можешь смотреть, – сказал он. – Я не стыжусь своего тела. Только своей судьбы. То что у меня нет крыльев не делает меня страшным ангелом, я верну их рано или поздно. Мой дядя захватил трон, но я верну его, через три года когда обрету силу в этой академии и возможно нужными связями.

Я обернулась. Она стояла по пояс в воде, с закрытыми глазами. На груди – шрамы. Много шрамов.

– Кто это сделал?

– Те, кто хотел трон. А получил мой гнев.

– Ты убивал?

– Только тех, кто убивал первым.

Мы помолчали. Вода плескалась.

– Знаешь, – сказала я, – в детстве я мечтала выйти замуж за принца. Красивого. Храброго. С конём.

– И что?

– Теперь я поняла: принцы либо мертвы, либо в бегах, либо женаты на ведьмах.

– А я – в бегах и с соседкой, которая шантажирует меня.

– Это романтика, – усмехнулась я. – Только без роз.

– Зато с рекой, которая может убить, если в ней купаться после полуночи.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что я читал правила. В отличие от тебя.

– Я читала только пункт про «найти жениха».

Она рассмеялась. Впервые. Настоящим смехом. Глубоким, тёплым.

– Ты странная, Любава.

– А ты – неудобный принц.

– Лучше неудобный, чем жирный кузен.

– Это точно.

Мы вышли из воды. Она помогла мне подняться. Ее рука – тёплая, сильная.

– Не привыкай, – сказала она. – Это не ухаживания. Это выживание.

– А если выживание превратится в что-то большее?

– Тогда мы оба погибнем.

На следующий день произошло чрезвычайное происшествие.

На уроке «Магии красоты» магистресса попросила нас создать иллюзию идеального лица. Златка, конечно, сделала себе глаза, как у лани, и губы, как у богини. Я попыталась сделать себе «умный взгляд» – получилось, как у совы после бессонной ночи.

А Лиана ничего не сделала.

– Почему ты не участвуешь? – спросила магистресса.

– У меня и так всё в порядке, – пробормотал Элиан.

– Покажи.

Он вздохнул, поднял голову. Снял капюшон.

Весь класс ахнул.

– Боже – прошептала Златка. – Лиана ты прекрасна!

– Как лунный ангел! – воскликнула другая.

– У неё скулы, как у статуи! – третья чуть не упала в обморок.

Элиан стоял, как на плахе. Я видела, как он сжимает кулаки.

– Достаточно, – сказала магистресса. – Лиана, надень капюшон. Такая красота – опасна. Она будоражит сердца. А мы тут в академии готовим хороших жен для мужчин. А не иное.

– Особенно женских сердец, – прошептала я ему, когда мы выходили.

– Это не смешно.

– А я и не смеюсь. Я завидую. Ты стал объектом всеобщего обожания. А я – всё ещё «та, у кого голос разума».

– Хочешь, я скажу им, что ты храпишь?

– Только попробуй.

Вечером, в комнате, я сидела за столом, рисуя в блокноте эскиз платья для выпускного бала (да, он есть, даже здесь). Элиан читал свиток.

– Ты когда-нибудь целовался? – спросила я внезапно.

Он поперхнулся.

– Это не твоё дело.

– Это важно для плана. Если я найду жениха, мне нужно будет целоваться. А я не знаю, как.

– Ты хочешь, чтобы я тебя научил?

– Нет! – Я покраснела. – Я хочу, чтобы ты дал совет.

– Совет: не целуйся с тем, кто пахнет луком.

– Спасибо, капитан Очевидность.

– Пожалуйста, лейтенант Страх.

Мы помолчали.

– А ты? – спросила я. – Целовался?

– Да.

– С кем?

– С девушкой. До всего этого.

– Она жива?

– Нет.

Я замолчала. Больше не спрашивала. Это точно была посол академии Руа. Может она была его первой любовью. Я читала что у ангелов любовь длиться всю жизнь. Как жаль что первой он встретил не меня.

Поздно ночью я проснулась от шума. Элиан стоял у окна, сжимая амулет – такой же, как у меня, только с чёрным янтарём.

– Что это? – спросила я.

– Оберег моего рода. Последний.

– Почему чёрный?

– Потому что моя луна – тёмная.

– А моя – светлая. Может, вместе они станут полной?

Он посмотрел на меня. В его глазах – не надежда. Усталость.

– Не надо поэзии, Любава. Мы не герои романа. Мы – беглецы. И у нас нет права на счастье.

– А если я хочу это право?

– Тогда борись. Но не со мной. Я не твой враг.

– А кто?

– Время. Оно всегда против нас.

На следующее утро нас разбудил не колокол. А крик.

Мы выбежали в коридор. Девушки толпились у двери в восточную башню.

– Что случилось? – спросила я у Златки.

– Исчезла Марина! – прошептала она. – Просто нет. Кровать пустая. Окно закрыто. Даже тапочки на месте.

– Может, сбежала? В городок в местный бар?

– Никто не сбегает из Лунной Тишины. Говорят, река не пускает.

Элиан взглянул на меня. В его глазах – тревога.

– Это началось, – сказал он.

– Что?

– То, о чём я боялся. Они нашли меня.

– Кто?

– Те, кто убивает тихо. И оставляет пустоту.

Я сжала амулет под платьем.

– Тогда нам нужно быть громче.

– Или умнее.

– Или обмануть всех.

Он усмехнулся.

– Ты становишься опасной.

– А ты – моим союзником.

– Я не союзник. Я пленник.

– Тогда считай, что я твой тюремщик. С хорошим вкусом.

Он рассмеялся. И в этот момент я поняла: юмор – наше оружие. Пока мы можем смеяться – мы не побеждены. Хотя шансов на победу у нас нет.

Глава 3: Тень в зеркале

Исчезновение Марины перевернуло Академию. Не внешне – порядок был железным, как всегда. Но внутри, в коридорах, в глазах девушек, в тишине между уроками, появилось нечто новое: страх, который не осмеливались называть.

Магистресса Велена объявила на утренней линейке, что Марина «отправлена домой по состоянию здоровья». Никто не поверил. Домой из Лунной Тишины не отправляют. Сюда приходят – и остаются. Или исчезают.

– Она была из рода Оленевых, – прошептала Златка за завтраком, тыча ложкой в кашу, будто пыталась проткнуть правду сквозь неё. – Говорят, их кровь особенно сладкая для духов.

– Духи не пьют кровь, – буркнула я. – Это вампиры. А их здесь нет.

– Откуда ты знаешь? В академию пускают многие расы. Вот там три демонессы, там эльфа целых семь штук. Там гномы. Все расы здесь. Кроме мерзких ангелов.

Я не ответила. Я знала, потому что отец рассказывал: в этих землях древние силы не нуждались в крови. Им хватало тишины. Чем тише – тем сильнее они становились.

А в Академии царила почти мёртвая тишина.

Элиан стал ещё осторожнее. Он почти не выходил из комнаты, ел быстро, молча, и всегда сидел спиной к стене – чтобы видеть всех, кто входит. Однажды я заметила, как он проводит пальцем по шраму на шее – медленно, задумчиво, как будто пересчитывает дни до казни.