100 способов не выйти замуж

Валерий Расс

100 способов не выйти замуж

«Анкета с пометкой "Выжившая"»

Привет. Меня зовут Катя.

Если бы мы встретились с тобой на улице, ты бы вряд ли обернулась. Я не похожа на инста-диву с губами, которые живут своей жизнью. Я не бизнес-леди, которая руководит корпорацией одной левой, пока правой делает смузи.

Я – это просто я.

Мне 32 года. У меня ипотека на "однушку" в спальном районе, абонемент в фитнес, который я использую раз в месяц, чтобы помыться в сауне, и кот, который считает меня обслуживающим персоналом. Я люблю вино по пятницам, сериалы под одеялом и ненавижу, когда мне врут.

В общем, я – среднестатистическая женщина, которая однажды совершила роковую ошибку: захотела любви.

Не просто штампа в паспорте, чтобы тетя Люда из Саратова перестала спрашивать: «Ну, когда уже?». И не спонсора, чтобы не работать (хотя, ладно, иногда хотелось). Я хотела человека. Своего. С которым можно молчать, смеяться над тупыми шутками и делить последний кусок пиццы.

Казалось бы, простая задача? Нас на планете 8 миллиардов. Половина – мужчины. Теория вероятности на моей стороне, верно?

Ха. Три раза ха.

Прежде чем я нашла Того Самого (спойлер: он существует, и он прекрасен, хоть и носит дурацкие свитера), я прошла через ад.

Я скачала все существующие приложения для знакомств. Я сходила на столько свиданий, что могла бы написать путеводитель по кофейням города (раздел: «Где самый быстрый выход через кухню»).

Я видела всё.

Я видела мужчин, которые любили себя больше, чем Нарцисс своё отражение.

Я видела жадин, которые пересчитывали салфетки в счете.

Я видела женатых, которые «вот-вот разведутся» (уже пятый год).

Я встречала маменькиных сынков, философов-неудачников, пикаперов с методичками 2005 года и параноиков в шапочках из фольги.

Я выпила цистерну невкусного кофе.

Я выслушала терабайты чужого нытья.

Я плакала в подушку, удаляла анкеты, клялась, что уйду в монастырь (или заведу сорок кошек), а потом… снова скачивала приложение. Потому что надежда – штука живучая.

Эта книга – не учебник «Как выйти замуж за миллионера». Это хроники пикирующего бомбардировщика. Это сборник моих ошибок, моих синяков и моего смеха сквозь слезы.

Я написала это для тебя. Чтобы ты знала: если тебе кажется, что вокруг одни идиоты – тебе не кажется. Но это не значит, что выхода нет.

Просто иногда, чтобы найти принца, нужно перецеловать не одну лягушку. И даже пару жаб. И, возможно, одного крокодила.

Так что наливай чай (или что покрепче), садись поудобнее. Я расскажу тебе, как я искала иголку в стоге сена, а нашла целый мир.

Поехали.

Виталик, Изольда Павловна и «Меню для мальчика»

Все началось в пятницу вечером. Бокал вина, пустая квартира и предательская мысль: «А может, я просто плохо искала?». Я скачала приложение, которое обещало найти мне «половинку», но пока находило только любителей фото в зеркале туалета.

И тут – МЭТЧ.

Виталик. 32 года. На фото – в рубашке (поглаженной!), с умным видом смотрит в даль (наверное, в светлое будущее). Описание профиля: «Люблю домашний уют, мамины пироги и честность».

«Ну, пироги – это не страшно, подумала я. – Может, он просто гурман».

Мы договорились встретиться в кофейне в центре. Я надела «платье для первого свидания» (это которое говорит: «я леди, но могу и пошутить»), накрутила волосы и пришла на пять минут раньше.

Виталик опоздал на десять. Но он пришел не один.

Дверь кофейни открылась, и вошел Он. Рубашка действительно была поглажена. А следом за ним, держа его под локоть, вплыла женщина неопределенного возраста, в шляпке с вуалью и с выражением лица, с каким обычно санитарная инспекция заходит в шаурмичную на вокзале.

– Катенька? радостно спросил Виталик, подвигая стул… для женщины. – Э-э-э, да, я привстала.

– А это?..

– Это Изольда Павловна, Виталик просиял.

– Моя мама. Она просто проходила мимо, и мы решили, что глупо будет ей ждать на улице. Мама, присаживайся.

Изольда Павловна села. Прямо посередине. Между нами. Я почувствовала, как мое «платье для свиданий» превращается в «костюм для побега».

– Ну что ж, Екатерина, – начала мама, даже не снимая перчаток. – Виталик говорил, вы работаете в маркетинге? Это там, где врут людям за деньги? – Мама, ну зачем ты так, – вяло пискнул Виталик, уткнувшись в меню. – Я не вру, я продвигаю бренды, – улыбнулась я, чувствуя, как дергается левый глаз. – А вы, Виталик, кем работаете? – Виталик – главный специалист в логистической фирме! – отрезала Изольда Павловна. – Ему нужен крепкий тыл и белок. Виташа, не бери этот чизкейк, там транс-жиры. У тебя потом будет изжога, а у меня кончился «Ренни».

Подошел официант. Парень лет двадцати, который явно видел в этой жизни всё, но такого трио – еще нет.

– «Мне латте, пожалуйста», сказала я.

– А моему сыну принесите стакан теплой воды без газа и паровую котлету, если есть. Если нет, просто воды. Мы принесли с собой, Изольда Павловна с грохотом водрузила на стол пластиковый контейнер.

В контейнере лежали котлеты. Они пахли чесноком так сильно, что за соседним столиком заплакал ребенок.

– Мам, тут нельзя со своим… прошептал Виталик.

– Глупости! Я не дам тебе есть эту отраву! Она повернулась ко мне.

– Катя, а вы умеете готовить паровые биточки из индейки? Виталик ест только индейку. Свинина его полнит, а от говядины он становится агрессивным.

Я представила агрессивного Виталика. Картинка не складывалась. Максимум, на что он был способен – это агрессивно моргать.

– Я, к сожалению, не готовлю биточки, честно призналась я.

– Я обычно заказываю еду. Или ем… свинину. Изольда Павловна посмотрела на меня так, будто я призналась в ритуальном убийстве котят.

– Виталик, ледяным тоном сказала она. – Мне кажется, нам пора. У девушки явно другие ценности. И, судя по цвету лица, проблемы с печенью.

Виталик грустно посмотрел на свой стакан с водой, потом на мамины котлеты, потом на меня. В его глазах читалась немая мольба: «Спаси меня! Укрой меня пледом и дай бургер!». Но вслух он сказал:

– Да, мамуль. Ты права.

Они ушли. Изольда Павловна гордо несла контейнер, а Виталик плелся сзади, как побитый пудель. Я допила свой латте, заблокировала контакт «Виталик Тиндер» и переименовала главу своей жизни в «Помилована судом присяжных».

Вечером мне пришло сообщение с незнакомого номера: «Катя, прости. Мама сказала, что ты нам не подходишь, потому что у тебя аура темная. Но если ты научишься делать индейку, я готов рискнуть. P.S. Мама проверяет мой телефон, ответь кодовым словом "Трактор"».

Я ответила: «Трактор уехал. Свинина рулит».

Аркадий, речной бриз и «Уникальные стельки»

После фиаско с Виталиком я решила сменить тактику. Никаких мам. Никаких котлет. Только романтика.

Аркадий был идеален. В переписке он цитировал Бродского, на фото стоял на фоне заката, а в графе «О себе» написал: «Хочу увезти тебя туда, где только ветер и мы».

– Катя, давай покатаемся на речном трамвайчике? предложил он. – Закат, плеск волн, старый город с воды…

Я растаяла. Подумала: «Господи, неужели нормальный?».

Мы встретились на пристани. Аркадий был галантен, подал руку, когда мы заходили на палубу. Трамвайчик загудел, матрос отдал швартовы, и берег начал медленно удаляться.

«Вот оно, подумала я, подставляя лицо ветру. Сейчас он меня обнимет».

Мы отошли от берега метров на двести. Вокруг вода. До следующей остановки примерно 40 минут. Бежать некуда, если только ты не Ихтиандр.

Аркадий глубоко вздохнул, посмотрел мне в глаза долгим, проникновенным взглядом и.. полез в свой рюкзак.

Я замерла. Шампанское? Кольцо? Томик стихов?

Он достал огромную, пухлую папку с файлами и банку с каким-то серым порошком.

– Катя, его голос стал твердым, как у диктора новостей.

– Ты когда-нибудь задумывалась, сколько токсинов скапливается в твоем организме к тридцати годам?