Кукла

Валерий Лебедев

Кукла

Меня зовут Алекс. По профессии – спелеолог, ну то есть с группой соратников исследуем гроты, пещеры. В данный момент я нахожусь в отпуске. И вот сейчас хочу рассказать о том, что со мной приключилась история, которая изменила практически полностью мою богатую интересными эпизодами жизнь.

И так…..

Я всегда был против того, чтобы в комнате, где проводишь основные часы работы, досуга и

сна, имел место хоть какой то беспорядок. Но сейчас, войдя к себе, я был крайне удивлён. Вещи, которые находились ранее на своих положенных местах, были разбросаны по всей комнате. Книги, аккуратно стоявшие часом раньше на полках, валялись на столе, полу и диване. Подшивки газет и журналов были разбросаны здесь и там. Мой старый глобус лежал у камина, сброшенный кем – то со шкафа. Сам шкаф был раскрыт и одежда из него торчала рукавами пиджаков, наполовину оторванными воротниками пальто и плащей. Дверки серванта так же были раскрыты и вся посуда была сдвинута в одну сторону. Всё говорило о том, что здесь побывал кто- то и упорно что- то искал. Я обратил внимание на замок двери. Он был невредим. Значит, промелькнула мысль, был подобран ключ такой же, как у меня. Но это не реально. Ключ – оригинал, изделие большой сложности и такого нет более нигде. Но как же так? На окнах стальные решётки, дымоход камина на столько узок, что через него едва ли пролезет тощая кошка. По вентиляции так же нельзя попасть в помещение, так как на каждом изломе и повороте установлены стальные жалюзи. Сигнализация в норме. Фрамуги открываются по сигналу изнутри, то есть из самой комнаты. Я ещё раз внимательно осмотрел помещение и взор остановился на застеклённом стеллаже, где в аккуратном ряду были помещены детские забавы моей четырёхлетней дочери. Несколько хорошо заточенных цветных карандашей в цилиндрическом пенале, семь китайских слоников, приносящих по старым поверьям деньги в дом, пара симпатичных матрёшек и три совершенно идеальные в фигурах и телосложении роскошно разодетые гуттаперчевые куклы. Дочка их сильно любила, но особенно обожала и почти никогда не расставалась с Матильдой. Эта кукла на своём месте выделялась среди других нежно-голубым роскошным платьем, переходящим книзу в насыщенный розовый цвет. Серебристые длинные волосы, волнами спадающие на тонкие стройные плечи, идеально подчёркивают правильно сложенную фигуру. На всём этом фоне красоты особенно выделяется шитый золотом пояс с большой блестящей пряжкой, излучающую из себя внутреннюю голубизну. В её центре, словно в воздухе укреплён полупрозрачный череп. Непонятно. Для чего на детской игрушке такой зловещий знак? И дочь словно была заворожена этой куклой. При покупке она просто влюбилась в неё, да так, что я смирился с тем, что увидел. И вот теперь я наблюдаю с удивлением, что при всей этой картине беспорядка, единственное нетронутое место – это полка, где находятся куклы дочери. Глаза Матильды так и буравят меня. Пронзительно – сверлящий взгляд её голубых глаз проникает мне в самую душу и я не в силах оторвать глаза. Я чувствую, что она хочет что -то сказать и теперь слышу её слова?

– Найди мой талисман…. Найди талисман!

Слова вырываются у меня сами собой и я спрашиваю:

– Какой талисман? – И тут же слышу:

– Гранатовый кулон…. Он был у меня на груди…..

Я стою оцепеневший от удивления и ничего не понимаю. Перед глазами туман, пелена и мне становится дурно. Поворачиваюсь к двери, открываю её и прохладный воздух из прихожей приводит меня в чувство.

1

Состояние такое, что хочется убежать от нахлынувшего неизвестно откуда страха и в то же время что- то держит меня, не пускает. Может это любопытство? Я беру себя в руки, осознавая, что это всё какая -то фантазия уставшего мозга.

Нужно просто расслабиться, отдохнуть, прилечь наконец. Смело подхожу к полке, открываю стеклянную дверцу и с посланными в мой адрес словами слышу:

– Не трогай меня! Я принадлежу не тебе а Глории, – сильным ударом в грудь чем то тяжёлым и ужасным видом раскрывшейся пасти огромного черепа, падаю навзнич, теряя сознание. В глазах мириады искр постепенно угасающих и наплывающая чернота.

Неизвестно, сколько прошло времени, но вот я прихожу в себя и вижу светлое небольшое помещение с какими-то приборами. Палата интенсивной терапии. Вместе с осознанием того, где я нахожусь, приходит и тупая боль в груди. Рядом стоит врач и пристально смотрит на меня. Наши взгляды встречаются и тут же слышу его голос:

– Ну наконец-то! Появились явные признаки жизни. Это не плохо. Вы, Мария Петровна просто бог. Вытащили его с такой глубокой ямы.

Я увидел подошедшую темноволосую симпатичную женщину в годах. Ее халат отдавал сверкающей голубизной и подчеркивал собой ее предназначение. Старшая сестра травматологии. Она была действительно богом в этом заведении. Ее приветливая легкая улыбка и тонкий прищур добрых глаз привели меня в чувство окончательно и я, было, хотел даже встать, но неотразимый жест рукой и твёрдый голос: – Лежите спокойно, – впечатали меня в моё временное ложе. – Рёбра, – это не шуточки, -услышал я её и тут же вопрос:

– Где ж вас так угораздило? Я смотрел на неё и не знал, что же мне ответить. Как объяснить тот эпизод, как обрисовать картину, где я сам со стороны слушателей стал бы выглядеть ненормальным, у которого начались галлюцинации? Теперь я вспомнил все. Все до мельчайших подробностей и лежал практически беспомощный с туго перебинтованной грудью. Хотя, дышалось свободно. Перед глазами встала Матильда и ее прямой буравящий взгляд. Это было нечто колдовское, не наше земное. Потустороннее с признаками толи зомбирования, то ли гипноза. От всего этого веяло холодом, ужасом и не совместимостью с земной жизнью.

– Я вам расскажу чуть позже. Лучше наедине. А там сами решите, что правда, что выдумка.

– Я смотрел на Марию Петровну с чувством какой-то вины, словно жалел её за хлопоты, которые предоставил ей.

–Доктор, я и вам благодарен за оказанную помощь. Если бы не вы…..– Ну что вы. Ничего страшного – заговорил врач – основная нагрузка легла на нашу спасительницу, – он указал рукой на Марию Петровну, – кстати – продолжил он, – сейчас то, что ему приписано, отменить, кроме горячего укола и поделайте ему анальгин с димедролом.

Пусть отдыхает и поправляется. А вы, мой милок, – он опять глянул на меня, – ни о чём не волнуйтесь. У нас и посложнее есть пациенты. Так что успокойтесь и все будет хорошо. Дней пять-шесть отдохнёте, а там посмотрим. Может и домой пойдете. С этими словами он повернулся и на выходе из палаты добавил:

– Вы, Мария Петровна, зайдите ко мне. Надо некоторые назначения больным пересмотреть. Я вас жду минут через двадцать. Прикрыл за собой дверь и в тихом проходе были слышны его удаляющиеся шаги. Все стихло. Только четче стало слышно тиканье маленьких наручных часов, да с улицы проникал через двойное толстое стекло широкой белой рамы городской шум. Я, окончательно осознавший свое положение, хотел вспомнить некоторые мелкие эпизоды происшедшего, но ничего не приходило в голову, кроме какой-то не понятной и по видимому очень старой мелодии.

2

То была не мелодия, наигранная инструментом, а заунывное пение одного человека. Слова и фразы, понятные и не понятные с неясным общим смыслом, звучали в такт с почти монотонным мотивом и перед глазами маячил силуэт старика. Он стоял на высоком камне и смотрел в мою сторону и слышал я:

Ту – монте – дору

Кри – упа – дарта

Иди на гору

На камне карта!

Буин – ку – ваки!

Ты – самый смелый!

На камне знаки,

Под красным белый!

Соимпу стера!

Гу анта вада!

Основа – вера!

Твоя награда!

Найдешь проходы,

В огне дракона,

Исчезнут годы,

В окне вагона!

Ищи земное,

Под знаком рака!

Найди святое –

Сын зодиака!

Бо – урто – каум!

Чентеро – пула!

Добудешь камень,

Уйдет акула!

Устами млада,

Глаголит повесть!

Возьми, что надо

Не трогай совесть!

Это было похоже на заклинание, колдовской ритуал. И не кому ни будь, но мне предназначались эти слова. Нет. Это не сон и я чётко различаю всё вокруг. Осознаю действительность и начинаю понимать постепенно глубокий смысл напева. Мне надо быть там, где раньше я жил с семьёй, на старом месте. А это другой штат и очень далеко. Я с дочерью уехал оттуда на поезде и перед отправкой окончательно распрощался со всеми, кто содействовал мне и помогал и словом и делом. Там я продал свой старый дом, хотя и довольно крепкий ещё.

3

В памяти начали всплывать эпизоды восьмилетней давности. 2072 год. Два года исполняется моей дочери и столько же с момента непонятного исчезновения моей самой близкой, доброй и любимой подруги жизни – Марты. Я вынужден был напрячь все свои силы для того, чтобы поставить на ноги дочь, родную мою кровинушку. И, можно сказать, я справился с этим. Ну а сейчас, в данный момент пришла мысль о том, что там, именно там, в захолустном магазинчике на окраине нашего городка я, проходя с дочкой мимо тех дверей бросил, как бы пошутил:

Давай зайдём и посмотрим, что привезли для нас?

Купил ей неписанной красоты куклу. Я видел, как радостно сияли глаза Глории и она тут же назвала её Матильдой.

– Это моя Матильда! Я её очень люблю,– и тут же, притянув меня к себе, поцеловала в щёку. И что самое интересное, на ценнике было отштамповано по итальянски слово «Motilde». Её радости не было предела. Она с этой куклой не расставалась ни на минуту. Чем бы не занималась в доме или на улице, всюду кукла была рядом с ней. А теперь уж и неизвестно, кто к кому больше привык и притянулся. То ли Глория к кукле, то ли наоборот. Да и на этот череп я не обратил в начале никакого внимания. Издалека его не видно, если не приглядываться. Но теперь это всё играло большую, если не главную роль в чём то очень значимом, великом и основательном. И тот старик – мастер, изготовивший в своё время куклу Матильду ручной работы, отнёс её в магазин. Там с удовольствием приняли из рук старика куклу, в последствии купившую её Алексом для дочери.

За неделю, проведённую в палате, произошли некоторые изменения и в жизни больницы и в моей жизни. Всё, что я знал раньше и вспомнил в последствии, было передано словестно Марии Петровне. Она выслушала меня с откровенным интересом и по окончании моего рассказа добавила, что тоже видела того самого старца, напевающего те же слова. Только он стоял к ней спиной и смотрел куда то в даль. Я, говорит, хотела увидеть его лицо, но он так и не повернулся. К стати. Ваше лицо мне почему- то знакомо. И когда вы рассказывали о старике, я видела вас. Вы стояли перед ним. У него были видны длинные белые волосы, свисающие до плеч и почти круглая спина, слитая воедино с большим горбом. Светло – серая накидка с непонятным знаком на пояснице, с длинными полами до самых пят и ярко-синий широкий пояс. Вокруг голые камни и вдалеке плотный туман. Никаких запоминающихся предметов или вещей вокруг. Всё это так смутно и в то же время одинаково с вашим описанием. Я никак не могу понять, что это было? Каким образом появилось перед глазами? Что это означало? Может какая энергетика действует? И главное, что интересно, вас посылают туда, где вы раньше жили. Значит там есть что- то такое, что вы упустили из вида или… Не могу ничего сказать. Теряюсь в догадках. Но, наверное, всё же там надо появиться. В какое время и в каком месте – станет ясно по прибытии. И вполне, возможно, разрешится та проблема, которую задала вам ваша жизнь. Пойдёте своим путём и всё узнается.