Соседи. Часть вторая

Елена Архипова

Соседи. Часть вторая

Глава 1

Васильев ковылял по коридору в компании Веры и проклинал свое ранение больше, чем когда бы то ни было.

Обычно ранение шло ему в «плюс», придавая определенного шарма и загадочности.

Не то, чтобы доктор Васильев этим бравировал, совсем нет. Он был из тех, кто не хвастался своими заслугами, но женщины, будучи по своей природе натурами впечатлительными и сердобольными, всегда проявляли интерес, особенно, когда видели шрамы от пуль.

Так что да, можно было смело утверждать, что ранение было Васильеву на пользу.

Но не в этот раз.

— Андрей, Вы сказали, что хотели поговорить со мной о Лизе? Простите, я хотела сказать: о состоянии здоровья Лизы? — Вера шла рядом, и казалось, медленный шаг Васильева её нисколько не беспокоит.

— Совершенно верно: и о Лизе, и о ее отце. И как раз о состоянии здоровья обоих Кузнецовых.

— Об ее отце? — Вера удивленно переспросила и закончила свою мысль, удивив и озадачив тем самым Васильева окончательно:

— Но я не знакома с отцом Лизы. Я хотела сказать, что лично я с ним не знакома. Я его знаю лишь со слов самой Лизы.

— Да? — Васильев остановился перед дверью в свой кабинет, открывая его.

Вера, казалось, не услышала удивления в голосе врача:

— Впрочем, да, Андрей, нам надо поговорить. Мне тоже надо кое-что у Вас спросить.

— Тоже об отце Лизы? — спросил в попытке пошутить. И был сражен ответом:

— Да, и о нем тоже. И не только о нем.

Васильев распахнул дверь в свой кабинет и сделал приглашающий жест:

— Вера, проходите! Не буду добавлять “чувствуйте себя как дома”. Я же понимаю, что врачебный кабинет - не то место, где надо так себя чувствовать.

Васильев попытался пошутить, понял, что вышло корявенько, и мысленно на себя чертыхнулся. Куда делось его хваленое чувство юмора? Почему в компании этой женщины он терялся?

— Да, Вы правы, кабинет врача совсем не то место, где хочется часто бывать.

Вера вежливо улыбнулась, входя в кабинет. Прошла, села на стул для пациентов, быстро огляделась, отметив, что Андрей же завотделением, а кабинет у него самый обычный, ну, разве только, не намного больше по размерам. Письменный стол, два стула перед ним, за ширмой кушетка, на стене устройство для просмотра рентгеновских снимков.

— Так что Вы хотели узнать о Нине? — Васильев привлек внимание Веры вопросом.

— О Нине? — Вера посмотрела на Васильева удивленно. Смутилась:

— Нет, не о ней. Точнее, и о ней тоже, да. Но все-таки в первую очередь, о Лизе. О состоянии ее здоровья. Да, так правильнее.

— Слушаю, — Васильев пристроил палочку рядом и откинулся на спинку кресла.

— Андрей, ответьте мне честно: у Лизы есть еще травмы помимо тех, о которых Вы уже мне рассказали? Почему девочка лежит не в травме, а у вас, в хирургии? И, собственно, если это все ее травмы, то почему она лежит в больнице?

Васильев посмотрел на Веру долгим взглядом, будто решая, стоит ли ей отвечать честно или нет. Решился:

— Хотите честный ответ?

— Очень на него надеюсь!

— Хорошо! — Васильев кивнул. — Лиза лежит в моем отделении лишь по той причине, что мне нужен ее отец.

— В каком смысле, нужен? Зачем? — Вера насторожилась.

— Исключительно как пациент, — Васильев усмехнулся. — Потап, как подавляющее большинство мужчин, тем более, бывших военных, не любит врачей и обследования. Может, это низко с моей стороны, что я вплетаю в это Лизу, но мне надо взять у Потапа ряд анализов и, в идеале, сделать МРТ головного мозга.

— И вы, пользуясь тем, что Лиза все равно лежит у вас, надеетесь уговорить ее отца? — Вера, всё ещё не веря ему, уточнила.

— Да.

— Причина только в этом? Не в более серьезных травмах девочки?

— Вера, только в этом. Говорю Вам это как на духу!

Вера смотрела на Васильева настороженно, и ему пришлось продолжить:

— В крайнюю свою командировку Потап был ранен. Ранение в голову. Слава Богу, мы его спасли, но с военной службы его, как Вы понимаете, комиссовали по состоянию здоровья, — Вера кивнула, принимая его ответ и побуждая его продолжать. — Уважая его военные заслуги, Потапу оставили право владения оружием и подыскали наиболее подходящую работу.

— Лесником, — Вера опять кивнула, — да, Лиза говорила, что ее отец лесник.

— Да, лесником. Угодья, что находятся в его ведении, расположены за две тысячи верст отсюда. Да, далеко, зато нет шума и суеты.

— Шума?

— Да, все верно, городского шума, — Васильев выделил слово «городского» интонацией. — С тех пор прошло уже несколько лет. Как напоминание, Потапу остались шрамы и периодические головные боли. Симптоматика такая же, как при мигрени. Провоцируют те же раздражители: усталость, недосып, нервное перевозбуждение. Надо постоянно принимать лекарства, но я точно знаю, что Потап этого не делает. Спасается только длительным сном в полнейшей тишине и темноте.

— Ясно, — Вера коротко кивнула.

— Я, пользуясь тем, что девочка меня знает, и да, пользуясь своим служебным положением, забрал Лизу к себе в отделение. Зачем? Лишь за тем, чтобы и ее отец согласился пройти обследование. Наверное, это выглядит как шантаж, да? — Васильев вопросительно посмотрел на Веру.

— Есть немного, — не стала она отрицать.

Васильев рассмеялся и продолжил:

— Поверьте, Потап не тот человек, которого можно шантажировать. Лиза может быть выписана домой уже сегодня. У девочки нет серьезных травм. Разве что кроме душевных. Я ведь правильно понимаю, что ее избили и опоили наркотиком по просьбе ее так называемой лучшей подруги? Как же её там?

— Анна Омеличева, — подсказала Вера, тяжело вздохнув, — да, все верно.

— Вера, скажите, неужели же этот ваш конкурс или что там у вас, так крут, что надо вот ТАК поступать с конкурентами? — настала очередь Андрея смотреть на Веру недоверчиво.

— Крут, безусловно, — Вера прикрыла глаза, резко выдохнула и, открыв их, продолжила:

— Во всем этом есть и моя вина: я придавала конкурсу слишком большое значение. Хотела побудить студентов учиться лучше. Считала, что когда у них будет такая цель, как возможность попасть на работу к известному ресторатору, то они будут охотнее учиться и стремиться попасть в лучшие заведения города. Хотела как лучше, а получилось как всегда.

— Вера, поверьте, в этом нет Вашей вины. Вы не могли знать того, что кто-то из студентов опустится до избиения конкурента.

Вера хотела что-то ответить Васильеву, но не успела, в его кабинет коротко постучали и тут же открыли дверь. На пороге застыла пожилая санитарка:

— Андрей Яковлевич! Там Вашему другу, ну, этому, со шрамом на лице, — женщина провела ребром ладони в воздухе, поднеся руку к левой части лица, — стало плохо.

— Потапу?

— Да, ему! Он потерял сознание прямо на нашем крыльце.

Васильев коротко ругнулся, а Вера, сложив, что называется, два плюс два , не веря своим выводам и пытаясь осознать только что услышанное, уточнила:

— Так этот хам со шрамом и есть отец Лизы?

— Да, он самый! — Васильев уже обходил свой стол, не удержавшись, хохотнул. — Лихо Вы его, Вера. Надеюсь, расскажете, что за “нежные” чувства вас с майором связывают?

На это Вера лишь качнула головой и рассмеялась.

— Андрей, я всё-таки пойду к Лизе. В какой палате она лежит?

Васильев назвал номер палаты, в которой лежала девочка, пояснив:

— Мы проходили мимо ее палаты, пока шли ко мне.

— Да, я помню! — Вера подхватила свою сумку с гостинцами и вышла из его кабинета.

— Вера, я хотел попросить Вас…

— Не говорить пока Лизе ничего о том, что случилось с ее отцом? — Васильев кивнул. — Даже и не собиралась. Буду ждать Вашего возвращения у Лизы.

Глава 2

Васильев согласно кивнул, одарил Веру странным взглядом и, несмотря на хромоту и явный дискомфорт в ноге, быстро удалился в известном ему направлении.

Вера быстро нашла палату Лизы, подойдя к двери, постучала, прежде, чем войти.

— Входите, не заперто! — раздался голос Лизы.

— О, ты уже шутишь! — Вера вошла в палату и замерла, увидев девушку.

Половину ее лица украшал огромный синяк, один глаз открывался лишь наполовину. Лиза сидела на кровати, напротив нее, на единственном стуле, сидел полицейский и что-то писал.

— Вера Павловна, здравствуйте! — Лиза, увидев своего классного руководителя, попыталась улыбнуться.

— Здравствуй, Лизонька, — Вера улыбнулась девушке и шагнула к ее кровати. — А что здесь происходит?

— Уже ничего! — молодой совсем парень с погонами младшего лейтенанта оторвался от своего занятия и протянул Лизе папку. — Ознакомьтесь и распишитесь.

Лиза взяла протянутый протокол и углубилась в его чтение, а парень, обращаясь к Вере, проговорил тоном учителя:

— Её избили, отравили препаратом, а она заявление отказывается писать! А потом все возмущаются тем, что вечером на улицу страшно выйти! Сами же своим бездействием и плодим преступников!

— Готово! — Лиза вернула полицейскому его папку.

Парень глянул на подпись девушки, коротко кивнул и убрал бумагу в портфель. Буркнул недовольно: “Поправляйтесь!” — и вышел.

Лиза сидела нахохлившимся воробушком и явно ждала отповеди и от классного руководителя.

— Не стала писать заявление на Анну?

— Что? — от неожиданности Лиза вскинула взгляд на Веру. — Откуда Вы знаете, что это Аня их подговорила?

— Не сложно было догадаться, — Вера шагнула к тумбочке девушки и стала выгружать гостинцы. — Во-первых, и это я тебе авторитетно заявляю, только вы с ней можете заинтересовать нашего прославленного Козловского. Во-вторых, и опять же как профессионал, будь я на его месте, то я бы остановила свой выбор на тебе. И, наконец, в-третьих, Анна сама себя выдала.

Лиза сидела насупившись и Вера, желая подстегнуть интерес девушки, спросила:

— Сказать, чем именно она себя выдала?

Лиза пожала неопределенно плечиком, давая понять, что ей не очень интересно. Но Вера не поверила этому жесту девушки.

— Анна сама и вдруг позвонила мне вчера утром.

— Вчера? Утром? — Лиза удивленно смотрела на Веру.

— Представляешь, как я удивилась? — Вера рассмеялась и пояснила:

— Чтоб ваше поколение, да в десять утра первого января, кому-то звонило? Да мы в ваши годы в это время как раз спать ложились после празднования.

— Серьезно? — Лиза смотрела на своего классного руководителя и пыталась представить ее гуляющей до утра.

— Еще как серьезно, уж можешь мне поверить! Но не будем отвлекаться на меня и мою молодость. Я тебе потом, если захочешь, расскажу. Сейчас об Анне.

— И что же она хотела? — девушка спросила, казалось, из вежливости.

— Очень Анна за тебя, знаешь ли, переживала, — Вера отнесла термос с супом к маленькому столику в углу палаты, разложила приборы и вернулась к кровати Лизы, рассказывая будто бы между делом, а на самом деле наблюдая за реакций Лизы на свои слова. Девушка усмехнулась, но продолжала молчать.

— Еще Анна отнекивалась, что вы с ней подруги, — Лиза качнула головой и потянулась за тюбиком с какой-то мазью, открыв его, выдавила себе на пальцы и аккуратно смазала синяк на лице.

— Агнию с ее компанией пыталась выставить в плохом цвете, — Вера закончила говорить и замолчала, глядя на Лизу.

— Что? — Лиза, наконец, не выдержала и задала вопрос.

— Ну, уж извини за резкость, Лизонька, но говорю как есть. Чтоб уж все иллюзии развеять. Нельзя отрубать хвост по кусочкам. Легче точно от этого не будет.

— Агния не такая! Она бы никогда…

— Лиза, не кипятись, — Вера прервала девушку, — я и не поверила. Тем более, что потом, правда, позже мне и Агния позвонила. Рассказала о тебе. У неё ведь тут её друг работает, верно?

— Да, Макс. Он приходил ко мне и предлагал свой телефон, если вдруг позвонить кому мне надо, — подтвердила Лиза слова другой своей одногруппницы.

— Да, Агния мне так же сказала, — Вера улыбнулась. — Знаешь, мне стыдно это говорить тебе, Лизонька, но я ведь, к своему стыду, судила о нашей Агнии по одежке.

— Почему стыдно?

— Да потому, что грош мне цена, как педагогу, раз уж я не могу разобраться в своих учениках.

— Вам не за что извиняться, Вер Пална! Агния и ее команда и сами знают о том, какое они производят впечатление на окружающих. Это своего рода защита от таких вот “подруг”, как Аня.

— Пожалуй, ты права, — Вера проговорила это задумчиво.

— Вер Пална, не буду я писать заявление на Аню. Глупо все получилось. Тех парней я и не помню толком, даже по именам их всех не запомнила. Мне вон младший лейтенант Иванов уже указал на мое легкомыслие! — Лиза кивнула на дверь своей палаты, намекая на молоденького полицейского, что был тут. — Не собиралась я там долго сидеть. Аня попросила сходить, разбавить их мужскую компанию, я и пошла. Она ведь уверяла меня, что нормальные они парни, — Лиза медленно сделала глубокий вдох и продолжила говорить:

— Аня никогда и не скрывала того, что хочет победить любой ценой и устроиться на работу к Козловскому. Она ж и так ничего хорошего в жизни не видела - одни побои от отца-алкаша, если не успевала спрятаться. Она ж потому и на повара поехала учиться, что дома нормальной еды никогда не было, а алкоголя всегда в избытке. Вот и пусть она идет на эту работу. А я сдам остальные экзамены да к отцу уеду. В провинции тоже люди живут и в рестораны ходят. Вот там и найду работу, а уж мясом меня папа с Егорычем обеспечат!

— Вот, значит, как ты решила, да?

— Думаете, что не справлюсь?

— Почему же? Уверена, что справишься! — Вера сказала это уверенно. — Ты у нас девушка целеустремленная, готовишь ты хорошо, так почему же у тебя должно что-то не получиться?

— Да. Уеду. Мама со своим Гариком и без меня тут счастлива, а отец там совсем один. Ему после ранения тяжело жить в больших городах, он и живет там в деревне. Ближайший город в тридцати километрах от него. Городок тихий и, знаете, уютный такой. Мне там нравится, если честно. И люди там более открытые. Не держат камня за пазухой, — Лиза, говоря это, явно намекала на Анну.

— Да, в маленьких городах все на виду, — Вера согласилась с девушкой.

Они посидели в тишине. Потом Вера, легко поднявшись со стула, шагнула к Лизе, протянула той руку, предлагая опереться на нее, и бодрым голосом произнесла:

— Ну, что? Давай пробовать суп лапшу?

— Давайте! — Лиза обрадовалась, когда поняла, что ее любимый педагог не собирается ее отговаривать. Встала, опираясь на руку женщины, поблагодарила и подошла к столику, где в глубокой тарелке аппетитно дымился суп. Зачерпнула первую ложку, прожевала и блаженно улыбнулась:

— Очень вкусно!

— Приятного аппетита! — Вера улыбнулась и отошла к окну, чтобы не смущать девушку, стоя рядом.

— Вер Пална, а что у нас в доме творится? Я тут наш домовой чат почитала, не поверила -это точно наш спокойный дом?

Вера рассмеялась:

— Если ты о том, что один из наших жильцов вдруг в колдуны подался, так это Григорию его невестушка устроила. Не понятно, правда, за что она ТАК с ним. Нормальный же, вроде, парень. (ссылка на Ингу Леровую)

— А соседи-то уже и рады! Подались, кто за чем, записываться! — Лиза рассмеялась. — Вер Пална, а что там за история с распилом машины и дракой? Это точно про нашу улыбчивую Лёлю? (ссылка на Зайцева)

— Точно! Сама удивляюсь, веришь? Ты давай-ка ешь, пока суп совсем не остыл!

Глава 3

По дороге домой Вера вспоминала события сегодняшнего дня. Точнее, еще раз прокручивала ту информацию, что узнала от Васильева.

— Вот тебе и “хам со шрамом”. М-да-а-а… Неудобно получилось, — и следом мысль, удивившая и саму хозяйку:

— Надо бы извиниться перед человеком за свои дурные мысли, да, Вер Пална?

— Однозначно надо! — сама спросила, сама же себе и ответила.

— У него приступ приближался, от того и злой ходил, а ты его хамом обозвала, эх ты! Неудобно, конечно, вышло, но кто ж мог знать? Анкета эта еще от любимой подруги! Ну, Маришка! Ну, подружка моя неугомонная! Устроила мне, понимаешь, конфуз! Вот только вернись со своего вояжу, получишь от меня, — Вера пригрозила подруге на расстоянии.

— Впрочем, Потап тоже хорош! Не разобравшись, выводы делает и котят на улицу выкидывает. Беззащитный малыш-то здесь причем, если у тебя голова болит?

Вера уже въехала в родной двор, припарковала автомобиль, и тут ей на глаза попалась вывеска магазина, что был рядом с домом. У Ашота всегда можно было купить свежее мясо.

— Телячьих биточков разве приготовить? — спросила опять сама же у себя. И опять сама же и ответила:

— Да. Пожалуй, они подойдут. Опять же, если приготовить их в духовке, то они будут менее калорийными. Да и Лизу ведь надо будет завтра чем-то кормить. Андрей, помнится мне, обещал ее выписать, но сомневаюсь я, что девочка с такой гематомой на половину лица на улицу захочет выйти. Не хватало еще того, чтобы и ее в нашем придомовом чате обсуждали! Мало ей соседства с Митрофановной, которая и спит, и ест у себя под дверным глазком, лишь бы быть в курсе всего, что происходит в жизни соседей. Вот, как говорится, к бабке не ходи, выглянет ведь эта наша ведущая “Радиоточки” из своей квартиры, чтобы узнать лично, что да как. Раньше бабки на скамейках сидели, а нынче в чатах сплетни распространяют.

— Да! Биточки! У нашего Ашотика точно найду хорошую телятину.

Вера выбралась из автомобиля, покосилась на распиленный Лёлей автомобиль, что так и стоял во дворе, и до магазина Ашота отправилась пешком, решив:

— Все равно мне только мяса надо. Всё остальное у меня есть.

Ага! Сейчас! Разве может хоть одна женщина выйти из магазина, купив только то, что хотела, входя в него? Вера не была расточительным шопоголиком, но и она вышла из магазинчика гостеприимного хозяина с полным пакетом продуктов. Уже у подъезда она столкнулась с Лерой. Девушка явно увидела Веру раньше и сейчас ждала ее приближения. Вера было удивилась, а потом вспомнила, что Лера знала о Лизе, а потому первым вопросом от соседки было:

— Как там Лиза?

— Спасибо, можно сказать, что хорошо, — Вера улыбнулась. — Завтра уже обещали выписать.

— Да? Это хорошо, — Лера рассеянно покивала.

— Как ты сама? — Вера кивнула на забинтованные руки Леры. — Болят?

— Спасибо, уже легче, — последовал короткий ответ.

Вера поняла - девушке не очень приятно говорить о своей травме. Домовой чат обсуждал их скандал с мужем, да и по интернету, наверняка, уже гулял ролик с Лерой в главной роли.

В подтверждение её догадки Лера сменила тему, кивнув на пакет с продуктами в руке Веры:

— К Ашотику заходили?

— К нему, — Вера рассмеялась, тряхнув явно тяжелым пакетом, — зашла за хлебушком, называется. Хочу телячьи отбивные приготовить к завтрашней выписке Лизы.

— Ох, Вера Павловна, Вы сейчас сказали такое сложное для меня блюдо! — Лера смутилась и призналась:

— Я совсем не умею готовить, вот и муж потому от меня гулять начал. Пирожков ему, видите ли, не хватало!

— Ох, Лера, умение печь пирожки - это, безусловно, полезное умение, но, как оказалось, и оно не удержит мужика в семье, если он решит сходить налево. Уж можешь мне поверить! — Вера грустно улыбнулась. — Моего мужа эти мои навыки не удержали в семье.

Лера лишь так же грустно улыбнулась в ответ, а Вера неожиданно закончила:

— А ты, если потом надумаешь взять пару уроков, приходи. Поделюсь секретами.

— Спасибо, буду иметь ввиду.

— Ладно, Лер, пойду я! Поправляйся и выкидывай весь негатив из головы. Ты у нас девушка умная и красивая. Поверь, найдешь себе и лучше, и умнее своего любителя пирожков. А сейчас я вангую: твой новый мужчина еще и готовить у тебя будет уметь так, что пальчики оближешь!

— О! Ваши слова, да Богу в уши! — улыбнулась Лера. — Лизе привет передавайте!

Едва Вера перешагнула порог своей квартиры, как раздался звонок телефона. Номер, что высветился, был Вере незнаком. Снимать трубку и выслушивать предложения о возможности заработать много, без вложений, и при этом находясь удаленно, Вере не хотелось, и она не стала отвечать на звонок, положив телефон на комод в прихожей.

Котенок, услышав её, выбежал из спальни и с мяуканьем, путаясь в своих лапах, припустил к ней.

— Малыш, проголодался, да? — заворковала с котенком. — Подожди, сейчас руки вымою и буду тебя кормить.

Звонок на телефоне оборвался, но вслед за этим прилетело сообщение.

— Да что ж напасть-то, а?

Вера посмотрела сердито на телефон и увидела, что новое входящее сообщение было с того же незнакомого номера.

“Вера, это Андрей. Ответь, пожалуйста!” — прочитала удивленно она и тут же перезвонила Васильеву.

— Прости, пришлось задержаться у Потапа дольше, чем я планировал! — выпалил сразу.

— Андрей, это твоя работа. Тебе не за что извиняться! — успокоила и тут же задала вопрос:

— Надеюсь, с отцом Лизы всё хорошо?

— Да, всё не так страшно. Главное, что я ничего нового у него не обнаружил, и это радует, — Васильев устало выдохнул и замолчал.

Вера, не понимая того, зачем Васильев ей позвонил и сам же молчит, проговорила:

— Андрей, там у Лизы в термосе еще суп остался. Ваша порция. Остыл, конечно, уже, но можно разогреть. У вас ведь есть в ординаторской микроволновка, правда?

— Да, есть. Мне тут… коллеги уже подогрели. Спасибо, очень вкусно.

Вера усмехнулась, обратив внимание на это его “коллеги” и на то, что Васильев замялся, подыскивая правильное определение. Видела она этих самых его коллег, ага.

— Хорошо, что не стали отказываться от супа, подогретого дважды. Рада, что он Вам понравился. Если не сложно, оставьте термос у Лизы в палате. Я завтра заберу.

Разговор у них явно не клеился.

— Андрей, Вы что-то говорили о том, что Лизу можно выписывать. Я смогу ее завтра встретить. Скажите только, в котором часу мне подъехать?

— Да, я выпишу Лизу завтра. Тем более, что цель достигнута - ее отца я уже заполучил, — Васильев рассмеялся, но, оборвав смех, опять замолчал. — После обеда можно уже будет приехать за Лизой.

“Да что ж так сложно-то вдруг стало нам с ним разговаривать? — удивилась Вера. — При личной беседе нормально же общались!”

— Андрей, я хотела Вас спросить, могу ли я принести Потапу завтра…

— Вера, я хотел пригласить Вас…

Они начали говорить одновременно и также одновременно и замолчали.

— Вера, говорите первой.

— Я хотела спросить Вас о том, могу ли я принести Потапу завтра на обед биточки из телятины? Или у него специальная диета?

— Биточки?

— Да. Обещаю, что они будут не жаренные и не жирные. Я в духовке их приготовлю. Ему же, наверное, не рекомендовано есть жирную пищу, да?

— Да, жирное ему не рекомендовано, — ответил каким-то чужим голосом Васильев.

“Да что с ним такое? — опять удивилась Вера, но тут до нее дошел смысл сказанного Васильевым. Он её хотел пригласить куда-то, а она ему о еде для его друга. — М-да-а-а… Ситуация, однако. Надо срочно исправлять!”

— Андрей, мы с Вами сегодня не договорили. Не хотите продолжить наш разговор? — и Вера, удивив себя в который уже раз за сегодняшний день, закончила:

— Только если можно, давайте не у Вас на работе и не в кафе. Я терпеть не могу их кофе, впрочем, как и еду. Приезжайте ко мне. Накормлю Вас ужином, раз уж Вам суп пришлось подогревать. Знаю я эту еду, разогретую в микроволновке!

Васильев, не дав Вере пожалеть о сказанном и передумать, выпалил:

— Вера, я приеду! Во сколько?

— А давайте через час? Сможете? Или у Вас еще смена не закончится?