Маленькая история большой войны

Глеб Осипов

Маленькая история большой войны

МАЛЕНЬКАЯ ИСТОРИЯ БОЛЬШОЙ ВОЙНЫ

Шёл 1942 год. На севере страны положение ухудшалось. Командование приняло решение о начале Синявинской операции, чтобы отрезать финнов и немцев и прорвать блокаду Ленинграда. Операция была тяжела- между солдат чувствовался страх, и в то же время вдохновлённость- ведь надо же своих освобождать! Вобщем, обстановка неприятная.

В это время я находился в 314 стрелковой дивизии. Первым делом нам надлежало захватить близлежащую «Гантоловую Липку», а затем идти дальше на воссоединение с Ленинградским фронтом. Сначала мы были должны атаковать сами, а танки подъедут потом. Проблема была в том, что основная цель была Синявинская высота. Значит нам нужно было атаковать из болот и прочей грязи высоту, крайне хорошо укреплённую немцами, откуда они могли обстреливать нас.

«Что грустишь, Феликс?»– подсел ко мне за стол молодой парень из моего взвода по имени Павел. «Да так Паш, о своих думаю»– ответил я, и стал с жадностью поедать завтрак. «Ааа, понятно. А где они у тебя?»– продолжил допрос Паша. «В Калуге»– проговорил я. Солдат ничего не ответил и тоже задумался. «Ты ешь, Паша, молодой организм должен расти»– весело прикрикнул наш старшина Клим. Парень очнулся, закрутил головой и вскоре вместе со всеми погрузился в тарелку. Я смотрел на него, высматривал каждую деталь, как смотрел всех новоприбывших, что занимали места недавно убитых друзей. Павел был среднего телосложения, с довольно крепкими, большими руками. Он был довольно высок, но очень ловок и гибок. Не брезговал, потому что знал, что поднятие головы в бою на болотах означало смерть от пули снайпера. С виду особо тяжких ранений не было, но он выглядел довольно побитым. Хотя, сравнивая со мной, Паша был богатырь. Я был маленький, среднего телосложения. По мне никогда нельзя было сказать, что я с начала войны сижу на передовых точках и перестрелял целую ораву немцев из своей винтовки.

Завтрак уже заканчивался. К этому времени пришла разведка с данными о боеспособности немцев. Нам объявили, что через два часа мы будем наступать. С лесу, неожиданно, поэтому дивизия надеялась прорваться легко. Паша побежал смотреть своё оружие, кто-то начал молится. Я же лёг у края лагеря и стал рассматривать деревню. Вокруг было тихо, но в воздухе стояло напряжение. Серое небо, серая грязь, выгоревшие деревья- всё наполняло наш военный пейзаж, довольно незавидный, если так приметить. «Феликс, взвода собирают»– подбежал о мне старшина. «Понял, уже иду»– ответил я, и опёршись об приклад встал.

Вскоре мы стояли на позициях. Паша лежал рядом со мной, всматриваясь в деревню. «Вперёд»– передали приказ солдаты сзади. Мы встали и пошли на штурм. В это время налетел туман, так что мы шли чуть слышно. Вдруг раздался голос. Он говорил что-то по-немецки. Раздался выстрел. Я побежал вперёд и оказался у угла дома. Из окна вылез фриц. Я тут же ударил его штык-ножом. Паша зашёл ко мне за спину и выстрелил в дом. Тогда я присел и обратил внимание на противоположный дом. «Идём, Феликс»– поторопил меня Паша. Я выдохнул и рванул к двери дома, у которого мы стояли. Она была открыта. Я вошёл внутрь и подстрелил ещё одного немца у печки. Вдруг по брёвнам застрещали тяжёлые пули. «Пулемётчик!»– крикнул кто-то на улице. Тут я увидел у немца гранату- взяв, я бросил её из окна, откуда исходили вспышки пулемёта. Раздался взрыв, всколыхнулась грязь, вставая на дыбы. Через секунду по улочке пошли рядовые, то и дело стреляя вперёд. Я поспешил выбежать из дома и побежал по левую сторону дороги. Здесь вся местность была покрыта забором и всяких веток. Вдруг из-за угла вломился немец. Я выстрелил, но промахнулся. Фриц прицелился в меня, но я успел отбить его дуло и дал прикладом по голове. Вокруг завещали пули, и я поспешил вернуться обратно и лечь. С немецкой стороны послышался звук двигателя. «Танк есть»– подумал я, приготавливая взрывпакет. Раздался пушечный выстрел и на тропинке появился ПЗ-шка. Я мгновенно нажал на рычаг взрывпакета и бросил в башню. Через секунду раздался взрыв, передо мной всё загорелось, но я не растерялся и побежал вперёд. В дыму я разглядел нашего солдата, который лежал на земле и боялся встать. «Поднимайся!»– крикнул ему я, стреляя в появившегося фрица в окне избушки. Солдат дрожал, но поморгав пару раз встал, и с диким воплем побежал вперёд, выставляя ружьё вперёд. Выбежав из дыма, он насадил вражеского солдата на штык, а когда сбросил, попытался лечь. Но здесь резко появился ещё один, который сделал роковой выстрел в голову. Я выстрелил в ответ, и не попав, бросился к углу избушки. Сзади летели пули, и даже честно сам не знаю, как я выжил. Добежав до угла, я перевёл дыхание и выглянул. На противоположной стороне загоны, который и был обнесён забором, сгущались силы немцев. За моей спиной было порядка десяти человек, которые ждали от меня каких-то действий. И я решил не медлить- обойдя избу, начал стрелять сбоку. Фрицы тут же обратили на меня внимание, и тут десяток наших рвануло вперёд, заваливая позиции плотным огнём. Я дозарядил винтовку и тоже побежал вперёд, чуть пригибаясь, чтобы не поймать шальную пулю. Вдруг раздался грохот- столб дыма поднялся в семи метрах от меня. Я бросился на землю, и разглядел сквозь дым ещё один танк. «Чтоб тебе пусто было»– огрызнулся и бросился за ближайший дом. К этому времени танк меня заметил и начал строчить из пулемёта. Но всё-таки я добежал и закрепился, отстреливая подступающих ко мне немцев. Танк же ехать не решался, пушечных снарядов тоже не тратил- видимо, они не ожидали атаки и снарядов там мало.