Волчья ягода

Пара подростков лет двенадцати, запустившие в меня шишками, стояли шагов за пятнадцать от меня под сосной, и злорадно скалились. В пятернях у обоих имелось еще с десяток снарядов, которые они красноречиво подбрасывали.

– Эй, вы…

Назвать их трусливыми белками, я не успела, потому что мальчишки тут же получили каждый по лбу. Оглянувшись, я изумленно узрела, как Таор с силой запускает в нападающих прицельный град из шишек, что в изобилии валялись под ногами. На минуту Волка будто сорвало, лицо исступленно исказилось, руки замелькали как крылья ветряной мельницы. Не ожидав, да и не умея противостоять атаке взрослого мужчины, мальчишки возмущенно заверещали, кинулись бежать. Таор еще несколько длинных прыжков преследовал их, с заметным удовольствием крепко вмазывая сосновыми снарядами точно по бегущим загорелым затылкам. Я только остолбенело наблюдала как быстро мелькают коричневые от земли мальчишечьи пятки.

Отряхивая руки вернулся, бросил на меня разгоряченный янтарный взгляд. Мокрые пряди отросших черных волос прилипли к шее и загорелому лбу. Волк смахнул пот, остановился рядом.

– Если умеешь кидать в цель, лучше отвечать, – проговорил он, глядя поверх моей головы.

– Можно? Хорошо… Я умею, – пролепетала, еще не придя в себя от неожиданного заступничества. Даже забыла поблагодарить.

Только что с Таором было все понятно, как стало непонятно. Чего теперь-то ожидать? Я окончательно перестала разбираться.

Он присел на корточки около весело бурлящего ручья, по-мужски размашисто омыл лицо, шею, руки. По лицу нельзя было ничего сказать, и я осторожно сделала шаг назад, косясь на более красноречивую для меня спину. Та сообщила, что мой провожатый утомлен. Таор подозрительно оглянулся.

– Куда глазеешь?

– Я? – растерялась, отвела глаза. – На ручей.

Прилежно уставилась на звонкий ручеек. Спина мужчины выразила мне однозначное недоверие.

«Он думает, я смотрю на его зад?» – я на секунду испугалась. – «Больно нужен!»

Волк вслух фыркнул и еще раз ополоснул лицо, щедро орошая темными каплями воды собственную рубашку.

– Так… Я понял, что ты умеешь копать. Травы, цветочки, корешки, значит… А что с зайцами, куропатками?

– Копать зайцев?

Выпрямившись, Таор скептически оглядел меня фирменным хмурым взглядом.

– Их я сам выкопаю. Разделывать, готовить, шкуру снимать, ощипывать – научена?

Настороженно кивнула.

– Хоть что-то… – он развернулся. – Двигай за мной.

Спина сообщила мне, что ее хозяин далек от хорошего настроения, но временно присмирел.

***

Пройдя через весь город, мы пришли к небольшому скромному дому, стоящему поодаль от основной дороги. Рядом мирно текла река, вокруг стояли сосны. Немолодой дом из темного кругляка выглядел мрачным и неприветливым как Таор. Крышу с подкопчённой трубой покрывал слой из ржаво-рыжих сосновых иголок. Окна не светились. Вдоль одной стены высилась поленница. Рядом стояла чурка, в которую был негостеприимно и как-то намекающе воткнут топор.

«Здесь?»

Неуверенно огляделась.

Чья-то тень мелькнула между деревьев. Большой черный пес выпрыгнул из кустов, понесся прямо на меня и с рычанием прыгнул на грудь, мгновенно повалив. Я взвизгнула.

Уже лежа открыла глаза и увидела над собой оскаленную пасть с острыми зубами, когда чудовище огорченно заскулило: Таор бесцеремонно оттаскивал его от меня за загривок. На меня пахнуло горячим звериным дыханием. На щеку успела капнуть слюна.

Поспешно вытерлась.

– Ша, Бояр! Нельзя! От нее только пахнет котлетами! Не еда! Не игрушка!

Приподнялась на локтях.

Волк! Мокрый алый язык высунулся из пасти, улыбаясь хозяину.

– …это Бояр, – пояснил Таор уже мне. – Не бойся, не съест. Он еще маленький, глупый.

«Маленький?!»

Я опасливо оглядела огромного пса. Выглядел он нестандартно. Голова несоразмерно большая, лапы коротковаты, странно неуклюжие, шерсть пушистая и совершенно наивное выражение морды, совсем детское.

Действительно, щенок. Только огромный.

– А… тогда хорошо, – впечатлившись, пробормотала я, поднимаясь и немного радуясь уже тому, что не интересую волков с пищевой стороны.

– Руку, – приказал.

Осторожно протянула ладонь. Таор схватил своей рукой, подтянул к носу щенка, дал ему понюхать, облизать. И так внушительно на него посмотрел, что Бояр буквально кивнул.

Таор отпустил мою руку.

– Жить будешь здесь. Будешь делать, что скажу, никто тебя не обидит. Поняла?

Я еще раз оглядела дом, похожий на избушку.

– Поняла… – не решаясь возразить, ответила, хотя понятным ничего не было.

Почему меня поселяют в какой-то волчьей избушке? Почему меня выселили из управы? Это тут, в волчьем лесу, безопаснее?! Вопросы множились.

Тем временем Таор поднялся на крыльцо, распахнул дверь и кивнул мне входить. Через дверь после небольших хозяйственных сеней с густым запахом звериных шкур, предо мной предстала скромная комната. Посередине её стояла печь, формально разделяющая комнату надвое. Иной перегородки не было. В первой половине дома значилась кухня – стоял стол, лавка, посуда. По бокам второй половины располагались две узкие лежанки, да два сундука. Все выглядело неприветливым, неприбранным. С неприязнью покосилась на заваленные вещами сундуки, оставленную на столе миску со следами подсохшей еды, мятую постель.

Зрелище понравилось мне гораздо меньше управы.

– Левая твоя, – лаконично произнес Таор из-за моей спины, показывая пальцем на лежанку. – Правая – моя. Можешь устраиваться.

Изумленно обернулась.

«Мне предстоит жить с ним?! Наедине? В одной комнате?!»

…

Г