Контракт на развод с драконом

И сейчас проблема в том, что я не могла до конца контролировать себя. Любое сомнение приведет к краху, а отточенные приемы не сработают.

Я встала. Ноги показались ватными, не хотели нормально слушаться. Я старалась не смотреть на Эдона, а дракон ни на миг не отрывал от меня взгляда. Его пристальное внимание не давало покоя. Присутствовало ощущение, что он уже заметил нехарактерный его жене энергетический окрас или же «двойственность» нитей, свойственную метаморфам во время преображения внешности.

Но нет, точно нет! Я надежно спрятала свою энергетику и нити души, уже не раз проходила проверку на Камне правды. Хватит волноваться!

Или позволить себе это чувство, потому что оно было навеяно еще и образом аристократки? Если не бороться, то станет легче. Бояться, трястись, пусть голос остается тихим-тихим. Скажем, что всему виной запугавший меня до смерти муж.

– Вы обещаете говорить нам правду и ничего, кроме правды? – уточнил судитель, стоило мне кое-как добраться до их стола.

Вдобавок рана начала ныть. Так некстати!

– Да.

– Позволю себе напоминание, что за ложь будет назначен штраф. Учтите.

– Понимаю, да, – закивала я, вдруг осознав, что мне нужно как можно скорее сесть. Могу не выстоять!

Но как попросить подать мне стул? Я ведь гордая аристократка, которая сейчас слова не могла лишнего пискнуть из-за присутствующего здесь супруга.

Потянулась к стеклянной сфере. Замедлилась на миг, показывая свои опасения, ведь все сказанное мной будет ложью, если подразумевать саму Виторию. Меня вычислят с первого же вопроса. Покарают!

Как не сойти с ума от одних этих панических мыслей?

Эдон будет жесток. Он не подарит мне снисхождения или понимания, даже не разжалобится на быструю смерть… Я внутренним толчком заставила себя дотронуться до Камня правды.

В ладони закололо. Чужеродная магия проникла под кожу.

– Ваш муж консуммировал брак?

– Мы с Эдоном Тонтэмом никогда вместе не спали, – чуть ли не силком выдавила из себя, при этом неправильно назвав племянника короля. Нужно было полным именем, чтобы точно не возникло сомнения, что я – не она, не его жена.

– А ребенок – не доказательство клеветы? Проверьте камень, он сломан, – не собирался сдаваться дракон.

– Это не мой ребенок, – повторила я то, что говорила ранее.

Никакой реакции сферы. Она оставалась прозрачной, показывая правдивость сказанных слов. Вот и вся хитрость моей работы: я просто говорила то, что относилось ко мне, а не к надетому образу. Все, теперь можно быть спокойной. Не закрепленный близостью брак, пусть и магический, не являлся полноценным и потому его без особого труда можно расторгнуть. Оставалось дело за малым. Дойти до стула, выдержать дальнейшие споры и обсуждения, добиться хорошего возмещения за семь лет, потраченных на этого мужчину. Непосильная задача какая-то. Мне сложно с голосом совладать, а тут еще отстаивать свою позицию нужно.

Я собралась было отнять руку, вот только прозвучал следующий вопрос:

– Зачем вы пошли на обман с ребенком?

Судители смотрели на меня выжидающе. Средний так и вовсе отложил перо, собираясь всецело проникнуться выяснением обстоятельств разбираемого развода.

– Потому что я не могу иметь детей… – пришлось стиснуть зубы, потому как без уточнения сфера может загореться красным, – от дракона.

И от метаморфа, кстати, тоже. Нам важна парность.

– Вы давно об этом узнали?

– Давно.

– Еще до брака?

– Иру Эдону Андрэ Морис-Тонтэму о данной особенности ничего не рассказывала.

Голова начала немного кружиться. Я вроде бы стояла ровно, как полагалось аристократке и супруге племянника самого короля, однако недавнее ранение проявлялось тянущей болью и сильной слабостью. Видимо, восстанавливающее зелье оказалось не лучшего качества, потому как его эффект должен был продержаться намного дольше.

– Почему тогда согласились на этот брак?

– Темные силы, ваш камень сломан, говорю же! – не выдержал дракон, и послышались тяжелые шаги.

Приблизившись, мужчина сам снял мою руку и приложил к сфере свою.

– Ну же, спросите теперь у меня, мы ведь должны узнать правду от обеих сторон.

– Ир Эдон Андрэ Морис-Тонтэм, мы призываем вас к уважению. Будьте добры, займите свое место и не вмешивайтесь в процесс.

– Спросите! Я докажу, что камень сломан. Один вопрос, и я сяду обратно на этот, чтобы его пожрали Темные силы, стул.

– Вы консуммировали брак?

– Да, я консуммировал брак с этой девушкой.

Сфера засияла в самой середине. Из маленькой точки начали вырываться клубы дыма, заполнять весь шар. Дракон пораженно отдернул руку, повернул на меня голову.

– А теперь вернитесь на свой стул!

Племянник короля не сдвинулся с места. Я каждой клеточкой тела почувствовала, как он начал присматриваться ко мне внимательнее, потом и вовсе схватил меня за подбородок и заставил поднять голову, вот только я отвернулась, отступила. Притом это была не моя игра, а поведение самой Витории, которая поступила бы точно так же. А все потому, что я сама затаилась, словно мышка. Меня нет. Меня не существует! Только она: тело, душа, мысли, эмоции.

Меня нет.

Меня нет…

– Ир Тонтэм, немедленно займите свое место! Еще одно предупреждение, и придется вас оштрафовать.

– Штрафуйте, – небрежно бросил дракон, даже не повернувшись в сторону представителей Арканума.

Заскрипели перья по бумаге. Я из-под полуопущенных ресниц заметила движение супруга Витории, который сделал шаг ко мне. Попятилась.

– Ир Эдон Андрэ Морис-Тонтэм, вам назначен штраф в виде тройной нормы, а также сто часов работ на благо Арканума.

– Впечатляющие у вас запросы, одной нормы было бы достаточно.

– Это не вам решать.

Дракон хмыкнул, я же опустила голову еще ниже, снова почувствовав на себе тяжелый взгляд. Потом Эдон словно вонзил в мою грудь руку и начал копаться там, погружаясь чуть ли не по самый локоть и прощупывая внутренние органы. Я с трудом сдержалась, чтобы не выставить стандартную защиту. Люди не умели подобного.

– А теперь покиньте помещение, ир Тонтэм.

– И оставить ее с вами наедине? – вместе с этим возмущением закончилось неприятное ощущение, и я едва не пошатнулась, будто из меня вправду достали руку. – Ни за что!

Мужчина направился к своему стулу, опустился на него, словно являлся здесь главным и ничто ему не помеха. Конечно, истинный каратель, приближенный к власти. Уверена, он никого не принимал всерьез. Поступал всегда так, как считал нужным и… Хватит! Нельзя думать!

Не сейчас.

Меня нет!

– Илаи Морис, подойдите снова к Камню правды, мы не закончили проверку.

Где взять силы, чтобы сделать хотя бы шаг? Я чувствовала, что до падения осталось немного.

Зато мой внешний вид можно было списать на сильное волнение. Тем более племянник короля своим выпадом только помог мне и наглядно продемонстрировал возможную причину нашего развода, даже не пришлось придумывать. А что самое важное – ответил на вопрос именно так, как нужно, не уточняя имени. Просто тут могла возникнуть проблема.

Все идет хорошо. Все очень даже хорошо!

Как выстоять на ногах?

– Почему вы согласились на брак с иром Эдоном Андрэ Морис-Тонтэмом?

– Меня никто не спрашивал.

– Во время процесса бракосочетания каждому задается вопрос, согласен ли он по своей воле вступить в данный союз. Значит ли это, что вы солгали?

Сколько можно допытываться? Обычно им хватало информации, что супруг не консуммировал брак, и проверки на Камне правды на невинность. Хотя верно, дело велось против племянника короля, а Аркануму невыгодно закрытие его в мою пользу. Возможен конфликт. Представители верхушки Дирума захотят показать свою силу, доказать правоту, надавить друг на друга. И так как передо мной сидели достаточно умные мужчины, сейчас они пытались избежать всего этого.

Я не ответила. Лишь поджала губы и посмотрела на того судителя, что сидел по центру.

– Илаи Морис, мы ждем.

– Я вступала в брак с иром Эдоном Андрэ Морис-Тонтэмом по собственной воле, – сообщила я, и под моей ладонью заклубилась красным магия.

Я испуганно оторвала ее от сферы, прижала к груди – именно та реакция, которая нужна. Вот в чем сила слов… Неважно, по собственной или нет, вся суть в первой части фразы. Правда, внутреннее ликование пришлось подавить, а одну-единственную нить души, которая отчасти справлялась с контролем речи, заставить свернуться в клубок и тоже спрятаться в созданном лабиринте.

– Можете вернуться на свое место, илаи Морис.

– Погодите! Я тоже хочу задать ей вопрос, – прозвучало зловеще, и меня окатило холодом страха.

По вискам заструился липкий пот. Желание поскорее сбежать умножилось во сто крат – мне жизненно необходимо стало перевести дыхание и избавиться от пристального внимания дракона. Но как бы ни хотелось показать судителям свое возмущение, ведь я прошла проверку, все остальное можно считать оскорбительным, вот только сейчас попросту не могла шелохнуться. Даже сло́ва сказать была не в состоянии. Начала осторожно возвращать только что спрятанную нить. Рано обрадовалась!

– Приложите ладонь к Камню правды, илаи Морис, – пошли на уступки представители Арканума.

Мне они вряд ли позволили бы подобную вольность.

Я подчинилась. Приблизилась, снова прикоснулась к стеклянной поверхности, под которой магия уже стала прозрачной.

– Мы с тобой когда-нибудь танцевали? Будь добра, полным ответом, как делала прежде, дорогая моя.

Глава 4

Узнал!

Или нет?

Почти с самого начала дракон заподозрил неладное, потому что не полный дурак и вряд ли страдал потерей памяти, учитывая, что у них с Виторией был общий ребенок. Но вот понял ли? В чем подвох с танцем?

«Тише, Эл, твои панические мысли выдадут нас!»

– Да, – ответила коротко, вот только не на первую часть фразы, а на вторую. Обязательно буду добра, постараюсь, по крайней мере.

– Развернутую версию, пожалуйста, – от учтивого тона Эдона мурашки побежали по спине. Он словно раскрыл мою личность и сейчас попросту издевался.

От побега меня сдерживала только слабость в теле. Благодаря ране я стояла на одном месте, словно подошва приклеилась к полу, потому что от малейшего движения силы покинут меня. Наверное, следует поблагодарить разбойников.

Да, туман в голове, невозможно нормально работать, однако я никак не контролировала тело, а оно рвалось прочь.

Ответ…

Вот и настала самая сложная часть, когда нужно плести правду из нитей лжи и в нее безоговорочно верить. Порой получалось обойтись малой кровью и всего-то грамотно выстраивать предложения, но теперь данный способ не сработает. Есть еще один путь. Не хотелось к нему прибегать, но выхода нет.

Я обернулась к Эдону. Позволила себе посмотреть ему в глаза и вспомнить. Рорн, курортный сезон, теплое лето. Беззаботные деньки, когда ты еще совсем ребенок и тебя не пускают на бал. Непонимание, что интересного взрослые находили в бесконечных танцах, ведь это очень скучно. Игра под раскидистым деревом в зеленом саду. И мальчик старше меня на несколько лет, который нагло вклинился в мое любимое уединение.

Наш спор.

Его желание доказать, что в танцах есть своя прелесть.

– Да, я танцевала с Эдоном Тонтэмом.

Он тогда был слишком мал, чтобы называться иром, ибо титул давался в Дируме в момент совершеннолетия. Второго имени я тогда еще не знала. А двойная или даже тройная фамилия – это роскошь, которой порой баловались богатеи. Порой они, можно сказать, покупали целый род и становились главой, брали из него девушек в жены для продления кровной линии, что и произошло с Виторией. В обратном направлении тоже работало. Арканум мог лишить человека всего, и тот оставался с одним только именем.

Дракон опустил взгляд на шар, напряженно всмотрелся в сердцевину. Камень правды остался прозрачным. Я посмотрела на молчаливых судителей, которые явно не понимали, как им быть.

По-хорошему, следовало бы засыпать меня вопросами, чтобы поймать на лжи. Но ведь консумации брака не было, значит, он являлся недействительным. Какой же разразится скандал!

Так и представилось, какими заголовками будут пестреть листовки.

Порадоваться бы, но сейчас не до этого.

– Можете садиться на свое место, илаи Витория Морис.

Я отняла от сферы ладонь, покачнулась, лишившись надежной опоры. Эффект восстанавливающего зелья бесследно исчез. Теперь нужно было набраться откуда-то сил, чтобы сделать шаг. Нет, сначала следовало развернуться.

– Илаи Морис, вам нехорошо?

– Нет-нет, – приложила я пальцы к холодному лбу и поразилась, насколько он влажный от пота.

Нужно идти! Вот только я стояла на месте, не в состоянии совладать с телом. И дело уже не в образе Витории.

Шаг. Нога подкосилась, пол начал стремительно приближаться. Но не успела я упасть, как почувствовала на талии сильные руки, которые придержали. Чужая ладонь немного сместилась. Я вскрикнула от боли.

– Кровь? – удивился Эдон. – Витория, откуда у тебя кровь? Посмотри на меня.

– Объявляю приостановку бракоразводного процесса.

– Нужно помочь илаи.

Я едва не застонала в голос, потому что мне осталось совсем чуть-чуть. Следует собраться с силами, заверить их, что со мной все в порядке. Там ведь немного выдержать, пока они объявят окончательное решение и разорвут магические нити брака между Эдоном и Виторией.

– Нет, я могу…

Дракон уже подхватил меня на руки и направился прочь из давящего своими серыми стенами помещения. Следовало запротестовать! Вот только веки налились свинцом. Мне с трудом удалось остаться в сознании, хотя побег от реальности стал бы сейчас отличным решением.

Эдон будто не чувствовал веса моего тела. Выглядел угрюмо, быстро шагал. Мы миновали коридор, спустились по ступеням на первый этаж, прошли мимо распорядителя, который даже не поднял на нас головы.

– Мы рады, что вы обратились за помощью в Дом Арканума. Надеемся… – его голос стих за закрывшимися за нами дверями.

Нужно закрыть глаза. Сейчас самое время. Все равно ничего изменить не удастся.

Вот только я неотрывно смотрела на карателя, который нес метаморфа на руках. И не думать об этом не получалось. Меня одолела такая слабость, что больше ничего не подчинялось мне, даже собственные мысли стали наглыми предателями.

– Не расскажешь, где получила рану?

– Разбойники. – Голос был не громче шелеста ветра в траве.

– Под Шиором? Стражи знают?

Мой взгляд скользил по мягким на вид губам, которые некстати захотелось потрогать. По волевому подбородку с едва заметной ямочкой. По ярко выраженной линии челюсти. Задержался на остром кадыке. Его движение вверх-вниз загипнотизировало, помогло опустошить голову.

– Витория! – напомнил о своем вопросе Эдон, однако я не собиралась отвечать.

Лучше поберечь силы. Все же остаться в сознании – правильное решение. Следует проследить за тем, что племянник короля собрался сделать со своей пока еще супругой.

Нас ведь не развели!

До чего же обидно. Я справилась, сделала все очень даже хорошо, никак не выдала себя. Должна была потратить пару часов, а в итоге оказалась на руках дракона.

Что за напасть? Меня прокляли? Это наказание за решение взять хорошо оплачиваемый заказ, притом что до этого полгода сидела без работы? Не то чтобы у меня не имелось других источников дохода, потому как очень глупо полагаться только на аристократок, внезапно решивших поменять собственную судьбу и освободиться от супружеского гнета. Но тогда я не накопила бы нужную сумму за всю свою достаточно долгую жизнь.

Мы приблизились к карете. Мужчина умудрился забраться в нее со мной на руках, должен был усадить на мягкие подушки, однако предпочел вместо них свои колени. Неужели любил жену? Как-то не особо верилось.

Я видела его недовольство, как поджимал губы. Периодически опускала веки, потому что постоянно открытыми их было нереально держать. В какой-то момент дракон посмотрел на меня. И ведь нужно отвести взгляд, ведь выдержать этот зрительный контакт невозможно, вот только я слишком устала.

Засыпала.

Все же провалилась в забытье и очнулась от грозного голоса мужа Витории, который отчитывал доктора того же лазарета, из которого я сбежала этим утром. Стоило мне открыть глаза, как Эдон замолчал.

– Не знал, что у меня настолько отчаянная жена, – произнес дракон и кивком отпустил мужчину, тот поспешил ретироваться.

Желтые стены палаты навевали уныние. Приторный запах чистоты толкал на ужасное: попросить племянника короля открыть окно, чтобы впустить сюда свежий воздух. Вот только я не проронила ни слова. Не нужно этого. Вообще общение с драконом для меня противопоказано. Пора перекинуть нить контроля с речи на действия.

– Витория, в чем твоя проблема?

Я отвернулась, прикусила нижнюю губу, чтобы случайно ничего не произнести. В таком состоянии всякое может случиться. Но дракона мое поведение не устроило, он сжал пальцами мой подбородок и резко повернул к себе. Вот он, властный каратель во всей красе. Возвышался надо мной с прямой спиной, небрежно держал, смотрел снисходительно, именно так, как обычно его отображали на листовках с очередным кричащим заголовком про метаморфов и борьбу с ними.

– Не желаешь объясниться?

Пришлось оторвать руку от постели, чтобы прикоснуться к мужчине и попытаться прервать телесный контакт. Но ничего не удалось, он лишь сильнее сдавил подбородок.

– Как ты обманула Камень правды?

Главное сейчас – не паниковать. Нужно стойко выдержать предстоящий допрос, не проронить ни слова и потом снова отправиться в Дом Арканума, чтобы подать новое заявление. Надеюсь, они мне не откажут, придумав какую-нибудь нелепую причину, только чтобы не создавать конфликт с представителем королевского рода.

Не удивлюсь, если это будет первый мой невыполненный заказ.

– Витория, давай обойдемся без крайностей. Ты ведь должна понимать, что мне развод противопоказан, особенно сейчас. Что тебе нужно?

Я все сильнее сжимала запястье мужчины, оттягивала его руку от себя. Он не поддавался, цепко держал за подбородок, смотрел прямо в глаза. Давил. Будто бы ломал мою волю своей мощной энергетикой. Мало какой человек выдержал бы подобное, и мне следовало полностью отыграть свою роль: расплакаться, начать выкладывать ему всю правду. А вместо этого я молчала.

Молчала, ведь другого выхода из моей непростой ситуации не имелось. Да и была слишком слаба. Не могла отвести от него взгляда, потому что дракон будто бы на крючок подцепил меня.

– Неужели настолько отчаялась, дорогая моя? Витория, как считаешь, сложно ли в Шиоре закрыть Дом Арканума? Тогда тебе снова предстоит унизительная проверка на Камне правды, но уже в другом городе, выдержишь? Хотя сначала нужно подать заявку на бракоразводный процесс, а по бумагам я числюсь жителем Шиора. И ты, кстати, тоже. Но если Дом Арканума здесь перестанет работать, то потребуется пропуск в тот же Дайс или Тритэл, а это ведь полная проверка личности. Справишься? – последнее прозвучало зловеще.

Дракон всмотрелся в мои глаза, выискивая там панику. Вот только я была настолько ошеломлена его задумкой, что сейчас молила сознание вновь унести меня в спасительное забытье.

Он не находил отличия между мной и Виторией, сейчас прощупывал почву, пытался вывести меня на эмоции. А я не открывала рта. Онемевшими пальцами держалась за его запястье. Казалось, если разожму их, то провалюсь куда-то и потом с трудом поднимусь.

Не думать.

Не реагировать.

Уж точно не отвечать.

Он все же отпустил мой подбородок. Недовольно поправив задравшийся рукав, подхватил стоявший неподалеку стул и переместил его ближе к кровати, чтобы сразу же на него сесть. Неужели собрался остаться? У племянника короля разве нет своих крайне важных карательных дел, разве не нужно спасать Дирум от метаморфов? Ах да, он ведь заявил, что их больше нет в королевстве. Плохо вы работаете, ир Тонтэм, очень плохо.

Я посмотрела в потолок. Вскоре позволила себе пошевелиться, потому что лежать в одном положении было очень неудобно. Тем более рана немного ныла.

– Не ожидал от тебя, Витория, подобной жестокости. Бросить родную дочь, отказаться от нее в присутствии Арканума. Не хочешь встретиться с Эл?

Сердце екнуло.

– Наша дочь как раз гостит у бабушки в столице, и они скоро поедут в Рорн. Присоединимся? Что-то слишком давно мы с тобой не проводили время вместе, и мне как раз не помешает взять отпуск. Как тебе идея?

Я смежила веки. Мне стало тяжелее держать маску спокойствия, потому что нахлынули воспоминания из детства. Они редко вырывались наружу. Мне удалось затолкать их в самый дальний уголок сознания, чтобы покрылись толстым слоем пыли и превратились в серый фон, слились со стенами, перестали существовать. И вот стоило в процессе проверки выудить совсем крохотный клочок из полотна прошлого, как следом за ним полезли остальные.

Слеза скатилась по виску. Я вздрогнула, почувствовав на коже шершавые пальцы, которые смахнули ее, пораженно распахнула глаза.

– Теперь придется исполнять супружеский долг, – мрачно произнес мужчина, словно это сущее наказание, но он готов пойти на жертву.

У меня вырвался смешок. Сказывалось перенапряжение!

Эдон улыбнулся одними уголками губ, но в следующий миг вернул серьезный вид. Появилось давление. Дракон невидимой силой коснулся моего живота, проник внутрь, исследовал ноющий бок.

– Мне поделиться с тобой кровью?

Нет! Пожалуйста, нет!

– Думаю, тебе известно, что в чистом виде она способствует быстрой регенерации тканей. Что с твоими глазами, Витория? Неужели настолько поражена? Видишь, я умею быть добрым.

Это проверка… Всего лишь проверка! Никакой дракон не станет делиться своей кровью, особенно племянник короля и каратель, который борется с метаморфами. Просто на ней очень много завязано.

В дверь постучали. Эдон отвлекся на заглянувшего сюда лекаря, а я вдруг почувствовала скользнувший по руке ветерок. Подняла глаза, увидела сидевшего на откосе окна Динара. Притом он, скорее всего, не знал о присутствии здесь самого ира Тонтэма, вот-вот подставит нас обоих.

Я часто замотала головой, попыталась подать помощнику знак. Но тот продолжал осторожно толкать окно, собираясь вот-вот забраться внутрь. Наклонился вперед, даже чуть привстал, готовясь тихо спрыгнуть. Громко хлопнула дверь.

– Я договорился, мы можем ехать, – сообщил дракон.

Динар повернул голову, от удивления распахнул глаза и вовремя схватился за приоткрытое окно, зависнув над полом. Я прочистила горло, начала кашлять в кулак, чтобы отвлечь племянника короля от постороннего мужчины, пробирающегося в палату его жены.

Эдон остановился надо мной, подозрительно сощурился.

– Можно воды? – подняла к нему руку, и он будто все понял.

Посмотрел на открытое окно, где уже не было видно Динара. Спешно обошел мою кровать и выглянул наружу.

От ужаса у меня на затылке заледенело. Он ведь сейчас обнаружит моего помощника!

Глава 5

Не обнаружив Динара, дракон прикрыл окно. Искоса посмотрел на меня, так что пришлось подавить облегченный вздох. Ничего не прочитав на моем лице, окинул взглядом палату, залез в каждый шкафчик, проверил все возможные выходы, даже заглянул под кровать.

Назвать бы его параноиком, да только я сама разожгла этот костер и теперь должна была просто не сделать огонь ярче. Ему теперь все будет казаться подозрительным. Он станет испытывать меня, каждым своим действием бросать вызов.

– Молчишь, – недовольно поправив задравшуюся рубашку, приблизился ко мне муж Витории.

Склонил голову набок, внимательно прошелся взглядом по очертаниям моего тела под тонким одеялом, будто кто-то мог спрятаться там. Подошел ближе, возвысившись так, чтобы снова появилось ощущение, что он здесь главный, а я – крохотная муха, которую в любой миг прихлопнут.

– Правильно, Витория, молчи, такой ты мне больше нравишься. Кстати, пить больше не хочешь?

Я кивнула.

– Голос пропал? Или после семи лет брака моя жена внезапно послушной стала? – направляясь к выходу, продолжал говорить он.

Открыл дверь, ни на миг не выпуская меня из поля зрения, приказал немедленно принести воды. Притом сказал таким тоном, будто это вопрос жизни и смерти.

Не прошло и пары минут, как мне предложили стакан, по стенкам которого бежали капельки. Тяжелый, скорее всего. Удержу? Но даже если так, то смогу ли унять дрожь в руках, не продемонстрирую ли наглядно свое волнение? Или не свое, а навеянное образом Витории.

Вот этим мне не нравилось перевоплощение в аристократок. Они склонны к панике. В любой сложной ситуации сразу готовы пуститься в слезы и с рыданиями выдать свою ложь. Хорошо хоть во время развода я находилась на их месте, все контролировала, вела себя сдержанно и ничем не выдавала подмену. К тому же сам процесс обычно длился недолго, не более трех-четырех часов. И после мы с заказчиками не встречались.