СПЕЦНАЗ ФСБ «КАВКАЗ» ЦСН ФСБ РФ УПРАВЛЕНИЕ "К"

Факт уничтожения Руслана Гелаева будет обнародован накануне выборов президента России. Версия его гибели с шоколадкой во рту, самоотсечением кисти, одновременной смертью всех участников боя, двухмесячным скитанием полевого командира по Дагестану и его появлением в спортивных брюках в последних числах декабря 2003 г. за несколько десятков километров южнее района его гибели, от которого до грузинской границы было не более 8 км – весь этот бред даже у непрофессионалов вызовет гомерический хохот. За это время у Гелаева даже не отросла борода, она осталась такой же длины, какой ее видели несколькими днями ранее задержанные с 25 по 29 декабря пять боевиков (Али Магомадов, Магомед Умашев, Лечи Магомадов, Хасан Хаджиев, Магомед Умаров).

Мнение автора, участника операции: Если бы нам, профессиональным военным, не мешали политиканы, а для уничтожения каждой объявившейся в Чечне группы боевиков были созданы такие же благоприятные условия, как в декабре 2003 г. в Дагестане, то чеченская кампания напоминала бы о себе только могилами российских солдат и чеченских боевиков, одинаково храбро сражавшихся в грязной войне конца XX – начала XXI вв.

В Крыму начались тренировки морского пограничного спецназа

Крымский пограничный спецназ начал боевую подготовку по программам российских спецподразделений. А офицеры-пограничники, получившие российские паспорта, теперь могут официально заключить контракт с ФСБ России.

Отдел специальных действий на воде или, как их здесь называют, "пограничные котики" входил в состав образцово-показательной украинской морской пограничной части в Балаклаве под Севастополем. Состав отряда – контрактники, мичманы и офицеры. Все с опытом службы в спецназе. Есть, например, и те, кто служил в "Беркуте". Специфика отряда – противодействие контрабандистам, браконьерам и нарушителям морской границы. Причем как с воды, так и из-под воды. Это был первый и единственный отряд пограничного спецназа в Крыму, который почти в полном составе перешел на сторону России. На Украину уехал только командир и еще один спецназовец – у них там живут семьи. Оставшихся в Крыму киевское командование назвало предателями.

– Какие мы предатели, мы здесь родились и выросли. Как мы могли пойти против своего народа. И тем более за кого воевать, за бандеров что ли? – говорят ребята.

2 марта их часть заблокировали, попросили открыть ворота и сдаться. Сейчас они об этом вспоминают с юмором, хотя месяц назад всем было, конечно, не до шуток. Теперь, как они признаются, у них началась совсем другая жизнь и совсем другая служба.

Раньше стрельбы были раз в два месяца и всего по 50 патронов на брата

Ежедневные специальные тренировки и занятия, два раза в неделю многочасовые боевые стрельбы. Количество патронов: сколько нужно, столько и стреляют и видно, что стреляют с удовольствием. Раньше, когда они служили на Украине, стрельбы были раз в два месяца и всего по 50 патронов на брата.

– Да и вообще никакие это не стрельбы были, а так, собирание гильз, – прорывается вдруг у бойца с позывным Самурай. – Представляете, один стреляет, а второй шапку держит, чтобы гильзы в нее падали. Потом все равно все ползаем и ищем улетевшие, ведь за них надо отчитываться.

По словам еще одного спецназовца – Каспера, естественно, что в таких условиях ни о какой тактической боевой стрельбе вообще речи идти не могло. Поэтому ребята стали сами закупать страйкбольные и пневматические пистолеты и с ними тренировались. А еще сами на свои деньги покупали большую часть снаряжения и обмундирования. Это при средней зарплате в 4-5 тысяч гривен, что в пересчете на рубли – около 16 – 20 тысяч.

Похожая картина была и с водолазной подготовкой. В конце прошлого года Киев наконец-то дал добро пограничному спецназу на закупку нового оборудования. Со старым погружаться уже было просто опасно. Бойцы заранее расписались за то, что получили снаряжение, которое пока было только на бумаге. Ждали месяц, после чего из Киева пришла команда: за все, что расписались о получении, теперь распишитесь, что снова сдали на склад.

– Вы не думайте – мы не плачемся, все-таки у нас была одна из самых элитных частей Украины, – говорит еще один спецназовец – Бешеный. По его словам, у них оклады в четыре раза выше, чем у тех же морпехов, постоянно были выходы в море и реальные боевые операции. Но при этом спецназу обидно, что отдельные командиры пограничной службы Украины "дружили" с браконьерами и контрабандистами, ездили на "служебных" BMW Х6, занимались бизнесом вместо службы, а реально охраняли границу только фанаты, причем за идею.

По словам крымских пограничников, российские инструкторы, которые им сейчас помогают, за пару недель уже стали намного родней, чем многие офицеры, которые командовали ими несколько лет.

И самое главное, как признаются пограничные "морские котики", у них уже сейчас появились серьезные подвижки в боевой подготовке, которые видны невооруженным взглядом.

Глава 3. Боевая операция в Нальчике 2005

В Ростове-на-Дону прошло заседание Северо-Кавказского окружного военного суда по делу жителя Кабардино-Балкарии Ислама Гугова. Почти год россиянин провёл в Сирии, где помогал боевикам и состоял в террористической группировке "Имарат Кавказ"*, за что в итоге был приговорён к 16 годам лишения свободы. И хотя эта история разворачивается сейчас, её истоки уходят почти на 13 лет назад. Когда соратники Гугова, основавшие пресловутый имарат, попытались захватить столицу Кабардино-Балкарии.

Одновременно на Нальчик напало около 200 вооружённых террористов. Однако силовики оказали отчаянное сопротивление и отстояли город. Лайф разбирался, что двигало боевиками, чем это всё закончилось для бандподполья на Кавказе и чем закончится для них же и в Сирии.

Предвестники горя

Несмотря на то что к 2005 году активная фаза боевых действий второй чеченской войны прекратилась, на большей части Северного Кавказа ситуация оставалась сложной. В горно-лесной местности региона действовали подпольные бандформирования, возглавляемые одиозными главарями – такими, например, как Шамиль Басаев. Они нападали на силовиков, проводили теракты против мирных граждан и в целом сеяли хаос.

Сотрудники силовых ведомств практически в ежедневном формате отлавливали, ликвидировали боевиков и их пособников. Одним из таких задержанных стал соратник лидера кабардино-балкарских боевиков Анзора Астемирова. В ходе обыска у бандита была найдена флеш-карта с фотографиями отделов милиции Нальчика и зданий других силовых ведомств, а также там была схема местного аэропорта. Силовики поняли, что боевики замышляют нечто серьёзное в Нальчике. Однако конечная их цель тогда ясна не была.

9 октября на территории завода железобетонных изделий был обнаружен тайник со взрывчаткой. В общей сложности масса найденного взрывчатого вещества составила около 500 килограммов. Одним из главных предположений правоохранителей стало то, что террористы готовили взрыв на территории аэропорта как менее защищённого объекта. Охрана воздушной гавани была немедленно усилена.

Прошло всего несколько дней, и в ночь с 12 на 13 октября в милицию позвонил житель села Белая Речка, что находится в пригороде Нальчика. Он сообщил, что заметил группу неизвестных вооружённых мужчин, около 10 человек. В село немедленно выдвинулись силовики, началась спецоперация по задержанию предполагаемых бандитов. Однако подозреваемые не планировали сдаваться и сразу же открыли по правоохранителям огонь.

В ходе боя часть отряда террористов была уничтожена, их соратников блокировали в лесном массиве. Убитые бандиты были хорошо вооружены и снаряжены. Оперативники посчитали, что именно эта группа и должна была осуществить теракт. Но, пока шла ликвидация остатков банды и всё внимание силовиков было привлечено к спецоперации, террористы начали штурм города.

Штурм

Как позднее установит следствие, на столицу Кабардино-Балкарии практически одновременно напало около 200 террористов. Они поделились на малые группы по 5–6 человек и въезжали в город на легковых автомобилях. При этом около трети из них были жителями Нальчика и прекрасно ориентировались на улицах.

На вооружении у бандитов было не только лёгкое стрелковое оружие, но и пулемёты РПД, гранатомёты РПГ-7 и многочисленные взрывные устройства.

К 9 утра бои шли по всему городу. Террористы штурмовали здания УФСБ, ФСИН, полка ППС, здания ОМОН, Центра "Т" МВД, военкомата, погранслужбы, трёх городских ОВД и аэропорта.

Связь в городе была практически мгновенно нарушена, прекращена работа общественного транспорта. Люди покидали рабочие места и старались скорее добраться до дома или до школ, где у их детей вот-вот должны были начаться уроки. Несмотря на непрекращающуюся стрельбу и взрывы, на улицах было много местных жителей, включая женщин и детей.

В течение часа охране аэропорта и бойцам погранотряда удалось отбить атаку террористов. Милиционеры из ОВД № 1 и ОВД № 2 также смогли сдержать наступление. А вот их коллеги из ОВД № 3 были оттеснены боевиками внутрь здания. Нападавшим удалось захватить первый этаж и нескольких заложников, находившихся в кабинетах здания. Это были не только милиционеры, но и гражданские люди. Однако тем самым террористы сами себя загнали в ловушку – продвинуться дальше они уже не могли, но и покинув здание, они были бы немедленно убиты огнём правоохранителей.

У здания ФСБ вспыхнул, пожалуй, самый ожесточённый бой. По воспоминаниям сотрудников ведомства, вначале террористы атаковали их, словно зомби, не используя укрытий, не боясь быть убитыми и не считаясь с потерями. Несколько боевиков пытались подорвать дверь в здание при помощи самодельного взрывного устройства. В итоге оно сдетонировало при установке, убив нападавших. Только после этого часть атакующих отошла и укрепилась в соседнем здании в магазине "Подарки". Там же они взяли двух женщин в заложники.

Несмотря на то что правоохранители понесли потери, первоначальный план террористов провалился. Застать город врасплох и молниеносным ударом захватить поставленные цели им не удалось. Боевики рассеиваются на малые группы и перемещаются по городу, кто-то уже пытается скрыться. Среди них и один из организаторов этой атаки – Анзор Астимиров, на тот момент лидер террористической группировки "Джамаат Ярмук"*. А вот второго организатора – Ильяса Горчханова, который был приближённым соратником Шамиля Басаева, силовикам удалось ликвидировать. К вечеру ситуация в городе медленно, но верно начинает стабилизироваться.

В то же время и последствия нападения дают о себе знать. Операционные переполнены, все врачи и медики города вызваны на работу и трудятся не покладая рук. Бригады скорой помощи, несмотря на опасность попасть под огонь, мечутся по городу, чтобы забрать раненых. При этом были случаи, когда среди пострадавших оказывались и боевики, которые рассчитывали сойти за мирных жителей. Но это уже установят потом.

Ночью силовики ликвидируют очаги сопротивления и берут инициативу в свои руки, теперь их очередь штурмовать. Главными "проблемными местами" остаются магазин "Подарки", где двое раненых боевиков удерживают двух женщин; ОВД № 3, где первый этаж всё ещё занят бандитами, там же неизвестное количество заложников; в здании ФСИН укрепились 12 террористов.

С рассветом 14 октября начинаются переговоры о добровольной сдаче. В ОВД № 3 террористы соглашаются отпустить часть заложников в обмен на выполнение своих условий – предоставить им микроавтобус и дать возможность выехать за пределы города с оставшейся частью пленников. Милиционеры соглашаются с требованиями, но вместо тех заложников, что должны были поехать с боевиками в машине, четыре сотрудника УБОП добровольно решают стать пленниками. Террористы согласны.

Как только люди отпущены, а машина с боевиками отъезжает от отдела милиции, спецназ проводит штурм "газели". В течение минуты все преступники ликвидированы, при этом пленные коллеги силовиков не пострадали.

Позднее успешный штурм проходит и в магазине "Подарки", и в здании ФСИН. Все заложники освобождены, а террористы уничтожены.

Солдаты российского спецназа нацелили гранатомёт, чтобы бросить дымовую гранату возле магазина, где находятся заложники в Нальчике. Фото © AP Photo/Maxim Novikov, RUSSIAN NEWSWEEK

Солдаты российского спецназа нацелили гранатомёт, чтобы бросить дымовую гранату возле магазина, где находятся заложники в Нальчике. Фото © AP Photo/Maxim Novikov, RUSSIAN NEWSWEEK

Страшный счёт

Итоги нападения на Нальчик выглядят ужасающе. 37 сотрудников силовых ведомств погибли, 131 получил ранения. Жертвами стали и местные жители – 15 человек были убиты, 92 пострадали. Было повреждено и уничтожено имущество почти на 55 миллионов рублей.

Однако, по данным следствия, если бы террористы выполнили свой план и захватили город, счёт убитых мог пойти на тысячи. Они рассчитывали сделать из Нальчика террористическую столицу в Кабардино-Балкарии. Однако судьба жителей и самого города их не волновала. Потому что, согласно плану, они рассчитывали, что смогут в нём продержаться лишь два месяца, а потом покинут его и скроются в лесах.

Уже потом правоохранители установят, что все предшествующие нападению на Нальчик события – лишь следствие подготовки боевиков к этой атаке, которую курировал лично Шамиль Басаев. Обнаружение группы террористов у села Белая Речка вынудило их начинать штурм города немедленно. Как позднее рассказывал сам Басаев, к операции они готовились долго. Именно поэтому бандиты не стали отказываться от нападения даже после задержания своих соратников и утечек информации.

Террористы потеряли в городе 97 человек. Были пленены или впоследствии добровольно сдались 70 участников нападения.

Эта атака стала последней крупной акцией террористов на Северном Кавказе. Да, потом ещё не раз случались страшные теракты (взрывы. – Прим. ред.), в которых гибло и больше наших граждан, однако террористам больше не удавалось собрать воедино несколько сотен человек и решиться на штурм целого города.

Медленно и верно сотрудники правоохранительных органов начали выискивать в лесах группировки бандитов и ликвидировать их. Как в случае и с Нальчиком, видя поражение, многие участники незаконных вооружённых формирований начинали сдаваться добровольно. Как итог, спустя 13 лет невозможно себе представить, чтобы трагедия со столицей Кабардино-Балкарии повторилась вновь. Представить, что где-то в лесах Северного Кавказа бродят сотни террористов, просто невозможно.

Россия, конечно, не прекратила и не прекратит борьбу с терроризмом. Однако на сегодняшний день акцент борьбы сместился и находится даже не на территории нашей страны, а в Сирии. Где наши военные и сотрудники спецслужб уничтожают таких же бандитов, что несли смерть в 2005 году.

В 2008 году указом главы Кабардино-Балкарии 13 октября было объявлено в республике Днём памяти сотрудников правоохранительных органов, погибших при исполнении служебного долга.

Глава 4. Теракт в Беслане 2006

В Балашихинском районе на территории Николо-Архангельского кладбища есть отдельная, очень особенная аллея. На всех надгробных плитах здесь обязательно есть буква «А» или «В». Скорбным строем стоят 10 могил, появившихся в одно и то же время. Здесь нашли вечный покой отважные мужчины, отдавшие жизни за детей Беслана. Третьего сентября, в День борьбы с терроризмом, Константин Лазарев рассказывает о каждом.

ГЕРОИ

Накрыл телом гранату

Андрей Туркин. Управление «В» ЦСН ФСБ России. Позывной «Черкес»

Андрей Туркин видел почти все уголки нашей бескрайней России. Потому, наверное, и выбрал такую профессию – защищать рубежи страны во время срочной службы в погранвойсках.

Андрей родился на Урале, юность его прошла в противоположных географических широтах – учился в школе в Краснодарском Крае. А служить выпало в Забайкалье и Средней Азии. Везде, где бы он не жил, учился и служил, у него было очень много друзей.

Окружающие признавали – у Туркина был талант сходиться с людьми. Ему было настолько просто общаться с новым человеком, что проговорив с ним пару минут, он становился тому другом на всю жизнь. Андрей был веселым, светлым человеком – сложно найти фото, где бы на его лице не было доброй улыбки.

Как, практически все, кто приходит в спецназ гозбезопасности, Андрей Туркин был не просто «человеком в погонах», а уже обстрелянным офицером. Ему выпало отстаивать рубежи страны на Таджико-афганской границе. В Управление «В» пришел сразу после армии, в 97-м году: случайно встреченный старый товарищ так рассказал про службу, что Туркин проникся и тоже решил стать элитой спецназа.

В подразделении у него была репутация в высшей степени надежного человека. Все, кто знал его, говорили, что его можно было попросить о чем угодно, и он бы в лепешку расшибся, но помог товарищу. Когда один из коллег во время боевой операции подорвался на мине, именно Андрей вытащил его, хотя понимал – местность заминирована, и где можно найти следующий «сюрприз»– одному Богу известно. А еще он был очень хозяйственным, таким домовитым хозяином, что в спецназе всегда ценилось, ведь быт на войне приходится организовывать с нуля.

3 сентября боевая группа, в которую входил Андрей Туркин, работала в спортзале – именно здесь они смогли пробиться внутрь, миновав шквальный огонь боевиков, которые расстреливали все живое перед школой, как мишени в тире. Все его товарищи уже ранены. Самому Андрею шальная пуля прилетела под бронежилет. Обезумевшие от ужаса заложники мечутся из стороны в сторону, перекрывая спецназовцам секторы обстрела, а под ногами лужи крови и мертвые тела. Спецназовцы сделали попытку вывести людей из зала, когда на них выскочил один из террористов. Короткий огневой контакт, и террорист скрылся за укрытием. Когда он появился в следующий раз, в руках у него была граната, которую бандит уже метил в людскую толпу.

Туркин был ближе всех и понимал – даже если его сейчас застрелить – чеки, скорее всего, уже нет, упав на землю она сработает, и тогда жертв в такой плотной толпе не избежать.

Сотрудников антитеррористических подразделений учат тому, как нужно закрывать собой гранату. Бронежилет 5 класса вполне может выдержать взрывную волну и осколок. Если грамотно распределить площадь тела – есть шанс остаться в живых. Но это на тренировках, где есть время подумать и где самым страшным наказанием станет выговор от инструктора. А здесь счет шел на мгновения, и цена промедления была слишком высока.

Туркин поднялся из-за укрытия, бросился вперед и повалил террориста на землю, закрыв собой гранату, которую тот держал в руке. Прогремевшего взрыва никто не услышал – так грамотно сработал офицер.

Посмертно лейтенант Андрей Туркин удостоен звания Героя Российской Федерации.

Вызвал огонь на себя

Подполковник Дмитрий Разумовский, Управление «В» ЦСН ФСБ России. Позывной «Майор»

Друзья называли его «Разум» за фамилию и за недюжинный интеллект, в подразделении его иногда звали «Мертвый лев» за фантастическое спокойствие в сочетании с огромной силой, а официальный его позывной был «Майор», он остался даже когда Разумовскому уже дали подполковника. Он был одним из тех, кого при жизни считают легендой. Он знал о войне не просто все. Он видел ее во всех проявлениях и практически жил ею, всего себя отдавая службе. Человек-война, говорят про таких.

В детстве Дмитрия Разумовского как и многих советских мальчишек «наповал сразил» фильм «Государственная граница» – после этого, мечтать о чем-либо, кроме зеленой фуражки, парень уже не мог. В Московское пограничное училище Дмитрий поступил со второго раза. В ВУЗе он был на хорошем счету – физически одаренный, чемпион училища по боксу. Обостренное чувство справедливости не давало Разумовскому оставаться в стороне, он был правдорубом до мозга костей. Шел за правду до последнего.

Еще с ранних лейтенантских погон за ним закрепилась репутация человека, для которого звания не значили ничего – будучи уверенным в своей правоте, он мог спорить с кем угодно, будь перед ним кто-то «на пару звездочек больше» или генерал, командующий целым подразделением. Скорее всего, именно поэтому он и дослужился только до подполковника. Из училища попал прямо на границу – в самое пекло. В 1990 году разрозненные республики уже начинали пылать страшным костром междоусобных войн.

И Разумовский здесь оказался на своем месте – когда грянул Таджикистан, молодой офицер был заместителем командира заставы. О нем уже тогда слагали легенды. Его подразделение работало там, где, казалось, нельзя было выжить, а Разумовский был неуязвим – за 4 года боев только одна контузия и ни одной потери в рядах личного состава. Боевики спали и видели, как заполучить голову непокорного русского спецназовца, которого ни подкупить, ни убить не получается. Дошло до того, что за его голову назначили огромную денежную награду. Дмитрий удивлял всех своей беспримерной честностью и неуступчивостью. Его не сбивали с пути ни чемоданы с долларами, ни караваны с тоннами героина – он громил бандитов, не жалея, а кого удавалось взять в плен – честно доставлял в штаб.

Когда он лег в госпиталь с контузией, случилось страшное – 12-ю погранзаставу практически уничтожили, чудом выжили в том страшном бою единицы. Подвиг пограничников прогремел тогда на всю страну. Несколько десятков российских бойцов несколько часов сдерживали две с лишним сотни боевиков. А помощь все не шла, приказ так никто и не отдавал. И Разумовский не выдержал.

Он больше не мог видеть предательства высших чинов, смертей офицеров, которых бросали в мясорубку той страшной войны, в угоду чьей-то финансовой выгоды. И написал огромное развернутое письмо в одну из центральных газет, в подробностях, без прикрас, рассказав обо всем, что творится на границе. Это был его крик души, попытка хоть что-то изменить, покарать тех, кто предавал простых солдат. Это письмо всколыхнуло страну. А строптивого офицера за этот поступок уволили.

Правда, это увольнение скорее помогло ему. Профессионал такого уровня никогда не останутся без дела – знакомые, узнав, что Дмитрий внезапно «стал гражданским», предложили ему попробовать свои силы на службе в спецподразделении ФСБ – Управлении «В», которое набирало силу. Придя в «горный» отдел, Разумовский вскоре возглавил его. И здесь он снова был на своем месте. Он был настоящим виртуозом спецназа. Молниеносность и жесткость действий сочетались в нем со скрупулезным планированием и хладнокровным расчетом. Потрясающий сплав дал свои плоды – за все время службы Разумовский не потерял ни одного подчиненного. И это при том, что он по-прежнему был на переднем крае работы, а два раза его группа и вовсе попадала в жесточайшие засады и, несмотря на безвыходность ситуации, выходила из столкновения без потерь. За время службы в Управлении «В» не было, пожалуй, ни одной знаковой операции, в которой он бы не участвовал. Имел множество правительственных наград, хотя относился к ним всегда более чем спокойно, считая, что сами поступки намного важнее.

Профессионалы войны, которые смотрят смерти в глаза каждый день выходя на задачу, наверное, наделены каким-то особым чувством – ощущают, буквально на уровне обоняния, запах смерти. И своей тоже. В ночь перед штурмом Разумовский очень плохо спал, а наутро встал хмурый и сказал сослуживцам, что чувствует – сегодня его убьют. Коллеги, как могли, попытались поддержать товарища, но мрачное чувство не прошло.

3 сентября группа Разумовского осуществляла огневую поддержку штурма. Будучи командиром подразделения, он корректировал ведение огня, выявляя огневые точки противника и указывая на них. Позиция, выбранная Дмитрием, была идеальна для наблюдения – с нее он видел все. Проблема была только в том, что и его отлично видели все засевшие в школе террористы. Он фактически вызывал огонь на себя. На его группу обрушился шквальный огонь пулеметчиков и снайперов врага. И одна из пуль его «достала». Свинец пролетел в каких-то миллиметрах над пластиной бронежилета и поразил офицера. Он только и успел сказать «Меня зацепило, выносите». Разумовский тогда еще не знал, что ранение окажется смертельным.

Посмертно подполковник Дмитрий Разумовский удостоен звания Героя Российской Федерации.

Встал в полный рост и закрыл телом детей

Подполковник Олег Ильин. Управление «В» ЦСН ФСБ России. Позывной «Маячок»

Олег Ильин горел своей работой. Энергии у него было столько, что ему даже дали ласковое прозвище «Маячок». Один из ветеранов подразделения, он успел пройти, наверное, самые страшные войны современности. Сослуживцы вспоминают, как сильно Ильин переживал, придя в 95-м году на службу в Управление «В». Тогда, как раз, «грянул» Буденовск. Сложная и кровопролитная операция. Его, только что пришедшего в подразделение сотрудника, не включили в списки участников. Он был обижен, растерян, не понимал, почему так, ведь он к тому времени уже был уже опытным десантником. Но боевого опыта не было, необстрелянного «новобранца» берегли. Ветераны подразделения тогда подбадривали его, говоря, что на его век войн еще хватит.