Эмпирея «Херувим над престолом»

Это был не укол обиды. Это был укол отвержения. Отвержения не его кандидатуры, а самой сути его понимания добра, красоты и любви.

Его безупречное сияние не померкло. Оно окаменело. Трещина, до этого момента скрытая, вышла на свет. Это был раскол между двумя истинами. И одна из этих истин только что была названа тюрьмой.

Он не сказал больше ни слова. Молчание Люцифера было страшнее любого протеста. В нём звучал приговор. И приговорённым в этот миг был не замысел Источника. Приговорённым был он сам. И этот приговор гласил: «Ты – не Со-Творец. Ты – инструмент с бракованной логикой».

Совет распался в тягостном молчании. Но решение было ясно всем. Попечителем «Терры» Люцифер не станет.

Азраил, потрясённый, улетал последним. Он видел, как Люцифер остался стоять в пустом Зале, лицом к символическому Пустому Пространству Присутствия. Его фигура, всегда бывшая воплощением динамичной, летящей мысли, застыла, как изваяние. Не из ярости. Из окончательного, леденящего понимания.

Его доказательства были безупречны. Его логика – железной. Его математика – неопровержимой.

И они не имели никакого значения.