Красной нитью. Рассказ из цикла «Разборы на живых»

Красной нитью

Рассказ из цикла «Разборы на живых»

Пётр Галигабаров

Дизайнер обложки Пётр Галигабаров

Фотограф Пётр Галигабаров

© Пётр Галигабаров, 2026

© Пётр Галигабаров, дизайн обложки, 2026

© Пётр Галигабаров, фотографии, 2026

ISBN 978-5-0069-1405-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Красной нитью

Судьба – это ответ на бусины наших решений, нанизанные на красные нити.

Пётр Галигабаров

2025 год. Май. Санкт-Петербург.

Прошлогодней весной стояла жара. Мне даже удалось загореть. Тогда я в одних шортах целый час выполнял комплекс приветствия солнцу на берегу Петропавловского пляжа, глядя на Нарышкин бастион. И ничто не предвещало моего нынешнего положения.

Сейчас же моросил дождь. За год многое изменилось. Вследствие одной такой перемены я и оказался в Санкт-Петербурге. С упакованным в непрозрачный целлофан грузом. И физически он весил гораздо меньше, чем тяготил ментально.

Я подтянул шуршащий пакет, развязал узел.

– Что ты решил?

Настя стояла в паре метров напротив окна. Она смотрела на стекающие по стеклу капли, слушала звук льющейся с неба влаги.

– Очень волнуюсь, – ответил я, поняв, что это не ответ на её вопрос, а отклик на собственный: «Как ты?»

Жена подошла и положила свои тонкие руки мне на плечи, прижалась щекой к спине. Точно так же она сделала в декабре 2024 года, когда я получил отказ. Я догадывался, что меня могут «прокатить», но приятного всё равно было мало.

В тот день я получил электронное письмо, в котором – «Наконец-то! Сколько можно было держать меня в подвешенном состоянии?» – содержалась неприятная правда. Руководительница направления, до этого утвердившая мой цикл семинаров, сухо сообщила, что: «Мы не можем реализовать ваш проект в силу отсутствия заинтересованности в нём у наших студентов».

– Сомневаюсь, что они вообще проводили опросы, – сказал я, посмотрев на Настю, сидевшую на диване и – «Как она это делает?» – вязавшую для меня красный свитер не спицами, а пальцами.

Тогда она отложила труд, поднялась, подошла ко мне сзади и обняла. «У тебя же есть план „Б“, как обычно», – напомнила она. И была права. Положа руку на сердце, я собирал «мотки пряжи» возможного цикла семинаров без гарантии, что из них дадут связать конечный продукт. Этот процесс больше опирался на мою тягу к самореализации, которая сама по себе придаёт смысл и структуру жизни. Но именно та перемена, тот отказ стал причиной того, что сейчас мы стояли посреди квартиры в доме в трёх минутах от Нарвской триумфальной арки. Я держал в руках пакет. Я волновался.