Толкин и его легендариум. Создание языков, мифический эпос, бесконечное Средиземье и Кольцо Всевластья

◆

Венцом последних месяцев студенческой жизни стали выпускные экзамены. Они окончились 15 июня, и Толкин сразу же занялся покупкой снаряжения. А 28 июня 1915 года он подал заявку в полк ланкаширских стрелков с намерением подписать контракт на период войны и служить вместе с товарищем по ЧКБО Джеффри Бейчем Смитом. Второго июля были оглашены результаты экзаменов: Толкин окончил Оксфорд с отличием первого класса. Он ненадолго вернулся к стихам и рисованию и уже в звании младшего лейтенанта начал базовую подготовку в Бедфорде. Его специализация связиста требовала множества знаний и умений, от управления сигнальными флажками и запуска ракет до владения азбукой Морзе и ухода за почтовыми голубями, но он не бросил поэзию и планировал выпустить том сказочных стихотворений.

Чтобы посещать Эдит в Уорикшире, он поселился в Личфилде – тоже в Стаффордшире – и приобрел вскладчину мотоцикл. В тот же период клуб ЧКБО встретился в последний раз, а 22 марта 1916 года, во время прохождения Толкином военной подготовки в Броктон-Кэмпе близ Личфилда, состоялась поспешная свадьба. «Медовую неделю» пара провела в Сомерсете. Уорикшир и Оксфорд к тому времени вплелись в богатый, постоянно развивающийся гобелен творческих образов молодого писателя, а когда новобрачные посетили ущелье Чеддер, оно тоже пополнило его мысленную коллекцию чисто английских мест.

◆

6 июня 1916 года Толкин отбыл во Францию. Он захватил с собой записные книжки, но для творчества не было ни времени, ни возможности. «Можно было нацарапать что-нибудь на обратной стороне конверта и сунуть его в задний карман, но на этом все, – рассказывал он потом. – Сложно писать, скрючившись среди блох и грязи». На самом деле для литературной работы все же находилось и время, и место: он сочинил несколько стихотворений и продолжил обдумывать свои легенды, поэтому, когда стал записывать, они успели приобрести мнемонические контуры неоднократно рассказанных историй.

Не прошло и месяца, а подразделение Толкина уже маршировало к линии фронта. Первого июля началась битва на Сомме – и в тот же день она унесла почти двадцать тысяч жизней только со стороны Антанты. Писатель попал в гущу наступления, жил в землянках и окопах. Там он получил весть о гибели Роберта Килтера Джилсона, члена ЧКБО.

Толкин тогда избежал ранения, но к 27 октября подхватил окопную лихорадку – тяжелую, переносимую вшами болезнь – и был отправлен в тыловой госпиталь Красного Креста, а потом обратно в Британию. В ноябре он поступил в импровизированное больничное отделение в Бирмингемском университете (номинально это место называлось Первым Южным общим госпиталем).

Вскоре от ран, полученных при взрыве снаряда, скончался Джеффри Бейч Смит. Из всего ЧКБО выжило двое: попавший на флот Кристофер Уайзмен и Толкин.

Выздоровление шло медленно. Вероятно, еще в бирмингемском госпитале Толкин начал работать над первым циклом легенд – «Книгой утраченных сказаний»[19]. Там же он переделал квенью, выведя ее из другого языка собственного изобретения – «архаичного элдарина», который, в свою очередь, породил третий язык, голдогрин, позже переименованный в синдарин и отличавшийся сложной лексикой и грамматическим строем.

Толкин делал много заметок, чтобы добавить глубины воображаемым землям, истории и наследию, а Эдит по его наброскам «как следует» переписывала тексты. Он трудился все больше, легендариум[20] совершенствовался и обрастал деталями.

◆

Хотя Толкина часто переводили с места на место, молодые супруги регулярно виделись друг с другом. Однажды в июне 1917 года они прогуливались в лесу, и Эдит танцевала среди болиголова. Эта сцена оказала на Толкина неизгладимое впечатление: она появится в важнейшем и самом близком его сердцу «великом предании» о неземной любви Берена и Лутиэн. Далеко не все знают, что Эдит тогда была беременна первенцем и, наверное, это уже было заметно. Учитывая продолжающуюся войну и самочувствие писателя, сцена танца приобретает особую остроту и оттенок надежды.

В ноябре у пары родился сын Джон, а через неделю Толкина повысили до лейтенанта. Следующий год почти не отличался от предыдущего: несложные обязанности, частые командировки и рецидивы заболевания, иногда с резким ухудшением состояния (в августе 1918 года он похудел более чем на двенадцать килограммов).

Несмотря на трудности, Толкин продолжал сочинять и рисовать, написал введение к сборнику стихов Джеффри Бейча Смита, вышедшему в июне или июле 1918 года под заголовком «Весенний урожай», начал учить русский язык и практиковаться в итальянском и испанском. Если не считать пары месяцев, когда Толкина признали годным к строевой службе и направили в Хамберский гарнизон, до конца войны он жил в Британии, выздоравливал, занимался легкими делами и подготовкой. В конце концов его сочли пригодным исключительно к сидячей деятельности. Вместе с Эдит и Джоном он вернулся в Оксфорд и устроился работать над «Оксфордским словарем английского языка» в качестве лексикографа, а через несколько дней, 11 ноября 1918 года, окончилась война.

Работа Толкина над словарем продолжалась до мая 1920 года – он написал статьи, в том числе для слов wake и walrus. Важнее, однако, что возвращение в академическую филологию побудило его еще больше усовершенствовать квенью и продолжить работу над «Книгой утраченных сказаний». Эту первую последовательную попытку заняться легендариумом он оставил всего через полгода. Может быть, дело отчасти было в знакомстве с пророческими книгами Уильяма Блейка: в их каллиграфии, иллюстрациях и масштабе мифического нарратива он наверняка увидел примечательное сходство с собственными амбициями, а еще – высоты, к которым он может и обязан стремиться.

Параллельно Толкин занялся репетиторством – ему, женатому мужчине с военной службой за плечами, доверяли заниматься со студентками. Это интересно, потому что еще в 1909 году на школьных дебатах он защищал движение воинствующих суфражисток.

Вплоть до демобилизации в июле 1919 года Толкин при всем своем вкусе к одежде и аксессуарам обычно ходил по городу в офицерском мундире. Возможно, это был его ответ послевоенному щегольскому модернизму. Его акварели того периода имеют в себе что-то светящееся и абстрактное и напоминают работы Кандинского. Постепенно вернулись некоторые старые занятия, например участие в заседаниях Эссеистского клуба Эксетер-колледжа.

Перерыв в работе над «Книгой утраченных сказаний» мог быть связан и с тем, что в середине 1919 года Толкину доверили важную научную задачу: составить словарь среднеанглийского языка к антологии Кеннета Сайзема «Стихи и проза XIV века». Автор был одним из наставников Толкина в студенческие годы, поэтому речь шла не только о престиже, но и о явном приглашении строить университетскую карьеру. Впрочем, уже к концу года Толкина вновь потянуло к поэзии – и он вернулся к «Плаванию Эаренделя, Вечерней Звезды».

Переломный момент настал 10 марта 1920 года, когда он прочитал в Эссеистском клубе Эксетер-колледжа «Падение Гондолина» – рассказ об осаде эльфийского города, впервые намеченный в «Книге утраченных сказаний» и впоследствии постоянно дорабатываемый в разных версиях «Сильмариллиона».

В первых черновиках ощущается сильное влияние фронтовых впечатлений Толкина, а то, что он решился прочесть свои легенды публично, пусть и предварив выступление довольно продолжительными извинениями, свидетельствует об очевидном росте уверенности в себе. Толкина приняли тепло. Секретарь клуба отметил в записях, что «новый мифологический фон» очень поучителен, соответствует традициям Уильяма Морриса, Джорджа Макдональда и Фридриха де ла Мотта Фуке, а изложение «весьма образно, захватывающе и, в сочетании с большим вниманием к деталям, до крайности интересно». Такая реакция, видимо, воодушевила автора, и он взялся переписывать «Книгу утраченных сказаний», сделав героем англосаксонского мореплавателя Эльфвине из Англии[21].

◆

Стремительный взлет академической карьеры Толкина начался после того, как в июле 1920 года его пригласили лектором английского языка в Лидский университет. Сам он переехал в Лидс, а Эдит, ожидавшая рождения второго сына, поначалу осталась в Оксфорде. Майкл родился 22 октября. Почти сразу Толкин подал заявки на должность заведующего кафедрой в Ливерпульском и Кейптаунском университетах – в последнем ему предложили возглавить кафедру De Beers, – но потом отказался от этой затеи.

Он приступил к работе с удивительным рвением, которое будет свойственно ему все последующие десятилетия, сочетая при этом преподавательские и административные обязанности с большими творческими амбициями. Он поучаствовал в разработке университетского курса английского языка, переписал значительную часть «Книги утраченных сказаний» и улучшил квенью, а когда в декабре вернулся в Оксфорд, сочинил для детей первое из «Писем Рождественского Деда» – с этого момента традиция станет ежегодной.

В апреле 1921 года вся семья переехала в Лидс – один из самых грязных промышленных городов Великобритании. Тонны сажи и дегтя в воздухе блокировали солнечный свет на семнадцать процентов и мешали расти деревьям. Кислотные дожди и частицы мышьяка отравляли траву и прочую флору. Возможно, это стало одной из причин тяжелой пневмонии, которую Толкин подхватил в 1921 году. Тем не менее четыре следующих года Рональд проработал в университете. Он взял в ассистенты докторанта Эрика Валентайна Гордона и тесно сотрудничал с ним вплоть до смерти Гордона в 1938 году.

Чтобы популяризировать курс древнеисландского, они вместе создали студенческий «Клуб викингов». Его участники на заседаниях пили пиво, читали отрывки из саг и распевали шутливые переводы популярных песен на древние северные языки. Толкин и Гордон сообща подготовили к печати рассчитанное на студентов издание «Сэра Гавейна и Зеленого рыцаря», вышедшее в «Оксфорд юниверсити пресс». Параллельно писатель вернулся к работе над «Словарем среднеанглийского языка» и в начале 1922 года сдал его в печать: все сроки к тому времени истекли, но книга все-таки была издана в мае отдельным томом, а потом – в составе сборника «Стихи и проза XIV века». Еще Толкин продолжал разрабатывать легендариум, писал серьезные и шуточные стихи для лидских журналов «Грифон» и «Микрокосм», факультетских и университетских антологий и томика местной серии «Йоркширская поэзия». Ради дополнительного заработка он начал проверять экзаменационные работы на школьный сертификат – свидетельство о неполном среднем образовании – и несколько лет подряд терпеливо участвовал в этом испытании.

К 1923 году Толкин согласился редактировать так называемого кларендонского Чосера – сборник поэзии и прозы издательства «Кларендон пресс», научного отделения «Оксфорд юниверсити пресс». Первые гранки для корректуры поступили в конце года и продолжали приходить в следующем наряду с «Гавейном», которого тоже еще только предстояло завершить. Толкин работал над сборником Чосера весь 1924 год. В октябре его повысили: назначили на должность профессора английского языка в Лидском университете.

21 ноября у него родился третий сын, Кристофер, а в декабре он наконец завершил глоссарий к сборнику Чосера и сразу после этого написал пару писем Рождественского Деда. Теперь он обычно по вечерам уделял время сочинению невероятных историй для детей (к этому периоду относится «Оргог», см. ниже).

Он приступил к переводу «Беовульфа» на современный английский и к весне 1926 года закончил версию в прозе – перевод аллитерационным стихом так и останется незавершенным, а также стал внешним экзаменатором (специалистом, приглашенным из другого учреждения для надзора за соблюдением стандартов) на испытаниях на степень по английскому языку в Оксфорде. Наконец, он прилежно работал над легендариумом и языками: теперь его сильнее всего занимал нолдорин.

К 1925 году плодовитость Толкина уже была привычной. Он усердно занимался разнообразными делами – от сочинения детских сказок до высокоученого аннотирования древнеанглийских текстов и креативного мифотворчества. Он стал искушенным сочинителем аллитеративных стихов и переводил среднеанглийскую аллегорическую поэму «Жемчужина», которая входила в тот же манускрипт, что и «Сэр Гавейн и Зеленый рыцарь», и, предположительно, принадлежала тому же автору. Он также продолжал работу над «Гавейном» и «кларендонским Чосером», поучаствовал в присуждении стипендии «Работа года в английской филологии» и опубликовал небольшую научную статью о конях в колеснице дьявола.

«Сэр Гавейн и Зеленый рыцарь» под редакцией Толкина и Гордона вышел в свет 23 апреля 1925 года, в День святого Георгия, а в середине года были наконец готовы гранки к сборнику Чосера. Одновременно Толкин старался получить освободившуюся должность профессора англосаксонского языка Ролинсона – Босворта, а также занимался версификацией преданий легендариума. Положительный ответ из Оксфорда пришел в июле: Толкин с небольшим отрывом обошел Кеннета Сайзема, своего бывшего наставника, а теперь коллегу и консультирующего редактора в «Оксфорд юниверсити пресс».

Прежде чем приступить к новой работе, Толкин с семьей отдохнул в приморском городке Файли в Йоркшире. Пережитые там события – Толкины попали в сильную бурю, а сын Майкл потерял игрушечную собачку – побудили писателя сочинить сказку об игрушке. Сказка со временем превратилась в иллюстрированную детскую повесть «Роверандом».

Согласно условиям контрактов, осенью 1925 года Толкин должен был преподавать и в Оксфордском, и в Лидском университетах, и все равно находил время на аннотирование «кларендонского Чосера». Наконец, Эрик Гордон заменил Рональда на посту профессора английского языка в Лидсе, и в начале января 1926 года семья вернулась в Оксфорд. Если не считать периодических поездок в Лидс, где приходилось помогать вести лекции, Толкин зажил оседлой профессорской жизнью.

Сколько преданий?

Как иронично замечает биограф Хамфри Карпентер, после возвращения в Оксфорд ничего особенного в жизни Толкина больше не происходило. Они с Эдит проживут в этом городе сорок два года, и до самой пенсии он будет работать исключительно в Оксфордском университете: вести лекции, заниматься научным руководством, участвовать в факультетских собраниях, активно реформировать курс английского языка, избирать новых сотрудников и председательствовать в экзаменационных комиссиях.

Несмотря на тихий голос, Рональд был популярным лектором, ответственно подходил к наставничеству, экзаменовал аспирантов, усердно занимался исследовательским и литературным трудом. Научных работ под собственным именем он опубликовал немного, зато невероятно активно изучал непрерывно растущий спектр проектов и тем. Вскоре у него нашлось время полностью распланировать книгу, из которой сложится «Сильмариллион», и пересмотреть ее ключевые эпизоды (часть он изложил стихами). Потом пришел черед для аннотированной карты воображаемого мира.

Продолжалась поэтическая карьера: стихотворения Толкина выходили в «Реалитис», «Интер-юниверсити мэгэзин», «Стэплдон мэгэзин», «Оксфорд мэгэзин» и даже в «Хрониках монастырей Заветного сердца». Он вернулся к рисунку и живописи – особенно продуктивным в этом отношении стал летний отпуск в Лайм-Риджисе в 1928 году, когда он написал серию картин ко все расширяющемуся легендариуму.

Также Толкин начал новый стихотворный цикл «Предания и песни залива Бимбл» (1928) и перевел бретонские стихи – их опубликовали в 2016 году как «Балладу об Аотру и Итрун». Он вновь читал в Эссеистском клубе Эксетер-колледжа, а также создал клуб «Углегрызы» (от исландского Kolbítar), члены которого занимались переводами фрагментов исландских саг. «Углегрызами» называют тех, кто любит устроиться поближе к камину. Толкин вступил и в более серьезные организации – Филологическое общество и Общество изучения средневековых языков и литературы, а также стал почетным членом совета Британской ассоциации эсперанто. Он продолжил участвовать в выборе «Работы года в английской филологии» и к апрелю 1926 года завершил переводы «Беовульфа» и «Жемчужины», отправив их в «Оксфорд юниверсити пресс». «Кларендонский Чосер», однако, никак не клеился. В мае того же года он познакомился с Клайвом Стейплзом Льюисом (1898–1963), а летом, видимо, на пустом бланке экзаменационной работы на школьный сертификат написал первые слова «Хоббита».

Появлялись очередные детские произведения, например: в 1928 году была издана книга с картинками «Мистер Блисс», а каждый год сыновьям Толкина приходили новые «Письма Рождественского Деда». Восемнадцатого июня 1929 года родилась дочь Присцилла, а в 1930 году, если не раньше, дети услышали перед сном «Хоббита».

◆

Итак, имеет смысл поразмышлять о репутации и амбициях Толкина как детского писателя (больше на эту тему во второй главе). Сказки, из которых сложатся «Письма Рождественского Деда», он начал сочинять сыновьям в 1920 году и продолжал эту традицию вплоть до 1942 года. В них говорится о похождениях некоего сказочного персонажа, его главного помощника – регулярно попадающего в переделки Белого Медведя (он же Карху – «медведь» по-фински) и двух его племянников в период подготовки к Рождеству. Письма быстро стали «главами» долгой саги с нападениями гоблинов, пытающихся испортить праздник. Они были написаны каллиграфией, для которой использовались цветные чернила, и снабжены иллюстрациями, а в своей любви к деталям Толкин дошел до того, что на конверты стал клеить марки Северного полюса.

Не мог он удержаться и от добавления в эти ежегодные послания элементов своего обширного легендариума. Хотя у гоблинов был собственный алфавит (на основе финно-угорских пиктограмм, украшающих барабаны саамских шаманов), язык Северного полюса представлял собой эльфийскую квенью, а секретаря Рождественского Деда звали Илберет – это имя позже станет известно по всему Средиземью как Эльберет, божественная Королева Звезд.

Были и другие рассказы. Толкин обыгрывал, например, уличные знаки, и Bill Stickers Will Be Prosecuted – «Расклейка объявлений запрещена» – превратил в мощного злодея Билла Стикерса, а Major Road Ahead – «Впереди главная дорога» – в его вечного противника, майора Роуда. Они стали героями целого фарсового сериала – Рональд читал его детям примерно с 1926 по 1930 год. Другим героем веселых историй был Тимоти Титус – это имя Толкин использовал в ранних версиях «Властелина колец», назвав так владельца трактира «Гарцующий пони» в Бри. Среди персонажей появился и Том Бомбадил – своим происхождением он в какой-то мере обязан «голландской» деревянной кукле сына Майкла. Бомбадил не только станет полноценным и самым эксцентричным персонажем «Властелина колец», но и от его имени будет написан сборник стихов.

Уже упоминавшийся «Роверандом», который Толкин рассказывал детям в 1925-м, в 1927 году был превращен в связный текст и проиллюстрирован. Как отмечалось выше, семья ездила отдыхать в Файли, и Майкл потерял на пляже игрушечную собачку. Толкин вообразил, что Роверандом – это настоящая собака, превращенная в игрушку колдуном Артаксерксом. Ее купил мальчик, но потом потерял, а затем песочный волшебник Псаматос Псаматидес превратил ее обратно в живого пса. Чайки уносят Роверандома на Луну. Он знакомится там с Человеком-на-Луне – у него тоже есть собака, встречает гигантских лунных пауков и Великого Белого Дракона. Далее следуют приключения на дне моря, куда Роверандом попадает вместе с китом. Но в конце концов пес возвращается к маленькому мальчику, купившему его в облике игрушки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Notes

1

В переводе этот принцип, согласно правилам русского языка, не соблюдается. Прим. пер.

2

Вместо более распространенной стандартной формы Dwarfs. Прим. пер.

3

В русском тексте соответственно «Сильмариллион» и «Квента Сильмариллион». У «Квенты Сильмариллион» в легендариуме Толкина два значения. Так назывался ранний черновик «Сильмариллиона», над которым Толкин работал с 1937 по 1938 год. Этот текст вошел в пятый том «Истории Средиземья». А еще так называется одна из Книг Премудрости, написанная эльфом Пенголодом, ученым и Хранителем Знаний, жившим во Вторую эпоху. Прим. пер. и науч. ред.

4

Последний абзац – прим. пер.

5

Например, в августе 1955 года, незадолго до выхода в свет последнего тома «Властелина колец», который сам по себе стал одним из величайших мировых бестселлеров, Толкин получил предложение сделать спектакль на BBC Radio. Здесь и далее прим. авт., если не указано иное.

6

Если же говорить о книгах Толкина, то оценить, сколько их было продано по всему миру, очень сложно, учитывая, что в разных странах выпускались пиратские издания, однако можно предположить, что и продажи «Властелина колец», и продажи «Хоббита» превысили сто миллионов экземпляров.

7

Беовульф. Пер. В. Тихомирова. Прим. ред.

8

Буква þ называется thorn и произносится как th в современном английском. Буква ð называется eth или edh, ее тоже произносили как th.

9

«Чайный клуб и Барровианское общество», ЧКБО.

10

См., например, изданные на русском языке «Письма» Толкина: Толкин Дж. Р. Р. Письма / пер. С. Лихачевой. – М.: Эксмо, 2004. Прим. ред.

11

Среднеанглийское слово, обозначающее одновременно ученость и магию.

12

Переведено и издано на русском языке. См.: Толкин Дж. Р. Р. «Чудовища и критики» и другие статьи / пер. М. Артамоновой [и др]. – М.: Elsewhere, 2006. Прим. ред.

13

Эти подробности биографии Толкина известны благодаря Хамфри Карпентеру. «Биография» издана на русском языке. См., например: Карпентер Х. Дж. Р. Р. Толкин. Биография / пер. К. Королева, С. Лихачевой, А. Хромовой. – М.: АСТ, 2020. Прим. ред. Характерно, что Толкин пренебрегал биографической критикой, считая ее «совершенно пустым и ложным подходом к произведениям автора».

14

Позднее Толкин утверждал, что это был тарантул.

15

Согласно Карпентеру, «лучшая история, которую [Толкин] читал в своей жизни».

16

В сонете Джона Китса говорится о знакомстве с «Одиссеей» и «Илиадой» в переводе Джорджа Чапмена.

17

«Оксфордский словарь английского языка» определяет редкое слово apolaustic как «всецело занятый поиском наслаждений, потакающий себе» и отмечает, что его употребляли в качестве синонима слова aesthetic. Видимо, Толкин почерпнул это слово из вводной части «Никомаховой этики» Аристотеля.

18

Толкиновский перевод о Куллерво был опубликован в 2010 году. Сказание о Турине Турамбаре вышло в «Детях Хурина», а затем выдержало несколько изданий, включая отдельный том в 2007 году.

19

Двухтомник «Книга утраченных сказаний» составляет два первых тома «Истории Средиземья». В него вошли самые ранние версии будущего «Сильмариллиона», написанные Толкином в период с 1916 по 1918 год.

«История Средиземья» – это двенадцатитомная серия книг, собранная и прокомментированная сыном Толкина Кристофером. Серия содержит неоконченные рукописи, отрывки и ранние черновики «Властелина колец» и его примечаний. Тома носят следующие названия:

1. The Book of Lost Tales, Part I («Книга утраченных сказаний. Часть I»).

2. The Book of Lost Tales, Part II («Книга утраченных сказаний. Часть II»).

3. The Lays of Beleriand («Песни Белерианда»).

4. The Shaping of Middle-earth («Устроение Средиземья»).

5. The Lost Road and Other Writings («Утраченный путь и другие произведения»).

6. The Return of the Shadow («Возвращение тени»).

7. The Treason of Isengard («Предательство Изенгарда»).

8. The War of the Ring («Война Кольца»).

9. Sauron Defeated («Поражение Саурона»).

10. Morgoth's Ring («Кольцо Моргота»).

11. The War of the Jewels («Война за самоцветы»).

12. The Peoples of Middle-earth («Народы Средиземья»).

Прим. науч. ред.

20

Слово «легендариум» было придумано самим Толкином примерно в 1951 году по модели теологического термина XIX века, обозначавшего канон житий святых. «Оксфордский словарь английского языка» вслед за Толкином определяет легендариум как совокупность мифов, легенд, историй, связанных с определенным вымышленным миром, или произведение, в котором содержится такая совокупность.