Записки и стихи переводчика

Так вот, деньгами родители Рашиду помогать особо не могли, ему приходилось крутиться. В тот момент он занимал ответственейшую должность ночного сторожа в ресторане «Москва» и ночь с первого на второе января пришлась на его дежурство. Он добросовестно трудился до рассвета, сливая в две литровые бутылки из-под Чинзано всё, что оставалось недопитым в рюмках и на дне бутылок. К приходу посудомойщиц его миссия была завершена. Это была адская смесь из водки, выдохшегося шампанского, коньяка, сухого вина, ликеров и пр. После дегустации (одна столовая ложка на брата), продукт комиссионно был признан годным к употреблению. Рашиду вынесли благодарность. Однако проект был явно недофинансирован. Методом, который сейчас называют «крауд фандинг», образовалась сумма, достаточная для закупки двух бутылок водки. В графе «закусь» в бюджете кто-то не дрожащей рукой поставил «ноль». Закусь должны были добыть на безбрежных просторах общежития те, кому не предстояло идти за водкой и сигаретами.

Женя спустился на родной четвертый этаж. Там было тихо. Из комнат не доносилась даже музыка. Никто не гулял. За последние 20 минут он обошел уже почти всех знакомых, получая стандартный ответ: «Бог подаст, самим жрать нечего!». И тут из общей кухни повеяло… Запах был неописуемый! Он заглянул туда. Горел свет. На плите на малом огне чуть побулькивала большая пятилитровая кастрюля. В ней томилась курица в овощах, от бульона пахло специями и травками… Людей не было. Евгений выглянул в коридор. Никого. Только с балкона раздавались голоса. Туда он и направился.

– Если человек устанавливает для себя принцип, зависящий от какого-либо объекта желания, то такой принцип не может стать моральным законом, поскольку достижение такого объекта всегда зависит от эмпирических условий. Понятие счастья, личного или общего, всегда зависит от условий опыта. Только безусловный принцип, то есть не зависящий от всякого объекта желания, может иметь силу подлинного морального закона…

– Да пойми ты, что классическая трактовка императива Канта совсем не подразумевает…

Это были его друзья Саша Баикин и Женя Куприн.

– Ребят, я тут спросить хотел…

– Иванов, отстань! У нас очень серьезный разговор! Не отвлекай.

Он пожал плечами. Заподозрить сих учёных мужей в банальном приготовлении курицы было глупо. Женя прихватил ручки кастрюли кусками газеты, чтоб не обжечься. Он спокойно прошел мимо балкона. Иванов вспорхнул на верхний этаж, не встретив по дороге ни души.

Появление кастрюли было встречено громогласным ура. Оно почти совпало с появлением гонцов за спиртным. Женя объяснил происхождение курицы и необходимость скорейшего уничтожения улик. К делу приступили незамедлительно. Кастрюлю очистили от содержимого за полчаса. Девочки ее тщательно вымыли и убрали подальше с глаз.

Еще минут через десять в комнату ворвались разъяренные философы:

– Твою мать! Ведь специально на этаж выше поднялись, чтоб лишние халявщики на хвост не падали! На минуту отошли покурить!

– И что, никого не заметили? – сочувствовали присутствующие.

– Да вон Иванов только проходил, а так никого! Водка холодная, хлеб порезали, закусывать нечем!

Слава Персидский, ковыряя в зубах спичкой, предложил свою помощь в расследовании, ссылаясь на свой опыт в такого рода делах…

– Да нет, спасибо! Мы уже все этажи прошерстили… Сейчас еще вот к соседям вашим зайдём… Но похоже, глухарь!

Глубокой ночью Женя отнес чистую кастрюлю на кухню. На дне покоился тетрадный листок, где печатными буквами левой рукой было написано: «Очень вкусно! Спасибо!».

…………………………………………………………………………..

Где-то году в 1995 в одной московской квартире собрались институтские друзья, так уж совпало. Женя Куприн к тому времени работал в профсоюзных структурах ЕС в славном городе Брюсселе. Женя Иванов с нефтяными компаниями двигался всё ближе к Ледовитому океану, с грустью думая, что на пенсию он уйдет с Северного полюса. После ужина начались разговоры у камелька. Вспомнилась и новогодняя курица…

После некоторых колебаний Иванов сознался…

– Сволочь ты, тёзка… жаль, поздно тебе морду бить за давностью лет!

Нет, не всё было так плохо в той большой плавильной общаге под названием СССР.

60+

Вот мне непонятно, к чему все эти поздравления, чего праздновать? Отмечать надо! Пишите правильно: «Уважаемый… Примите наши соболезнования в связи с 6…ой годовщиной». Вот так правильно!