Мой неправильный босс

Звонок оторвал меня от чашечки чая. Как поздно. Время двенадцать ночи. Стас. Что ему надо?

– Мари, срочно бронируй билет себе в Казань. Поедешь со мной. Сотрудница, которая должна была поехать, заболела. Мне нужна помощница.

– Станислав Олегович. – Я от удивления хмыкнула и даже поперхнулась. – Я же обычный секретарь. От меня пользы никакой.

– Делай, как я сказал.

Он положил трубку.

Король раздал всем указы. Тебя высечь. Тебя сжечь, а тебя повесить. Он это специально, наверное. Хочет меня выдворить побыстрее из компании. Знает же, что трое детей. Куда я их дену? Хотя…

Я тут же набрала Майклу.

– Ты знаешь, который час? – загундел он в трубку. – Это неприлично.

– Ничего. Твоя любовница и в два ночи тебе писала. Потерпишь.

– Майкусик, это кто? – услышала я в трубке женский голос.

Ну, точно так я её и представляла. Именно с таким томным и писклявым сопрано.

– Слушай сюда, Майкусик. Мне через три дня надо срочно улетать по работе. Приваливай сюда и сиди с детьми несколько дней.

– Ты с ума сошла?

– Нет, мой хороший. Я не сошла. Это наши общие дети и обязанности общие. Я тебя почти не дёргаю ни с их соплями, ни с проблемами. Поэтому иногда будешь приезжать сюда, когда мне надо будет работать.

– Мари. Я не могу. У меня проект горит. Как я буду добираться до работы?

– Точно так же, как и раньше. Можешь взять с собой свою…

Я не знала, как назвать её. Даже имени. В его телефоне она была записана, как Вадим Денисович до того, как всё раскрылось.

– Бери, короче, своего Вадима Денисовича и приезжай через три дня сюда, – закончила я.

Видимо, напор мой был сильный. Или Майкл слишком сонный, но он согласился.

– Хорошо. На сколько ты уезжаешь?

– На три дня. И не трахаться на моей постели.

– Понятно. Не будем. Дети же.

Дети – не дети, а нам раньше это никак не мешало. Ну до того, как всё сошло на нет. Даже странно было слышать от него такое. Но ладно. Вникать во все мысли бывшего не хотелось. Я положила трубку и прилипла к экрану, пытаясь отыскать билеты и отель.

Ближе к Новому году всё стремительно раскупалось, номеров в гостинице, где я бронировала Стасу – уже не осталось, поэтому найти что-то оказалось крайне сложно. Я отрыла комнату в одном из хостелов Казани. Что такое хостел – не знала. Мы же даже не ездили почти никуда. Только друзья рассказывали. Но вот и попробую.

Через три дня я поняла, о чём идёт речь.

Хостел оказался хорошим. Современная мебель. Отдельная спальня. Душ, туалет и кухня общие, но это не пугало. Народ заселился весёлый. Всё больше молодёжь. И я… сорокалетняя тётка. Но мне здесь не для веселья жильё, а для сна, так что, кинув маленькую дорожную сумку, я быстро поспешила в отель Стаса. Там должна была проходить встреча.

На его гостиницу я не поскупилась. Заказала в центре. Роскошное здание, с большим холлом и услужливыми сотрудниками. Туда даже заходить страшно. Казалось, что я будто в лаптях на бал пришла. Но ничего. Золушки нынче уже не те. Да и не Золушка я вовсе.

Аккуратно прошмыгнув в ресторан, я увидела его фигуру. Он с кем-то беседовал. Как всегда, одет с иголочки: глаженные белоснежные рубашки, с модными ремнями на руках, дорогие штаны, начищенная обувь. Интересно, у него, наверное, есть прислуга, кто всем этим занимается. Ну, правильно. Так и положено королю. Причёска, ухоженные ногти, поставленный смех. Да. Он даже смеялся по-особенному. Будто долго тренировался это делать. Представила, как он перед зеркалом позёрничает, и улыбнулась.

Глава 11

– Мари, пришла, – нежно пророкотало у меня внутри.

Стоп. Это не внутри. Это уже он. Надо собраться.

– Да, все документы принесла. Вот ксерокопии. Здесь оригиналы.

– Хорошо. Спасибо. Присаживайся.

Я робко села на свободный стул. Он меня представил. Инвесторы были иностранные, поэтому весь разговор дальше проходил на английском. Стас бегло на нём говорил, даже без акцента. Видно, хорошая школа. Ко мне все быстро потеряли интерес и только обсуждали рабочие вопросы.

Я со скукой рассматривала обстановку гостиницы. Когда принесли завтрак, то с удовольствием его слопала. Именно так. Я чувствовала голод и утончённой быть не хотела. Всё же, роль принцессы уже пройдена давным-давно. И она мне не очень нравилась. Какая-то маскировка. Если я хочу есть, то не буду ограничиваться одним листиком салата, как многие томные барышни – запихну в себя сразу булку, и плевать на всё.

Мой аппетит явно подстегнул остальных, и они тоже с удовольствием принялись за еду.

– Мари – это ваше настоящее имя? – вдруг спросил кто-то из иностранцев.

– На самом деле меня зовут Маша. Мари… это как псевдоним.

– Красивое имя. А давно вы работаете со Станиславом?

– Совсем недавно. Мы случайно познакомились, и он взял меня на работу.

– Заинтересовали. Расскажите как?

Я почувствовала, как под столом меня пнул Стас, и улыбнулась:

– Это наш маленький секрет. Пусть он останется только с нами.

Иностранцы тоже заулыбались.

– У вас хороший английский, Мари. Где учились?

– В МГУ, – ответила я.

– У-у-у. Хороший университет. Мы о нём знаем. А какой факультет?

– Химический.

– Впечатляет, – произнёс Стас.

Я посмотрела на него и увидела неподдельное восхищение. Ну хоть кого-то очаровал мой пыльный диплом. А он что, даже резюме не читал? Просто взял из-за того, что сбил меня? Странный, конечно, начальник.

Дальше разговаривали о чём-то постороннем, общем: природе, погоде. Терпеть такую болтовню не могу, но никуда от неё не деться. Надо же поддерживать как-то беседу. Молчать ещё хуже.

После встречи Станислав отпустил меня и сказал прийти завтра вечером в ресторан отеля.

Оставшийся день и следующий я могла провести, гуляя по городу.

Это непередаваемо. Столько счастья и радости я давно не испытывала. Свобода, лёгкость. Хочу – иду в магазин, хочу – в кафе, хочу – брожу по улицам. Когда ещё у многодетной мамы есть столько времени на себя? Такие, как мы, и не живут вовсе. Просто растворяются в детях, забывая, что есть позабытое «я». И это «я» сегодня отрывалось.

Красивые улочки, сказочные виды. Я ходила и наслаждалась. Даже успела покататься на каком-то катке. Правда, держась за бортик, поскольку ноги разъезжались. Нет. Каток определённо не моё. Падать больно, а катиться страшно. Это в фильмах всё кажется романтичным, на деле же холодно и боязно.

В одном кафе заказала себе глинтвейн. Как давно я его не пила. Можно сказать, вечность. В прошлой жизни. В голову сразу ударили пряные пары, горло слегка обожгло. Вот она… сказка для многодетной мамы, а не всякие там принцы, кони. От них рождаются дети, а потом сидишь и грезишь только о таких моментах.

Почему мы с Майклом никуда не ездили? Наверное, потому, что ему не хотелось. А я слишком была уставшей, чтобы всех собирать и уговаривать. Да и денег всегда жалко. Неделю отдохнёшь, потом снова копишь на очередной отпуск. И так по кругу. Уж лучше что-то в дом купить, ремонт сделать. А ведь мы даже это пережили.

Ремонт. Это почти как битва титанов, когда в строительном стоишь посередине и ругаешься на тему того, какие обои поклеить. Всё это стало так далеко и неважно теперь – всё в итоге подрал кот.

И почему я снова думала о Майкле? И имя у него такое чудно́е. Единственная необычная вещь в нём. В остальном, обычный мужик. Таких много. Даже странно, что на него положила глаз большегрудая женщина. Видать, у всех проблемы с мужиками.

Вот Стас – он необычный. Но и девиц наверняка вокруг него тьма. Лучше даже не связываться с таким. Потом все ногти отгрызёшь.

– Мари, что вы тут делаете? – услышала я знакомый рокот начальника.

Он прошёлся по всем внутренностям, вызвав столп мурашек.

Казань действительно маленькая, раз мы смогли найтись в ней даже не сговариваясь.

– Глинтвейн пью. – Я подняла красивую кружку и встретилась со взглядом тёмных глаз.

И то ли меня уже унесло от мягкого спиртного, то ли из-за лирического настроения, но я помчалась прямиком в пропасть.

– Можно к вам?

С одной стороны, нет, конечно же. Дай мне спокойно посидеть в одиночестве. Я всю жизнь об этом мечтала. А с другой, появилось какое-то искреннее желание сигануть с моста в обрыв. Какой обрыв? Мы же даже и не знакомы толком. Да и я точно не в его вкусе. Но почему бы не посмотреть меню, если ты на диете?

– Конечно же. Присаживайтесь.

Стас развязал белый шарф, снял перчатки и повесил пальто на вешалку. Конечное же. У него есть перчатки. И они строго подходят этому шарфу. Никак иначе. Видимо, комплект из одной коллекции Гуччи или Армани. Да фиг с ним.

Я отвернулась к окну, пока он делал заказ. Слишком много что-то его стало в моей жизни. И это добавляло волнения. Рядом с красивыми и уверенными мужчинами всегда его чувствуешь.

– Ты удивила меня вчера, – ослепил он белоснежной улыбкой. – Так бегло говоришь на английском. Не знал, что ты химик.

– Я мать троих детей. Мой диплом давно зарос где-то на полках.

– Жаль, что пропало такое образование.

– А мне-то как жаль.

Ему тоже принесли глинтвейн. И ещё две тарелки с кусочками апельсинового пирога.

– Попробуй. Это безумно вкусно. Я, когда здесь бываю, всегда захожу в это кафе. Они делают невероятные пирожные.

Что ж. Меня на еду долго можно не уговаривать. Я ловко подхватила ложку и быстро съела свой кусок. Действительно, потрясающе. Так тонко, с горчинкой.

Вероятно, моё лицо было красноречивым.

– Я же говорил, – засмеялся Стас.

– А где вы учились?

– В Америке. Я там несколько лет прожил.

Теперь всё понятно. Значит, родители хорошо позаботились о его образовании. Много вложили. Ребёнок, с серебряной ложкой. Вот откуда эти королевские замашки. Любитель указов и распоряжений. В постели тоже приказывает? Хотя… там-то как раз это даже сексуально.

– Мне всегда интересно, о чём ты думаешь, Мари. У тебя будто мысли скачут в голове, но ты никому их не раскрываешь.

– Так и есть. Я много о чём думаю. Даже иногда разговариваю сама с собой.

– Это лечится? – засмеялся он.

– Наверное. Не знаю. Может, и лечится. Но могу я тоже спросить?

– Конечно.

– Почему вам так интересно знать, о чём я думаю?

– Просто я таких ещё не встречал. Ты необычная. В одну секунду хмуришься, потом улыбаешься. Ты не стесняешься ничего. Кажется, что ты открытая, но в тебе много тайн.

– Может, у меня шизофрения.

Он расхохотался. Да так заливисто, что я тоже улыбнулась.

– Если бы все шизофреники были бы такими милыми, то, наверное, это не лечили.

Я на секунду замерла, плавая в волнах его вибраций. По-другому не описать. Как будто тебя чем-то обволакивает… сладким, но в этой сладости есть какой-то яд. И он маскируется, его не сразу можно обнаружить.

– Сколько вам лет, Стас? – наконец ожила я.

Надо ж с этим как-то бороться. Для меня все эти маскулинные потоки опасны. Я же даже не замечу, как меня слопают. Доверчивая… и глупая. Ничего не смыслю в любовных делах. Последний раз флиртовала двадцать лет назад. Там, наверное, всё уже пылью поросло.

– Сорок пять.

– Вы ни разу не были женаты?

– Был помолвлен. Это считается?

Я хмыкнула. Хоть он и старше, но видно, что ещё ребёнок. Его не успела побить семейная жизнь. Но психолог из меня никудышный. Да и что толку копаться в душе этого бога любви? Мне ж не достанется ничего. А вот если бы досталось?

От этой мысли даже сердечко быстрее забилось и дышать стало тяжелее.

Во всём виноват чёртов глинтвейн.

– Вот и сейчас. Ты задумалась. О чём?

– Да так… Ерунда. Даже не пытайтесь влезть в мою голову. Там можно неожиданно наткнуться на единорогов.

Стас снова рассмеялся. Кажется, ему нравилось общаться со мной. Видать, многодетность добавляет юмора и загадочности.

– А ещё, у тебя потрясающие глаза.

Он это сказал с каким-то томным придыханием.

«Ну, нет. На меня это не действует. Тренируйся на глупеньких модельках», – хотела бы я сказать себе, но… чёрт. Соврала бы!

– Станислав Олегович, – прыснула я немножко пьяно. Надо держаться до последнего. – Вот серьёзно? Вы же взрослый мужчина. Действительно думаете, что женщины на такое покупаются?

– Разве нет? – Он придвинулся поближе.

Твою ж…

– Только совсем молоденькие или ветреные, – промямлила я до того неуверенным голосом, что в его глазах, кажется, заплясали бесы.

– Вот поэтому ты мне нравишься. Такую прямолинейность встретишь нечасто.

Стас вальяжно откинулся на стуле. Ну, хоть вздохнуть можно. А то воздух наэлектризовался.

– Знаешь, – продолжил он. – Ты красивая женщина.

Я театрально закатила глаза и вскинула руки вверх. А вот это уже чистая ложь, и она меня немного отрезвила.

– Нет-нет. Не смейся. Просто ты не умеешь получать комплименты. У тебя много достоинств, которые ты лихо обесцениваешь и не даёшь никому вознести себя. Словно специально прибиваешь себя к полу.

– Вы это поняли только по одному разговору?

– Я почти месяц следил за тобой. Ты усердна, старательна, уделяешь много внимания деталям. У тебя трое детей, но ты всё равно справляешься. Многие сотрудники хвалят тебя за скорость. Ты быстро вникаешь и можешь хорошо маневрировать в стрессовой ситуации.

Когда он успел всё это проследить? Он же в кабинете целыми днями торчал.

– Я смотрю за всеми работниками. У меня даже есть свой тайный список, куда я записываю все баллы.

– Вы ещё и оценки нам ставите?

– Всё так.

– Чувствую, будто снова в школу попала. И какая же оценка у меня?

– Четыре.

– Так нахваливали и до сих пор четыре?

– Ну, с одеждой ты пока так ничего и не решила.

Я откинулась на стуле. Опять эта тема. Аж начало внутри булькать и кипеть. Опустила глаза, чтобы не показывать злость.

Но он быстро схватил мою руку.

– Мари. Посмотри на меня.

Стыд-то какой. Ещё и взглянуть надо. Действительно, как в школе. Все страхи разом ворвались в мою жизнь. По телу пробежала дрожь.

Глава 12

– Мари.

Я не хотела. Зачем он насиловал меня этим? Разве не понимал, что создаёт дикую неловкость?

– Женщина! Посмотри. Мне. В глаза!

Ишь расприказывался. А вот нет. Я маханула в себя до конца глинтвейн. Пока пила, уставилась куда-то вбок.

Но он перехватил стакан, а потом взял меня за подбородок. В его глазах не было жалости или насмешки. Того, чего я боялась. Он смотрел почти грозно, что-то щёлкало у него в голове, какие-то мыслишки.

А я вся пылала. Точнее, мой подбородок пылал, к которому прикасались его длинные пальцы.

Да чёрт. Что за фигня?

В мозгах Стаса что-то дощёлкало и он издал новый указ:

– Ты сейчас пойдёшь со мной и без разговоров.

Мой немного хмельной мозг заставил расплыться в дурацкой улыбке. Не. Ситуация абсурдная. У меня появилась фея-крёстная и, кажется, мне скоро сошьют платьишко.

– Шмотки будете мне покупать, Станислав Олегович?

– Пойдём!

Мужчина схватил за локоть и потащил на выход, попутно одевая меня и себя.

– Какой вы благородный спасатель мамок в декрете.

– Сегодня вечером важная встреча. Мы не должны упасть в грязь лицом.

Я резко затормозила.

– Так, значит, ещё и тыкву подгоните?

– Да идём уже, женщина! Что в твоей голове?

Сопротивляться бесполезно. Но мой рот не закрывался.

– А мыши будут? Ну или хотя бы кони? Да, я бы и на осликов согласилась. Они милые. Знаете, там ещё поцелуй был в конце.

Тут же осеклась. А Стас остановился и как-то странно на меня посмотрел, облизал взглядом лицо и спустился к губам. Мы замерли на мгновение.

Или мне так показалось? Чего только не выдумает немного пьяненький мозг.

Стас отвернулся, поднял руку, тут же поймал такси и запихнул меня на заднее сиденье, сам тоже залез. Как только он продиктовал адрес, я снова пристала. Я вообще без тормозов, когда немного под градусом.

– Станислав Олегович, а вы меня собрались в Армани одевать? Боюсь, там на мои размеры ничего не шьют. – Изнутри вырвался глупый смешок. – Можем завернуть в магазин для толстых, для беременных тоже подойдёт.

Он всё слушал с каким-то тихим и холодным спокойствием, просто смотрел прямо, давая мне возможность разглядывать его красивый профиль.

– А что я после этого должна буду для вас сделать? Знайте, на интим услуги я…

Стас резко повернулся и закрыл мне рот ладонью.

– Тебе пить нельзя. Ты такую дурь несёшь.

Тепло его руки въедалось в кожу и заставляло её плавиться. Всего секунду мы смотрели друг другу в глаза, и я падала. Вниз. В яму несбыточных соблазнов.

Он рваными движениями убрал руку, поняв, что это как-то слишком, и опустил взгляд.

– Хотел ещё спросить: ты где остановилась?

– В хостеле, – пожала я плечами и снова получила горячую порцию смолы его взгляда.

– Какой. На хрен. Хостел? – почти прорычал он.

Явно разозлился, но почему?

– Мест нигде не было. Скоро праздники.

– Твою мать!

Стас залез в телефон и что-то там пролистал. Откинул голову, прикидывая неведомые мне варианты.

Вдруг вспомнилось видео, где кот долго готовится к прыжку, так же туго соображает, а потом колбасой летит вниз. От подобных мыслей я усмехнулась и, чтобы не смущать думающего начальника, отвернулась к окну.

– Что опять в твоей голове? – услышала я прямо у своего уха и замерла. Как мышь.

Да твою ж налево. Чего тебе от меня надо? Почему так близко?

Я повернулась. Ну а что? Если он хочет странных игр, пожалуйста.

Наши носы едва ли не соприкасались.

А если… ну а вдруг.

На секунду, буквально на миг я опустила взгляд к его губам. И так мне захотелось приблизиться.

Но в это же мгновение я осознала, как выгляжу на его фоне: нелепая шапка, пуховик, из макияжа только тушь и красные от мороза толстые щёки. А может, не от мороза.

Лирическое настроение пропало, как и дурман алкоголя. Я слегка отодвинула Стаса локтем, делая вид, что поправляю шапку.

И мужчина откинулся на сиденье, но я чувствовала, что продолжает смотреть.

– У меня огромный номер. После магазина с тобой не смогу пойти, но возьми свои вещи, переедешь ко мне.

– Да вы что? – дёрнулась я от карточки номера, которую он впихнул. – Это за шмотки? Тогда, может, не поедем? Я натурой не расплачиваюсь.

Стас расхохотался. Да. Действительно, смешно. Он и я. Мой мозг что-то домысливает сам, а я никак не могу это вовремя переварить.

– Всё. Бери. Без разговоров. У меня есть вторая комната. Не хочу, чтобы потом говорили, что я сам в хоромах, а сотрудников в клоповники селю.

– А если будут сплетничать, что мы с вами спим? – прямо посмотрела я на мужчину, и улыбка медленно стала сползать с его губ, взгляд стал серьёзным.

– Чушь не мели. И языком не трепли.

– Слушаюсь и повинуюсь.

Действительно. Чего это я? В фильмах никогда с принцами не видела толстых и низеньких принцесс. Чёрт. Надо уже перестать ныть и розгами погнать себя в спортзал. Ведь есть же у нас. Буду приходить поздно, когда никого нет.

Пять минут, и мы доехали до нужного места, почти за рукав Стас втащил меня в какой-то брендовый магазин. Там его облизали похотливо-сладким взглядом, меня же презрением. Удивительно, как ты можешь почувствовать себя жалкой даже без слов. Но ничего. Раз босс хочет рядом с собой нарядную куклу, пусть одевает. Я не против.

Уже через час меня со шмотками утрамбовали в такси и проинструктировали, как и куда ехать. Интересно получается, что теперь мы как будто поменялись местами, и это он мой помощник, а я его начальник.

Остаток дня я провела в переезде.

Номер Станислава Олеговича оказался большим. Не для простых смертных. Я такие по телеку видела, но даже на экскурсию никогда не заходила. Поэтому когда осталась одна с чемоданом и пакетами, то немного растерялась.

А вид тут какой… Я вышла на небольшой балкончик и вдохнула зимнего воздуха. Сказка. Вот какая жизнь у богатых. И плакать в норковой шубе, смотря на такой вид, однозначно лучше, чем рыдать где-то в туалете с отваливающейся плиткой.

Немного порефлексировав на роскошную жизнь, я приступила к своему преображению. Ведь мне почти сорок. Уже немолода. И надо ещё вспомнить, как это делается. Ту же самую стрелку нарисовать, наверное, выйдет не с первого раза. Но ничего. Вспомню.

Глава 13

Стас

Как странно. У меня, чёрт подери, стучало сердце от этой женщины. Особенно когда приближался к ней. Хотелось потрогать её, помять, покусать. Всегда думал, что мне нравится определённый тип девушек: стройные, высокие, с укладкой и макияжем, обязательно чтобы была упругая задница.

Но сегодня, когда мы ехали в машине, у меня снесло крышу. Эти румяные щёчки хотелось поцеловать, отогреть ручки, а взгляд… я пропадал в этой глубокой синеве. Я желал её. Желал её всю. Целиком. Мой котелок горел, а внизу…

Пожар полыхал сильнее, чем при виде обнажённой красотки.

Твою мать. Это моя секретарша. У неё трое детей. И она не двадцатилетняя дурочка.

Но именно это и подкупало. Я понял, что уже давно на неё засматриваюсь. Просто гнал эти мысли. Не до них. Не до того, чтобы покопаться в себе и понять всю суть. Мари не такая, как все. Она яркая, живая, смешная, всё время в её маленькой головке крутятся шальные мысли. И мне хотелось узнать эту женщину. Впервые такой интерес. До этого я желал, только чтобы мне не трахали мой мозг, а занимались лишь паховой зоной. Но не с ней.

До одури было приятно просто посидеть где-то с Мари и поболтать. Легко и непринуждённо. Именно так я ощущал себя, когда она находилась рядом.

И сейчас, даже на встрече, я всё размышлял об этой женщине.

– Так что… подписываем?

– Да-да, – встрепенулся я, посмотрев на ещё одного инвестора.

Такие важные переговоры, причём уже вторые за сутки, а я витал где-то в облаках. В мягкости Мари и грёзах о её теле, душе, сладких стонах.

Чёрт! Я хотел их услышать. Сжать мягкие булочки и чтобы она вскрикнула.

Дёрнув головой, я попытался избавиться от навязчивых грёз. То ли настроение такое… предновогоднее, то ли ведьма как-то околдовала меня. Ну вот не могло так получиться. И как помощник Мари прекрасна, и как женщина. А мне впервые в жизни самому хотелось осыпать бабу подарками, цветами, айфонами. Просто потому, что это она, потому что тянуло к ней со звериной силой, да так, что ломило внизу и стягивало в жёсткий узел.

Ближе к вечеру я планировал заскочить в номер, помыться и поехать с Мари на ужин, но когда вошёл в комнату, то обомлел.

Передо мной стояла прекрасная богиня. Булочка. Сладкий пирожок. Она завершала свой образ, прицепляя серёжки. А я захлёбывался слюной, всё во мне клокотало. А мозг судорожно пытался включиться и вспомнить: мужа нет, парня нет, трое детей не помеха.

Стопоры рушились на глазах.

– Мне ещё минутка.

Чёрное платье оголяло плечи. И я мечтал впиться в них. Прямо сейчас. А руки почти уже чувствовали мягкость нежного тела.

– Мне… мне надо помыться, – сглотнул я и быстрыми шагами прошёл в ванную.

Потому что ещё секунда и я бы набросился на неё. Клянусь богом, разложил бы прямо на полу и сожрал. Именно так. Я себя сейчас плохо контролировал.

Наверное, поэтому ни одна женщина ни разу не вызывала во мне ничего подобного. Думал, что люблю огурцы, а на самом деле я поклонник сладких тортиков.

Чёрт! Чёрт! А ведь сегодня я выпью. И уже всё. Если не спрячется, её проблема.

Я почти ударил себя по щеке, чтобы избавиться от наваждения. Упёрся руками на раковину и дышал. Долго. Протяжно. Пытаясь восстановить потерянный дзен.

Да какой, к херам, дзен? Просто сошёл с ума от своей секретарши. Делов-то?

Мылся я под холодным душем. Прямо под ледяным, чтобы остудить всё, что горело и плавилось. Помогло. Но не сильно.

Сразу, как только увидел её удивлённое личико снова, у меня встал.

Да не может быть, блядь! Это что за херня?

Я заперся в комнате и долго гуглил, как избавиться от перманентного стояка. Сука, никак! Вытрахать его только!

Со стоном я рухнул на кровать. Казань на меня странно действовала. Тут вроде и работа, а всё равно чувство отдыха. Того отдыха, что я не позволял себе почти никогда. В офисе всё во мне собрано, и я могу держать на цепи любую эмоцию. Но почему-то здесь это оказалось невозможно.

Дьявол!

Я потёр переносицу. Ещё два дня. И я притащил её к себе.

Поэтому у меня два варианта: уехать отсюда в хостел самому или трахнуть её.

Выбираю второй.

Но позже. После ужина.

И как только я это решил, меня отпустило. Сердце стало биться спокойней. Правда, это временное затишье. Если я не осуществлю то, что задумал – мне вернётся стократно. И я это знал.

Быстро одевшись, я вышел в гостиную. Мари стояла у балконной двери и смотрела на ночной город. Приглушённый свет делал её ещё более соблазнительной и лакомой.