Код АННА

Нам принесли заказ, и мы принялись есть. Мой взгляд то и дело возвращался к Полине. Чем – то она меня зацепила, все внутри сжалось в волнении при ее появлении. А Полина между тем, сделав заказ, все писала кому – то в телефоне. Невидимый собеседник отвечал, она читала, и хмурилась все сильнее. Вдруг вскочила и походкой от бедра прошествовала к выходу из зала, в коридор ведущий в дамские комнаты.

Я припустилась следом, дав знак Лариске оставаться на месте.

Девушка прошла по коридору и свернула на лестницу. Я, скинув с ног высокие каблуки метнулась за ней, и едва преодолев три пролета, увидела, как дальше по коридору закрылась дверь.

– Я хочу знать, когда он появится? – Капризно вскричала Полина, а я распласталась на двери, не забыв осмотреться на предмет камер.

– Тебе велено сидеть и ждать! – Раздался грубый сиплый голос в ответ. – Ты за коим хером сюда приперлась? Я не стану прикрывать твою шкуру, так и знай, если хоть кто – то догадается что ты переметнулась. – злобно просипел мужчина.

– Станешь, как миленький. Мой отец всех вас за яйца держит, так что он быстро обо всем догадается. – Нагло проговорила Полька.

– А если твой папаша узнает кто у него спер письма? – Усмехнулся, и уже другим тоном ответил Польке голос. Очевидно все – таки папаша держит их на коротком поводке.

– А потом сперли у меня, – отрезала Полька. – Не твоя ли работа?

– Да пошла, ты, – тихо проговорил, – где ты трепалась, там и ищи. У вас у баб не язык, а помело.

– Мне кажется, у нас крот. Поэтому я хочу знать где он, и когда приедет.

– Мне не докладывают, а о том, где он, не знает вообще никто. Может сидит в баре, под видом какого – нибудь придурка, или на другом конце света. Хер его знает. Нам остается только ждать.

– Он обещал мне, – жалобно проскулила Полька.

– Дура. Ей Богу идиотка. Ты еще дело запори, из – за своих соплей. Он бабам так задвигает, они потом ищут его с собаками, а он и был таков. Ты что же уши тоже развесила? Мать твою, – выругался мужчина. – Я собственноручно удавлю тебя, если запорешь все ясно? И твой папаша тебя не спасет…– Пошла отсюда, и забудь сюда дорогу! Сиди и жди, как собака! – Рявкнул злобно, а я поспешила нырнуть в нишу, за бархатную штору так как Полина зашагала к двери.

Она, глядя себе под ноги прошла мимо и скрылась на лестнице, я облегченно выдохнула, и тогда вдруг осознала, что в проклятой нише нахожусь не одна… По затылку, вдоль обнаженной спины сползли колкие иголки, и сердце оборвалось в груди. Я напряглась, когда моей шеи коснулась сталь, а сзади раздался хриплый шепот с ленцой.

– Плохая девочка...

Глава 6

Дыхание обрывается, и все что я слышу, это собственный грохот сердца в ушах, а он между тем, что – то горячо шептал. Его дыхание обжигало область шеи, и ознобом ползло вниз. Оно пахло запахом сигарет, и дорогим парфюмом, слишком знакомым, слишком душераздирающим. Пытаюсь повернуть голову, но лезвие только сильнее впилось в кожу.

– Не стоит, моя красавица… Тебе не говорили, что подслушивать не хорошо? – Иронично тянет, а я готова поклясться, что он улыбается.

— Это не то, что вы подумали, – брякнула первое, что пришло в голову, затем поняла, как это выглядит, и залилась краской.

– Конечно, как же еще. – Ухмыльнулся, все так же шепотом.

– Звучит так себе, – согласилась я. – А вы, стало быть, заблудились, и случайно забрели сюда?

Он тихо засмеялся, а меня, словно, в солнечное сплетение ударили.

— Это ты? – Осевшим голосом спросила я, чувствуя, ка предательски дрогнуло сердце, ухватившись за выступ стены.

– А кто еще? Я, конечно. – Хрипло просипел он. Его рука легонько сжала грудь, и я шумно вздохнула, чувствуя, как под ногами зашатался пол. Его губы легонько коснулись шеи, он глубоко втянул в себя мой запах.

Рука на моей груди сжалась сильнее, затем он медленно, будто с усилием, ее разжал.

– Иди, и не оборачивайся… – Шепнул в самое ухо, а я мгновенно покрылась мурашками. Мне до судорог нужно было увидеть его лицо, и хоть внутренний голос уже верещал во всю, о том, что надо уносить ноги, я не решалась сделать шаг.

– Если сейчас не уйдешь, я отымею тебя прямо здесь. – Прошипел он, с силой сжимая мою ладонь. Я опустила взгляд и увидела широкую крепкую, слегка мозолистую ладонь. Рукав черной куртки из мягкой кожи, и серебряную молнию на запястье с тыльной стороны.

Стыдно признаться, но его предложение совсем не вызвало страха, вся его аура буквально пронизывала его сексуальностью и когда я уже мысленно почти согласилась на постыдное предложение, по спине скользнул холодок. Я осторожно обернулась, я увидела только его силуэт. Он стаял в темноте, между колоннами, на лестнице, ведущей куда – то вниз. С опозданием, я поняла, что это не ниша, а очевидно, запасной выход.

Он смотрела на меня, а я видела только его внушительную фигуру, одетую во все черное.

Отсалютовав мне, он исчез.

Я стояла, не в силах сделать ни шага. По коридору послышались шаги, и я поспешно переместилась за колонну. Мимо меня прошел охранник, разговаривая с кем – то по рации, дождавшись пока он войдет в кабинет, я припустилась вниз. Заглянула в дамскую комнату и увидела свое отражение. Щеки раскраснелись, глаза заблестели, красота в сверкающем виде. Вот что делает мужчина с женщиной, вздохнула я, припомнив его наглую руку и горячий шепот, раскраснелась еще больше. Мне срочно нужен мужчина, вынесла я себе вердикт.

Лариска изнывала от нетерпения, разве что не ерзала на стуле, гипнотизируя дверной проем. Когда я в нем появилась выдохнула с облегчением.

– Где тебя носит, черт возьми? – Гаркнула она, как только я устроилась напротив, – я два раза поднималась по лестнице, ты как в воду канула. Еще минуту, я бы здесь всех на уши подняла. Ох, – подруга отпила воды со стакана, который ей успел принести официант, – Едва Богу душу не отдала.

– Так я же для дела, – тоном лисы произнесла я, – между прочим, Полина ждет кое – кого, да так сильно, что разругалась со своим оппонентом, жаль я его не видела. И письма, наш Палыч по всей видимости у нее свистнул, – шепотом поведала я подруге, косясь по сторонам. – Во всяком случае, они об этом говорили. Полина сперла их у своего папаши.

Лицо Лариски вытянулось.

– Ну надо же, – воскликнула Ларка, а я поспешно шикнула на нее. Не хватало еще, чтобы кто – то чрезмерно ушастый нас услышал. – Чую, дело намного серьезнее, раз свекор Хряка замешан. И что же, может быть, в этих письмах? И какой дурак их отправил, в век интернета и электронной почты.

– Наверное тот, кто не доверял электронной почте, или не пользовался интернетом вообще.

– Интересно, – вскинулась Лариска, – а все ли серверы можно взломать? Ну может быть наш адресат опасался, что его письмо перехватят?

– Не знаю, Лариска. Не нравиться мне это. Знать бы еще во что мы вляпались с тобой. Эти письма не так уж и просты.

— Это точно, – загрустила Лариска, – раз Палыча из – за них пришили.

– Думаешь из – за них?

– Получается так. Если Полина стянула их у папаши, а у нее Палыч, тогда может быть это папаша и пришил его? – С надеждой спросила подруга.

– Как раз это нам и предстоит выяснить.

– Подожди, ты что же, собралась убийцу Палыча искать? – Снова вытянулось ее лицо, и зеленые глазищи распахнулись еще больше. – Нет, Анька, не ровен час, еще выйти на него, тогда головы нам не сносить.

– Если мы найдем письма, то поймем, зачем убили Палыча, и соответственно кто. Глупо, конечно, искать убийцу своими силами. И опасно, в этом ты права.

В подтверждение моих слов в дверях возник кин конг, то есть Борька, стрельнув маленькими глазками в нашу сторону, устроился возле окна, лицом к нам.

Мы с Лариской быстро переглянулись.

– Этот что здесь делает? – Шепотом воскликнула подруга, а я не могла отвести глаз от ненавистного Борьки. Его глумливая улыбка растянула губы, а на скатерть закапала слюна.

– Его нам только и не хватало, – вот здесь я была солидарна с Лариской.

— Вот что, давай сматываться отсюда.

Расплатившись, мы проследовали к выходу, и тут же Борька снялся и припустился за нами.

Не успели мы вызвать такси, как Борька притормозил возле нас на белом Ленд Крузере, и мы с Ларкой дружно присвистнули. Борька перегнулся и распахнул дверь, приглашая в машину. Мы с Лариской снова переглянулись, но решили все же воспользоваться его вежливостью, если это можно было так назвать.

– Ты что же, за нами следил? – Спросила грозно Лариска, Борька гикнул и скосил на меня маленькие Глазки.

– За Анькой? – Ахнула Лариска, я исступленно прикрыла глаза. – Ничто не чуждо нашему уродцу. – Горячо зашептала Лариска, – это нам на руку.

–Что именно? – Начала злиться я.

– Как что? Нужно иметь своего человека в рядах недругов, глядишь, мы сможем Борьку на свою сторону переманить. Тебе только и нужно, томно вздыхать почаще, да миленько улыбаться. От тебя не убудет, а нам польза для дела.

– А ну он воодушевиться моими вздохами да улыбками, и перейдет к решительным действиям? Ты руки его видела? Мне ни в жизнь не отбиться от него. – Не менее горячо шептала я, стараясь, чтобы ненавистный Борька ничего не услышал.

– Анька, ты что слепая? Ты точно кисейная барышня своей тезки. Кто ж тебя нахрапом – то? Есть в тебе нечто такое, что заставляет в мужиках пробуждаться самое лучшее что в них есть, даже то, о чем они сами не догадываются. Вон даже твой бывший муженек, известный разведчик и тот пал замертво от твоих чар, что говорить про Борьку.

– Не напоминай мне о нем. Тебе не хуже меня известно, для чего он на мне женился, чтоб ему пусто было.

– Да, он клюнул на байки твоего отца о твоих дворянских корнях. – Кивнула Лариска. – Но он мог кого угодно захомутать, а он тебя выбрал.

– Ему нужно было подобраться к Радову, вот и все. А кто угодно с ним за одним столом не сидел. И потом, если бы он, как ты выразилась, пал замертво от моих чар, зачем же он тогда бросил меня и исчез? Не так и сильны оказывается мои чары, так что насчет Борьки – вилами по воде...

Наш спор прервал Борька, обернувшись и горячо глянув на меня. От этого взгляда у меня на спине выступил ледяной пот. Оказывается, мы уже давно приехали, и стояли на месте.

– Черте, что! – Лариска распахнула дверь, и с трудом выбралась. Я последовала ее примеру, а Борька прогундосил.

– Завтра в девять.

Что сие означало, я не поняла, и поспешила закрыть двери, чтобы не видеть его красноречивого взгляда.

– Не хило его приложило, – поднимаясь по лестнице произнесла подруга, глядя в окно на лестничном пролете. Борька вышел из машины, и подняв голову уставился на наши окна. – Ромео, мать его.

– Не нравиться мне это, Ларка.

– Куда уж тут понравиться. Но, ты, Анют, не руби с плеча. – Подхалимски произнесла она. – Никогда не знаешь, кто подставит дружественное плечо. Вдруг это будет Борис?

Я тяжко вздохнула, и она припустилась быстрее. Отчасти Лариска права. Непонятно, куда мы вляпались, а Борька производил впечатление. Завтра заставлю себя быть с ним теплее, даже мило улыбнуться, пообещала я себе.

Распахнув дверь квартиры, мы прошли внутрь, строя коварные планы, когда вдруг все во мне натянулось, и внутри заклокотала тревога. Я замерла, а Лариска вытаращила и без того огромные глаза.

– Ты чего?

Я прошла в комнату, холодея и зажгла свет. Никого, но чувство было такое, будто чье – то присутствие еще витало в комнате.

Аромат.

– Какой аромат, – встрепенулась Лариска, и я поняла, что сказала это вслух. Сегодня я уже определенно его чувствовала.

– Караул! – Закричала Лариска, а у меня душа в пятки упала, когда я проследила за его взглядом.

Портрет Алекса пропал…

Глава 7

– Он был здесь…

– Кто? – Вскинулась Лариска.

– Тот тип из ресторана.

– Какой еще тип, ты кого – то видела там? – Испуганно прошептала Лариска.

– Ну, не сказать, чтобы видела…

– То есть, ты его не видела?

– Не совсем…

– Ты меня с ума сведешь! – Гаркнула Лариска, я аж на месте подпрыгнула.

– Он… Как бы это сказать…Не дал на себя посмотреть.

– О, Господи, Анька! Этот тип не хотел, чтобы ты его видела? – Запричитала она.

– Точно… И совершенно точно, он был здесь.

– И зачем ему понадобился портрет твоего мужа? – Голос Лариски взлетел вверх.

– Понятия не имею, но он определенно знал, кто я. Иначе бы не пришел сюда.

– Или же впечатлился твоей красотой, и решил разузнать побольше о тебе.

– И забрал портрет Алекса? – Иронично произнесла я.

– Ну да, зачем ему портрет твоего мужа в таком случае.

– А может, – подпрыгнула я на месте, – он знал Алекса в лицо? От того и забрал его?

– Зачем он ему, если он знал его в лицо, Анька? – Лариска, скинув пиджак, меряла комнату шагами, задумчиво глядя себе под ноги.

Я прошла на кухню, достав из холодильника коньяк, разлила по рюмкам. Лариска, последовавшая за мной, благодарно кивнула. Моим нервам нужен был антистресс, и я залпом опрокинула рюмку и тут же налила вторую.

– Ты чего это? – Лариска замерла с рюмкой в руке.

– Недоброе предчувствие. – Опрокинула вторую, и уставилась перед собой. – Если до нас добрались, значит дело плохо, и тут уж не угадаешь, кто предпочтительнее – Борька, или наш посетитель.

– Ты же его не видела, почем знаешь?

– Я его чувствовала Лариска, аж кожа заледенела. Ох, и вляпались мы, не сносить нам головы. – С грустью вынесла я вердикт, наливая третью рюмку.

– Надо звать Борьку! Неровен час, еще кого – то принесет!

– Черт его знает, Ларис! За полночь уже, давай спать. Думаю, эту ночь мы переживем, а завтра решим насчет Борьки!

Но вопреки самой себе, уже лежа в постели, я мысленно гадала, кто был в моей квартире, и зачем ему понадобился портрет мужа. Бывшего, мысленно поправилась я. Нечего себе врать, тот человек всколыхнул что – то во мне, исконно женское, и все мое естество потянулось к мужчине, которого я даже не видела? Вот что за напасть? А вдруг он уродлив, до безобразия, как ненавистный Борька, а я навыдумывала себе невесть чего, и бессовестно, разве что не потекла ему на руки. Нееет, шептал внутренний голос, этот мужчина был невыносимо самоуверен, его аура словно вакуумным колпаком накрыла меня, и влезла во внутрь, заставляя почувствовать в нем самца. Такие просто не могут быть безобразными. Они красивы особенной красотой, как… Мысленно одернула себя, отвесив оплеуху. Мои мысли то и дело скатывались к Алексу, а о нем я запретила себе думать. Слишком рваный след он оставил в моей душе. Там до сих пор дыра размером с Марианскую впадину, и где – то там на самом дне этой бездны, под толстым слоем ила замерло мое принятие того, что произошло.

Утром мы с Лариской отправились позавтракать в кафе, и заодно запастись продуктами. В холодильнике было шаром покати. Выбрали торговый центр на объездной, рядом с офисным кварталом. В двух кварталах находилась Ларискина редакция, от того при виде бывших коллег, обедающих, на первом этаже, в ресторане, она кисло морщилась и отводила взгляд.

– Что – то ты не больно приветлива с коллегами, – усмехнулась я.

– Бывшими, Аня, бывшими. И с чего бы это мне пред ними бисер метать? Обойдутся. Поди злорадствуют. Вон харя Алисы – крысы сияет, как медный самовар, начищенный до блеска.

– Ее можно понять, попасть на первую строку рейтинга, выдающихся писателей, можно и посиять. – Поддела я Лариску, ты только скрипнула зубами. – Ладно, не кипятись, пусть ликуют, ты еще непременно окажешься в списке первых, иначе и быть не может, ты же талант! – Лариска заметно подобрела.

Подошел официант, и мы сделали заказ.

В дверях зала показался маленький пухлый человек, быстро окинул взглядом зал, заметил Лариску и радостно засиял, припустился к нашему столику, она хмуро свела брови на переносице.

– Черт, теперь не отвяжется. – На замерший, на кончике языка вопрос, Ларка только досадливо махнула рукой.

– Лариса Леонидовна, какая встреча, – принялся жеманно целовать Ларискины руки, то краснея, то бледнея поочередно.

Я же удостоилась лишь мимолетного взгляда.

– Знакомьтесь, Анна Каренина, – и видя, как взлетели тонкие брови мужчины, слега улыбнулась, – моя подруга, Петр Сергеевич, мой бывший коллега. Или просто Петруша, как мы его звали в редакции, редкий гений.

Перт Сергеевич быстро вытер выступивший на лбу пот белоснежным платочком, и нерешительно опустился напротив, полностью переключившись на Лариску.

– Я, признаться, не решился звонить вам, хотел лично встретиться, но… Заметив возле вашего подъезда того страшного человека, испугался, – начал Петр Сергеевич Масляников, а мы с подругой быстро переглянулись.

– Ты приходил ко мне? – Петруша, кивнул, и бросил внимательный взгляд по сторонам. – Зачем?

– Я… Я хотел с вами посоветоваться, я не знаю, что мне с этим делать? – Приглушенно взвизгнул Петруша, косясь на свой портфель. – Вы были бблизки с Хряковым, и …, – заикаясь, продолжил он, а мы впились в него взглядами. – Пусть лучше это будет у вас. Тем более Егор Палыч просил отослать это вам в случае чего. Я тогда не совсем его понял, а теперь, – он перешел на шепот, – он знал, что его убьют!

На последнем слове, он по – бабьи взвизгнул.

– Что там? – Тихо спросила Лариска, чуть кивнув в сторону портфеля, Петруша нервно заерзал.

– Тарабарщина.

Мы недоуменно посмотрели на него, он, снова промокнув потный лоб носовым платком, словно на что – то решаясь, сам себе кивнул, и обратился к подруге.

– Он пришел ко мне месяц назад, принес какие – то странные письма, и велел вписать их в рукопись Левцова. Я редактировал ее как раз.

– Зачем это? – Не удержала Лариска резонный вопрос, и я, соглашаясь, кивнула.

– Понятия не имею. Я побоялся задавать вопросы. Он так … Так смотрел на меня, что я едва в обморок не упал, под его диким взглядом. Он ходил возле у меня за спиной все время, пока я вписывал текст в рукопись Левцова. – Я заволновалась, казалось, он снова собрался рухнуть в обморок. – Затем, когда я закончил, он все проверил, задумчиво кивнул, и сказал в случае чего отдать это вам.

Он полез в портфель, доставая несколько листов рукописи.

– Я … Словом, когда Егор Палыч умер, я вернул все обратно. Я опасался, что тот, кто отправил его на тот свет явиться ко мне, или не дай бог к Левцову. У него только жена родила двойню…Эти листы сохранил, именно те, куда я вписал сам текст писем. Я их подчеркнул.

– Почему ты решил, что Палыча пришили из – за них? – Спросила Лариска, скорее для проформы, потому что взгляд ее жадно впился в вожделенные листы. Я признаться едва на месте могла усидеть от нетерпения. Рвение Лариски, я полностью разделяла.

– Он все бормотал что – то типа того, что лучше всего прятать вещь на виду, и все в таком же духе. И, он был очень напуган. Очень. – С опаской добавил Петруша, труся подбородком.

– Как выглядели те письма? – Подала я голос, и Петр Сергеевич вздрогнул всем телом, словно только сейчас меня заметив.

– Вот это то, и самое странное. – Шепотом произнес он.

– Там ничего не было, ровным слов ничего особенного. Я сперва даже решил, что Палыч совсем умом поехал. Вы сможете сами убедиться…– Взгляд его метнулся ко входу.

Вдруг в кафе вошли два молодых парня, один мелкий шустрый, другой высокий смазливый блондин. Последний мазнул взглядом по Петруше, и отвернулся. Лариска успела убрать листы в сумочку, но недобрый взгляд блондина тоже заметила, отчего злобно поджала губы.

– Мне пора… – Он вскочил, вытирая вспотевшие ладони прямо о светло – бежевые брюки, затравлено глядя на Лариску. – Мне кажется, за мной следят…

Схватив портфель, он бросился к выходу, на ходу вытирая пот со лба. Мы с Лариской с тревогой проводили его вслед. Двое парней, тут же снялись, и последовали к выходу.

Что – то отвратительное завибрировало внутри, и я посмотрела на нее.

– Дерьмо, – выругалась она, хватая сумочку. Мы бросились следом.

Выскочили на оживленный проспект, те двое как раз повернули к арке, то есть в парк. Мы побежали в ту сторону. Двести метров мы преодолели с огромным трудом, и к тому времени парк уже опустел.

– Ушли, – отдышавшись, выдавила я, но Лариска продолжала хмуриться, оглядываясь по сторонам. Быстро пошла вперед, доставая на ходу мобильник, набирая вызов. Припустилась вперед, я едва поспевала за ней, затем нырнула в кусты, и глухо вскрикнула.

Уже, предчувствуя самое худшее, я помчалась за ней, со всего размаху ворвалась в заросли и увидела бездыханного Петрушу, и Лариску с огромной шишкой на голове. Она привалилась к стволу дерева и отчаянно матюгалась. Убедившись, что она жива, я снова повернула голову к Петруше, и только тут заметила торчащий из его груди нож, с резной рукояткой. Вскрикнув, я обессиленно опустилась рядом с Лариской, чувствуя, как холодеет кровь.

– Гады, сумку украли. – Простонала она, прикрыв глаза…

Глава 8

– Они убили Петрушу, – обреченно выдавила я, глядя как под тонкой рукоятью стилета, торчащего из груди убитого разрастается неровное кровавое пятно. Голова закружилась от острого металлического запаха крови. Взгляд мужчины пустой и леденящий душу, устремился вверх. Я зачем – то перекрестилась.

– Анька звони в милицию. – Она с трудом поднялась на ноги, и огляделась по сторонам, остановилась на бывшем коллеге, и нахмурилась.

– Лучше это сделать из телефонной будки, – скривилась я, – замучаешься ментам все объяснять. И потом стоит только рот раскрыть, они мигом всю подноготную вытянут.

– И то правда, на углу Второй Бульварной есть телефон – автомат. Пошли, ох, –ахнула Лариска, хватаясь за голову, – хорошо приложили, козлы.

Осторожно выбравшись из кустов, мы двинулись к выходу из парка. Чей – то липкий взгляд намертво прилип к затылку, сковывая его ледяным ознобом, от этого хотелось пуститься бегом.

– Лариска, они здесь…

Она завертела головой, а мне пришлось шикнуть на нее, призывая к порядку.

– Ты еще окликни их, совсем разум потеряла? – Разозлилась я на нее.

– Анька, не худо бы осмотреться… А вдруг и эти успели фильмец отснять, где мы с тобой снова в главных рядах?

От ее слов мне поплохело. Затхлый запах заключения забился в горло, отчего мне захотелось немедленно упасть в обморок. Я принялась так же крутить головой, прикидывая, могли нас видеть с аллеи.

– Нет, вроде. Там глухо как в преисподней. Не могли же они просчитать, что Петруша кинется именно в эти кусты. – Наконец, опомнилась я.

– И то верно, – согласилась Лариска. – А вот звонить отсюда опасно. Они следят за нами, и вполне могут заснять нас. Давай из кафешки позвоним?

– Нет, нас могут запомнить.

Мы замерли на перекрестке, гадая куда направиться, когда из глубины парка раздался надрывный женский визг. Мы вздрогнули, и по команде обернулись.

– По всей видимости звонить уже без надобности. Давай к переходу, такси лучше не вызывать, не ровен час, еще кто – то обратит внимание на твой вид.

Лариска, стеная и охая ковыляла рядом, не переставая строить гипотезы произошедшего. В моей же голове было пусто, как в церковном колоколе, в котором пронзительным набатом грохотала надвигающиеся неприятности. Хотя, куда уже больше. Но как говориться, снизу постучали. Второе убийство за два дня, и что – то подсказывает мне, что будут и другие. На горизонте сознания возникла шальная мыслишка, наплевав на все уносить ноги, но я ее быстро отмела, скосив взгляд на подругу, и принялась гадать, как выбраться из этой передряги.

Вскоре мы оказались в моей квартире и первым делом как следует осмотрелись. Волосок, оставленный мной в щели двери был на месте, и я порадовалась, что когда – то подсмотрела этот прием в одном фильме. Затем устроились на кухне, и Лариска продолжила.

– Что – то должно быть в этих письмах, иначе ни как.