А что, если влюбиться?

Я ещё раз посмотрела на лучезарного парня и закинула мысли на потом. Не время и не место, чтобы погружаться в себя.

Путь назад был не менее приятным, и легкость от прогулки постепенно вернулось ко мне. Маша связалась по видеосвязи, и мы старались показать и рассказать, где находимся. Маша отдыхала в деревне, и её достопримечательности выглядели в разы скромнее, но тоже приятными и даже родными. Когда-то я приезжала на пару дней погостить к ней и до сих пор с теплом вспоминала небольшой участок, спуск к реке и густой лесок, в котором росла земляника. Так и дошли до стоянки на выходе из Петергофа, где уже стоял дед и, увидев нас, помахал рукой.

– Дворцы будут ждать вас в следующий раз, да и вы ещё не всё обошли, но Любовь Марковна, жёнушка моя, устала, хоть и не признаётся в этом, – посмеивался дед, пока бабуля отвернулась и общалась по телефону.

Всей компанией мы забрались в машину и отправились в туристическое место в центре, которое обязательно нужно было увидеть. Внутри всё подрагивало от нетерпения. Старики высадили нас и умчались домой. А я оказалась возле великолепного, многоцветного храма, который принялась лихорадочно рассматривать. Яркие купола, богато украшенные фасады и всевозможные узоры казались мне настоящим волшебством.

– Это Спас-на-Крови. Сердце Петербурга. Посмотрим на него и пойдём в кафе поесть. Потом уже домой отправим тебя и увидимся где-то на неделе.

Эд дорассказал остаток плана, и мы двинулись внутрь.

На входе мы с Ясмин взяли юбки и косынки. Я никогда не думала о том, чтобы ходить в церковь, но в качестве экскурсии относилась к этому нормально.

Внутри здание впечатлило меня даже сильнее: мозаики, покрывающие стены и своды, поражали детальностью и красотой. Хотелось отдать должное мастерству художников и архитекторов, которые трудились над этим великолепием. Свет, проникающий через витражи, играл на иконах всеми цветами радуги. Начиналась служба, и мы тихонько передвигались, не желая мешать пришедшим людям. Мерцание свечей и запах ладана создавали особенную духовную атмосферу, которая меня расслабляла. Голос священника заполнил всё пространство и окутал каждого человека. Я бы провела тут ещё время, но наша компания уже проголодалась. Мы поспешили на выход и тут же пошли ужинать. Животы урчали, а в глазах появился голодный блеск.

Когда я добралась до дома бабушка с дедушкой в зале смотрели советский фильм и смеялись над шутками. Я переоделась и присоединилась к ним в зале.

– Вот и наша красавица, хорошо погуляли? – ласково поинтересовалась бабушка и погладила меня по голове.

– Лучше, чем я могла представить.

Мы весь вечер просидели вместе, но я прокручивала в голове прошедшие события и совершенно не слышала голосов в комнате. Не слышала как они замолкли и даже не заметила, как погасили свет.

Утро началось на диване, когда солнце уже не стеснялось и светило в глаза через тонкий тюль. Я не сразу сообразила, где нахожусь, и только через мгновение поняла, что лежу в зале. Всё-таки сильно меня утомил вчерашний день. Я была укрыта покрывалом, но во вчерашней одежде. Мягкий запах кофе приятно бодрил, а голоса с кухни заставили окончательно открыть глаза. Солнце освещало большую часть комнаты. Взгляд перемещался от окна к цветам на подоконнике и дальше в пространстве. Рука нагревалась под лучами, и можно было увидеть как пыль, летающая в воздухе, оседала на неё. С минуту я прислушивалась к разговору, но разобрать слов не получилось. Единственное, что я чётко расслышала, так это голос Максима. Нужно было срочно ретироваться, пока они заниматься не пришли, и переодеться.

Глава 8. Знакомство

Переодевшись, я хотела уже выйти из своей комнаты, но голоса не стихали. Странно, он же был тут позавчера. Столько занимается? Ну, раз они на кухне вдвоём, то он навряд ли будет со мной разговаривать, а жажда начинала душить. Тихо подойдя, я увидела интересную картину: Максим распивал чай с бабушкой, и они о чём-то болтали. Из-за угла я рассмотрела, что он улыбался и держал кружку. Бабушка рассказывала о том, как готовилась к экзаменам в молодости и как сейчас всё поменялось. Максим поддакивал и уверял, что в те годы бы точно не сдал так хорошо, как это получилось у нее.

Лучи солнца путались в его густых шоколадных волосах, и мне захотелось пощупать их. Тут же я вздрогнула от этой мысли и слегка тряхнула головой. Такое странное желание возникло у меня лишь потому, что волосы Макса выглядели красиво, а не потому что это именно его волосы, и мне интересна именно его реакция. Хоть оправдание перед самой собой звучало неубедительно, я осталась довольна таким выводом.

– О, внученька, ты чего там встала? – Пока я занималась внутренним монологом, меня раскрыли. Я слегка вздрогнула, но улыбнулась. – Проходи, садись, мы тут кофепитием занимаемся с Максиком.

Я прошла и громко прыснула с того, как бабушка его назвала.

Макс глянул на меня с прищуром.

– А у тебя разве должны быть сегодня уроки? – поинтересовалась я, тем самым выясняя, что мог изучать ученик за чаем.

Максим, как ни в чём не бывало, ел пряник и прихлёбывал из кружки. На столе стояло блюдо с бутербродами и варенье. Бабушка явно хотела поплотнее накормить гостя, а Макс только и рад был.

– Максим забыл тетрадь, заглянул по утру, а я и решила чай попить с ним. Присела на уши молодому слушателю. Уж больно приятная компания, – подмигнула она мне. – Садись давай рядом, хватит уже топтаться.

Мне досталось место посередине, между бабушкой и Максимом, и стало немного неловко.

– Доброе утро, – мягко поздоровался парень, когда наши глаза встретились.

Чёртова ямочка на щеке. А ещё этот небрежный тон и причёска.

– Привет, – отстраненно ответила я и резво принялась откусывать бутерброд.

Вздумал поговорить?

Его ничего не выражающий взгляд пробежался по мне и вернулся к бабушке. Я, оказавшись так близко к гостю, немного поглядывала и рассматривала его. Густые, темные брови, карие глаза, которые я запомнила при первой встрече. Уж слишком они напоминали мне кофе. Кофе с шоколадом. На щеке виднелся небольшой вертикальный шрам, похожий на порез. Не видела его в прошлый раз. А ещё лучезарность и излишняя заинтересованность во всём. На лице у него было написано: «Я хороший парень». Я так пристально рассматривала его, что это не осталось незамеченным, и парень уставился на меня в ответ.

– Ты дочитала книгу? – неожиданно он прервал моё изучение вопросом, и я перевела взгляд на его глаза.

А вот и подтверждение моих слов. Он не забыл о том, что я собиралась читать роман.

– Что за книга? – подала голос бабушка, которой всегда было всё интересно.

– Которую ты мне когда-то советовала, Собор Парижской Богоматери. Максим видел, как я взяла эту книгу, – пояснила я и отхлебнула горячий кофе.

– Думаю, Квазимодо своей душой покорил тебя, но понравился-то Феб?

Максим и правда был заинтересован в моем мнении, и это удивляло. Я-то думала он забыл уже о том разговоре. Но он внимательно смотрел и ждал ответа.

– Квазимодо – это отдельная история. Он вызывал даже немного отвращения, но душа, конечно, добрая. Правда, для меня Клод Фролло однозначно стал самым интересным персонажем. Те страсти, что развернулись между ним и Эсмеральдой вправду захватили меня, а его нездоровая любовь – ох, просто дух захватывало. И мне его было даже жаль, а Феб больше бесил, если честно – поделилась я своими впечатлениями.

Сама не заметила как стала увлекаться разговором.

– Я немного удивлен, хотя и верил, что тебе понравится именно Фролло. Нравится такая любовь?

– Нет! – выпалила я и тут же добавила спокойнее: – Нет. Это совсем не та история любви, которая подходит в принципе любой девушке. Не только мне.

Бабушка решила не мешать и ретировалась с кухни.

– Согласен. Это скорее болезнь. Если бы Квазимодо получил свою историю любви, он был бы в топе хороших парней.

– Точно. Прям как ты?

Он положил подбородок на руку и уставился на меня, как если бы любовался. Смущение, что пряталось за бойкостью разговора, затопило меня, и я опустила взгляд. Максим явно знал, как выглядит и какое впечатление может произвести. Ещё приятный аромат, витающий вокруг него. Напрягает.

– Конечно.

Я припала к кружке и допила кофе. Неловкость от происходящего хотелось побыстрее сгладить, и я встала убираться, правда даже спиной мне казалось, что за мной наблюдают.

– Мне нужно идти. Я был бы рад с тобой ещё поболтать, так что держи мой номер. – Я, не ожидая такого поворота, замерла. – Не думаю, что у тебя тут много знакомых, – продолжал говорить он, и послышался звук отрывающейся бумаги.

Интерес оказался выше и, повернувшись, я увидела на столе клочок бумаги. Его он вырвал из тетради и написал цифры.

– До встречи, Элина, – произнес он самым милым тоном и подмигнул.

В его глазах появился озорной блеск, и это заставило моё сердце биться быстрее.

Мне показалось или Максим флиртовал? Он подмигнул мне? Что это значит?

На прощание Макс подарил мне улыбку.

Еще какое-то время помявшись на кухне, я все-таки взяла листок с номером.

– Хороший мальчишка, – заговорщически произнесла бабушка, как только закрыла за ним дверь.

Надеюсь, она не сделала никаких выводов из той части беседы, которую слышала.

– М-да, тот ещё кадр, – негромко произнесла я.

– Какой кадр?

Бабушка не поняла, что я имела ввиду и отмахнулись.

Я ушла с кухни, затолкала листок в рюкзак и засобиралась. Сегодня я одна еду в центр. Мне хотелось просто погулять по Набережной, насладиться тем самым Петербургом, который заставляет людей возвращаться снова и снова.

Где-то между завтраком и обедом позвонила Маша и сообщила интересную новость: у неё появился парень. Каждое лето ей кто-нибудь составлял компанию, но как только начиналась учеба все её кавалеры испарялись. Зная характер Маши, эти ребята были лишь развлечением. А сейчас оно явно ей требовалось. Я далеко, и Мари скучает в деревне. Так что Тимур, с которым она собралась на местную дискотеку, оказался очень подходящим вариантом. Я уже заранее приготовилась завтра висеть с ней на проводе и слушать причитания. Вспомнила, что мама обещала отзвониться вечером. Мне стало казаться, что мы немного отдалились. Секрет, который образовался между нами, стоял как сухой комок в горле и не хотел проглатываться. Неприятно ощущение.

Добравшись до центра, я вышла на Набережную. Смотрела вдаль. На воду, которая волновалась от ветра, на здания, которые украшали набережную с разных сторон, на небо, которое встречалось с высокими шпилями Петербурга. Хоть и похолодало, но внутри чувствовалось тепло и легкость. В ушах звучала песня Ёлки «Хочу», и певица буквально пела о моих желаниях. «Я хочу влюбиться», – строчка, которая повторялась несколько раз и внедрялась в голову. Что же, в город этого лета я уже влюбилась, пусть это и не входило в мои планы.

День плавно перетекал в вечер, разговоры прохожих стали громче и веселее. Уличные музыканты развлекали игрой и пением. Время уже было позднее, и не хотелось лишний раз волновать стариков, так что я, гуляя по Невскому, шла обратно к метро.

Казалось, что потеряться на обратном пути сложно, но перепутав станции и выйдя на одну раньше, я растерялась. Эд и Ясмин сегодня устроили свидание, бабушке и дедушке я звонить точно не стану. Интернет как назло кончился, и посмотреть, где я находилась, тоже не представлялось возможным. Пара прохожих оказались очень милы и пытались мне помочь, но не смогли подсказать дорогу. С направлением я всё-таки разобралась сама. Внезапно меня осенило, и я остановилась по середине улицы. Один знакомый мне человек точно должен жить недалеко от этого района, иначе не стал бы приходить к бабушке на занятия. Идея, конечно, сомнительная, но меня так и подмывало отвлечь самодовольного парня от дел. Иначе зачем он давал номер?

Посмеиваясь, я выудила бумажку из рюкзака. Цифры быстро вбились, и я замерла в ожидании ответа. Гудки резали слух, поселяя во мне неуверенность.

Может не стоило этого делать?

Я поспешно нажала на отбой, но буквально сразу же прозвучала мелодия вызова. На экране высветился номер Максима.