Тайна Шигирских болот

– Спасибо за комплимент, но оранжерея у нас в отдельной комнате, – слабо улыбнулась женщина. – Это всё Машенька вырастила. Она очень любит растения.

– Да, я читал полицейский отчёт, – отметил Кристи.

Брат и мне устроил настоящий ликбез перед тем, как привести сюда. Биография пропавшей девушки оказалась вполне предсказуема: частный детский сад, домашнее обучение, диплом филолога, хобби вместо работы – та самая личная оранжерея. Маша была, что называется, домашней – почти не покидала коттеджного посёлка, большую часть времени проводила в теплицах, собственноручно ухаживая за растениями. Выходила, разве что, на концерты любимых звёзд или занятия йогой. Певцы, танцоры и мастера просветляться в шавасане становились её настоящими кумирами: она хранила их автографы, записывала понравившиеся фразы, выкладывала в соцсети совместные селфи и рекламировала. Последней фотографией, появившейся за несколько дней до пропажи, был портрет Маши и солидного бородача в косоворотке. Единственное, что отличало это фото от прочих – на нём не был отмечен аккаунт мужчины. По какой причине Маша не дала на него ссылку, неизвестно, ровно как и то, кем он, собственно, являлся. Даже поиск похожих изображений в интернете ничего не дал – никаких подобных фотографий или статей. Очень странно для знаменитости.

Впрочем, после встречи с ним Маша вернулась домой и приступила к прежним делам, как ни в чём не бывало, а пропала только спустя двое суток – ушла из дома и до сих пор не вернулась. Все её вещи, документы и даже телефон с банковской картой остались в комнате, как если бы она решила выйти на пять минут. Естественно, полиция проверила звонки, галерею, переписки. И не нашла в них ничего, что могло бы стать зацепкой: девушка смотрела сериалы, перечитывала «Повесть временных лет», ставила лайки на свежие мемы и слушала песни Натальи О’Шей. Друзья у неё были только по переписке – такова нелёгкая доля (или желанный жребий, для кого как) современного интроверта.

В делах отца ни сама Маша, ни её мать совершенно не разбирались. Но жена губернатора утверждала, что открытых врагов у её мужа не было: до денег он был жаден, но не слишком, в споры предпочитал не вступать и вообще, в отличие от глав столичных городов, должность у него не особенно завидная. Поверить в это было сложно, но возможно: жители Екатеринбурга, как ни странно, властью были довольны, с благодарностью говорили о расширении дорог, бесплатных обедах для всех школьников, возросших зарплатах учителей и врачей и прочих удивительных вещах. Собственно, даже сейчас отец находился на своём посту, участвуя в поисках дочери материально: дал жене достаточную сумму, на которую она наняла частных детективов и оказала всяческую помощь полиции. Последняя новый BMW начальника так и не отработала, а сыщики-одиночки приносили только фотографии похожих на Машу девушек. Надежды родителей таяли с каждым днём.

Рассмотрев в деталях комнату, Кристи двинулся в оранжерею. Придирчиво пройдя мимо ароматных лимонов, раскинувших свои щупальца алоэ и розовых кустов, он остановился у деревца оливы. Судя по толстому серому стволу и расползающимся корням, оно было посажено уже давно.

– С этого дерева и начался сад моей доченьки, – ностальгически проговорила хозяйка дома, – Мы съездили на каникулах в Грецию. И там Маша увидела плантацию масличных деревьев, на которых рос её любимый ингредиент для фриттаты. Знаете, она всегда его у нас с отцом выковыривала из тарелок, когда была маленькой… Так аккуратненько, пальчиком: тык, тык… Маша захотела, чтобы у нас дома обязательно росло что-то подобное, и мы купили пару саженцев. Этот прижился и стал её излюбленным местом для чтения. Потом мы купили авокадо и манго, а лимончики нам подарил один знакомый бизнесмен из Индии…

Пока несчастная предавалась воспоминаниям, Кристи присел на корточки и ворошил руками землю у корней. Выглядело это так, словно он пытается выкорчевать оливу, и я всерьёз испугалась, что нас с ним выгонят взашей из этого дома, и мне больше не удастся посидеть на императорских стульях. Но хозяйка не обращала внимания на такое бестактное поведение – похоже, Кристи и правда оставался её последней надеждой.

– Вы знаете, что это? – он отряхнул землю с небольшого желтоватого кулона на тонкой цепочке.

– Первый раз вижу, – женщина вгляделась в украшение, – Милая подвесочка. Наверное, Машина. Она часто заказывает себе что-нибудь в ювелирном.

– В каком-то определённом магазине?

– Мы обычно покупаем украшения в «Сорни-Най». Он находится на улице Вайнера, очень рекомендую. Но насчёт этой подвески – не знаю точно, откуда Маша её взяла.

– Понятно. Добавлю её в свой инвентарь как улику.

На этом моменте я так закатила глаза, что, казалось, они сделали полный оборот. Мне стыдно за геймерские выражения Кристи и в обычных разговорах, но сейчас, когда мы вели беседу с несчастной матерью, было неловко вдвойне. Неужели он не мог хотя бы в этом исключительном случае подумать над формулировками чуть тщательнее?..

– Думаете, это поможет? – не выдержала женщина. – Есть у моей Машеньки хоть шанс? Сколько можно кормить нас обещаниями?

– Хотите получить ответ на свой вопрос? Тогда сыграем в «Правду или действие».

– Что? – не поняла хозяйка.

– Антон Максимович хотел сказать, что вам нужно выбрать, ответит ли он на вопрос честно или выполнит любое действие, которое вы назовёте. А потом наоборот: выбирать будет он, – объяснила я, исполняя то, зачем Кристи меня сюда и взял. – У брата такой… креативный подход.

Мама пропавшей вздохнула, покачивая крупными золотыми серьгами.

– Ладно. Просить вас найти мою доченьку бессмысленно, поэтому хотя бы ответьте честно: она жива?

– Думаю, да. Будь она мертва, её бы уже нашли. Трупы обычно не убегают, так что охранять их нет смысла.

Женщина отвернулась, прижав руку к ставшей мокрой щеке. Кристальная честность Кристи прозвучала чересчур грубо.

– Теперь моя очередь, – продолжил брат, – Просить вас сказать правду бессмысленно, поэтому просто покажите ваше самое свежее совместное фото с дочерью.

– Что? Зачем оно вам?

– Только не пытайтесь читерить! – возмутился Кристи.

– Пожалуйста, не нарушайте договорённостей, – перевела я, хотя чувствовала себя явно не в своей тарелке. – Таковы правила игры.

Аккуратные русые брови взлетели вверх, выражая недоумение. Но женщина всё-таки подчинилась, достала телефон и принялась листать галерею. Отматывать пришлось довольно долго. Кристи даже смотрел на часы, имитируя позу тренера по спринтерскому бегу. Большой палец на правой руке губернаторской жены оказался практически безнадёжным: никак не мог преодолеть отмеренное ему расстояние.

– Самое свеженькое, получается, вот, – спустя несколько минут объявила женщина и повернула к нам экран.

С фотографии улыбалась она сама, правда, с короткими волосами под каре, и маленькая девочка лет двенадцати. С тех пор прошло уже не меньше десятка лет, если прикинуть.

– Я так и думал, – заключил Кристи. – Спасибо за беседу, нам пора.

– Возьмите хотя бы денежек, – предложила мама пропавшей девушки, провожая нас к выходу. – Может быть, они пригодятся в расследовании!

– Я официальный помощник полиции, получаю зарплату от… – начал было Кристи, но, увидев отчаянное лицо хозяйки дома, всё же сжалился. – Ладно, будем считать это наградой за первый квест.

Мой воображаемый блокнот пополнился новыми чистыми страницами, когда я представила его, собираясь поговорить с Кристи. Написать репортаж с открытия музейной выставки не удалось – может, хотя бы наберу материала на подобие журналистского расследования. Всё, что я мысленно запишу в свой блокнот, ни за что не забудется – проверенный способ. Думаю, у всех журналистов есть такая неосязаемая книжка.

Несмотря на то, что беседа получилась даже более скомканной, чем вещи в шкафу у Кристи, у меня уже возникла к нему пара вопросов. И первый был посвящён оливковому дереву.

– Почему ты вообще решил его отдельно осмотреть? – спросила я у брата, – Почему не лимон? Не алоэ? Не цветы, в конце концов?

– Мать пропавшей ведь сказала, что оно появилось в саду первым и имело для её дочери особое значение.

– Неправда! – возмутилась я, – Когда она это говорила, ты уже шарил руками по корням. Значит, приметил его раньше. Почему?

– Отличный бросок на проверку внимания! Ты небезнадёжна! – Радостно заявил Кристи. – Есть смысл тебя прокачать… Смотри. Как ты помнишь, пропавшая девушка – филолог и интроверт. Значит, у неё должны были быть излюбленные локации для чтения. Письменный стол стоит далеко от окна, и её спина наверняка загораживала бы свет, при котором удобно читать книгу. Кровать слишком мягкая – в ней можно занять удобную позу разве что для быстрой промотки времени. А вот дерево в комфортном и любимом месте подходит для уединения с книгой идеально.

– Быстрая промотка времени? Это вообще-то сном называется. У нормальных людей.

– Вот поэтому ты и мой переводчик!

Последних пару фраз я в своём воображении вычеркнула. Пусть уж Кристи выглядит не совсем сумасшедшим, а то читатели слишком его полюбят, и тогда всё – придётся уйти из журналистики и писать детективы.

– Допустим, – продолжила я, – А зачем тебе было нужно совместное фото матери с дочкой?

– Она как-то подозрительно мало рассказывала о жизни пропавшей в последнее время. Только о детстве. Это могло произойти по двум причинам: либо она замешана в исчезновении Марии и намеренно недоговаривала, либо она просто не могла наладить с ней контакт. Оказалось, второе.

– Да… – поняла я, – И мужчину с последнего фото она не знала, и то, откуда взялась подвеска. Похоже, они почти не общались. Может, девушка вообще ушла из дома сама? Не хотела дальше жить с матерью, а телефон оставила, чтобы не отследили по геолокации.

– Звучит разумно, если не учитывать того факта, что другие вещи тоже на месте. Даже нижнее бельё.

– Ты что, копался в её бюстгальтерах?

– Это моя работа, сестрёнка. Должны же у детектива быть привилегии?

– Ой, даже знать об этом ничего не хочу. Поехали лучше в ювелирный. Как его там?..

И мы направились в «Сорни-Най». Магазин, названный в честь золотого артефакта, полностью оправдывал своё название. Блестящие массивные колонны украшали вход с отполированной до зеркального блеска табличкой. Внутри сиял холодный, многократно отражённый зеркалами свет, претендующий на сияние утренней зари. Чёткая геометрия витрин складывалась чуть ли не в лабиринт, в котором легко было потеряться, рассматривая искусные изделия из платины, золота и серебра. Но за кассой заметно вытягивалась стройная фигура продавщицы в пиджаке цвета «тиффани» – на это яркое пятно и нужно было идти, если хотел спастись от головокружения, вызванного невообразимой красотой украшений – или, как в нашем случае, их ценниками.

Мы прошлись вдоль подсвеченных витрин в надежде увидеть что-то похожее на найденную подвеску, но тщетно: всё, что демонстрировалось покупателям, имело явную претензию на современный стиль, а кулон выглядел как что-то из области этно. Мы с братом переглянулись и пошли к кассе.

– Добрый день, Оксана, – прочитал по бейджу Кристи. – Покажите свои товары.

Опять он начал разговор так, словно перед ним не живой человек, а «непись», торговец из видеоигры. Естественно, продавщица пришла в замешательство.

– Все товары представлены на витрине… – растерянно улыбнулась она.

– Да, но это не совсем то, что мне нужно. Там у вас обычные украшения, а меня интересуют редкие или эпические. А лучше – легендарные!

Я поняла, что пора брать ситуацию в свои руки. У меня хотя бы окружающие предметы не подсвечиваются синим и фиолетовым.

– Мой брат хочет спросить, можно ли у вас заказать эксклюзивные изделия? Помимо тех, что лежат на витрине?

– Да, есть такая возможность, – улыбнулась продавщица, – У нас работает ювелир, который занимается частными заказами. Он здесь не каждый день, но сегодня вам повезло. Пойдёмте, я вас провожу.

За сияющим кристальным фасадом «Сорни-Най» скрывался обычный серый бетон, перхоть штукатурки и рассохшиеся дубовые двери. Это было странно, учитывая, что такой дорогой водят богатых клиентов. Конечно, мы с Кристи на них были мало похожи, но я всё же решила попробовать притвориться успешной бизнес-леди. В конце концов, кто знает, почему мы в растянутых футболках: потому что не можем купить новые или просто в состоянии себе позволить выглядеть так, как хочется?..

– Кажется, в главном зале у вас более современный интерьер, – пролепетала я, сморщив нос для убедительности.

– Всё дело в требованиях мастера Сварожича: он не любит пластик, отделку и современные материалы. Человек искусства! Наш ювелир лучший в своём деле, поэтому магазину пришлось пойти на уступки. Уверяю вас, результат точно оправдает перенесённые неудобства.

– Сварожича? Это псевдоним?

– Не знаю, может, и имя. Он представился так, а мы не смеем спорить… Вот, почти пришли.

Массивная дубовая дверь издалека заявляла о том, что за ней сидит именно ювелир. Её ручки было страшно касаться – она походила на застывший в металле язык пламени, такой реалистичный, что, казалось, раскалённый. Он словно сиял оранжевым изнутри, и это была не краска: некоторые металлы способны приобретать фантастической яркости оттенки при воздействии определённых температур. Я взглянула на Кристи: он тоже не решался взяться за такую ручку. Пока мы топтались в нерешительности, дверь для нас распахнула Оксана – и она же деликатно закрыла её за нами, удалившись.

Мы оказались в помещении, напоминающем музейный склад: кипы бумаг на столах, на полу и друг на друге, ветхие страницы в рамках на стенах, коллекция начищенных топоров с искусной резьбой. В центре этого древнего бардака сидел маленький, но крепкий мужичок с бородой и в футболке такой старой и застиранной, что уже нельзя было угадать, какой цвет она имела изначально. На глазу у мастера виднелась лупа, органично вписывающаяся в поток тёмно-каштановых кудрей, свисающих на лоб. Он нас не замечал – внимательно рассматривал какой-то камень, аккуратно держа его пинцетом. «Славный, славный, – шёпотом бубнил он, – первосортная зелёная медь! Габитус призматический, стеклянный блеск! Долго же ты водой умывался, долго ветер челом встречал…». Если бы мы с Кристи стояли неподвижно до конца рабочего дня, ювелир так и прошёл бы мимо, приняв нас за каких-нибудь идолов из его хаотично разбросанной коллекции.

Попутно озираясь в поисках деталей пропавшей статуи (чем чёрт не шутит!) я решила нарушить молчание, становящееся уже неловким и неприличным.

– Здравствуйте!..

– Здравы буде! – Он поднял голову, но камня не положил. – А вы кто такие? Зачем пожаловали?

– Вас порекомендовала одна наша подруга, – сказал Кристи, доставая из кармана кулон. – Кажется, вы крафтили для неё вот такую прекрасную подвеску. Может, сохранилось это в вашей памяти?

Ювелир ухмыльнулся.

– Чудной у тебя язык, парень. Покажи-ка поближе… Да, моих рук дело. Добрая лунница, удачу да женское счастье приносящая. Только вот… откуда она у вас?

– Взяла поносить, – вставила я.

Хитро прищуренный глаз уставился на меня сквозь мощную лупу. Казалось, этот прибор просвечивает насквозь, как рентген. Полумедицинское, получувственное исследование показало, что плотную и ровную структуру моей фразы нарушает сомнительное уплотнение в виде вранья.

– Обычно с такими вещами добровольно не расстаются. Оберег, как-никак.

– Оберег? От чего?

– От нечистой силы, ясно же!

– И от какой? – Кристи поднял бровь. – Орки? Драконы? Скелеты-лучники?

– Дать хоть бы от мавок да полуденниц! Лето сейчас, шибко их развелось…

И ювелир, и Кристи замолчали. Первый, казалось, осуждал про себя наше невежество, а второй вспоминал, в какой игре собеседник мог бить такую нетипичную нечисть. Из тех, где действие происходит на территории России, на ум приходил только «Сталкер» – только вот выжили ли мавки с полуденницами в постапокалипсисе?

Пока брат размышлял над философскими темами, я продолжила расспросы.

– А вы помните девушку, которой продали эту… как вы сказали… лунницу?

– Да. То есть, нет. То есть я помню, что продал её, только совершенно точно не девице.

– А кому?

– Скажем так… постоянному покупателю.

– Как его зовут? И где можно его найти?

– Этого я сказать не могу. Я ведь что-то сродни лекарю – негоже чужие тайны выдавать.

Кристи вздохнул и достал из кармана удостоверение.

– Я помощник полиции. Если не расскажете всё, что знаете, это будет препятствованием следствию.

– Не гневайся, парень, – тут же смягчился ювелир. – Я человек простой, работаю честно, сам видишь. А покупатель – что покупатель? Я о нём и не знаю почти ничего. Ни имени, ни адреса. А то, что с бородой – так полгорода ведь с бородой ходит.

– Этот? – я протянула ему смартфон с открытым фото Марии и неизвестного мужчины.

Глаза ювелира чуть округлились – всего на секунду. Но, сдаётся мне после стольких расследований с Кристи, у людей не бывает просто так подобной реакции на незнакомцев. Только вот размер глаз к делу не приложишь.

– Какой богатырь! – попытался оправдать удивление ювелир. – Но нет, совсем не похож. Больше ничем не могу помочь.

– Тогда, может быть, не откажетесь от партии в «Мельницу»? – предложил Кристи. – Камней, как я вижу, у вас достаточно, а доску нарисуем.

– Думаешь одолеть меня, детективчик? – на удивление азартно проговорил ювелир, – Я ведь почитай уже лет двадцать в неё играю.

– Возможность сыграть с мастером – уже маленькая победа. Отдам вам лунницу, если вы окажетесь искуснее. Если наоборот – с вас тот кусочек малахита, что вы рассматривали в лупу.

– А у тебя губа не дура! – задумался ювелир, и гномья жадность отразилась у него на лице, – Идёт!

Кристи уселся поудобнее напротив соперника и нашёл в бардаке слегка помятый листок и изгрызанный то ли мышами (неудивительно, в таких-то условиях), то ли самим хозяином карандаш. На бумаге он начертил пару вписанных друг в друга квадратов, разбил их на части ещё несколькими линиями и отобрал из каменной кучки восемнадцать примерно одинаковых по размеру экземпляров – девять светлых и столько же тёмных. Судя по всему, на этом нехитрая подготовка к партии закончилась. Ювелир предоставил Кристи право играть первым и уступил светлые камешки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Об этом рассказывается в предыдущей книге о геймере-детективе Кристи «Сашими для самурая»