Мой любимый дядя

Мой любимый дядя

Сергей Арамович Александров

© Сергей Арамович Александров, 2026

ISBN 978-5-0069-0291-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1: Мой любимый дядя

Самые первые воспоминания про Руслана – это не слова даже, а чувство. Мне шесть, я мелкий, вертлявый, и он, огромный, как гора для меня тогда, берет меня на руки, подкидывает под потолок. У меня визг, смех, а на его лице – не улыбка даже, а такое… спокойное сияние. «Держись, Серега!» – говорит он, и я держусь за его шею, и чувствую себя в безопасности абсолютно. Как в крепости.

Он и стал моей первой крепостью. Не сразу борьба началась. Сначала было «поваляться». В гостиной на ковре. Он ложился на спину, а я, хрюкая от усердия, пытался его перевернуть. Он поддавался, конечно, с грохотом падал на бок, изображая страшное поражение. «Ох, задавил племянник!» – стонал он, а мама с кухни кричала: «Руслан, не разнесите мне квартиру!» Это была игра. Но уже тогда, в шесть лет, я понял: Руслан никогда не обманывает в главном. Он не притворялся слабым – он просто давал мне почувствовать силу в себе. Разницу я осознал намного позже.

К восьми годам «поваляться» переросло в систему. Он привез в гараж тот самый синий борцовский ковер, пахнущий резиной. «Это теперь наше поле боя, генерал», – сказал он, хлопнув меня по плечу. Мы занимались нечасто, раз-два в неделю, но это был священный ритуал. Он показывал базовые вещи: как падать, как держать равновесие, как вывернуться из самого простого захвата. Всё – через игру, через образы. «Представь, что ты краб», «Держись, как обезьяна за лиану». Он никогда не кричал, не злился, если у меня десятый раз не получалось. Его терпение казалось бездонным. «Давай еще раз, сюда руку. Вот видишь? Молодец».

К тринадцати, когда я уже начал вытягиваться и худеть, он сам сказал: «Серега, мне уже нечего тебе дать. Тебе нужен настоящий тренер, система». И он их искал. Ездил по спортшколам, разговаривал с тренерами, водил меня на пробные. Нашел секцию по грепплингу на другом конце города. Он возил меня туда два года, ждал на улице в машине, если тренировка заканчивалось поздно, читал при свете фонарика какую-то книжку по ремонту. Для него это было в порядке вещей. «Ты растешь, племянник. Мне интересно смотреть», – говорил он.

А потом в пятнадцать накрыло. То ли лень, то ли девчонки, толи музыка, то ли просто захотелось быть «как все» – не спортсменом, а обычным пацаном. Я пришел к нему и, глядя в пол, пробормотал: «Дядя Рус, я, кажется, забиваю. Надоело». Я ждал разочарования, упреков. Он молчал секунд десять, попивая чай из своей вечной железной кружки.

«Ну, окей, – наконец сказал он. – Борьба – она в жизни, а не только на ковре. Если не твое – ищи свое. Одно условие: не превращайся в овоща. Движение должно быть. Хоть на турниках».

И всё. Никаких нотаций. Он принял мой выбор. И в этом тоже был его страшный, честный уважение ко мне, даже к моей глупости пятнадцатилетней.

И знаешь что? Мы не разошлись. Просто борьба отошла на второй план, а на первый вышла… жизнь. Мы могли поехать на шашлыки, и он учил меня, как угли правильно раздувать, а мясо солить – не раньше, не позже. Мог позвать помочь с машиной, и я, весь в масле, держал фонарик, пока он что-то там колдовал с ходовой, объясняя мне устройство мира на примере амортизатора. Мы могли просто сидеть на лавочке у подъезда, молча смотреть на закат и есть по мороженому. Он умел радоваться простому: удачно поставленной заплатке, первой звезде на вечернем небе, моей, даже самой дурацкой, шутке.

Он ценил эти наши дни. Это было видно. Он никогда не смотрел в телефон, когда мы общались. Откладывал все дела. Его взгляд был внимательным, присутствующим. «Вот этот момент, Серег, – говорил он иногда. – Он больше не повторится. Ты вот сейчас смеешься, у тебя молоко на верхней губе от эскимо. Запомни это».

Когда мне было тяжело в шестнадцать от первой любви или от склок с родителями, я ехал не к друзьям. Я ехал к Руслану. Мы могли вообще ни о чем не говорить. Просто что-нибудь делать: чинить велик, смотреть старый боевик. И к концу вечера груз с плеч будто снимало. Потому что рядом был человек, который не предаст, не осудит, не соврет. Который просто есть. Крепость. Моя крепость.

И хоть я уже давно не борюсь, те уроки с синего ковра остались где-то глубоко в мышцах и в голове. Не как набор приемов, а как понимание: есть рычаги, есть точка опоры. И есть люди, которые и есть – твоя точка опоры в этом шатком мире. Руслан для меня – именно такой человек. Мой любимый дядя.

Глава 2: Ратан

Рыбалка началась не с удочек а с дороги Руслан будил меня в пять утра пока весь город спал и в его машине пахло бензином резиной и прохладой мы ехали на озеро это было наше место не популярное у других какое то заброшенное с ржавым причалом и старыми ивами склонившимися над водой дорога была частью ритуала он включал музыку какую то старую рок группу и молча смотрел вперед на пустую трассу а я дремал уткнувшись в стекло

На месте всегда был один порядок он никогда не спешил разобрать снасти надо было почувствовать место он садился на корточки смотрел на воду щурился от солнца только что показавшегося потом говорил хорошо сегодня клюнет и начинал собирать удочки мне он давал простую палку с катушкой которая вечно путалась он терпеливо распутывал леску своими толстыми пальцами которые могли собирать моторы а могли вязать такие тонкие узлы я завидовал его спокойствию он никогда не нервничал из за рыбы

Мы сидели молча иногда по несколько часов он говорил что главное не поймать а ждать и в этом ожидании вся суть можно думать а можно и не думать просто быть как он иногда он рассказывал истории из своего детства про то как сам учился ловить с дедом про первую щуку которую упустил потому что закричал от радости про то как дрался в школе за справедливость и получал потом за это но дома он никогда не врал даже если врали ему я слушал и смотрел на поплавок

А потом он учил меня всему что знал как отличать рябь от ветра от кругов рыбы как насаживать червя чтобы он дольше шевелился как почувствовать поклевку не глядя кончиками пальцев у меня долго не получалось я выдергивал удочку слишком рано или наоборот пропускал момент он смеялся тихо так внутри себя и говорил ладно еще раз попробуй ничего страшного рыба подождет

И вот в одно утро когда мне было четырнадцать случилось я сидел уже почти спал от тепла и скуки как вдруг почувствовал будто крючок зацепился за подводный камень но камень пошел Руслан тут же бросил свою удочку встал сзади меня руки его легли поверх моих держи не дергай тащи но не быстро давай ему устать говорил он спокойно но в его голосе я слышал напряжение то самое которое бывает в гараже перед важным движением это была борьба только с кем то невидимым под водой

Десять минут мы боролись я весь мокрый не от воды а от усилия а он направлял мои руки командовал тише теперь немного отпусти хорошо теперь снова тащи и когда из воды показалась огромная темная спина я ахнул это был ратан здоровенный как подушка Руслан схватил его под жабры и выкинул на берег мы оба смотрели на эту рыбину которая била хвостом по траве три килограмма точно сказал он наконец и посмотрел на меня а потом улыбнулся такой улыбкой которой я у него раньше не видел гордой и детской одновременно вот видишь племяш ждать надо уметь

В тот день мы не ловили больше мы сидели и смотрели на озеро а он рассказывал как правильно чистить ратана что из него сварить а мы его конечно отпустили он сказал ты его поймал ты и решай я сказал отпустить он кивнул мы отнесли его к воде он постоял немного как будто благодарил и медленно уплыл в глубину

После этого мы ходили на озеро еще много раз в любую погоду и зимой и под осенним дождем мы уже не так сильно хотели поймать рыбу мы просто приходили это был наш способ разговора без слов когда не надо было ничего объяснять просто сидишь смотришь на воду и знаешь что рядом человек который никогда тебя не подведет и который ценит эти тихие утра так же как и ты больше всего на свете

Глава 3: Гулялки и пабг

Гулять мы с Русланом начали просто так без причины мог быть обычный вторник вечером он звонил и говорил ну что племяш щас заеду не в гараж не на озеро просто по улицам и я выходил мы шли куда глаза глядят обычно за город на пустыри где пахло полынью и соляркой от проезжающих грузовиков или просто по спальным районам когда уже темнело и в окнах зажигался свет

Он шел не быстро всегда немного впереди руки в карманах куртки смотрел по сторонам я рядом пытаясь попасть в его широкий шаг и мы говорили обо всем подряд о школе о его работе о какой то книге которую он читал или о фильме который мы оба видели он никогда не делал вид что ему неинтересно слушал всегда серьезно кивал задавал вопросы а потом мог ввернуть какую то свою мысль простую но такую которая зависала в голове надолго например говорил люди которые громко спорят сами себя боятся или если тебе легко значит ты идешь под гору а надо иногда и в гору

Иногда мы молчали и это было самое классное молчание не неловкое а теплое как старый свитер в котором ты сидишь у костра и просто смотришь на огонь я знал что он думает о чем то своем важном а он знал что я просто рад быть рядом и не надо слов чтобы это понимать

А потом у меня появился телефон и игры я скачал пабг мобайл это были первые мощные телефоны которые могли такое тянуть я показывал ему а он смотрел как я бегаю по полю стреляю в пиксельных солдатиков и спросил а что тут надо делать я объяснил выжить последним он почесал затылок и сказал звучит как жизнь только проще дай попробую

И он сел на ящик в гараже уставился в экран его большие пальцы казались слишком неповоротливыми для маленьких кнопок он врезался в стены не мог найти оружие его сразу убивали он морщился но не бросал говорил давай еще один раунд я сидел рядом смотрел как этот человек который в жизни мог двигатель разобрать и собрать с закрытыми глазами не может запрыгнуть через забор в игре и мы оба хохотали до слез

Потом он втянулся мы играли вместе я создал нам команду он был уже не так беспомощен научился прятаться находить хорошее оружие и однажды даже выиграл круговую схватку не стреляя ни разу просто пересидев всех в кустах я кричал в наушники дядя Рус ты гений тактики он только хмыкал довольный а потом сказал видишь иногда чтобы выиграть не надо лезть на рожон главное видеть где твое место и держать его

Мы не только в пабг играли были и другие гонки какие то стратегии он предпочитал такие где надо думать а не тыкать быстро мы могли час сидеть в той же машине на стоянке у озера потому что у него кончился бензин в игре и он искал как выкрутиться а я смотрел и учился у него не игровым приемам а подходу он и в игре был как в жизни основательным вдумчивым без суеты

И всегда было одно правило когда играли или гуляли или просто сидели у него в гараже мы уважали время друг друга если он видел что я устал или мне неинтересно говорил ладно хватит на сегодня если я знал что у него работа завтра рано не тянул его до ночи мы чувствовали друг друга без слов это и есть уважение не на словах а в том чтобы видеть другого человека и считаться с ним

Однажды мы шли поздно вечером с такой прогулки уже почти до моего дома и он сказал знаешь Серег вся эта жизнь она из таких кусочков ковер в гараже тихие утра на озере вот эти вот наши дурацкие игры и прогулки в никуда из них она и состоит и когда их собираешь вместе получается что то очень прочное как хорошая сталь которую не сломать я тогда просто кивнул но сейчас понимаю он был прав мы собирали нашу сталь день за днем без громких слов и жестов просто живя и уважая эти простые моменты и друг друга в них

Глава 4: Озера и взаимовыручка

Отдыхать мы с Русланом ездили по-бедному но по-богатому у него был старый палаточный комплект времен его юности и вместительный рюкзак мы грузились в ту же девятку и ехали на север области где цепь озер лежала как разбитое зеркало в лесах ехали без навигатора он ориентировался по солнцу и каким-то своим тайным приметам вот здесь поворот на грунтовку его нет на картах он говорил и мы ныряли в зеленый тоннель из ветвей

Разбить лагерь было священнодействием он учил меня как выбрать сухое место не под сосной потому что упадет шишка как вбить колышки под углом чтобы палатку не унесло ветром как сложить кострище из камней чтобы огонь не расползался я был его подмастерьем и это было почетно мы работали молча в полном согласии понимая друг друга с полуслова а потом когда палатка стояла а костер потрескивал мы варили на примусе самый простой чай и ели бутерброды с колбасой и это был самый вкусный ужин на свете

Вечера на тех озерах были главным мы сидели у огня и он рассказывал истории которые никогда не рассказывал в городе про свою первую любовь про то как чуть не ушел в армию по контракту но передумал про то что значит быть мужчиной в его понимании не пить и драться а видеть и делать эти разговоры у огня под треск поленьев врезались в память навсегда мы не просто отдыхали мы наполнялись тишиной и доверием как двумя живительными стихиями

А днем мы исследовали окрестности лезли на старые лесные вышки заросшие мхом брели по берегу искали следы зверей он знал каждую птицу по голосу каждый куст по имени однажды мы нашли заброшенную избушку лесника и он показал мне как сложить печку-времянку из кирпичей чтобы обогреться если что это было знание на вес золота и я ловил каждое его слово

И мы всегда друг друга выручали это было не обсуждаемо как закон природы однажды я сильно порезал палец о консервную банку он не паниковал достал аптечку обработал все по-взрослому без сюсюканья но его руки были очень аккуратными хорошо что со мной он сказал а то бы занесли грязь а однажды у него самого прихватило спину видимо старые спортивные травмы так что он не мог разогнуться это было страшно видеть его таким беспомощным но это был мой шанс я сделал все как он учил развел костер побольше вскипятил чай растерл ему спину какой-то мазью которую он вяло показал пальцем и целый день вел хозяйство он молчал сжав зубы от боли но в его взгляде когда я подносил ему кружку была благодарность глубже любых слов

Помощь не прекращалась никогда даже когда я стал старше и уехал учиться в другой город он звонил нечасто но всегда вовремя как будто чувствовал если у меня было трудно а у меня часто было трудно и говорил не вопрос племяш щас решим и решал дистанционно мог прислать денег без лишних слов просто смс с суммой мог наговорить голосовое сообщение на полчаса где просто рассказывал про свой день про то как чинил соседке машину или поймал щуку и от этого мир вставал на место я тоже старался как мог когда у него сломался ноутбук я нашел через друзей толкового мастера когда он затеял ремонт в гараже я приезжал на выходные и мы таскали плиту красили стены

Эти поездки на озера стали реже но никогда не прекращались полностью даже когда мне было двадцать а ему за сорок мы все равно находили время вырваться на два дня поставить палатку на том же самом месте и сидеть у того же самого костра только разговоры стали другими более взрослыми о работе о жизни о будущем но суть оставалась прежней мы были друг для друга тем самым надежным берегом к которому можно пристать в любую бурю и тем костром у которого всегда можно отогреться

И я понял самую главную его науку радость жизни это не про постоянный праздник это про умение видеть ценность в простом дне в совместной работе в тишине между двумя людьми которые доверяют друг другу полностью и наша дружба с дядей Русланом была лучшим доказательством этого простого и самого сложного правила

Глава 6: Свои люди

Радовались мы часто и по-разному не громким смехом а тихим внутренним светом который видно было по глазам вот закончили тот самый скворечник повесили стоим смотрим а он просто кладет свою тяжелую руку мне на плечо и слегка сжимает это и есть вся радость молчаливая и крепкая или вот поймали на озере редкого для наших мест леща не крупного но красивого и он вместо того чтобы в садок кинуть взял сфотографировал меня с ним на телефон а потом аккуратно отпустил и сказал для истории и в его улыбке была та сама радость от хорошего дня от правильного дела

В гости к родне мы ходили как пара единомышленников не просто племянник и дядя а почти коллеги особенно к его старшему брату моему другому дяде который был плотником мы приходили к нему в мастерскую и там уже шел разговор на своем языке про сухость древесины про угол заточки стамески они говорили а я слушал впитывал Руслан всегда меня в разговор втягивал а Серега вот тот ящик мы делали с пазами без гвоздей и я чувствовал себя своим в этом кругу мужчин которые умели делать вещи на совесть