Ты снова здесь…

— И всё же… — Настоял я.

— Саманта, — с улыбкой, она протянула мне руку.

Я разглядел на её бледной, почти белой кисти маленькую татуировку символа инь-ян. Длинные, аккуратные ногти были покрыты черным лаком. В каждом ноготке отблескивал свет от настенных ламп.

Я улыбнулся и протянул ей свою руку в ответ. — Патрик. Рад знакомству.

Еле заметно провел большим пальцем по тыльной стороне ее ладони, чтобы навсегда запомнить это чувство — прикосновение к ее коже.

Рукопожатие тянулось чуть дольше положенного, но Саманту, похоже, это ничуть не смутило. Она сделала первый глоток.

— Чем занимаетесь, Патрик? — Ласковым бархатным тоном поинтересовалась она, рассматривая мою записную книгу, лежавшую на столе, рядом с пустым пивным бокалом.

— Я пишу книги. Сейчас занят одним романом, — взволнованно ответил я.

Из-за стойки выглянул Альберто, напоминая, что до закрытия осталось меньше четверти часа. Я кивком поблагодарил его за предупреждение. Он еще немного посмотрел на нас и, покачав головой, с встревоженным видом скрылся за стойкой.

— О чем же он будет, если не секрет? — Снова начала девушка.

Немного помедлив, я всё же ответил:

— О любви. Не о той любви, о какой пишут романтики, у которых всегда всё хорошо заканчивается, а о той любви, что приходит со временем. Я пишу о том, как любящие люди с трудом выстраивают ее. Намекну: редко встречается роман, заканчивающийся плохо, и меня это не устраивает. У главных героев всегда счастливая концовка, хотя в жизни то, всё как раз наоборот.

— Не-ет, — с опечаленным видом протянула девушка. — Вы, что же, убьете кого-то?

— Всё может быть, — улыбнулся я. — А вы, Саманта, любите читать?

— Вашу книгу я точно читать не стану. Вы в этом деле не лишены жестокости, — упрекнула она меня.

— Я лишь мыслю реалистично.

Воцарилось недолгое молчание. Я не считал, но, кажется, мы смотрели друг на друга уже слишком долго.

Девушка застенчиво опустила глаза, нервно потянувшись за чашкой. Она с наслаждением вдохнула аромат и сделала маленький глоток.

— М-м-м… — Ласково протянула она. — Капучино с запахом трав и нотками горького миндаля. Божественное сочетание, не находите?

— Меня больше привлекает кисло-сладкий вкус Гримбергена с капелькой горечи. — Ответил я.

— Да вы знаток! — Саманта засмеялась, сощурив глаза.

Ее сладкозвучный беспечный смех волнами разливался по моему телу, окутывая сердце, согревая душу.

— Любитель. Я редко пью.

— А мне стоило бы и выпить, наверное. Денек выдался паршивый, — оправдалась она.

— Хотите поделиться с кем-нибудь? Я бы с удовольствием выслушал вас!

Я предложил девушке продолжить наше общение на прогулке, но она сразу же отказалась.

— Это был худший вторник в моей жизни, — расстроено добавила она. — Кажется, я только что уволилась… неважно. — Она глянула на свои часы. — Извини, мне нужно идти.

— Саманта… — мне не удалось задать ей последний вопрос, когда она меня оборвала.

— Можно просто, Сэм.

Мы даже не обменялись рукопожатиями. Девушка быстро удалилась, не оставив мне шанса хоть как-то приободрить ее.

***

Спустя пару минут, меня вдруг осенило. Мне было известно её имя, но на этом всё. Как же я смогу отыскать её снова?

Я расплатился с Альберто и вышел на улицу. В ту же секунду за мной закрыли двери на ключ и сменили вывеску на «закрыто».

Часы пробили десять. Безработному незачем спешить домой в столь поздний час, чтобы выспаться. Я вполне мог прокормиться той суммой, что выплачивало мне издательство, поэтому и не нуждался в дополнительном заработке.

Весь путь до дома я рассуждал именно об этом. Я делаю, что хочу, занимаюсь тем, что моей душе угодно, а главное — ни перед кем не отчитываюсь. Меня можно было назвать свободным.

Саманта…

Свободен лишь тот, кто ни к чему не привязан, а мое сердце, с той самой секунды, когда эта девушка вошла в зал, стало принадлежать ей. Стоит ли она того, я еще не знаю наверняка, но и поделать с собой ничего не могу. В груди что-то загорелось.

Велика была вероятность, что мы больше не встретимся. Такова жизнь. Но отчего-то я не переставал думать о ней.

***

Закрыв за собой входную дверь, я посеменил к кухне, оставив туфли и плащ в прихожей.

В столь поздний час наши сожители, обычно, уже спали, так что пробираться до кухни пришлось максимально тихо.

Достав из холодильника оставшийся с обеда стейк, я сунул его в микроволновку.

Расправляясь с едой, я бегал глазами по маленькой кухоньке три на три метра, с кучей приколоченных навесных шкафчиков, старенькой плитой и громоздким холодильником, почти касающимся потолка. Его мне подарили родители, а старушка — хозяйка квартиры — любезно согласилась снизить нам плату за комнату на весь срок проживания, в обмен на него.

Когда мы только перебрались в эту квартирку, в планах было прожить здесь не больше месяца и найти солидные апартаменты на два человека. Мои дела пошли в гору, да и Джо усердно идет к своей цели, но мне отчего-то так и не захотелось съезжать. В моем распоряжении была просторная комната, где всё лежало под рукой и верный конь, который еще ни разу не подвел меня в самый неподходящий момент. Какой же тогда смысл, покупать хоромы, которые будут наполовину пусты? Джордж же обустроил второй этаж своего бара под уютную комнатку со всеми удобствами и окончательно съехал от меня.

Выходя из кухни, я услышал, как дверь одной из комнат с тихим скрежетом приоткрылась. До меня донесся запах табака и протухших котлет. Видимо, у соседа в горле пересохло.

В темноте стоял пухлый, неухоженный мужик в нижнем белье. Он почесывал свою волосатую грудь, посыпанную крошками от чипсов, а его растрепанная борода была испачкана кроваво-красным соусом.

По внешнему виду этого человека можно было догадаться, что он находится здесь постоянно и ничего не собирается менять в своей жизни. Этого вонючего тридцатипятилетнего неряху всё устраивало. Его вид — словно плевок системе ценностей в лицо. Я согласился остаться и терпеть его присутствие, только потому, что этот мужик был весьма образованным. Находясь в его компании, я постоянно узнавал что-то новое. Этот бесхребетный домосед был начитан и на редкость умён. Частенько я обращался к нему, когда попадал в тупик, во время написания книги.

Я приблизился к соседу и протянул ему свою руку.

— Доброй ночи, приятель, — тихо прошептал он, пожимая мне руку. — Работа спать не даёт? — Этот человек словно читал мои мысли, даже когда я сам не мог их прочесть.

— На этот раз, нет. Не хочу засиживаться, — шепотом ответил я, и, обходя его толстенную тушу, сразу же попрощался.

Аккуратно прикрыв за собой дверь, я уселся за письменный стол и включил настольную лампу. Тусклый свет растекся по комнате, отбрасывая причудливые тени.

За пару минут я подготовил ноутбук к работе. Первый час я потратил на переписывание начального текста из записной книжки в электронный вариант.

Завязка истории растекалась сама по себе. Слово за словом, предложение за предложением. Вдохновение пропитало всю комнату, заставив пальцы работать по клавиатуре как отлаженный механизм.

***

Когда я посмотрел на часы, что висели над дверью в комнату, мои глаза слипались и уже почти ничего не разбирали от усталости. Стрелки указывали на половину второго ночи.

Я хлопнул крышкой ноутбука и погасил свет в комнате.

Как бы сильно не хотелось спать, заснуть у меня не получалось. Голова была забита мыслями о той незнакомке.

От одной мысли о том, что я позабыл взять ее номер, мне становилось не по себе.

Как же я мог так облажаться?

Город достаточно большой, а я даже не знаю, в каком районе живет эта девушка. Если только она, всё же, не живет поблизости. От того мне и показалось ее лицо знакомым.

Развернувшись лицом к стене, я закрыл глаза и представил себе ту незнакомку. Ее густые рыжие волосы, маленький аккуратный носик, кончик которого немного приподнят, ослепительные медные глаза, поглощающие тепло вокруг. Ростом на голову ниже меня… ах, ее обворожительная фигура! Я надолго запомнил ощущения от прикосновения ее рук.

Не прошло и минуты, как я спокойно и медленно уснул.

День 143

сарказм

По истечению недели я заметил, что Саманта никак не покидала моих мыслей. Чем только я не забивал себе голову. Погрузившись в свой роман, мне удалось оттеснить мысли о девушке.

Сердце моё снова стало биться тише, входя в житейское русло. Эмоции понемногу отключались, помогая сосредоточиться на работе.

Больше всего мне помогла терапия Джорджа под название «благотворительная помощь с открытием бара»:

— Какие-то планы есть? — Первое что я услышал, проснувшись этим утром.

— Нет. Зачем так рано звонить?

— Приезжай, поможешь. Уже через три дня открытие, а мне нужно расставить интерьер, — по тону было понятно, что он не просит о помощи, а хочет, чтобы я тоже принял участие в открытии бара.

Работы на пару дней, и пока я не придумал концовку для романа, мне было нужно чем-то занять себя.

— Буду через час. Купи мне кофе и я буду через двадцать минут.

Ответ не заставил себя долго ждать.

— Пошёл ты, у тебя пятнадцать минут.

***

Я вошёл в бар, стараясь не выдавать настроение. Друг был в состоянии заметить, что я выгляжу чересчур расстроенным.

— Что у тебя на этот раз? — Спросил Джо, не поднимая глаз.

Мне хочется рассказать ему о девушке, но это уже бред. Один раз кого-то увидел и поплыл парень… детский сад какой-то. Зная наши отношения, он, безусловно, поддержит, но вначале накроет меня издёвками так, словно катком проехал. Поприветствует меня безобидная шутка, что я влюбился. После, шуточки про то, что я трус и мямля, затем последует маленький, успокаивающий сарказм.

Всё-таки я решил воздержаться на время, пока у Джорджа настроение не появится, а может вообще не стану об этом говорить. Подумаешь, девушку милую встретил.

— С чего ты взял, что что-то произошло? — Я постарался сделать максимально непринуждённый вид. — Я, благодаря тебе, снова выспаться не смог.

Он сощурился, подозревая меня во лжи, но тут же отвернулся.

— Ладно, как захочешь, расскажешь. Тащи доски, будем делать декорации.

— Я могу хотя бы взглянуть на план?

Джо подошёл к стойке бара, сдвинул инструменты к краям и поднял лист с зарисовкой бара.

— Лучшее моё творение! — Он протянул мне лист, в ожидании, что я оценю и похвалю его.

Вначале я не обратил внимания на чертёж вывески с названием бара.

Мне понадобилась пара минут, чтобы рассмотреть и оценить задумку. Идея и правда была хороша, но сможем ли мы воссоздать всё это? Нас двое, а во времени мы были сильно ограничены.

— Сильно! Думаешь, мы управимся? — Засомневался я.

— А что там сложного? На этой неделе мы уже спали, так что если начнём сейчас, то закончим в срок.

***

Он предоставил мне сменные футболку и штаны, в которые можно было переодеться. Пока менял одежду, я представлял, как будет выглядеть бар на открытии.

Джордж выбрал тёмную стилистику. С освещением он был уверен — лучше всего подойдут лампы Эдисона по всему периметру потолка. Тёмно-коричневые, почти чёрные стены завешанные табличками со смешными высказываниями о пиве. Кажется, восемь или десять круглых столиков из тёмного дуба залитого сверху эпоксидной смолой, с подсветкой под столешницей. Потолок из длинных полукруглых сосновых плах, покрашенных, естественно, в чёрный. Барная стойка должна была занять всю боковую стену у входа. Джо пояснил, что, таким образом, гостям не придётся проходить через весь зал, беспокоя других. Стойка составит четыре метра и он сам её соберёт, украсив переднюю часть резьбой, а верхнюю сделает из максимально чёрной эпоксидной смолы, в которой будут плавать рыбьи кости, сигареты и пивные крышки. Брутально, ничего не скажешь. У меня в голове всплыло название с чертежа.

«Grim man» — мрачный.

Я второпях взглянул на чертеж с вывеской. Простенький, размашистый шрифт с закруглёнными буквами, «Egeryman». По телу пробежала дрожь.

Сказывается мой недосып.

— Ты готов? — Он вывел меня из ступора, бросив перчатки, и принялся выпиливать основу барной стенки для алкоголя.

— Можем приступать! — Отозвался я.

Почти всё необходимое для интерьера, за исключением столов, стойки и барной витрины, доставили готовым, в разобранном виде. Нам же остаётся всё собрать и расставить по местам. На всю работу у нас два дня, а на третий день нужно расставить продукцию и познакомиться с персоналом. Джо уже нанял двух барменов и четырёх сменных работников, а так же уборщицу.

Большая часть времени уйдёт как раз на стойку, так что с неё нам и следовало начать.

***

Стружка и опилки плотно забивали нос, то и дело приходилось выкорчевывать их как сорняки.

Под вечер, когда Джордж объявил перерыв, мы уселись за один из собранных столиков и, с жадностью, налетели на пасту с фрикадельками, приготовленные им же.

— У меня вопрос, — обратился я, насадив фрикадельку на вилку.

— Трави, — буркнул он, не останавливаясь, не отводя глаз от тарелки.

— Неделю назад я был в «Даре», — тихо начал я свою историю.

— Красавчик! Всё было вкусно? — перебил Джо, пытаясь разрядить атмосферу.

— Нет. То есть, да, но я не об этом. Я встретил девушку, очень милую. Мы хорошо пообщались, но я не взял номер телефона, когда она уходила. Её зовут Саманта — это… всё, что я о ней знаю.

— Я не гадалка, чувак, не смогу её найти, — посмотрев на меня, он положил вилку, откинулся на спинку стула и скрестил руки. — Чем я могу помочь?

— Ничем, конечно, но я хотел спросить твоего совета?

— Земля плоская, может, и не встретитесь, — он пожал плечами и продолжил есть. — Это сарказм! Она тебе денег должна?

— Нет. Я ей помог, а она хотела угостить меня завтраком, но я отказался. Она мне просто…

— Она там часто бывает? — Перебил меня Джо.

— Эм, вряд ли. Мы же часто просиживали там вечера, но её я видел впервые, — я с трудом проглотил последнюю фрикадельку и отодвинул пустую тарелку. — А что?

— Она хотела завтраком тебя угостить, придурок. Может, завтракает она там перед работой?

На мгновение у меня словно искра зажглась внутри. На мгновение. Пока я не вспомнил наш первый и последний разговор.

— Её как раз уволили. Так она сказала, — опустил я голову.

— Ты что разнылся? Если она живёт рядом, то какая разница, где она теперь работает? Завтракает то она всё там же! — Он утвердительно ткнул в меня своей вилкой, после чего взглянул на неё, положил на стол и доел последние фрикадельки уже руками.

Я поднялся со стула и обнял Джорджа.

— Спасибо! Закончим подготовку бара, и мы обязательно встретимся. — Замечтался я.

— Взял перчатки и за станок, — он допил чай и поднялся следом за мной.

За окном начинало темнеть, зажглись фонарные столбы, освещая водителям дорогу. До меня доносились разъяренные гудки автомобилей. Из-за накрывшего город тумана, по всему городу образовались пробки. Джо включил AC/DC, да так громко, что стеклянная основа бара начала вибрировать. Больше городская суета нас не отвлекала.

Правда, понимать друг друга приходилось только при помощи жестов.

День 145

ирония

Когда работа была почти выполнена, а до открытия оставалась пара дней, я дал себе маленький перерыв. Если подъём в такую рань можно назвать перерывом.

Этим утром я направился в «DarPoeta», чтобы не пропустить появление Сэм, если она, действительно, там завтракает. Весь день мне ещё нужно помогать Джорджу с обустройством, но утро я хочу пожертвовать ей.

Вечер был запланирован как следует. Отметить окончание ремонта. Мы условились, как бы поздно мы не закончили, как много не было бы работы завтра с открытием, мы должны это отметить. Неизмеримо много сил Джо потратил на этот бар. Придётся оставить тачку, если я собирался выпить вечером в баре.

Пасмурные облака ничуть не удивили. Как по часам, с первыми лучами солнца с неба посыпались капли, накрывая и без того ещё мокрую тропу.

Переступая лужи, я подавлял в себе желание зевать с каждым третьим шагом.

— Зачем, вообще, кто-то встаёт так рано? — Спросил я будто у всего города.

Старушка, медленно проходящая мимо, улыбнулась мне в ответ.

— Ну, к вам, старичкам, этот вопрос не относится, — прошептал так, чтобы она не услышала.

***

Просидев за столиком час с лишним, и пропустив уже третий звонок от Джорджа, я начал собираться, потеряв надежду встретить сегодня девушку. Сотовый снова зазвонил.

— Ты меня бросаешь? — На другом конце Джо изображал всхлипы.

— Нет пирожок, прости, задержался у фитнес-тренера. У него такие накачен…

— Становится не по себе. Через десять минут я закрою двери, включу музыку, и тебе придётся лезть через окно на втором этаже, — он бросил трубку, не дожидаясь ответа.

Я допил свой пряный латте, поблагодарил Летицию чаевыми и покинул заведение.

Лужа у входа, отчаянно пропитывающая мой кроссовок напомнила о погоде в конце февраля. Солнце вдали освещало город, но надо мной нависали тучи. Ничего нового, обычный лондонский четверг. Дождь, после обеда — ливень, а к вечеру, что удивительно, снова дождь.

Ммм… просто сказка!

Я встряхнул ногу, будто это чем-то поможет, раскинул над головой зонт и вышел из-под козырька.

***

Стоя на остановке, разговаривая по сотовому с главным редактором моей книги, я обратил внимание на даму, у самого края дороги. В длинном сером пальто и чёрной шапке она стояла ко мне спиной, докуривая сигарету. Девушка показалась мне знакомой, но вспомнить, где я её видел, не могу.

Как только подъехал мой автобус, я схлестнул зонтик, тут же запрыгнул в него и уселся у окна, в задней части. Я не отрывал взгляд от двери, ожидая увидеть лицо той девушки.

Если я увижу ещё лицо, то обязательно узнаю!

Грудь начало сдавливать, а сердце забилось чаще.

В автобус вошла низкого роста девушка, которою я не мог не вспомнить. Из-под зимней шапки виднелись рыжие локоны, прикрывающие глаза, карие глаза. Те самые, что я никак не мог позабыть.

Она заняла место в передней части автобуса, положив чёрную сумочку себе на колени. Её голова медленно прислонилась к окну. Саманта слушала музыку, разглядывая пролетающие мимо дома и людей. Девушка, казалось, была чем-то сильно расстроена.

Её взгляд остановился но одной из миллиона капель на стекле. Она с интересом младенца наблюдала, как капля спускалась вниз, поглощая другие.

Первой мыслью, посетившей меня, была фраза:

«Подсядь к ней!»

Я решительно поднялся и шагнул вперёд.

В тот самый день, в ту самую секунду состоялась наша вторая встреча.

Несколько минут я лишь сидел рядом, помалкивая и искоса поглядывая на неё, не веря своим глазам. Какова была вероятность снова увидеть её? Я воспринял это как знак свыше, хоть и не верил во всю эту дребедень.

Слегка наклонив голову, я посмотрел в её тёмно-карие глаза. Пару мгновений, с печальным видом на лице, она продолжала смотреть в окно, но как только наши взгляды встретились, девушка, улыбаясь, вздохнула.

Её кожа приобрела живой оттенок, а глаза блеснули, отражая свет солнца.

— Патрик! — Воспряла она, протягивая мне руку.

— Я и не надеялся увидеть вас снова, — прошептал я, обмениваясь рукопожатием.

— Можно уже перейти на «ты», полагаю, — её радостный тонкий голосок грел мне душу. Хотелось слушать её вечно…

— Я хотел позвонить ва… тебе в тот же день, как только вернулся домой, но я совершенно позабыл взять твой номер, — она, будто, не слушая меня, лишь сильнее сжала мою ладонь.

— В этом есть и моя вина, я слишком быстро сбежала, — успокоила меня Саманта.

Девушка вытащила из своей сумочки ручку и задрала мне рукав, освободив предплечье. За считанные секунды она записала мне свой номер красными чернилами вдоль рисунка мраморной колонны на моей руке, которую поддерживал Геркулес. Её пальцы казались холодными, не смотря на тепло в автобусе. Но прикосновение пера к коже было обжигающим. Она аккуратно выпрямила рукав обратно.

— А смотрится очень органично! Не сотри его, — наказала она.

— Ни за что на свете, — улыбнувшись, пообещал я.

Мы смотрели друг на друга несколько секунд, не произнося ни звука.

— Мне пора выходить, — вовремя опомнился. — Надеюсь, мы скоро увидимся.

— Всё может быть, — мы остановились, а девушка проводила меня своей тёплой улыбкой.

Когда автобус двинулся дальше, я увидел, как девушка махала мне вслед рукой. Проводив её не отрывая взгляд, я заметил, как остальные пассажиры тоже смотрели на меня. Стало немного стыдно, что мы так громко разговаривали.

Я взглянул на номер, оставленный на руке, и сразу же переписал его в мобильник, подписав как «Сэм». Отправился прямиком к Джо, но теперь я был намного счастливее. В такие моменты начинает казаться, будто, ни что не сможет испортить этот вечер. Иронично, что именно сегодня я оставил свой болид на парковке.

Я покинул транспорт недалеко от торговой аллеи на Ратбон-плейс, где находился бар Джорджа. Со всех сторон меня окружали разноцветные вывески, манящие витрины с вкуснятиной и дешёвыми побрякушками.

Это была одна из тех улиц, где туристы могли оставить не малую часть своего бюджета. Чуть ли не у каждой лавки крутились зазывалы. Кто-то раздавал купоны, кто-то просто танцевал, попутно рассказывая о своих скидках. Какой-то паренёк пытался всучить мне купон на подарочный кофе. Чашечка кофе действительно шла в подарок, но я уже был в курсе, что сначала нужно было купить два больших латте, кусок пирога, один круассан, вырастить щенка и открыть свой ресторан… Проще сделать вид, что не слышишь их. Надеть наушники, уткнуться в пол и пролететь мимо, как тень, не привлекая внимания.

Завернув за угол, я, наконец, смог выдохнуть и замедлиться.

Три громких стука и через прозрачные двери я увидел своего друга в халате, с мешком мусора наперевес.

— Будь лапочкой, — он протянул мне пакет, давая понять, что хочет, чтобы я выбросил его.

Строительный мусор нести не близко, так что поначалу я отказался.