Бегом от токсичных родителей

Humour

vs

Toxic

Мы в какой-то момент решили, что нужно воспринимать все это как семейные анекдоты, вроде истории сватовства, со снятием с себя гарантийных обязательств за качество предоставленного жениха.

Но анекдоты получались кислые. Например, однажды свекровь пригласила нас в гости всей семьей на обед, а в конце обеда сказала: «Ну вот, вы все у меня съели, теперь придется готовить снова».

Не очень вышел анекдот, и в гости мы с тех пор не ходили.

А еще моя мама любила принимать подарки со словами: «Тебе самой-то нравится то, что ты мне подарила?»

Или был еще такой. «Мам, ты скоро снова станешь бабушкой!» – «Ты сама-то хоть рада?»

Ой, таких анекдотов же была куча. «Мама, мы ждем ребенка!» – «Имейте в виду, денег для вас у меня нет!». «Мама, мы тебя хотим поздравить, мы ждем второго!» – «А мне-то что? Это я вас поздравляю!»

А третьего они встретили единодушно: «Надеюсь, больше вы рожать никого не будете?»

Был еще такой: «Ничего себе, сколько вы съедаете! Ты еще и готовишь два раза я в день? А я вот готовлю раз в неделю, и мне хватает. – Но мама, так нас же пятеро! – И что? Я что ли в этом виновата?»

«Зря ты, сынок, не купишь себе еще одни зимние сапоги. Двое мало. Вот у меня например на зиму три пары, это удобно, так они успевают просохнуть. – Конечно, мама, везет вам, – не выдерживаю я, – у меня вот вообще одна. – А тебе-то зачем вторая?!»

«Что ты жалуешься, что тебе тяжело с маленькими детьми? Ты сама так хотела, чтобы была маленькая разница в возрасте. Я же тебе говорила, что нужно второго заводить тогда, когда первый будет достаточно взрослый, чтобы полноценно нянчиться, тогда и будет кому тебе помогать. Я вот правильно сделала, тебе десять лет было…»

«Квартиру я буду только на себя приватизировать. Ты еще молодой и успеешь себе заработать. А я эту квартиру честно заслужила. Когда родителям ее государство выделяло, я была с ними прописана…»

Юмор не очень помогал. Наверно у нас не было чувства юмора, в отличие от наших мам.

Деньги не решают ничего

Как бы ни старались родители подмять ребенка, каким бы чувством вины и неполноценности не прогибали под свои интересы – внутри всегда есть какой-то инструмент, измеряющий насколько родитель выполнил перед тобой родительские обязанности. Ты можешь не осознавать, ты можешь не чувствовать, но ты будешь испытывать потребность возмещения недоданного тебе и причиненного тебе.

Деньги – это универсальное средство, которое может воплощать все.

Иногда ребенок хочет возместить деньгами неполученную в детстве родительскую заботу, надеясь, что когда это произойдет – гироскоп в душе придет в равновесие.

В эту ловушку попал мой муж. Я не могла очень долго примириться с тем фактом, что он соглашается брать у матери деньги. Мы брали у нее в долг трижды. Меня это очень обременяло морально. Данные взаймы деньги давали ей чувство превосходства над нами. Муж не ощущал этого чувства, но сильно чувствовала я. Видимо, быть ничтожным в ее глазах было ему привычно. А меня, находившуюся в положении «а ты-то кто вообще, тебя в нашу семью никто не звал» очень сильно задевали любые изменения градуса презрения.

Возможность получить от матери материальную поддержку означала для него возможность построить отношения. Мать выступала инициатором такой помощи. Это давало ей не только возможность выглядеть в собственных глазах достойно и принижало значимость моего мужа, но и позволяло сделать свой поступок достоянием общественности!

Деньги мы возвращали. Взаймы значит взаймы. Возвращение денег муж ощущал как моральную утрату. С каждым рублем данным матерью, списывалось где-то с морального счета ее недоматеринство, а с каждым возвращенным этот процесс аннигилировался.

Но фокус в том, что с каждым данным в долг рублем, в ее голове возрастал его счет перед ней. За то, что она давала сыну сверх того, что была должна.

Не только в бизнесе тяжело сверять балансы.

…ну, и ты заходи

Неожиданно для самой себя, я была принята в семью! Ну не так чтобы совсем, но в качестве ее члена. Не сделала я для этого вообще ничего. Это не связано было с продолжительностью брака и количеством внуков у бабушки.

Это было связано с похоронными делами. Один за другим стали умирать свекровкины родственники. Достойные родственники. Сначала тетка. Затем брат – человек очень почитаемый в семье и значивший для нее много. Племянник. Сестра. Она вдруг поняла, что круг близких людей поредел.

И тут она вспомнила про сына. Она стала звонить не для того, чтобы высыпать ведро упреков, а для того, чтобы позвать на выходные внуков. Раньше внуки не знали такого счастья. Их визиты были выпрошены и со вздохом дарованы, они ходили в гости со своим обедом в кастрюльке и строго на отведенное время. Теперь свекровь звала их и сетовала «Ну что же ты со своей едой, я же все приготовила!»

Не умея оценить тогда причины этой метаморфозы, я подумала, что так лечит время. Как сказала моя подруга однажды о своих отношениях со свекровью: «Я что-то поняла, она что-то поняла».

Через некоторое время стало понятно, что дело здесь не в этом. Большой жертвой со стороны свекрови было согласиться на сына и внуков вместо брата и тетки. Заменить близких людей на низкосортную родню. Полезли новые раздражения и обиды, хотя она и приняла на себя роль образцовой бабушки.

Наследство

В один из трудных периодов взаимоотношений со свекровью (трудных это значит регулярные скандалы по субботам на тему «ты никтожество, ты делаешь все не так, вот другие люди не дураки, не то что ты») мы стали задавать себе вопрос – почему мы не можем разорвать с ними отношения вообще, ибо сколько уже можно это выносить? Мы совместно защищались то от одной мамы, то от другой, у каждого отдельно взятого сил противостоять своей маме уже не хватало.

Муж однажды устало сказал, что наверно из-за наследства. Вот тут меня взорвало. Так мучиться ради квартиры? Которая не нужна. Съеденные нервы уже на тот момент стоили немного дороже. Он неуверенно объяснил – ну, должна же она мне хотя бы что-то дать, все же мать…

Все стояло на голове. Не мать оставляет наследство ребенку, а наследство может сделать мать матерью.

Однажды свекровь сообщила нам, что решила оставить квартиру по завещанию внуку. Одному из трех. У меня чуть не слетело с языка «мама, что вы делаете, не создавайте проблем несовершеннолетнему!» – я сообразила, что сейчас проговорюсь о том, в чем даже себе не признаюсь. Я спросила только, зачем она хочет рассорить трех внуков между собой.

Муж не сказал ничего. Проглотил еще одну порцию материнской любви.

Через несколько лет принятая доза любви уже значительно превышала стоимость квартиры. Мы желали свободы и ничего другого. Но наследство догнало нас само.

Нет, никто не умер. Но наследство – это ведь не только имущество. 39 размер ноги, ямочки на щеках, голубые глаза или ранняя лысина – это тоже наследство. И если огорчаться по поводу того, что ребенок вышел лицом в тещу или фигурой в свекра еще глупо, то страдать из-за того, что ребенок получил от бабушки трусливость, неприязненность к людям и истеричность, а также усвоил от нее, что родители дураки и неудачники, приходится всерьез.

Вместо любви дети получили от бабушек заряд отношения к миру. В собственных детях мы увидели, как наши родители к нам относятся. Дети считали своим долгом противостоять нам в каждом вопросе, презрительно отзываться о наших планах и чужих успехах, бойкотировать родительские требования и … выращивать в нас чувство вины!!!

Сейчас-то я точно знаю, что было ошибкой думать, что мы обязаны обеспечить детей бабушками. Не обязаны! Да мы и старались зря. Чувства наличия бабушкиной и дедушкиной заботы у детей не возникло. Дети нуждаются в бабушке лет до 10, потом сфера их социального взаимодействия переключается на ровесников. До 10 лет, несмотря на то, что бабушки в жизни детей присутствовали обязательно, как гематоген, они искали бабушку в любой женщине старше 45 лет. Нашей бабушкой была директор детского сада, бухгалтер на работе и мама моей подруги. Дедушкой был сосед по даче.

Когда выращивание чувства вины со стороны детей уравнялось по мастерству с бабушкиным, мы поняли, что пора бить тревогу и травить глистов. Что ж, какие мамы, такое и наследство.

Мы решили уйти по-английски. Молча.

Посланный вдаль токсичный родитель чувствует себя бумерангом

Когда принимаешь решение прекратить, думаешь, что теперь все кончится. Мы ушли со сцены, расстались с идеей, что детям нужны бабушки и закрыли границы семьи на карантин.

По словам наших мам, внуки были для них страшной обузой, они шли на огромные жертвы, уделяя им время, и эта жертва была подтверждением их материнской любви. Нет, немного иначе. Эта жертва подтверждала их высокие душевные качества, а обладание высокими качествами подтверждало материнскую любовь.

«А че это вы детей на выходные не приведете?», – возник вопрос после того, как мы пришли к выводу, что лучше нуклеарная семья, чем родня с разлагающим эффектом.