Скитаясь в неизвестном мире

Почему-то ее голос раздвоился: он был одновременно понятным и инородным. Будто она говорила на языке, которого я не знал, а поверх накладывалась озвучка на моем родном. Я продолжал тупо пялиться на девушку.

– Ты меня вообще слышишь? Ты чего зыришь, отсталый, что ли?

Я решил всё же попытаться ей ответить. – Н-нет… Просто я…

Девушка меня перебила: – Стоп, а ты случайно не тот больной мальчик, которого недавно похоронили?

Я удивленно посмотрел ей в глаза. О ком она вообще говорит?

– Реально! Твоя семья же живет недалеко от лавки. Я видела, как тебя несли в священной труне к Великому Храму.

Что она вообще несет? Какая священная труна и что вообще за храм? – Я тебя не понимаю… – промямлил я себе под нос.

Она встала, подошла ко мне впритык и ткнула пальцем мне в лицо. – Настоящий… Живой труп разгуливает по Этерии… – Она рассмеялась. – Кому расскажу – не поверят! Поэтому я должна тебя показать кому-то… – она задумалась. – К примеру, твоей сестре!

Она схватила меня за руку и куда-то побежала, но я тут же упал, уткнувшись лицом в траву и землю.

– Ты чего? Поднялся из мертвых, а стоять не научился? – она протянула мне ладонь. – Ну же, хватайся!

Я взял ее за руку и поднялся. В ногах откуда-то появились силы.

– Ладно, бежать с тобой не вариант, тогда пойдем медленнее. Следуй за мной.

Она пошла в сторону невысоких зданий. Это их деревня? Дома такие старые, абсолютно не похожи на те, что были в моем городке. Но в этой деревне было достаточно оживленно: множество людей в странных одеяниях сидели за прилавками, просто прогуливались или даже ездили на каретах. Вот только тянули их не лошади, а странные существа, напоминающие коров.

Меня кто-то дернул за ухо. – Вот мы и пришли, – сказала девушка, постучав в одну из дверей.

Дверь открыла такая же приятная на вид девушка. Только завидев меня, она заплакала. Слезы проступили на ее лице, она бросилась ко мне и что есть сил обняла. Я почувствовал ее тепло и некую мягкость, а после, слегка отстранившись, она посмотрела мне прямо в глаза.

Яркий свет и неприятное жгучее чувство в щеке вспыхнули в ту же секунду. Она влепила мне пощечину, да такую сильную, что этот след, видимо, надолго запечатлеется на моем лице.

– Прима, он в точности как мой брат… Зачем ты привела этого парня ко мне?! – навзрыд крикнула девушка и в одночасье согнулась, громко заплакав.

Я абсолютно не понимал, что происходит, но мне было так грустно смотреть на то, как девушка плачет из-за меня.

– Ария, это и есть твой брат! Он вышел прямиком из Великого Храма нашей Богини! – заявила девушка, которую назвали Примой.

– Хватит! Мой брат долго страдал и умер, он не хотел бы возвращаться снова в этот ад! – говорила девушка по имени Ария, выпрямляясь. – Уходи… Ты, – она показала на меня пальцем, – и ты, Прима! Мне плевать, что он вышел из храма глупой Богини. Мой брат мертв!

Какая-то женщина выглянула из-за двери. – Ты… Ты! Неужели ты вернулся? – женщина двинулась в мою сторону.

– Вот зачем вы пришли… – вытирая слезы с глаз, прошептала Ария.

Женщина подошла и смотрела на меня так, будто я самое ценное сокровище в мире. – Велес… Неужели ты вернулся? Ты… Ты жив! – Женщина начала плакать и попыталась меня обнять, но Ария остановила ее.

– Нет, мамуль, это не папа.

Женщина посмотрела на Арию безумным взглядом. – Кто же это, если не Велес? Это же он, я наверняка знаю! Пусти меня!

Женщина пыталась вырваться, но Ария силой завела ее домой. – Уходите и не возвращайтесь!

Ария зашла в дом и захлопнула дверь перед нашим носом.

– Вот же, она мне не поверила! А может, ты и правда просто похож на ее брата, а я лишний раз затронула больную для нее тему… Тогда кто ты? – спросила меня Прима.

Я дотронулся до лица. Кожа была на удивление мягкой и гладкой. – Я… Не знаю… Я умер, но вдруг очнулся в чем-то, похожем на гроб, и…

Девушка с недоумением посмотрела на меня. – Это странно… Может, это чудо Богини? – Прима призадумалась. – Богиня увидела твои страдания и решила вернуть тебя к жизни?

Я спросил: – А кто такая Богиня?

Девушка изумленно выдохнула. – Ты серьезно? Ты не знаешь Богиню? Нашу Богиню? Великую Богиню Неба, которая спасла нас от неминуемой гибели? – Она засмеялась. – Ты будто вообще не из нашего мира! Такой потерянный, я просто не могу… Богиня смогла тебя воскресить, но не смогла оставить тебе воспоминания?

Я, чуть поколебавшись, ответил: – А если я и правда не из этого мира?

Она удивительно серьезно посмотрела на меня. – Тогда это всё меняет. Только вряд ли это возможно. Всё-таки никто не знает, есть ли другой мир. Может быть, ты просто сумасшедший?

«Может, я и правда сумасшедший, а это всего лишь моя фантазия?» – подумал я и глупо улыбнулся.

– Ты чего? Зачем кривить такую стремную рожу? – заявила Прима.

Я сел на землю, уставившись на первый попавшийся камень. Зачем я здесь? Кто я сейчас такой и где я вообще? Я помню, как меня жестоко пытали, я будто до сих пор чувствую каждой своей клеточкой невыносимую боль. После я очнулся в этом гребаном гробу и сгорел… Но нет, потом меня убил тот человек с копьем… Но нет… Что это вообще?! Это всё сводит меня с ума!

Я схватился за голову, меня начало трясти, но легкий щелчок по лбу привел меня в чувство.

– Эй, ты чего сел? – она цокнула языком. – Вставай и иди за мной.

Прима куда-то пошла. Нельзя так зацикливаться… Я встал, слегка отряхнулся и последовал за Примой. Я хотел просто закрыть глаза и забыть обо всем, просто уснуть вечным сном, почему я не умер, может простая смерть была бы лучше?

– Эй, стой! – послышался крик Примы.

Я посмотрел под ноги и увидел, что стою на самом краю… Чего? Это земля в небе? Я тут же полетел вниз. Откуда-то сверху доносился голос Примы, который что-то невнятно кричал. Я летел всё быстрее и быстрее, ветер больно бил в лицо, но вид прекрасной, величественной и какой-то первобытной земли внизу затмевал сознание. Я снижался всё ниже и ниже. Резкий удар. Огромный мощный импульс распространился по всему телу, я даже не успел почувствовать боли…

Я рухнул на колени, и меня вырвало.

– Эй, что с тобой? – спросила Прима, глядя на меня с легким отвращением. – Тебе точно нужно к врачу. Кто просто так блюет посреди дороги?

Я вытер рот рукой. Что это, нахрен, было? Я задумался, упал вниз… Это что, летающий остров?

– Этот остров… В небе? – спросил я, поднимаясь с колен.

Она лишь ухмыльнулась. – Походу, ты реально не из нашего мира. Да, этот остров летающий! Великий ангельский остров Этерия, на котором мы жили с ангелами! – Она с печалью посмотрела куда-то вниз. – Пока люди земли их не убили.

Почему-то мне это кажется знакомым… Будто я слышал нечто подобное ранее.

– Звучит довольно интересно. Кстати, а куда ты меня вела?

Она усмехнулась. – Ну, к местному лекарю. Чтобы он проверил твою голову, ведь с ней явно что-то не так. Всё, хватит разговоров, пойдём уже.

Я последовал за ней. Ангелы… Вот оно как. Получается, я и правда в раю? Хотя их уничтожили люди земли. МЫ, обычные люди, их уничтожили? Я посмотрел на свои руки. Всё это так странно, меня прям выворачивает наизнанку. Хотя это лучше, чем просто вечная тьма… Наверное.

Я осмотрелся и заметил, что мы идем по мостику, который соединяет этот кусок земли с другим. Немного стремно по нему идти, учитывая, какая тут высота. По ту сторону моста, на маленьком островке, находилось единственное здание с крестом на крыше. Похоже на церковь.

Прима встала перед входом, поклонилась, а после три раза постучала в громоздкую дверь и открыла её. – Давай, заходи! – она приглашающе махнула рукой, и я прошел внутрь.

Приятный басистый голос донесся откуда-то издалека: – Да, сейчас подойду, подождите.

Прима села в одно из кресел, которые любезно располагались почти у входа. Я присел рядом. Спустя всего минуту к нам вышел мужчина средних лет с хорошо накачанным телом.

– Вызывали? – он окинул меня взглядом и тут же в шоке плюхнулся на пятую точку. – Какого черта?! Ты же умер, малыш! Такого просто не может быть!

Прима лишь улыбнулась. – Доктор, это же тот самый больной парнишка, который скончался на днях, верно?

Доктор, поднимаясь и с трудом сглатывая ком в горле, произнес: – Да… Этот парень очень похож… Точнее, он – его точная копия. – Он нервно улыбнулся. – Но такого просто быть не может. Чтобы человек восстал из мертвых? Такого никогда не было…

Теперь до меня дошло. Я попал в тело какого-то паренька, который недавно умер. Либо же я сам просто похож на него. А как я вообще выгляжу?

Не успел я моргнуть глазом, как оказался в кабинете врача. Он внимательно меня осмотрел.

– Этот парень полностью здоров. И он… Он и есть… – доктор взял паузу. – Элиан, ты помнишь, как ты умер?

Элиан? Это вообще кто? Неужели это я?

Прима ехидно улыбнулась. – Значит, я была права! Ты всё-таки тот самый паренек, который недавно…

Доктор перебил Приму: – Не стоит ему такое говорить, он немного в шоке. Всё-таки вернуться с того света и полностью вылечиться от смертельной болезни многого стоит. Это настоящее чудо! Неужели наша Богиня и правда такое может? Тогда почему она выбрала этого паренька?

Доктор собрал какие-то документы со стола. – Тебя нужно срочно показать родственникам.

Прима подошла к нему: – Мы уже были у них. Они нам не поверили.

Доктор улыбнулся. – Ну конечно! Не каждый день мертвые люди возвращаются к родне. Но у меня есть доказательства того, что он настоящий. Поэтому им придется поверить и принять в свою семью восставшего мертвеца. – Он положил тяжелую руку мне на плечо. – То, что ты растерян и, возможно, многого не помнишь – это нормально. Мозг постепенно приходит в себя.

Я выдавил улыбку. Получается, я теперь другой человек? Человек, который умер и резко воскрес. Какой же кошмар… Я видел боль в глазах тех людей, они очень его любили. Я не смогу притворяться кем-то другим!

А вдруг… Вдруг кто-то сейчас притворяется мной? Сидит с Асахиной дома у Лео, рисует эти глупые плакаты? А после приходит домой, играет в мой компьютер на моем аккаунте, кушает вкусный супчик моей бабули, рыбачит в море с дедушкой, поминает моего отца, которого и знать не знает?!

Я схватился за лицо, на котором застыла гримаса ужаса.

– С ним часто такое бывает? – спросил доктор.

– Да, случалось такое, пока мы шли сюда, – ответила Прима.

– Интересно! – сказал доктор, доставая блокнот и что-то записывая.

После он покопался в документах и достал карточку, к которой была прикреплена фотография.

– Элиан, это ты! – сказал доктор, показывая мне снимок.

Но я не реагировал. На моем лице застыла гримаса ужаса.

– Доктор, тут нужно вот так, – сказала Прима и щелкнула меня по лбу.

Я тут же пришел в себя и взглянул на медицинскую карту. На ней было фото беловолосого паренька – судя по всему, того самого Элиана.

– Элиан, это ты, – повторил доктор, ткнув пальцем в фотографию.

– Ха, неужели это я? – усмехнулся я вслух.

– Да, это ты. А теперь пойдемте, пока не стемнело, а то по ночам сейчас сильные морозы.

Доктор убрал документы в маленькую сумку и направился к выходу. Прима двинулась следом.

– Ну, давай, пошли! Чего ты там завис? – бросила она, открывая дверь и исчезая в ярком свете проема.

Неужели мне придется притворяться другим человеком? Я толкнул тяжелую дверь и вышел на улицу вслед за Примой и доктором. Она о чем-то с ним говорила. Интересно, давно ли они знакомы?

Я слегка потер глаза, уставшие от всего безумия, что произошло за день. А когда открыл их… Силуэты Доктора и Примы изменились. У них не было… голов?

Я застыл на пороге лечебницы. Что?..

1.3. Я

Я вновь толкнул тяжелую дверь и вышел на улицу вслед за Примой и доктором. Она о чем-то с ним говорила.

Я слегка потер глаза, уставшие от всего безумия, что произошло за день. А когда открыл их… Силуэты Доктора и Примы изменились. У них не было… голов?

Я застыл на пороге лечебницы. Что? Что??? Я же только…

Я вновь толкнул тяжелую дверь и вышел на улицу вслед за Примой и доктором. Она о чем-то с ним говорила.

Я слегка потер глаза, уставшие от всего безумия, что произошло за день. А когда открыл их… Силуэты Доктора и Примы изменились. У них не было… голов?

Я застыл как камень у порога лечебницы. Какого?

Я вновь толкнул тяжелую дверь и вышел на улицу вслед за Примой и доктором.

Я слегка потер ГЛАЗ БЕЗУМИЯ. А когда открыл…

Я просто потерял дар речи: вся земля, все пространство, окружающее меня, изменилось. Небо перестало быть идеально голубым и сменило свой тон на темно-красный. Земля… нет, это уже больше не было землей: на ней не было ни травы, ни черной грязи, ни тех прекрасных цветов с деревьями, на которых росли идеально красные плоды.

Это все превратилось в изуродованную человеческую плоть, которая жила своей жизнью, она дышала, органы, которые были вывернуты наружу, слегка покачивались. В трубках, напоминающих человеческие кишки, что-то двигалось. Я взглянул под ноги: я стоял на этой живой плоти, от давления моего тела из нее вытекала слабая красная жидкость. Я поднял свой взгляд, чтобы посмотреть на место, где должны быть Прима с Доктором.

К моему удивлению, они там даже стояли, их головы были на месте, но они застыли, как живые статуи. Голова Примы резко, неестественно повернулась на 180 градусов.

Ее лицо было изуродовано адской гримасой, лишь отчасти напоминающей улыбку.

Неестественно быстро она двинулась ко мне, даже не поворачиваясь своим туловищем.

Все, что я мог, – лишь стоять. Мое тело просто вросло в эту живую плоть, я стал ее частью.

– Ты мне напоминаешь одного человека: такой же странный запах, инородный глаз. Твое тело хоть и является частью этого мира, но вот то, что внутри… – сказал неестественный голос, исходящий из изуродованной Примы, но при этом ее рот так и застыл в жуткой улыбке, даже не пошевелившись. Она ткнула меня в лоб пальцем, я мгновенно почувствовал легкость во всем своем теле, в глазах потемнело, и я просто упал.

– Эй, вставай, зачем ты тут лежишь? – доносился до меня приятный нежный голос, такой теплый, согревающий само мое нутро. Видимо, это хозяин голоса легонько бил меня по лицу, пытаясь привести в сознание.

Мои глаза медленно открывались, веки были по-приятному тяжелые, я в жизни не чувствовал такого. Когда глаза открылись, перед моим лицом была пара довольно больших и приятных женских грудей. Стоп, что?

– Неужто пришел в себя!

Я поднял взгляд.

Самое красивое женское лицо, что можно только представить, находилось всего лишь в трех десятках сантиметров от меня. Ресницы на ее лице длинные, белого цвета, даже брови белые, кожа же бледнее мертвеца, а глаза мутные, как дедов самогон, и она была полностью обнажена. Я очень сильно смутился и покраснел.

Она, улыбаясь, меня спросила: – Ты откуда у нас такой?

Я попытался открыть рот, но не смог.

– Не умеешь говорить? – удивленно посмотрела красивая дама. – Тогда может?..

Она посмотрела куда-то вниз и взяла острый камень с земли.

– Ты умеешь писать? – девушка взяла меня за руку и положила в ладонь камень.

Я не знаю, поймет ли она мой язык, поэтому я ей не ответил и сразу же принялся вырезать свое имя в земле.

Она удивленно посмотрела.

– Это мне незнакомо, впервые вижу такие символы, но, видимо, ты меня слегка понимаешь, раз начал что-то чертить.

Тут же раздался другой голос.

– Серафина, ты что там делаешь? – я посмотрел в сторону, откуда доносился голос. Там стоял кто-то с коробками в руках. По лицу это был парень, но у него тоже женская грудь и… Крылья? Стоп, и у нее они тоже?

– Люци, смотри, кого я тут нашла на земле! – вставая с колен и радостно показывая на меня пальцем, заявила девушка.

– Ого, бескрылый, я таких вообще не видал, – заявил этот парень или девушка…

Щелчок раздался в голове. В ту же секунду эти прекрасные создания оказались на земле в луже своей собственной крови. Голова этой прекрасной женщины была отделена от туловища и лежала рядом с ней, смотря прямо на меня.

Меня тут же потянуло блевать, но было нечем… Лишь легкая струйка желтоватой воды вышла из моего рта. Я медленно поднялся на ноги. Щелчок. Я стоял в оживленном городе, множество голых людей неземной красоты с крыльями ходили вокруг, совершенно не замечая ребенка, который находился передо мной. Ребенок плакал и бил по земле, вопил и о чем-то молил. Сильное желание подойти и помочь малышу появилось в моем сердце, прошлая картина будто напрочь пропала из моей головы. Я протянул к нему руку, как вдруг… Щелчок. Пейзаж резко сменился, все вокруг было залито кровью, а в ней купались тела этих людей. Ребенок был на прежнем месте и продолжал плакать, только уже над телом какой-то женщины; он хватался за нее своими маленькими ручками, несмотря на адскую вонь и пейзаж, окружающий его. Я попытался подойти ближе, но мое тело прилипло к земле. Пространство между мной и малышом резко увеличилось, растянулось… Я заметил фигуру человека с копьем в руке, который подошел сзади к ребенку. Я попытался предупредить малыша, но мой рот не открывался. Щелчок. Я вновь стоял на пороге лечебницы, вокруг все состояло из плоти, а изуродованная Прима сверлила меня взглядом, стоя передо мной.

– Приятная боль, верно? – ее лицо резко исказилось и приняло обычную форму лица Примы.

– Ты настолько сломлен, что даже и слова сказать не можешь, стоишь и пялишься в одну точку. – Она подошла и провела рукой по моему лицу. – У тебя молодое лицо, но ты все равно очень похож на него…

Она резко убрала руки от моего лица и щелкнула пальцами. Я почувствовал тяжесть, но во мне что-то появилось. Чувство. Чувство, когда ты через силу толкаешь от себя огромную штангу.

Я сделал шаг вперед.

Прима удивленно усмехнулась.

– Может, ты и есть он?

Я через силу, открывая рот, заговорил: – Я-я К-То? К-кого, твою м-мать, ты имеешь в в-виду?

Прима подошла ближе и, улыбаясь перед моим лицом, щелкнула пальцем.

В глазах потемнело. Я стоял в кромешной тьме. Но я думаю, я могу думать! Я что, умер? Вот теперь насовсем? Боже, что я, твою мать, только что видел, твою мать… Образы, множество образов мертвых людей всплывали перед моими глазами.

Картинка появилась неожиданно. Я сидел, привязанный металлическими цепями к стулу, пейзаж был знаком: этот вонючий запах, эта халупа…

Я был в доме этого ублюдка… Эта мразь, эта сволочь… Сука, я снова здесь… Во мне воспылала адская ненависть. Мужчина перестал точить свою пилу и повернулся в мою сторону. На удивление, сейчас я вижу яснее, чем тогда, я идеально вижу эту комнату, на ее стенах вырезаны какие-то странные символы, а на полу лежат куски костей и что-то похожее на органы вперемежку с мясом. Я посмотрел на лицо этого ублюдка: все-таки интересно, кто же меня убил. ЧТО??? Его лицо было замазано какой-то мозаикой. Я что, в фильме? Он приложил пилу к моей руке и начал медленно пилить. Адская жгучая боль распространилась в моей руке. ТВОЮ МАТЬ, КАК Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ, ТУПОЙ УБЛЮДОК, КАК ТЫ СМЕЕШЬ ЭТО ПОВТОРЯТЬ! Я собрал все силы, которые только были во мне, и, очень сильно закрыв глаза и стиснув зубы, попытался вырваться из цепей, я напряг обе свои руки, да, даже ту, что сейчас пилят, и пытался вырваться. СУКА, СУКА, СУКА, СУКА, СУКА, СУКА, СУКА, СУКА, СУКА, СУКА, СУКА…

Вдруг цепи порвались, и я тут же упал вперед, но я не почувствовал маньяка, я почувствовал мягкие маленькие бугорки, прижимающиеся к моему лицу. Я открыл глаза и был в шоке: мое лицо упиралось в маленькую, но женскую грудь. Подняв взгляд, я посмотрел на ПРИМУ снизу вверх.

– Приятно? – ухмыляясь, сказала она, но я сразу же отпрыгнул назад.

– Нет, ни капли… Стоп, я снова могу спокойно говорить? Воу, и столько сил, боже, да я будто заново родился, – сказал я, разминая руку, которую недавно мне пилили.

– Хочешь стереть свои воспоминания? Стереть всю боль, которую ты испытал?

Прима взяла меня за руку.

– Стереть свою прошлую жизнь?

Я посмотрел под ноги.

Стереть свои воспоминания? Стереть боль? Стереть прошлую жизнь? Она серьезно это спрашивает? Кто-то говорил мне всегда улыбаться, а стоило ли ему верить? Плевать на боль, плевать на боль!!! Но тут же мою голову заполонили голоса, сотня голосов, которые кричат и просят о помощи, среди этих голосов даже мой есть, наверняка есть, сто процентов есть! И с чего это там не было бы голоса бедного школьника, которого расчленяли часами. Школьника, у которого не было матери. Школьника, у которого не было отца.

Рука дотронулась до моей головы…

«Что? Почему из моих глаз льются слезы? Что я вообще делаю?»

Какая-то розововолосая девушка подошла и прижала меня к себе.

– Такой же, как я… Прошу, помоги мне! – заявила девушка, прижимая меня сильнее к себе.

Мои руки обняли ее в ответ, я прижал ее так же сильно, как она меня, ее голова покоилась на моем плече.

Я улыбнулся.

– Конечно, как я могу бросить девушку в беде!

Мои глаза медленно открылись.

Тепло… Мягко…

Желтоватый свет лампы освещал комнату. Рядом со мной на стуле сидела женщина, ее лицо было в большом количестве морщин, она смотрела на меня, на ее глазах выступили слезы.

– Велес, ты вернулся! Неужели ты поднялся с самой земной глади, чтобы вновь прийти ко мне? – она зарыдала.

Дверь в комнату открылась. Девушка, которую Прима называла вроде как Арией, вошла в комнату.

– Мама, сколько раз повторять, это не папа! Это твой сын Элиан!!! – она подошла к женщине и положила руки ей на плечи.

– Ну как, это же он, мой Велес, моя любовь!!!

Ария на слова матери лишь закрыла глаза, одинокая капля потекла по ее щеке.

– Мам, пойдем, тебе нужно отдохнуть.

Ария подняла свою мать со стула, держа за плечи, и вышла из комнаты.

Как я вообще оказался тут? Я помню все, что видел, но я не чувствую прежней боли, все эти воспоминания стали такими далекими, будто я вовсе не проживал все это. Это так странно, я не помню ничего после касания к моей голове, лишь смутные образы, образы того, как я обнимал что-то светлое и теплое, но что? Я что-то говорил? О чем я говорил?

Я приподнялся с кровати, оглядывая комнату. Комната была довольно скромной: кровать, стул, столик, на котором стояла лампа, освещающая комнату слабым желтым светом, также там были книги и какая-то деревянная фигурка женщины. Я встал с кровати, и мне было так легко, весь накопившийся груз каким-то чудом мигом слетел с моих плеч. Я подошел к столу и заметил, что одна из книг на столе очень сильно выделялась; она выглядела даже не как книга, а скорее как блокнот. Я взял ее в руки и открыл.

Дверь открылась.

– Элиан, мне нужно с тобой поговорить! – сказала Ария.

Я положил блокнот на стол.

– Ты ведь не он, верно? Ты не мой брат, хотя всё говорит, что это ты, у тебя даже родинки на тех самых местах… – она смотрела в пол.

Я хотел ответить ей, но она продолжила.

– Ты, ты… Демон или что-то типа того? Ну как, просто как больной с детства братик, который умирал у меня на руках, за которым я ухаживала большую часть жизни… Вот так воскресает из мертвых и… Ходит, спокойно дышит, будто вовсе никогда не болел… Просто скажи мне, кто ты? – Ее лицо было в слезах, и она смотрела мне прямо в глаза…

Я НЕ ЗНАЮ, ЧТО СКАЗАТЬ… Я НЕ МОГУ, НЕ МОГУ ПРИТВОРИТЬСЯ ДРУГИМ ЧЕЛОВЕКОМ, НО МОГУ ЛИ Я СЕЙЧАС СКАЗАТЬ, КТО Я ТАКОЙ?

Я отвернулся от ее лица, просто не смог смотреть ей в глаза. Хоть мне и стало легче, но я не мог смотреть на нее…

– Да, я не твой братик. Я абсолютно не знаю как, но я умер и очнулся в теле твоего брата…

Ария встала.

– Понятно…

Я услышал ее легкие шаги и повернулся.

Как только я это сделал, я получил пощёчину сильнее той, что прилетела в меня первый раз; моя щека пылала адским пламенем.

Ария смотрела вниз, слезы текли по ее щекам.

– Думаю, тебе следовало сдохнуть! Просто сдохнуть и все, не тревожить меня и мать. Ты сейчас здесь только из-за нее… А она ведь сошла с ума из-за глупого отца, а теперь еще это… Ты просто издеваешься, ты хуже дьявола… – она принялась бить меня по плечу.

Я чувствовал ее удары, одним за одним, легкая боль, даже чем-то приятная по сравнению с пилой, разливалась по плечу.

Слеза потекла по моей щеке.

– Я не хотел этого, не хотел тревожить тебя, не хотел тревожить твою мать… Я… Я просто хочу домой, хочу есть стряпню от бабки, рыбачить с дедушкой, да хоть рисовать глупые плакаты со всякими дураками… Просто лечь на удобную кровать… Я хочу… Домой… – я упал на колени, смотря в пол…

Ария смотрела на меня, вытирая слезы.