Прикольные истории про службу в Советской армии

Надир Камаладдинов

Прикольные истории про службу в Советской армии

Секрет Прапорщика

Служил я тогда солдатом на БАМе. Наш батальон стоял отдельно от бригады в километрах тридцати от неё по прямой. До неё добраться можно было только вертолетом. Зимой по зимнику. А кругом были сопки, заросшие лиственницей, да летом голубика росла, куда ни глянь.

Был у нас в части один чудак прапорщик, заведующий столовой. За поведение пьяницы и постоянно краснощекий вид в батальоне его прозвали Синьор Помидор или просто – Помидор.

Неадекватное поведение прапорщика явно свидетельствовало об алкогольном следе, но никто не мог определить по его «благородному выхлопу», что это так. Даже замполит, пробовавший не раз вывести Помидора на чистую воду, заходил в тупик.

На совести прапорщика к тому времени было несколько происшествий. Зимой он уморил целый свинарник и пытался дохлятиной кормить солдат, да нарвался на бдительность батальонного эскулапа. Весной пытался сморить офицерский состав, накормив его тухлятиной по случаю майского праздника. Только природная живучесть молодых офицеров, ещё вчера студентов, спасла их на тот раз.

Однажды летним утром батальон был разбужен пистолетной стрельбой. Полуголые солдаты выскочили из палаток и оказались свидетелями презабавного зрелища: Синьор Помидор, облаченный в портупею дежурного по части, с лицом цвета национального флага носился вокруг солдатской столовой и палил из своего ТТ калибра 7,62 мм в обезумевшего хлебореза, известного всему батальону лодыря и балагура Жору Кобалия. Жора, видно, завершил свой первый десяток кругов вокруг столовой со скоростью выше олимпийского рекорда на 100 метров, но вид у него был самый ужасный: без ремня, пилотки и сапог он больше всего походил на Карлсона, потерявшего свой моторчик за спиной.

«Снайпера» повязали силами взвода охраны, когда у него закончились патроны. Оказалось, что Кобалия не приветствовал своего начальника, когда тот открыл дверь хлеборезки и преспокойно продолжал спать на лотках хлеба, прикрыв их старым одеялом. Тогда прапорщик стал настаивать, но Жора послал его сразу на трех языках своей любимой Абхазии. Красивый «язык гор» главный хлеборез изучал в армии, служа «срочную» на Кавказе. Не вынеся такого оскорбления, Помидор схватился за пистолет. Хлебореза спасло только то, что пистолет Токарева прапорщику не был знаком, так как ранее у него был пистолет Макарова, и он из ТТ ни разу не стрелял.