Сириус: пришествие. Том 1

Позже, после завтрака, прозвучала команда на общее построение. Воспитатели снова прошлись по списку, на этот раз выделяя отдельные фамилии. В итоге вперед вышли несколько человек, включая Юлю.

— Вам собрать свои вещи в сумки. Только самое необходимое, — сухо объявила одна из воспитателей. — За вами скоро приедут.

По строю детей пронёсся вздох — смесь надежды и страха. «Заберут»? Значит, нашлись семьи? Но почему так внезапно и почему только их?

Юля, ошеломлённая, подняла руку.

—А Артём и Андрей? Они тоже соберутся?

Семён Викторович, стоявший в стороне, ответил, не глядя на неё:

—Да. Но чуть позже. У них своя очередь.

Его голос был ледяным. Это прозвучало как приговор. Юлю отвели в спальню собираться. Она на автомате начала складывать свои небогатые пожитки, а сама прислушивалась к каждому звуку за дверью. Её сердце бешено колотилось.

Вскоре она услышала тяжёлые, удаляющиеся шаги Семёна Викторовича. Выглянув в коридор, она увидела, как его массивная фигура скрывается в дальнем конце, у лестницы, ведущей в подвал. Он огляделся по сторонам, достал из кармана ключ, отпер массивную замкнутую дверь и скрылся за ней.

Не думая, на одном лишь адреналине, Юля на цыпочках рванула вслед за ним, прижавшись к стене. Дверь в подвал была приоткрыта. Из темноты снизу доносились приглушённые голоса. И вдруг она услышала это... Тихий, сдавленный стон. Знакомый стон.

Сердце её упало в пятки. Не помня себя, она сделала ещё несколько шагов вниз по скрипучей деревянной лестнице, спрятавшись за поворотом.

В тусклом свете единственной лампочки подвал был заставлен старыми банками с соленьями и хламом. И прямо на голом бетонном полу, в самом центре, лежали двое. Их лица были бледными, испачканными грязью и запёкшейся кровью. У одного глаза были закрыты, у другого — едва приоткрыты, но в них не было ни капли осознанности. Это были Андрей и Артём. Стоящий над ними Семён Викторович что-то бормотал, развязывая им руки от толстого шланга.

Юля зажала рот рукой, чтобы не вскрикнуть. Вся правда, ужасная и невероятная, обрушилась на неё в тот же миг. Это было не спасение. Это было начало чего-то страшного.

Сверху, из-за двери подвала, донеслись радостные, возбуждённые крики. Ребята, которых «забирали», уже строились в холле, их голоса звенели надеждой и предвкушением новой жизни. Они смеялись, толкались, делились планами. Этот звук был таким ярким и живым, таким контрастным по отношению к ледяному ужасу, сковавшему Юлю.

Но она не могла радоваться. Каждый смех, каждый восторженный возглас отдавался в ней острой болью. Её мир сузился до тускло освещённого подвала, до двух избитых фигур на холодном полу и до массивной спины Семёна Викторовича, заслонявшей их.

Семён Викторович с отвращением посмотрел на бесчувственные тела мальчишек. Он резко развернулся, зачерпнул воду из стоявшего в углу ведра с тряпками и с силой выплеснул её на лица Артёму и Андрею.

Ледяная вода подействовала мгновенно. Они вздрогнули, закашлялись, с трудом приходя в себя. Их глаза, распухшие от побоев, с трудом фокусировались на огромной фигуре надзирателя.

— Слушайте и запомните раз и навсегда, — его голос был низким, шипящим, полным нечеловеческой злобы. — Если хоть слово, одно слово проболтаетесь о том, что видели — вам будет не просто плохо. Вы будете молить о смерти, но её не получите. Поняли?

Они молча, испуганно закивали, с трудом двигая головами.

— Сейчас приведёте себя в порядок. Умыться, переодеться, соберёте вещи. Про синяки и ссадины скажете, что подрались друг с другом из-за еды. Вас скоро заберут. Вести себя тихо и делать то, что говорят. — Он наклонился ближе, и его дыхание пахло мятой и чем-то металлическим. — Я буду следить за вами! Без глупостей!

В страхе, почти не чувствуя боли, мальчишки заковыляли к раковине в углу подвала, стараясь смыть с себя кровь и грязь.

Юля в ужасе быстро вылетела из подвала, чувствуя, как тело всë дрожит от страха, И вдруг она услышала что остальных ребят позвали спуститься в главный зал для «показа» гостям. Они выстроились в ряд, поставив свои скромные сумки. Напряжение витало в воздухе, смешиваясь с наигранной улыбкой воспитательницы.

— Ну, ребята, улыбочки! Гости уже подъезжают! — весело сказала она, но её глаза бегали по залу.

И тут из боковой двери, ведущей из административной части, вышли они. Бледные, со свежими, плохо скрытыми синяками под глазами и в уголках губ, в чистой, но помятой одежде - Андрей и Артём. За ними, тенью, следовал Семён Викторович. Его взгляд, тяжёлый и предупреждающий, буравил спины мальчишек.

Они молча встали в конец строя, опустив глаза.

— Ребята! — не выдержала Юля, выскочив из строя. — Что с вами? Что случилось?

Андрей и Артём вздрогнули и одновременно посмотрели на Семёна Викторовича. Тот едва заметно покачал головой, и его взгляд стал ещё суровее.

— Да так… немного с Андрюхой не поделили — сиплым, чужим голосом проговорил Артём, уставившись в пол.

—Из-за игры в приставку ночью, — механически, как заученный урок, добавил Андрей. — Отрабатывали уборкой. Всё нормально.

Юля смотрела на них, и её охватывал леденящий ужас. Она видела неправду в каждом вздрагивании их рук, в каждом отказе встретиться с ней взглядом. Она знала. Она всё понимала, переводя взгляд на Семёна Викторовича.

И в этот момент тяжёлая входная дверь с громким скрежетом отворилась.

Вместо ожидаемых «новых родителей» или соцработников в зал вошли они: Человек в идеально сидящем строгом чёрном костюме, с бесстрастным, холодным лицом. А за ним - шесть военных в форме, в технической экипировке, с тёмными броне пластинами и шлемами с затемнёнными визорами и оружием. И на плече каждого — та самая, зловещая эмблема, которую Артём и Андрей видели на ящиках в сарае.

Тишина в зале стала абсолютной, давящей. Даже самые восторженные дети замерли, инстинктивно чувствуя исходящую от гостей угрозу.

Тот главный в костюме, с цифровым планшетом в руках, прошёл вдоль строя, сверяясь со списком. Его взгляд скользнул по синякам Артёма и Андрея, но не выразил ни удивления, ни интереса. Он просто кивнул Семёну Викторовичу.

— Контингент готов к отправке, — громко, чётко, как отчёт, произнёс Семён Викторович, вытянувшись по струнке.

Человек в костюме обвёл взглядом испуганных детей. Его губы растянулись в тонкой, безжизненной улыбке, которая не дошла до глаз.

— Отлично. Проследуйте за нами. Ваша новая жизнь начинается.

Глава 2: Добро пожаловать, в Рейм-Берест!

— Не бойтесь дети — начал разговор мужчина в чёрном костюме, это был глава группы, он представился советником «Радара», со странным позывным «Рой» его фальшивый голос резал слух, как мел по доске. — Мы представители организации «Радар». Мы заберëм вас, в лучшее место! Вас ждет прекрасная жизнь: уход, питание, свобода передвижения. Вы будете жить в Рейм-Бересте, не мечта, а сказка! - но звучало это как заученная, бездушная речь, каждая нота которой отдавала ложью.

- «Какая нахрен сказка!? Не об этом я мечтал!» — пронеслось в голове у Артема. Внешний вид этих людей и их наигранные улыбки вызывали животный ужас. Он бы лучше сбежал с Андреем и Юлей, лишь бы не ехать с ними в неизвестность: «Особенно когда тебя дубасили и скинули в мокрый подвал. Вот это я понимаю — сказка!» — с горьким сарказмом думал Артём, смотря с ненавистью на Семёна Викторовича и на его рану на ноге от вчерашнего побоища. Он вспоминал эти обрывки, как страшный сон.

***

Свет фонаря ударил в лицо, ослепляя Артëма и Андрея. Артём инстинктивно прикрылся рукой, сердце колотилось где-то в горле.

— Вы как сюда попали?! — яростный, хриплый крик Семёна Викторовича разорвал тишину сарая, показавшуюся после этого оглушительной. Он стоял в проёме, как стена, перекрывая путь к отступлению.

— Мы… — растерянно промямлил Артём.

— Просто посмотреть… — тут же выдавил из себя Андрей.

Они переглянулись, застигнутые врасплох, как мышата в мышеловке. Страх сковал горло.

— Вам не следовало заходить сюда! — Семён Викторович сделал шаг вперёд, и его лицо, искажённое бешенством, выплыло из темноты. — Но вы пожалеете, что проникли в сарай!

Он сделал резкий шаг вперёд. Инстинктивно ребята рванулись к выходу, но путь им преградила его мощная фигура. Могучая рука с силой откинула Артёма и Андрея назад, Артëм ударился спиной о ящик, а Андрей свалился у прохода, и тут же тяжёлые кулаки обрушились на них. Первый удар по лицу оглушил Артёма, губа тут же распухла и наполнилась теплым, солёным вкусом крови. Рядом уже хрипел Андрей, пытаясь прикрыться от сыплющихся на него ударов.

«Надо что-то делать!» — мелькнуло в панике. Взгляд Артёма упал на ящик со шприцами. Не думая, не рассчитывая, только движимый слепым ужасом, он выхватил его, и с криком, собрав все силы, всадил Семёну в бедро.

Тот замер на секунду, смотря на торчащий из ноги шприц с невыразимым изумлением. Но ожидаемого падения не случилось. Напротив, его глаза загорелись холодной, безумной яростью.

— Сукин сын! — прошипел он и, выдернув шприц, швырнул его в сторону. Его пальцы впились в горло Артёма, сжимая его. При подняв к стене. Воздух перекрыло. В глазах потемнело.

— Отстань от него! — закричал Андрей. Он схватил старый деревянный стул и что есть силы врезал им Семёну по спине. Стул с треском разлетелся на щепки. Семён Викторович лишь вздрогнул, будто его огрели газетой. Он медленно, не отпуская Артёма, повернул голову к Андрею.

— Дураки… — только и выдохнул он.

Больше у них не было ни шансов, ни сил. Ярость взрослого мужика была слепа, жестока и беспощадна. Он швырнул Артёма на пол и обрушился на обоих, методично, безжалостно избивая до тех пор, пока темнота не стала затягивать их, густая и безразличная. Сознание уплывало обрывками: тяжёлое дыхание, тусклый свет лампочки под потолком, холодный бетонный пол под щекой…

Очнулись они уже в сыром подвале, со связанными за спиной руками. Сквозь туман в голове Артём услышал обрывки разговора у двери. Семён Викторович говорил по телефону, его голос был спокоен и деловит.

— …Да, нашëл их в сарае. Пытались оказать сопротивление… Оставить в живых?... Понял. В подвале на замке... Да, хорошо. Жду.. До завтра.

Артём через силу повернул голову к Андрею. Тот был в синяках, глаза слегка заплыли, но он дышал. В тусклом свете, пробивавшемся из-под двери, они молча переглянулись. Это был взгляд, в котором не было надежды — лишь пустота и обречённость.

Дверь с грохотом захлопнулась, щель под ней поглотила последний лучик света. Ключ дважды повернулся в замке, и наступила полная, давящая тишина.

***

После небольшой беседы с главой группы, началась неожиданно «проверка».

Один из людей в маске проходил вдоль строя детей, сканируя каждого каким-то странным устройством, похожим на гибрид планшета и медицинского датчика. Когда очередь дошла до Артема, прибор вдруг завизжал пронзительно и громко. Сердце Артема упало в пятки. Андрей и Юля тоже насторожились.

«Что такое!? Почему он пищит!?» - занервничал Артëм.

— Командир, смотрите, у этого пацана с телом что-то не так, — бросил военный своему начальнику.

— Не может быть! Они все проходили предварительное тестирование! Проверь еще раз! - голос начальника стал резким, как кинжал.

Второй раз прибор молчал. Третий — тоже.

—Ладно, глюк. Все в порядке, - отмахнулся глава группы. но его холодный взгляд еще несколько секунд буравил Артема, прежде чем перевестись на следующего.

Артем едва перевел дух, чувствуя, как подкашиваются ноги. По спине выступил ледяной пот.

- Держись Артëм, мы с тобой - тихо, но твердо поддержал его Андрей, стоявший рядом с ним.

Вдруг выяснилось, что детей на одного больше — нужно лишь десять. Один из парней, чья очередь была после проверки, был тут же отведëн в сторону и отпущен. Он пошёл с воспитателем, но уже не в свою комнату, а в другой корпус, скорее всего на те самые процедуры, чтобы он не помнил ничего. Артем и Андрей то-ли с горькой завистью, или с сочувствием смотрели ему вслед.

«Не знаю повезло ли ему, или нет, но это уже не важно…» - в мыслях промолвил Артëм.

— Вам больше нельзя подниматься на вверх, время у вас было достаточно, чтобы попрощаться с друзьями и собрать свои необходимые вещи. Обратно дорога закрыта. Сейчас вы идëте с нами! — Приказал глава, внимательно наблюдая за детьми, и смотря на своего подчинённого, проверяющий металодетектором их сумки.

- Всë чисто - заявил он, досматривая последнюю сумку.

- Отлично, теперь можно идти. - указал глава на выход.

Через минуту, они уже стояли на крыльце приюта. Большие железные ворота закрылись за их спинами с глухим лязгом, окончательно отрезав путь к прошлому. Семëн Викторович сурово продолжал смотреть у выхода на Артёма и Андрея, не произнося и слова, по взгляду и так было понятно о чëм он думал. В сорока метрах их ждал мрачный грузовой автобус с затемненными окнами, сопровождаемый двумя бронированными внедорожниками, на крышах которых свисали турели с пулеметами.

— Складывайте вещи в багажник. Вам выдадут их по прибытии, — скомандовал один из конвоиров.

Глава группы, проходя мимо, тихо, так, что услышал только Артем, прошипел:

- ..они больше вам не понадобятся.

Ледяная струя пробежала по спине Артема. Он хотел что-то сказать Андрею, но тот лишь сжал его локоть, предупреждая молчанием: «Тише. Ничего не говори, они слышат».

Двери автобуса отъехали с тихим шипением, обнажая темный, лишенный окон салон с двумя рядами жестких, парных кресел.

— По местам! Быстро! — прогремел голос начальника.

Один парень, Саша, с широко распахнутыми от ужаса глазами, отпрянул.

—Я никуда не поеду! Отстаньте от меня! Я останусь здесь!

Он развернулся, чтобы бежать, но не успел сделать и шага. Охранник двинулся с обманчивой легкостью. Раздался короткий, сухой хлопок, и тело Саши содрогнулось, сраженное шокером. Он рухнул на землю, беспомощно подергиваясь. Двое других солдатов молча, с отлаженными движениями, подхватили его и, не говоря ни слова, отнесли к одному из броневиков, и швырнули в багажный отсек. Дверь захлопнулась. Больше его никто не видел.

В наступившей гробовой тишине был слышен лишь сдавленный всхлип Юли. Больше никто не сопротивлялся. Они, как стадо, покорно зашли в холодное чрево машины. Двери закрылись, погрузив все в кромешную тьму. Лишь тусклые красные лампочки аварийного освещения с вверху рисовали на испуганных лицах зловещие тени.

Двигатель заурчал, и автобус тронулся. Артем сидел, вжавшись в холодную стену, чувствуя, как каждый мускул скован животным страхом. Он попытался разглядеть что-то в щель между дверями, но видел лишь мелькание фонарей и очертания Броневиков-военных

— Что с нами будет? — прошептала Юля, вжимаясь в Андрея, ее плечи мелко дрожали.

— Не знаю, Юль... — так же тихо, но уже без прежней суровости, ответил Андрей, прижимая ее к себе. Его рука, обнимающая Юлю предательски дрожала, выдавая весь ужас, который он пытался скрыть.

Автобус, подпрыгивая на кочках и неровностях, увозил их в неизвестность. Артём и Андрей молчали, каждый пытался осмыслить цепь прошедших событий и понять, что же делать дальше. Мысли путались, перескакивая с отчаяния на злость и обратно. Прошлое было отрезано навсегда, а будущее виделось черной, бездонной ямой.

Тишину в трясущемся, полутемном салоне нарушила Юля. Она прижалась к Андрею, словно ища защиты, и тихо, чтобы не слышали конвоиры в начале салона, спросила:

— Ребята... Что произошло? Это Семён Викторович, вас так? Я видела вас в подвале без сознания. Что случилось?

Андрей мрачно взглянул на Артёма, у которого щека была украшена фиолетовым фингалом, а костяшки на руках содраны в кровь.

— Не сейчас, Юль, — сквозь зубы прошептал он. — Позже расскажем. Не перед...

Его слова оборвал далекий, приглушенный звук. Не громкий, но тяжелый — глухой взрыв, донесшийся откуда-то со стороны леса. Автобус резко затормозил, заставив всех пассажиров податься вперед. Снаружи послышался визг тормозов сопровождающих машин.

Двигатель заглох. В наступившей тишине было слышно только частое дыхание и сдавленный вздох кого-то из детей. Красные аварийные лампочки бросали на стены и лица кровавые отсветы.

— Что это? — в панике прошептала Юля.

Двери автобуса с шипением разъехались. Солдаты «Радара», до этого неподвижно сидевшие в начале салона, мгновенно вскочили и, не говоря ни слова, выпрыгнули наружу. А глава группы - Рой, уверенно, как будто ничего не произошло, спокойной походкой прошёлся по салону автобуса, и задержался на секунду. Проходя мимо Артёма, он встретился с ним взглядом, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на предупреждение. Артём почувствовал ледяной холод, веющий от него. Затем Рой, сделал неловкое движение, и с его руки со звоном упал небольшой ключ, прямо к ногам парня. Рой быстро наклонился, будто чтобы поднять его, но лишь толкнул его ботинком под сиденье Артёма, едва слышно прошипел:

«Я знаю что вы проникли в сарай ночью. И я в курсе про ваш план побега»

Артём, от испуга заглотнул ком в горле.

«Даю вам второй шанс. Не зевай. Времени мало» — и, криво улыбнувшись, исчез в темноте, направившись к одному из бронетранспортеров.

- Что это было? - сердце Артёма заколотилось чаще. Он, не привлекая внимания, нагнулся и подобрал ледяной как лëд ключ. Ключ был, на кольце, с эмблемой «радара» и треугольным жалом на конце.

— О чëм он говорил? И что дал тебе? — прошептал Андрей, смотря вместе с Юлей на Артёма. Он аккуратно показал находку им.

- Он сказал, даю вам шанс и вот этот ключ. Для чего он?

- Что!? Он что помогает!?

- Не знаю... Но у нас нет времени разъяснять, надо найти от чего ключ.

Андрей, прищурившись, осмотрел ключ, потом его взгляд скользнул по стенам автобуса и остановился на небольшой металлической панели в конце салона, почти не заметной из-за освещения. На ней была едва видимая надпись: «Аварийный выход. Огнетушитель и инструмент».

— Панель — коротко бросил Андрей, и в глазах у Артëма вспыхнула искра понимания. — Ключ, от этой панели.

Внезапно из динамиков броневика всхлипнула рация, и голос, искаженный помехами и напряжением, разнесся по сторонам.

—...Третья группа! Нас атаковали! Силы неизвестны... прорываются! Требуется срочное подкрепление! Координаты...

Голос оборвался в треске и шипении. По спине Артёма пробежали мурашки. Солдаты «Радара» снаружи засуетились, послышались резкие команды, затворы автоматов взвелись с сухими щелчками.

- «Не знаю что это было. Откуда этот взрыв? И кто этот тип, что дал мне ключ?. Но возможно это наш шанс, сбежать по настоящему!» - сжимая в руке ключ готовился Артëм, к их побегу.

***

На другой стороне леса бушевал ад. База «Радара», еще недавно представлявшая собой оплот порядка, теперь пылала в нескольких местах. На нее обрушилась яростная атака отряда сопротивления — не простых боевиков, а сверхлюдей, чьи тела и воля были оружием массового уничтожения.

Лидер группы Молния, окутанная разряженными частицами искрящейся энергии, парировала очередь из автомата, обращая пули в дождь раскаленных брызг. Ее голос, громоподобный от напряжения, прорезал грохот боя:

—Всё, пора сматываться! Основное дело сделано, а сейчас сюда нагрянет вся их ярость! Мия ты всë!?

Мия, присевшая в тени разрушенного цеха, не отрывала взгляда от невидимой другим карты местности, проецируемой в ее сознании. Ее зрачки хаотично двигались, считывая информацию.

- Да, уже всë! Данные извлечены!

- Супер! Мы сделали всё, что смогли, — ответила Молния, выпуская разряд в группу солдат, заставляя их замереть в конвульсиях.

В этот момент к ним, спрыгнув с крыши, подбежала Пламя. Поджигая на еë пути солдата. Оставляя горящий след, за еë телом. Ее руки пылали алым огнем, а в глазах полыхала тревога.

— Ребят, никто не видел этих двоих идиотов? — выкрикнула она, опасливо оглядываясь.

—Сапфир и Флай? Они же только что тут были! - Молния резко обернулась, и ее лицо исказила гримаса ярости.—Опять?! Мия, найди их! Немедленно!

Мия на мгновение закрыла глаза, и ее «внутренний взор» ринулся сквозь стены и дым. Через секунду она снова смотрела на них, и в ее взгляде читалась дурная весть.

—Они... прорвались дальше, к центру. Идут на сближение с тяжелыми силами.

— Придурки! — выругалась Молния, с силой сжимая кулаки, так что между пальцами запрыгали синие молнии. — Я же говорила им держаться рядом! Никогда не слушают! Идем за ними, пока что-то плохое не случилось.

Но было уже поздно.

Над самой базой, с оглушительным ревом, от которого содрогнулась земля, зависли два массивных транспортных вертолета с опознавательными знаками «Радара». Борт одного из них распахнулся, и по спущенным тросам, словно стальные дождинки, на землю стремительно высадился отряд элитной охраны в угловатых, усиленных экзоскелетах. Их возглавлял - «Капкан». Его массивная фигура была закована в полированную броню, и на руках и на спине свисали многосуставные манипуляторы-клешни, в виде капканов. Которые сжимались и разжимались, с угрожающим шипением пневматики. Его шлем с черной прорезью для глаз медленно поворачивался, сканируя поле боя с холодной, нечеловеческой эффективностью.

Рядом с ним, словно его тень, возник его напарник Лезвие. Худой, с взъерошенными бардовыми волосами и вызывающими татуировками на лице, он походил на панка, забредшего не на тот концерт. И по его жесту из ладони с тихим шелезом выдвинулся короткий, искрящийся багровой стальной клинок, сделанный будто из запекшейся крови.

—О, а тут весело, — протянул он, подбрасывая вверх клинок и хватая его в полëте двумя пальцами.

— Сосредоточься, — металлический, лишенный эмоций голос Капкана прозвучал как удар хлыста. — Приказ — взять живьем. Никаких самодеятельностей. Пока я не дам добро.

Лезвие усмехнулся, и в его глазах вспыхнул озорной, опасный огонек.

—Ну, я ничего не обещаю. Как пойдет.. Посмотри на них, так и просятся, чтобы с ними... поиграли.

— Тогда будешь лично начальнику объяснять, почему от нарушителей остался только фарш, — Капкан повернул к нему шлем. — Уяснил?

— Да ладно тебе, скупердяй, — Лезвие вздохнул, но клинок у него в руке стал длиннее и острее.

— Не ладно, — поставил точку Капкан и вышел в эфир. — Альфа, заходи справа. Дельта — слева. Очищаем периметр. Мы с Лезвием идем в лоб. Концы в воду.

Их продвижение было не атакой, а методичным, неумолимым зачищающим ураганом. Солдаты «Радара», воодушевленные появлением подкрепления, сомкнули ряды. Силы сопротивления — Молния, Пламя и Мия — оказались зажаты в кольцо, их оттеснили к полуразрушенному ангару.

Пламя, метнув большой огненный шар, который заставил укрыться целое отделение, крикнула, и в ее голосе сквозь ярость пробивалась тревога:

— Ребята! Их, как тараканов! Новое подкрепление — элита! Отходим! Где Сапфир и Флай?!

Мия, прикрываясь от очереди за ящик, ответила, не скрывая отчаяния:

—Не вижу их на карте! Они должны были быть где-то рядом, но так как Флай прыгает с места на место, я не могу его так быстро найти.

— Мы не отступим! И не уйдём без них! — рявкнула Молния, создавая перед собой шипящий барьер из электричества, в котором пули расплавлялись в воздухе.

И в этот миг из густой завесы дыма и огня, словно призрак, возникла массивная фигура Капкана. Он шел медленно, не обращая внимания на летящие в него искры и щепки. В его мощной клешне, сжимавшейся с тихим скрежетом, билась Пламя. Ее руки были скованны за спиной мерцающими энергетическими браслетами, гасившими ее дар. По лицу девушки струилась кровь из носа.

- Отпусти меня, железка!

Голос Капкана прозвучал механически и абсолютно спокойно, заглушая шум боя:

—Прекратить сопротивление. Или я раздавлю ей глотку.

Клешня сжалась чуть сильнее, и Пламя хрипло вскрикнула.

— Черт! — выдохнула Молния, и синее сияние вокруг ее рук погасло. Она замерла, побежденная.

Мия медленно опустила руки. Свечение ее глаз и карта в сознании погасла, а сзади неë, стоял Лезвие, прижимая к еë горлу свой клинок.

- Ну что сучки наигрались! - Выкрикнул Лезвие, прижимая Мию к заострённому концу, да так что проявился порез.

Солдаты «Радара» мгновенно окружили их. Они скрутили им руки за спину, и холодный металл подавляющих браслетов намертво зафиксировал их запястья, отсекая связь с их силой. Битва была проиграна.

***

Отрывок ключа в замке панели прозвучал оглушительно громко в гробовой тишине салона. Щелчок, скрип петли — и небольшая металлическая дверца отворилась, обнажив темное пространство с огнетушителем и аварийным люком сбоку у окна.

— Быстро! Все сюда! — прошипел Артём, оборачиваясь к остальным детям, которые сидели в ступоре, вжавшись в сиденья.