Земля: зона любви ( 18+ )

И вновь нехитрый ужин, позволяющий лишь поддержать организм, а не пресытить его калориями. Я и так по словам первой жены отчима неприлично худая, а после такого путешествия от меня останутся только кожа да кости.

Палатку для меня на этот раз ставить не стали. Велели лечь подле своего верблюда и спать. А как уснуть, если в голову то и дело лезут упаднические мысли? Как уснуть, когда ветер с остервенением бросает в лицо колючий песок? Но усталость взяла свое, и я не заметила, как отключилась, накрыв лицо платком.

Проснулась я от криков мужчин, что пытались утихомирить взбесившихся животных. Утро, но солнца, как ни странно, почти не видать. Взглянув на горизонт, я замерла от навалившегося на меня страха. В дали темнело быстро приближающееся к нам нечто. Песчаная буря.

Огромная высокая стена из поднятого вверх песка не сулила нам ничего хорошего. Остаться с ней один на один на открытой местности, значит сыграть в лотерею, где шанс на удачу сводится один к ста. Нам вряд ли удастся ее пережить, даже если и выживем, то не все. Теперь мне был понятен страх и нервозность моих сопровождающих. Такого я еще точно никогда не видела.

Решение действовать незамедлительно пришло совсем неожиданно. Уж лучше так, чем продлевать агонию своей смерти. Пока мужчины седлали своих верблюдов, я вскочила на своего и поскакала прямо в самое сердце песчаного урагана. За спиной слышались гневные окрики сопровождающих, которые спешили вслед за мной.

Я чувствовала, что не успеваю. С трудом удавалось держать перепуганное животное в узде. Но я не справилась, банально не хватило для этого сил. Испуганный верблюд резко повернул назад, сбрасывая меня на зыбкий песок.

Черт! Черт! Черт! Только не это! Осталось всего чуть-чуть, и я была бы свободна!

Подхватив полы своего одеяния, я что есть мочи побежала вперед. Всего сто метров отделяло меня от песчаного вихря. Сто метров до свободы. О том, чтобы наложить на себя руки я не думала никогда. Боялась, что моя грешная душа навечно застрянет в адовом котле.

Но не сегодня. Сегодня я делаю лишь шаг к своей свободе. Это не убийство самой себя, это возможность выжить и выбраться из этой пустыни. Мизерный шанс, но его наличие позволяет надеяться на благоприятный для меня исход.

Крики мужчин достигали моего моего уха намного быстрее, чем они сами. Шаг, второй, третий. Ликование охватило мое сознание. Я успела! Осталось лишь углубиться в самое сердце бури и переждать ее, свернувшись в клубок.

Нырнув в стену поднятого сильным ветром песка, я растерялась. Видимость была почти нулевой, а песок швыряло с такой силой, что казалось, будто в мое тело одновременно вонзилось тысячи иголок. Даже абая не помогала справиться с вездесущим песком. Шаг, второй, третий.

Я упорно шла вперед, не забывая считать шаги. Их должно быть не менее ста, перед тем как я упаду на колени.

Шаг, второй, третий.

Я сбилась со счета уже на двадцатом шаге. Было нереально трудно идти и также нереально трудно дышать. Я уже ничего не видела. Песок забился в глаза и не хотел оттуда выходить вместе со слезами.

Устав, упала наземь и свернулась калачиком, как меня учил отчим. Главное не запаниковать, когда песок станет закапывать мое тело. Иначе точно не выжить.

Сколько прошло времени с момента моего побега, я не знаю. Очнулась от пробиравшего мое тело холода, когда на небе уже сияли звезды, а вокруг стояла мертвая и безжизненная тишина.

Глава 3

Лэйла Ассадова, планета Земля

Хотелось плакать и смеяться. Пережить бурю и умереть от обезвоживания! Как же все глупо! Вся моя жизнь – это одна сплошная глупость избалованной вниманием женщины, которая решилась подарить мне жизнь! А о том, какой эта жизнь у меня будет, она почему-то не подумать не соизволила!

С момента моего пробуждения прошло уже, наверное, больше восьми часов, а пустыне нет конца и края. Солнце успело достигнуть своего зенита и теперь беспощадно жалило своими лучами. За это время я раз сто успела себя обругать за беспечность и недальновидность. Вот что мне стоило прихватить с собой небольшой бурдюк с водой? Пожалела несколько секунд, а в итоге мучаюсь от жажды.

Без воды мне не выжить, это я прекрасно понимаю, но сдаваться у меня нет желания. Бреду, увязая в песке, по самую щиколотку. Песок обжигающе горячий, как и воздух в пустыне. В надежде осматривая безжизненное пространство, пытаюсь найти хоть какой-нибудь тенек, но тщетно.

Я читала, что облака в пустыне образуются утром над местом, где есть влага – это либо колодец, либо оазис. Но когда я начинала путь, на небе не было ни облачка.

Бескрайняя гладь желтого песка, палящее солнце и знойный ветер – мои спутники на ближайшие несколько часов. От несправедливости судьбы хотелось реветь в голос, но сделать это было невозможно. Глаза воспалились и начались гноиться.

Ближе к вечеру мой разум окончательно сдался и стал подкидывать мне желаемые картинки. Я прекрасно понимала, что это иллюзия. Моему телу катастрофически не хватает влаги и начинаются галлюцинации. Сколько я так продержусь – одному богу известно.

Вопреки желанию пасть и больше не вставать, я заставляю себя двигаться, делать шаг за шагом. Вечер – это оптимальное время, чтобы пройти как можно большее расстояние. Не так удушающе жарко, да и заходящее солнце не слепит глаза.

К ночи я окончательно выдохлась. Упала навзничь и не могла больше встать. Тело ломило с такой силой, будто я наравне с грузчиками разгружала выгоны, а не шла строго вперед.

«Спать. Это пока единственный вариант набраться сил!» – мысленно прошептала, смотря как на небе зажигаются звезды.

Специально не стала зарываться в песок. До холодного времени ночи у меня есть в запасе примерно четыре часа. Этого должно хватить, чтобы хоть немного отдохнуть. Как только стану замерзать, пойду дальше. В темное время суток идти легче, а звезды не дадут сойти с намеченного пути.

Уснула сразу, а вот проснуться еще долго не получалось. Тело одеревенело и не хотело слушаться команд. Несмотря на жуткую боль, я заставила себя встать на четвереньки, а потом и вовсе на ноги.

Было холодно, но я упорно шла вперед, пока на горизонте не появилось солнце. Дождалась, пока оно немного прогреет поверхность и с жадностью принялась рассматривать голубое небо в надежде увидеть хоть небольшое облачко.

Все было тщетно. Девственно чистое небо без единого намека на образование паровых скоплений. Это могло означать лишь одно – в радиусе трехсот километров нет ни единого источника воды. И ежу понятно, что я не пройду такое расстояние в одиночку. К тому же я понятие не имею, где сейчас нахожусь. Думала, что иду обратно к тому месту, где живет мой отчим, но оказалось, что жестоко ошиблась в своих расчетах.

Я потерялась. Одна. В пустыне. Без еды и воды. Повсюду только горы песка и ни единого намека на жилище людей.

Несмотря на очевидное, сдаваться я не собиралась. Буду идти до тех пор, пока хватит сил передвигать ноги.

Шаг, второй, третий…

Шаг, второй, третий…

He почувствовала, как оступилась. Кубарем полетела вниз, путаясь в своих одеяниях. Сил на то, чтобы подняться уже не было. К тому же я, похоже, потянула лодыжку, запутавшись в подоле своего длинного платья.

Тяжело вздохнув, прикрыла воспаленные веки. Вот и все. Мне не удалось сделать то, о чем мечтала с пятнадцати лет. С тех пор, когда мама приняла ислам и вышла замуж за бедуина. Может тот, кто живет на небе, сжалится надо мной и даст последний шанс взглянуть на зеленые луга моей родной деревеньки.

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

*** ***

Первый советник главного управления военно-космической разведки империи Сарран Сейран Шарриз

Нажав на панели экрана панели экрана небольшую кнопку, я вначале активировал работу защитного экрана и только потом перешел в режим невидимости. Прослушивать эфир не было времени, змей во мне уже несколько раз пытался перехватить контроль над разумом.

Режим автопилота работал исправно, осталось только подготовить к спуску шаттл и активизировать шлюз. Тысячу раз укорил себя за то, что не послушал брата и не подготовил все вовремя. Но на тот момент меня беспокоило лишь одно – как незаметно проскочить через энергетический щит, оберегающий нашу систему от внезапного вторжения вражеских кораблей.

Отключить его я не имел права. Моя жизнь и мои желания не в счет. За моей спиной миллионы жизней, за которые я отвечаю своей головой. Пришлось немного попотеть, чтобы сделать минимальный разрыв и дать возможность многотонному крейсеру проскочить его за пару секунд.

Заправив под завязку шаттл всем необходимым для жизни и оказания первой помощи, в нетерпении принялся активировать его панель. Еще немного и я смогу начать поиски той, к кому так рвется мой змей. Интересно, какая она? Старая или молодая? В любом случае ни для меня, ни для Шарриза это не было проблемой. Главное – это получить согласие пары, доставить свою анаю на разведывательный корабль и уложить ее в медицинскую капсулу.

Мама рассказывала, что она тоже была «не первой свежести», когда впервые оказалась в космосе, все-таки земляне обладают коротким жизненным циклом в отличии от нас. Но одно из ее рассказов я усвоил точно – они слишком ранимы и беззащитны перед более сильным врагом.

Спуск на планету не занял много времени и всё прошло как по накатанной. Изначально я хотел оставить шаттл вблизи какого-нибудь оживленного города и начать поиски на мобильном флайте, но слишком активные полеты в небе примитивных железных коробов заставили меня искать иной вариант.

Мой выбор пал на скалистую местность. Здесь уж точно никому не удастся обнаружить мой шаттл. Активировав на своем скафандре программу сканирования окружающей среды, вылетел на поиски своей половинки.

То ли желания змея вели меня в обратную сторону от скопления людей, то ли интуиция, но я все дальше и дальше улетал от расположенного внизу города. Приходилось соблюдать осторожность, лавируя среди потоков ветра, высоких зданий и летательных аппаратов жителей планеты.

Метр за метром, я сканировал, сколько хватало взгляда, лежащую под моими ногами местность. Камни, травы и деревья сменялись морями и океанами. Теплый умеренный климат сменялся жарким субтропическим, но нигде не было намека на девушку, которая вскоре безвозвратно и окончательно завладеет моим разумом и сердцем. Змей уже принял ее как свою вторую половинку и не думаю, что они оставят мне выбор.

Волнение зашкаливало, как и эмоции, которые проецировал мне мой змей. Нетерпение и страх, попытка заставить меня поспешить, сбивали с толку. Отбросив все сомнения, повернул направо, туда, где на добрые сотни километров простиралась безжизненная на первый взгляд пустыня.

Снизившись до максимально возможной высоты, принялся сканировать местность с помощью бортового компьютера. В заданном квадрате проживало чуть больше пятидесяти немногочисленных человеческих поселений, которые вели, судя по выводимым компьютером данным, кочевой образ жизни. Мне предстояло проверить каждое из тех, кто лежал в радиусе ста пятидесяти километров от заданного мной маршрута.

Разброс по местности был большим. Раздражение вызывало все. Палящее солнце, заставляющее чувствовать себя на открытой местности полусырым куском мяса, знойный ветер, который то и дело стремился забить легкие песком, a самое главное это отсутствие источника пресной воды.

Еще одной неожиданностью стала огромная стена из поднятого ввысь песка и мелкого камня, надвигающаяся с невероятной скоростью прямо на мой флайт. И что самое скверное – шло оно строго по моему курсу.

Столкновений с песчаной стеной было не избежать. Опасаясь за свой единственный транспорт, благодаря которому я могу вернуться к своему шаттлу, принял решение переждать бурю чуть в стороне. К сожалению это решение едва не стало фатальным для той, ради которой я решился на столь отчаянный шаг.

Змей во мне странно затих, словно прислушивался эманациям своей пары. Он, как и я, понимал, что в таких условиях мы вряд ли найдем свое сердце. Поэтому пришлось смиренно ждать, когда природа окончательно успокоится. К сожалению, буря продлилась больше двенадцати часов, выматывая нас ожиданием. Наконец все стихло. Пейзаж за окном флайта изменился до неузнаваемости. Там, где раньше была равнина, теперь возвышался огромный бархан, простирающийся на сотни километров.

Зов пары ослаб, словно она безмятежно спала. Но я чувствовал, что это не так. Еще сутки пытался определить ее местонахождение, пока не заметил лежащую на песке темную фигуру в неестественной для нее позе.

На душе все вмиг заледенело. Не помню, как мне удалось выскочить из флайта перед тем, как змей окончательно овладел моим телом и разумом.

Что было дальше я совсем не помню. Пришел в себя лежащим у хрупкого тела своей анаи. Видимо, змей убедился, что его пара еще жива и понял, что одному ему не справиться.

Раскаленный песок обжигал даже сквозь плотно прилегающую к телу чешую. Воздух был настолько сух, что было трудно дышать. Но я упорно полз по песку, держа в руках свою драгоценность. Даже невзирая на последствия пережитого, она казалась мне нереальной, слишком красивой, чтобы жить в такой суровой реальности.

Я полз и понимал, что Вселенная явно благоволит малышке. Несмотря на сильное обезвоживание, отечность глаз и разрыв связок правой ножки, ee организм еще был в состоянии продержаться чуть больше суток. Посмотрев в небо, поблагодарил богов, что заставили нас бросить все и поспешить. Еще бы немного и я точно потерял бы смысл жить дальше.

Дрожащими руками уложил малышку в соседнее кресло, откинув спинку так, чтобы была хоть немного ровная поверхность. Осмотрев слизистые открытые участки тела, убедился, что иных повреждений нет, а то, что есть, с успехом уберет регенерационная капсула.

Активировав панель с медицинским боксом, извлек оттуда несколько капсул с живительной влагой. В свое время я внимательно слушал мать и запоминал каждое ее слово. Теперь я точно знаю, что содержимое этой капсулы поможет моей анае продержаться еще пару часов, пока мы будем добираться до спрятанного в горах шаттла.

Глава 4

Наследный принц принц империи Сарран Шаффар Шарриз

В отличии т брата, я заранее подготовился к спуску на планету, поэтому не стал тратить время, дожидаясь его на орбите. Сделал один крюк и решился на спуск в одиночку. Змей во мне давно уже учуял мою анаю, но определить её точное местоположение мне так и не удалось.

За сутки я, кажется, облетел каждый уголок этой планеты поражаясь тому, насколько хрупка и недолговечна человеческая жизнь. От осознания этого становилась не по себе, хотелось немедленно отыскать свое сокровище и как можно быстрее присвоить себе, чтобы дать ей возможность прожить долгую и счастливую жизнь.

Нервозность вкупе с усталостью не давали нормально анализировать полученные данные. Мой метод поисков явно не подходил под реальную действительность. Слишком загажен был воздух, что сбивал моего змея с истинного пути.

Решив немного отдохнуть и собраться с мыслями, я забил в компьютер режим поиска шаттла, который принадлежал Сейрану и был очень удивлен, найдя его пустым. Он висел над скалистой местностью и не подавал признаков жизни.

Пришлось ждать. За это время успел поймать местную живность и зажарить ее на портативной жаровне, которая с успехом заменяла открытый огонь. Время шло, местное светило уже давно достигло своего зенита, но ни брата, ни его флайта так и не было видно на горизонте.

Решив немного передохнуть, я с комфортом устроился на согретом солнечными лучами камне и прикрыл глаза. Судя по тому, как долго отсутствует брат, его поиски тоже не приносят должного результата. Значит, нам нужно выработать новый план по поиску своих половинок. Тот, что мы разработали, сидя в кабинете своего крейсера, никуда не годится.

Тетя, мать Сейрана, да и моя мама, часто рассказывали о своем доме, но ни одна, ни другая, ни разу не говорили о том, насколько загажена планета результатами жизнедеятельности человека. Теперь понятно, отчего у них такая высокая смертность и быстрое старение организма.

Задумавшись, я не сразу заметил слежку. Слишком расслабился, уверовав в свою силу и молниеносную реакцию. Я хоть и принц, но, как и все, служил в армии, занимался по программе подготовки элитных войск. А тут… А тут… облажался, короче.

Активировав на шлеме тепловизор, убедился, что опасности нет. Видимо и брат поступил аналогичным образом. Не прошло и минуты, как его флайт завис над моим и, чуть накренившись в сторону, приземлился рядом.

Выходить он отчего-то не спешил. Прошло добрых пять минут, прежде чем дверь со стороны пилота с характерным шипением отъехала в сторону.

Брат, не скрываясь, выполз полуобороте из флайта. Интересно, а как он умудрился втиснуть в него свой хвост? По его резким движениям понял, что произошло что-то серьезное. Он не стал подходить ко мне, лишь стремительно подполз к пассажирской двери и выкрикнул в мою сторону:

– Готовь ренегар!

Я остолбенел. Неужели нашел?! Неужели не сдержался, раз так срочно понадобился ренегар?! Не раздумывая, бросился к своему шаттлу, чтобы подготовить капсулу.

Если мои предположения верны, то у девочки скорее всего живого места не осталось. Пока возился с оборудованием, услышал тихий мат, которому нас в своё время неосторожно научили разгневанные нашими проделками матери.

Обернулся и замер. В руках Сейрана находилась девушка. Моя аная! Сам не понял, как полностью обратился в змея. Невероятно! Эта малышка, укутанное в странное тряпье, моя аная!

Пока боролся с навалившимися на меня чувствами, Сейран, не боясь ответной реакции, оттолкнул меня в сторону и уложил малышку в капсулу. Купол с тихим шипением плотно встал в пазухи, отрезая меня от девочки плотным матовым пластиком.

Ничего не говоря, говоря, брат настраивал программу активации подачи регенерирующих веществ. Судя по внушительному списку, организм моей анаи был в плачевном состоянии. Если в мыслях моей гуманоидной формы мелькали образы расправы над братом за причиненную малышке боль, то мысли змея были полностью противоположны. Более того, он никак не реагировал на самца-противника, словно уже принял его в свою семью.

Осознание этого факта отрезвило. Стараясь не задеть хвостом оборудование, я вернулся в двуногую форму. Мой брат не враг. Он мой будущий побратим. И нужно сделать все, чтобы он успокоился и успел перевоплотиться до того, как откроет глаза наше сердце.

– Поздравляю с обретением, брат!

Подмигнув, хитро улыбнулся. Это не укрылось от Сейрана. Он покачал головой и словно выдохнул от облегчения.

– Судя по устроенному тобой погрому, тоже самое могу сказать и тебе, Шаффар. С обретением, брат!

Вселенная скупа на подарки и оттого они наиболее ценны. Наш подарок – это та девочка, что сокрыта от нас куполом ренегара. Пройдут сутки прежде, чем капсула вновь покажет нам нашу малышку. А пока нужно сделать все, чтобы она не испугалась нас и приняла.

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Лэйла Ассадова, планете Земля

Приходила в себя ненадолго и вновь уплывала в сон. Это продолжалось несколько раз, пока мой уставший организм не решил сдаться и полностью отключиться перед действительностью.

Мне бы выдохнуть от облегчения, но я не могла. Словно смотрела на себя со стороны и не понимала происходящего. Вот среди желтого песка лежит мое изможденное тело, а ветер то и дело колышет мое одеяние, стараясь скинуть абаю и дать безжалостным лучам полуденного солнца доступ к моей светлой коже. И все бы ничего, но улететь от своей телесной оболочки у меня почему-то не выходит, словно что- то держит меня за тонкую, но прочную ниточку.

Вздохнув, уселась на вершине песчаной дюны. Не такой я хотела для себя жизни, не такой. Это сейчас я понимаю, что мать моя была эгоисткой и следовала только за своим счастьем. А я так, «прицеп», как она меня называла. Уж лучше бы оставила в России, сдав в детский дом, и жила бы себе в удовольствие.

Но нет, ее последний муж, мой отчим, настаивал, чтобы я жила с ними. Видимо он давно наметил мою судьбу и был готов продать меня как можно дороже какому-нибудь старику, а может и вовсе оставить при себе в качестве любовницы.

Но злодейка-судьба за такие мысли и желания жестоко отыгралась над ним, забрав любимую дочь. У отчима просто не было иного выхода, как отдать меня женой главе рода Абу-Тисан.

Солнце продолжало нещадно палить своими лучами мое раскинутое в неестественной позе тело. Точнее поза была вполне обычная для того, кто долго катился с уклона, но тем не менее не та, которая бы говорила о том, что лежащая внизу девушка просто решилась прилечь и отдохнуть.

Тяжело вздохнув, осмотрелась по сторонам. Все как обычно, и ничего лишнего. Но так было только до того момента, пока я не решилась отлететь подальше.

Воздух вокруг словно заискрился от напряжения, заставляя меня оставаться на месте. Я поняла одно -

что-то неестественное, неземное происходит вокруг. Не успела я развернуться, как отлетела в сторону, подхватываемая невесть откуда взятым вихрем.

Пока пыталась остановить свое кружение, пока сориентировалась в пространстве, упустила момент, как невесть откуда появился огромный змей, покрытый блестящей чешуей. Он стремительно понесся к моему телу. Под его весом песок то и дело соскальзывал вниз, накрывая мою тушку песчаной могилой.

Хотелось закричать, остановить его, но не смогла произнести ни звука. Оставалось лишь молча наблюдать, как падальщик окружает собой мое чуть теплящееся жизнью тело.

Время словно замерло на месте. Прошли минуты, но змей, окутав своим хвостом мое тело, не шевелился. Оказывается, и душа может бояться, не только тело и разум. Но на смотря страх, я подлетела к ним ближе и зависла буквально в метре от увиденной композиции.

Огромный змей меня словно почуял. Высунул свой длинный раздвоенный язык и спешно ощупал окружающий его воздух. Вся его поза была настолько напряженной, что случись небольшой шум и он сорвется с места.

Я вдруг поняла, что не стоит ждать от него угрозы. Если бы хотел меня съесть, то давно бы это сделал. А тут словно обнимает, убаюкивает меня и не стремится причинить худого. Странное сочетание для того, кто от природы я является хищником.

Прошло не меньше получаса, прежде чем произошло невероятное. Если чуть раньше я не замечала несоответствие наших габаритов, то сейчас мне оставалось лишь стоять и тупо смотреть на то, как змей, словно в фантастическом фильме, трансформировался получеловека. Все также высокого и… невероятно красивого.

Я зависла и в прямом и переносном смысле. Давно уже не видела людей с европейскими чертами, а тут словно сам бог решил спуститься на землю одарить своим вниманием мое бренное тело.

Пока пыталась анализировать происходящее, этот коварный змей-искуситель поднял мое тело на руки и пополз на вершину бархана. Пришлось лететь вслед за ним, чтобы не потеряться и не остаться неприкаянной. Вот нет у меня желания бродить по этой пустыне долгие века, уж лучше так, зато рядом с земной оболочкой.