Тень розы

И тогда ее накрыло волной абсолютной, кристальной ясности. Это не было «возможно» или «похоже». Это был знак. Не subtle hint, а явное, дерзкое, невозможное с точки зрения законов материального мира чудо. Бабаджи, о котором она читала, заявил о себе. Не в видениях, не в снах, а здесь, на ее столе, в ее одинокой питерской квартире. Он показал, что для него нет законов тления, что он властен над временем и материей. И что он видит ее.

«Все стало понятно», – прошептала она. С этого момента Бабаджи перестал быть персонажем книги. Он стал ее живым Богом. Не абстрактным принципом, а конкретным, личным Учителем, который отвечает. Сердце ее наполнилось смесью благоговейного страха и невероятной, детской радости.

Футболка и благодарность Габриэлы.

Судьба, ведомая теперь этой новой связью, вскоре подарила ей еще одно подтверждение. Через знакомых она узнала, что в город приезжает Габриэла, западная ученица, прожившая рядом с Бабаджи в Хайдакхане девять лет – тот самый срок, который, согласно некоторым преданиям, молодой Иисус провел в Индии, обучаясь у гималайских мастеров.

Семинар проходил в небольшом зале. Габриэла, женщина с лучистыми глазами и спокойной, невероятной силой в голосе, говорила не столько о учении, сколько о личности Бабаджи. О его гневе и милости, о его повседневных чудесах, о том, как он разрушал эго и строил заново дух. Т. слушала, затаив дыхание, чувствуя, как каждое слово падает прямо в ее сердце, поливая ту самую чудесную герберу.