Бастард. Книга 1. Смута

Съездил вот на суд. Сотворил справедливость. Альбрехт Вайс пришёл с моим двоюродным внуком на поклон. Я был наслышан о талантах мальчика и спросил:

– А кроме шахмат, чем ты можешь меня удивить?

Виктор Вайс грациозно кланяется и говорит, чтобы окружающие слышали:

– У одного фермера жила утка, и однажды она снесла десять яиц. Вскоре из них вылупились утята. Девять были похожи на свою маму, а десятый был большой, серый и очень уродливый. Все утята потешались над ним. Бедный утенок был таким несчастным, что ушел с фермы. Он шел и шел, и оказался у какой-то речки. Там он увидел прекрасных белых лебедей. Гадкий утенок заблудился, ему было очень страшно, и он решил утопиться в речке. Но увидел свое отражение в воде и понял, что больше он не гадкий утенок, а прекрасный лебедь!

Виктор снова кланяется и завершает:

– Я пока для всех гадкий утёнок, но настанет время и я встану на крыло. Дедушка, вы будете мной гордиться!

Место действия: город Росток(герцогство Мекленбург, немецкие земли).

Время действия: апрель 1594 года.

Альбрехт Вайс, кораблестроитель, дед главного героя.

Переезжаем. Хоть с судом всё прошло гладко, но, предательство старых друзей буквально подкосило меня. Я ведь с ними строил в Любеке огромный корабль "Adler von Lübeck"(Орёл Любека). Военный галеон был, наверное, самым большим в мире. Сто тридцать восемь пушек и фальконетов, тысяча человек составляли экипаж и десантную команду.

И вот эту громаду я строил со своими друзьями. Друзьями… Не хочу их больше видеть. В Виндаве (Курляндия) на строительстве верфи умер мой старший двоюродный брат. Нужна замена. Что ж, я оставляю все свои дела на старшего сына, а с остальным семейством переезжаю за море.

Как раз удачно из Голландии ко мне на верфь переехал мастер. Он нуждался в деньгах и продал мне копию чертежа нового морского корабля. Флейт был похож на галеон, но не совсем. Более быстрый и более маневренный с гораздо меньшим экипажем, что важно для судовладельца. Думаю, что за этими кораблями будущее. Время старых коггов уже прошло.

Интерлюдия. Авторское отступление про конец 16 века.

Совсем недавно в Португалии была Смута, вызванная тем, что у страны не было короля. Не знали кого выбрать лидером. В результате на трон залез самовыдвиженец. Хозяева португальцев, испанцы, скинули его, но тут из всех щелей на португальский престол полезли принцы-самозванцы.

Ничего не напоминает?

А ещё в это время в Европе идёт тягучая и кровавая борьба голландцев против испанских поработителей. Так же длинно и с переменным успехом идёт на море Англо-испанская война.

Многолетние религиозные войны закончились, но пламя до конца не потухло и скоро в центральной Европе может вспыхнуть новая война "круглоголовых и длинноголовых", когда во имя своего бога будут убивать, и убивать, и убивать.

В Восточной Европе выросли и окрепли Речь Посполитая и Московское царство. Скоро они сойдутся вновь на поле боя наплевав на очередной "вечный мир".

Место действия: Москва.

Время действия: январь 1595 года.

Борис Годунов, фактический правитель Московского царства, шурин царя Фёдора.

Я помнил что в детстве и юности Фёдор Иванович был крепким и здоровым. Он любил подвижные игры и часто участвовал в кулачных боях. После травмы он начал болеть, с трудом двигался, долго и тяжело болел. Моя сестра Ирина стала его женой и у них царили счастье и спокойствие. Дочери Феодосии вот уже два года. Она тяжело болела, врачи говорили, что вряд ли выживет, но Бог миловал. Моя племянница растёт отцу-царю на радость.

И на границах у нас всё хорошо. Крымчаки успокоились. Шведы получили по зубам и вернули нам Ивангород, Копорье, Ям, Корелу.

Крепостных мы прижали, отменив переход в Юрьев день. По Российскому царству итак тысячи гулящих людей ходят. Половина, если не все – разбойники и воры.

Приказы с дьяками, что управляют страной, работают на удивление хорошо. Ни у одной из стран Европы нет такого. Кормление у нас сменили системой откупов. Казна наполнилась деньгами. В выборных судебных губах и земствах заседают боярские дети и даже крестьяне.

После взятия Казани и Астрахани провели военную реформу и разгромили ливонское войско. Но против шведов, литвинов и поляков воевать было тяжело. Пришлось оставить Ливонию. Тридцать лет войны ослабили наше царство. Нам бы ещё лет десять мира, а лучше пятнадцать. Тогда нам никакой враг не будет страшен.

Ксения уже выросла. Пора замуж. За Мстиславских и Бекбулатовичей я отдавать её не хочу. Шуйские и Романовы – в опале. Дал приказ дьякам разузнать про европейских принцев. Может и породнимся с кем-нибудь там. Хотя, многие правители меня за ровню не считают. Даже если их герцогство можно по кругу за день проскакать. Ничего, пусть Ксения выбирает. Я теперь не последний боярин, а, напротив, первый.

Место действия: город Виндава (герцогство Курляндия).

Время действия: март 1595 года.

Бабушка главного героя по линии матери.

Обживаемся на новом месте. Виндава городок небольшой. Нам во владение дали две деревушки. Голодать не будем. Тем более, что Виктор, наш малыш, через своего дядьку Ивана на свои призовые деньги купил у заезжего купца десять мешков диковинного картофеля. Иван грозится, что будут у него невиданные урожаи.

Мой муж Альбрехт днюет и ночует на своей верфи. Летом будет готов первый флейт. На речной и морской торговле можно хорошо заработать.

Виктор недавно на спор с дедом прочитал десять псалмов из Библии. Без единой ошибки. Альбрехт пообещал ему летом построить ялик с парусом для путешествий по реке. Мой муж по просьбе герцога Фридриха набрал учеников ещё в один класс местной городской школы. При этом применил хитрость так как учиться желающих не было. Мой муж Альбрехт пообещал после уроков давать каждому ученику ломоть хлеба и кружку молока. Так и собрали десяток от восьми до пятнадцати лет. К ним и Виктор захотел присоединиться. Пусть учится.

А вот и Виктор с мамой и дядькой. Дора улыбается и говорит:

– Сынок ещё одну сказку придумал. Расскажи бабушке.

Внук поклонился и начал рассказ:

– "Аленький цветочек"…

Место действия: город Виндава(герцогство Курляндия).

Время действия: апрель 1595 года.

Виктор Вайс, бастард-попаданец.

Для испытания баркаса на борт поднялись я с дядькой Иваном и шесть "морячков-гребцов" из наших крепостных. Погода была что надо – безоблачно и лёгкий ветерок в борт.

Перед посадкой в баркас дворовый слуга Эммануэль Макрон сказал моему наставнику, что в окрестностях близлежащего города вверх по реке видели банду разбойников. Иван ответил:

– А мы до города не пойдём. В затоне у следующей деревни Таргале развернёмся. Пойдём вперёд на вёслах и под парусом. А назад – по течению.

Мы отчалили. Это было наше первое путешествие по Венте на новом баркасе. Иван взял с собой свой мушкет. Может какую живность подстрелит. Я тайком принёс в сумке заряженный пистоль. На берегах реки часто можно было увидеть бобра и даже медведя. Я тоже хотел отличится. Мы лихо на мощных гребках прошли S-образную излучину реки и, поймав попутный ветер, на скорости проскочили деревеньку. Рыбаки из Таргале что-то кричали нам с берега, но ветер уносил их слова и я просто помахал им рукой. А вот и затон. Разворачиваемся.

– Смотрите, – закричал я, увидев привязанного к дереву ребёнка.

Коротко стриженный, почти лысый малец плакал и качал головой в стороны, словно хотел нас предупредить о чём-то.

– Причаливаем, – по-командирски скомандовал Иван и поправил висящую на поясе саблю.

Как только нос баркаса ткнулся в кусты ивы, то я и трое "моряков" спрыгнули на берег и поднялись к берёзе с пленником. "Морячки" обрезали верёвки и стали о чём-то спрашивать рухнувшего на колени спасённого. В это время из прибрежных кустов высыпала пятёрка разбойников. В их намерениях можно было не сомневаться. В полусотне метров от баркаса орут, скалят рожи и трясут оружием, заставляя сдаться сердобольных "лопухов". Иван тут же отошёл за куст, взял на изготовку дорогой колесцовый мушкет и начал выцеливать главаря банды. Предводитель разбойников, не заметив опасность, шёл на высадившихся безоружных "морячков", и рисуясь, размахивал саблей. Рядом с ним, пригнувшись, двигался верзила в потрёпанной стрелецкой форме с мушкетом наперевес. У остальных разбойников, видимо, было поменьше храбрости и они, переминаясь, размахивали тесаками и саблями у кустов, но идти вперёд не решались.

Я бросился к баркасу и достал из сумки пистоль. Все наши морячки с плеском рванули в речку и вплавь на тот берег. Насыпав порох на полку, я с трудом двумя руками взвёл курок, и уложив рифлёный ствол на борт, начал целиться в крадущегося, как кот, "стрельца". Я уже имел опыт стрельбы. Попасть в цель на небольшом расстоянии было достаточно просто. Особенно, если стрелять с упора. Я поймал на мушку туловище "стрельца", задержал дыхание, ловя паузу в движении, и, одновременно с Иваном, выстрелил. Отдача едва не выбросила меня из баркаса. Когда дым рассеялся, разбойников на береговой поляне не было. Те, что орали у кустов – сделали ноги. Пленник, забравшийся в баркас, оказался картавой девочкой "Килой"(Кирой). Семью этой юной полячки разбойники ограбили и убили, а её использовали в качестве приманки, чтобы заманить очередных жертв.

Иван, зарядив мушкет и пистоль, решил всё-таки осмотреть поле боя. Я последовал за ним, но он, цикнув, загнал меня в баркас. В траве не было видно поверженных врагов, но вскоре "дядька" явился с добычей. Пистолет и сабля убитого предводителя разбойников, а так же стрелецкая фузея и сам стрелец, которого "моя" пуля, похоже лишь слегка контузила, пробороздив алую черту на бритом, в спасении от вшей, черепе.

Сорокалетнего солдата-дезертира звали Семён. Лет пятнадцать назад он попал в плен к полякам. Но сумел сбежать и жил с одной из вдовушек. Но в прошлом году его сдали полякам. Он снова сбежал и прибился к банде.

Оказалось, что пленный стрелец, в деревне у вдовушки работал печником. Складывал из глиняного кирпича печи. Что ж нам тоже нужен печник. Договорились, что год отработает за еду и уйдёт.

Картавая девочка пользуясь тем, что на неё не смотрят, достала пистоль, приставила к голове стрельца и нажала на спуск. Нет выстрела. Забыла порох на полку насыпать.

Глава 3

Место действия: город Виндава(герцогство Курляндия).

Время действия: май 1595 года.

Виктор Вайс, бастард-попаданец.

Прошёл год со времени прибытия семейства Вайсов в Виндаву. Или, как говорят местные немцы, Виндау. Со времён тевтонского ордена в Прибалтике работает языковый котёл из немецких, польских, датских, шведских и русских слов. Местные племена тоже принимали участие в названии всего окружающего, но кто из благородных будет прислушиваться к говорящей скотине?

Вот и картавая Кира изображает из себя благородную. Она уже освоилась в моей семье и даже навесила мне польскую кличку Бялый (Вайс с немецкого – белый). Теперь вся родня, прислуга и даже друзья следопыты зовут меня как дворового пса. Бялый. Но, я тоже в накладе не остался и прозвал её Руфа. Рыжая на языке эсперанто, что мы изучаем со следопытами. Но почему-то кроме меня её так никто не зовёт. Это из-за Килькиных подзатыльников что-ли? Хотя, Килькой вместо Киры ребята же её называют… Непонятно.

Её погибший отец поляк-купец был из Витебска, а мать русская. Поэтому Кира Кмитец свободно говорила по-польски и по-русски. По-немецки понимала, но говорила слабо.

Мне вот дед Альбрехт доверил придумать названия для наших торговых кораблей и военных корабликов. Наши первые флейты будут носить имена: der Kalmar (кальмар), die Krabbe (краб), der Hummer (омар). Военным корабликам я хотел дать рыбные названия: der Hering (сельдь), der Dorsch (треска), der Barsch (окунь). Но, эта Рыжая влезла на колени к деду и назвала боевой корабль несерьёзным именем die Katze (кошка).

Так то, по большому счёту, она права. Боевыми эти кораблики можно считать лишь условно. Всего восемь лёгких трёхфунтовок – вот и вся боевитость. (Калибр трёхфунтовых орудий – 61мм. Мячик для тенниса – 64 мм). Впрочем, у пиратов пушки были той же мощности, если вообще были. Пиратствовали на Балтике все кому не лень. Особенно на внепортовых стоянках. Подплывут ночью на рыбацких судёнышках и лезут на абордаж с двух бортов. Так местные феодалы, грабя торговые суда на их земле, себе на жизнь зарабатывают. Вековая традиция.

Сегодня мы с дядькой Иваном вместе с моими друзьями-следопытами идём в поход. Почему "следопытами"? А вот не знаю. Когда мы в первый раз в прошлом году после уроков собрались, то я и предложил так называться. Наверное, вспомнил книгу Фенимора Купера "Следопыт". Вот мы с дядькой так и зовём эту честную компанию. Известно же, что как вы лодку назовёте, так она и поплывёт. А потому…

Мы идём искать клад. Есть тут неподалёку курган, называемый шведская могила. Там местные копают и что-то находят. Вот и мы покопаем. Нас собралось семеро. Я с дядькой Иваном, моя новая сестра Килька, сын охотника "Зибор", сын татарки-травницы "Мамай", сын моей няни Мойша и его сестра Мерседес. Все остальные следопыты были на работе. В этом времени дети с малых лет начинают работать. А те кто отлынивают получают крапивой или палкой по заднице. Так, что не забалуешь.

Так-то следопытов вместе со мной и Кирой – чёртова дюжина. Тринадцать. Верховодит нами дядька Иван. Ему нравится возиться с малышнёй, а ещё он нас новому языку учит. Это я ему учебник-словарь написал. Не хотелось мне гусиные перья на переписывание богословских книг переводить – вот я и вспомнил эсперанто. Следопыты за год язык освоили. Даже татарин "Мамай" и туповатый сын золотаря "Цветочек". От Цветочка пахло вовсе не цветами, а совсем наоборот. Он с отцом каждый день чистил в Виндаве выгребные ямы и свозил всё в "Селитряные бурты". Короче, Цветочек и сейчас, вероятно, занят "любимым делом". И только мы, как вольные люди, идём искать клад.

Курган на берегу реки у руин старой церкви уже изрыт десятком ям. Были и до нас кладоискатели. Час копаний и поисков ничего не дал. Дядька Иван, гревшийся всё это время на солнышке, дал нам ценный совет – поискать клад на берегу у руин.

– Если бы я что-то прятал, то спрятал бы именно там. И смотрите, чтобы рядом был какой-то опознавательный предмет. Камень большой или что-то ещё…

Ребята по очереди застучали киркой по срезу берега, над которым висел огромный валун. Я, как самый мелкий, покрикивал сверху, подзадоривая работяг. А Рыжая откровенно зевала не веря в эту затею.

Зибор стучал из последних сил, когда под клювом кайла что-то звякнуло. Мы с дядькой и с вдруг прозревшей Кирой полезли вниз на встречу с кладом.

Из небольшой обожжённой пещерки дядька Иван вытащил остатки кованного сундучка. После пары ударов киркой, трухлявая "сокровищница" рассыпалась. На дне были истлевшие списки и три мешочка. Один с потускневшими монетами, второй с гвоздём-украшением для волос, а третий с таинственным металлическим знаком.

Пять серебряных монет "кладоискатели" разделили между собой, а мне достался гвоздь с загогулиной и ржавый знак с камешком посередине.

Мои первые сокровища я решил спрятать под своей кроваткой.

– Это мне, – выхватывает у меня "гвоздь" незаметно подкравшаяся "Килька". – Я буду волосы закалывать когда отластут.

Я сделал угрожающее движение вперёд и протянул руку за "своим". Но, картавая сестрёнка осадила меня:

– Не лезь ко мне, а то деду ласскажу!

И гордо удалилась.

Место действия: Москва.

Время действия: август 1595 года.

Ксения Годунова, дочь царского шурина боярина Бориса Годунова.

Утром я сходила с отцом церковь Василия Блаженного. Помолившись, мы вернулись в Палаты и стали ждать заморских гостей. Первым, как и было условлено, прибыл принц Густав Шведский. Он жил в Ревеле, где занимался торговлей. На родину в Швецию ему возвращаться было запрещено. Во время разговора отца с принцем я с замиранием сердца поглядывала на юношу. Недурён собой и по-русски немного разумеет. Он мне так понравился, что я аж запунцевела. Принц, заметив это, ласково кивнул мне.

Когда гость ушёл, то я подошла к батюшке с мольбой во взгляде. Он, поняв меня, сказал:

– Подожди, второго посмотрим.

Вторым был курляндский герцог Вильгельм. Тоже хорош собой и немного говорил по-русски. Но, больше переводил разговор его толмач Иван, что был из донских казаков.

Вильгельм рассказал про Курляндию, про Ригу, про верфь и морские корабли. Про создаваемую Меховую кампанию, что будет торговать на Балтике и за Датским проливом.

Мой отец с течением разговора смотрел на герцога всё более и более благосклонно. Незамерзающие порты на Балтике – это мечта предыдущего нашего грозного царя Ивана Васильевича. Когда мой отец на прощание обнял герцога, то мне стало ясно – вопрос с моей свадьбой решён.

Место действия: замок Нюкёбинг(Дания).

Время действия: сентябрь 1595 года.

София Мекленбург-Гюстровская, бывшая королева Дании и регент герцогства Шлезвиг-Гольштейнского.

Моя тётя, герцогиня Анна, прислала письмо из Риги. Её сыновья Фридрих и Вильгельм организуют торговую Меховую компанию. Тётя расписывала все выгоды от моего участия в этом деле и приписала, что Вильгельм женится на дочери московского боярина Годунова. Теперь для него будут открыты в Московии все торговые пути.

Что ж, дело, судя по всему, принесёт неплохую прибыль. Сколько она просит вложить? Десять тысяч талеров? Вложу двадцать тысяч.

Место действия: город Виндава(герцогство Курляндия).

Время действия: октябрь 1595 года.

Лупольд фон Ведель, начальник школы ландскнехтов.

Полгода назад я наконец-то решил свить своё гнездо. Женился на молоденькой принцессе Елизавете Кетлер. В своё время я воевал вместе с её отцом курляндским герцогом Готхардом. Мы то проигрывали, то побеждали врагов. Подружились, и Готхард посулил мне отдать в жёны Лизу, что была ещё совсем ребёнком. Готхард давно умер, а я вот женился на его дочери.

За свои пятьдесят лет я уже устал от походной жизни. Скудная пища, ночной холод, редкие радости утех с обозными маркитантками. Сейчас – другое дело. Просыпаюсь в объятиях молодой жёнушки. Ем на серебре, пью из серебра. Построил бараки для школы ландскнехтов(название придумал малыш-бастард из семьи Вайсов) и пригласил с десяток старых бойцов, чтобы были капралами у молодых. Наёмники в Европе сейчас пользуются спросом. Целой спаянной в учении ротой даже лучше. Буду готовить по двести человек в год. А если дело пойдёт, то и побольше. Пикинеры пополам с мушкетёрами. Несмотря на все лишения, желающих стать наёмником очень много. С оружием за год заработаешь намного больше, чем с сохой или неводом.

На полях сражений наёмники сражаются с наёмниками. Кто наймёт больше, тот, как правило, и победил. Но, в Голландии появилось новое веянье. Солдаты с мушкетами строятся тонкой линией в три-четыре шеренги и встречают терции врагов мощными залпами. А ещё и пушки бьют картечью по испанцам. Непобедимые терции начали терпеть поражения. Но, чтобы побеждать нужны дисциплинированные солдаты, которые устоят под огнём противника. Именно таковых я и буду готовить в своей школе. Нужно внушить им, что свой капрал страшнее любого врага. Вбить это палкой в них намертво!

Место действия: город Виндава(герцогство Курляндия).

Время действия: ноябрь 1595 года.

Альбрехт Вайс, дед бастарда-попаданца Виктора Вайса.

Наконец-то удалось построить первый флейт. Была проблема с сухим дубом. Строить из сырого это всё равно что выбрасывать деньги в море.

На флейте поставили колесо-штурвал. Это облегчило перекладку руля. Длина и грузоподъёмность флейта гораздо выше, чем у местных коггов. Для обороны стоят десять пушек и четыре фальконета. Хорошая остойчивость и мореходность. Быстро набирает скорость при хорошем ветре.

Внук, балуясь, пририсовал на парусном рисунке флейта новый парус. Блинд на бушприте. Это дало хорошую прибавку к скорости разворота на построенном судне.

А против пиратов мы сделаем небольшую быструю пушечную яхту.

Место действия: Лондон(Англия).

Время действия: апрель 1596 года.

Виктор Вайс, бастард-попаданец.

Я напросился на первый рейс флейта в Лондон. Мой дядька Иван должен был установить связи с местными купцами, разузнать порядки и возможность здесь заработать.

Со всем этим он прекрасно справился, посетив несколько заведений, где любили отдыхать состоятельные лондонцы. Вот мы идём с ним по портовой улочке и слышим звуки музыки.

– Менестрели? – предполагает дядька.

Подходим к портовому трактиру и видим огромную толпу народа. Они пришли посмотреть на представление уличных музыкантов. Я протиснулся в первые ряды, как раз к началу очередной песни.

Моряки радостно загалдели при первых словах, а самые нетерпеливые принялись подпевать красивой рыжеволосой певице.

Следующая морская песня была снова встречена овацией. Зрители дрожали от восторга и от радости. Хлопали друг друга по плечам и показывали пальцем на молодую певицу в одночасье ставшую их кумиром.

Я после окончания представления положил в ладошку рыжеволосой певуньи полновесный шиллинг. Стоявший рядом дядька Иван тоже выложил серебряную монету и пролепетал по-русски:

– Лепо. Лепо поёшь, дитятко.

А певица ответила ему на чистом русском:

– Спаси бог, батюшка! Здоровья Вам и попутных ветров!

Место действия: Балтийское море у берегов Эстляндии.

Время действия: май 1596 года.

Иван, дядька-наставник бастарда-попаданца Виктора Вайса.

Возвращаясь из Лондона, наш флейт зашёл в Карлскруну и взял попутный груз до Ревеля. Решили заскочим, выгрузим и домой в Виндаву.

Моя жизнь за два последних года сильно изменилась. Если раньше я был простым наёмным работником у купца-еврея, то теперь я управляющий делами Доротеи Вайс (считай, её сына Виктора). Я и в Меховой компании от их имени заседаю и договора подписываю и много ещё что. Все вокруг ко мне с почтением.

К своему подопечному я давно привык. Он рассуждает очень здраво и даёт такие советы, которые в результате приносят тысячи талеров прибыли. Вот и в Лондоне он накупил много чего непонятного мне. Пригласил в Виндаву на работу аж трёх англичан, пообещав им двойное жалование. Я давно уже понял, что нужно делать всё, как говорит Виктор.

Вот выгрузились. Идём домой до упора гружёные сухим дубом. Когда мы проходили мимо распластавшегося блином в море острова Нарген, то нам навстречу вынырнули на курсе два двухмачтовых кораблика – побольше и поменьше. Они поначалу шли своим курсом, но потом резко переложились и пошли нам на встречу. Наш капитан почуял неладное и приказал готовиться к бою. На нашем судне было десять пушек – восемь чугунных трёхфунтовок и два более серьёзных короткоствольных бронзовых дрейка, которые малыш Виктор повелел купить в Лондоне.

У пиратов на кораблях не было больших пушек. Им нужно было захватить торговый корабль. Для этого была нужна скорость, а большие пушки на борту требовали горы тяжёлых ядер, что отнюдь не добавляло скорости. Задачей пирата было догнать жертву, дать (в идеале) один бортовой залп картечью, очищая палубу торговца и, взять малолюдное судно на абордаж. Поэтому в пиратскую команду набирали самых отчаянных головорезов в большом количестве. У торговцев же была лишь небольшая команда, собранная в основном лишь для установки и уборки парусов.

Вот и у нас было всего тридцать моряков и десять канониров, а на двух пиратских кораблях народа в разы больше. То есть абордаж для них был заведомо выигрышным. Поэтому нашей задачей было не доводить дело до схватки на палубе. На всех парусах мы сближались с пиратами на встречных курсах. Наш капитан, используя налетевший порыв бокового ветра, мастерски уклонился от зацепа с большим кораблём, пройдя дугой в полусотне метров от него и прикрывшись им от залпа "меньшего" пирата. Ядра противника, сделав пару дырок в парусах, не причинили большого вреда нашему судну и команде. А вот ответный бортовой залп наших канониров был более успешным. Пушки были заряжены книппелями для порчи канатов и парусов на вражеском корабле. Судя по нескольким болтающимся в воздухе парусам, попадание было удачным для нас.