Горящие миры. Бои местного значения

– То есть, «Арес» мощнее? – улыбнулся Дмитрий.

– Несомненно, сами понимаете, его проектировали, как корабль первого ранга. Только количество орудий не дало ему право называться линкором. Он превосходит ваш проект по всем параметрам, мощнее орудия, лучше защита, мощнее система противоракетной обороны.

– Не спорю, – согласился Дмитрий, – он и размерами больше. Хотя согласитесь, для удара по поверхности он менее приспособлен.

– Скажем точнее, он может наносить удары по поверхности, как и другие корабли, но не может в этом случае держать позицию на орбите. Для поддержки с орбиты, ваш корабль, несомненно, лучше подходит. Но у «Аресов» и назначение другое. Их цель, вытеснить корабли противника или уничтожить, чтобы дать таким кораблям, как ваш, возможность наносить удары по поверхности.

– Вы стали экспертом по нашей тактике. – Сказал Дмитрий, вставая с кресла. – Вроде всё обсудили. Спасибо, за новые улучшения.

На следующий день Пешков получил неожиданный приказ из штаба флота. До ввода корабля в строй Дмитрия направили в учебный центр флота, как преподавателя тактики, основываясь на своем опыте.

* * *

Морозов вернулся на Элину, проведя трое суток на Элинии. Вместе с ним на «Афродите» прилетел и Александр Большов. Во дворце их встретила Авира, как всегда, одетая в земную одежду.

– Авира, вы прям так и радуйте мои глаза. – Улыбнулся Александр, приветствуя женщину.

– Рада вас видеть, Александр. – В ответ улыбнулась Авира. – Прошу, будьте как дома.

– Постараюсь. Евгений, организуй покушать и обсудим сначала твои дела, надеюсь и Авира к нам присоединится.

Авира с помощью обслуги быстро накрыла стол на одном из широких балконов дворца.

– Ну, рассказывайте, – сказал Большов, накладывая себе салата, – что по приему элинийцев и жилью?

– Работаем, – сказал Евгений, наливая сока Авире, – сейчас во всех городах идет строительство С-образных жилых комплексов, коммуникаций сопутствующей инфраструктуры. С помощью местных инженеров и по их запросам разработали новый типовой жилой комплекс. Авира, кстати, приняла очень деятельное участие.

Евгений включил нракийский плоский компьютер и активировал проекцию здания.

– Какой-то стадион с виду. – Прокомментировал Большов.

– Это только с виду, – сказала Авира и увеличила проекцию, – я читала, что у вас на Земле есть автономные экологические дома, этот будет похожим. Как видите, конструкция кольцевая, высота будет в пятнадцать этажей. В центре, зеленая зона, с искусственным озером, игровой площадкой и небольшим парком для отдыха. Крыша будет покрыта панелями солнечных батарей, расположенными с обратным скатом. Так будет собираться дождевая вода и подаваться в резервуары под зданием и на техническом шестнадцатом этаже. Часть воды будет проходить очистку и подаваться в систему водоснабжения здания. Другая часть нагреваться и использоваться, как техническая вода с частичной очисткой.

– Интересная конструкция. – Согласился Большов. – А вместимость? Учли на будущее наличие личного транспорта и места для него.

– Конечно, – подтвердил Евгений, – местные с такими проблемами не сталкивались, поэтому мы сразу внесли коррективы в проект. Под зданием, по всей площади, три уровня вниз, плюс один технический. С вместимостью у нас все не так просто. Сами понимаете, у местных пока нет института семьи. Если по квартирам, то тысяча пятьсот сорок квартир. Все очень достойные, никакого минимализма.

– А как местные селятся? – спросил Александр Авиру.

– Небольшой группой, иногда по профессиональному признаку, иногда просто по дружбе между собой.

– Вроде небольшого общежития, – уточнил Евгений, – стараемся местных селить в большие квартиры, получается по два человека в комнате и одна общая, для совместного отдыха и общения.

– А обстановка?

– Для местных, пока типовая, для элинийцев, землян и нракийцев, по запросу, как сами решат. Землян пока немного, так что проблем тут вообще нет. В основном, это военные. Те, у кого семьи, получают свои дома недалеко от расположения части.

– Как на Аруне.

– Да, ваша схема удобна, зачем её менять.

– Согласен, – кивнул Большов, – дальше, что с новыми верфями? Сам понимаешь, Аруна пока не в силах увеличить количество кораблей.

– Все верфи в строю, но не все работают в полную силу, не хватает рабочих. В дополнение, Самохвалов вместе с гражданскими строителями ведет строительство целого промышленного района. Проект грандиозный масштабный. Иногда мне кажется, что он пытается перепрыгнуть через голову, но вроде получается.

– Что в этом проекте такого?

– Во-первых, само место. Самохвалов выбрал место в глубоком, старом каньоне. По его проекту верфь будет закрытой.

– То есть собираетесь сделать сдвижную крышу над каньоном? – Удивился Большов.

– Именно так, так это ещё не всё, – усмехнулся Морозов, – по проекту, там же будет располагаться один из заводов. В районе каньона, в радиусе сто пятьдесят, двести километров будут расположены несколько заводов и предприятий для обеспечения верфей всем необходимым, там же планируется построить до двух, трех городов, для персонала.

– Действительно масштабно, что говорят нракийцы об этом проекте? Одобряют?

– Да, считают, что так верфь будет наиболее защищена от ударов с орбиты. Весь проект они сами прорабатывали.

– А срок ввода в строй?

– Через пять лет, не раньше. Наших, земных лет. Думаю, она раньше и не понадобиться. Мы сейчас даже имеющиеся верфи не можем обеспечить персоналом, так что новая нам ни к спеху.

– То же верно, – кивнул Большов, – ваша проблема с населением создает громадную проблему.

– Так мы можем увеличить рождаемость, – сказала Авира, – сейчас она искусственно снижена.

– Милая Авира, – улыбнулся Александр, – я имею в виду проблему сейчас, на текущий момент. Если бы все ваши верфи и заводы работали на полную мощность, мы бы быстро создали мощный флот и уже не думали, где концентрировать наши корабли.

– Так переселите больше элинийцев. – сказала Авира.

– А вы сможете их всех принять? Вопрос же в том, где их поселить. Как только построите достаточное количество домов, тогда и увеличим поток переселенцев, только кроме домов не забывайте о детях элинийцев, их образовании. Это дошкольные учреждения, школы. Соответственно нужны учителя, воспитатели.

– Все решаем, Александр Дмитриевич, через месяц другой, сможем принимать элинийцев. Темпы строительства у нас высокие, самое долгое, это земляные работы. После них, дом собирается за десять, пятнадцать суток.

– Добро, посмотрим. Новые корабли разрабатываете?

– Пока один новый образец создается. Проект Пешкова. Помните его? Он командовал фрегатом «Орлан» у Марса.

– Помню конечно, он же предположил, что Марс является целью атак. Что, он и корабли создает?

– Он предложил новую компоновку. Нракийцы одобрили, решили построить опытный образец. «Орлан» тоже его идея. Так что я думаю, надо внимательно изучать идеи таких людей.

– Разумно. В учебных центрах и корпусе все нормально?

– Да, все идет по плану. Учебки функционируют, части корпуса тренируются, пополняются. Корпус, как всегда, готов выдвинуться в любое время.

– Уроки Марса учитываешь, модули для людей делаешь?

– Да, мы тут проявили инициативу и разработали классы высадки.

– Поподробнее. – Попросил Большов и достал свой планшет для заметок.

– Классы разделяются по характеристикам планет и предполагаемой угрозе. Пока три класса. Первый, это землеподобные планеты с минимальной угрозой. К этому классу можно отнести нашу высадку на Аврору. Планета благоприятная, угроза от противника минимальная. В аналогичном случае, высадку будем проводить с легкими модулями, оснащенными только фильтрами воздуха. Боевые части будут с легким вооружением. Поддержка с орбиты минимальна. Сами согласитесь, что использование танков в таком случае, это избыточно. У нас есть более легкая колесная техника.

– Согласен.

– Второй класс, это планета с неблагоприятной атмосферой или отсутствующей. Предполагаемое сопротивление значительное. В этом случае используем новые модули с полным жизнеобеспечением, они сделаны на основе тех, что использовали на Марсе. Наземные силы усилены тяжелой техникой, поддержка с орбиты по запросу. Это ситуация, как на Сиале, Серталле и Марсе. Третий класс, благоприятная планета с максимальным сопротивлением. В таком случае высаживаем все что есть, максимальная поддержка с орбиты. Это как на Эрисахе, Инате и прочих.

– А что у тебя представляют легкие силы?

– Легкая пехота с бронемашинами, в качестве поддержки минометы и легкие буксируемые гаубицы. В качестве усиления можно использовать один танковый батальон и батальон тяжелой пехоты. Это уже в зависимости от угрозы.

– А минометы и гаубицы есть. Насколько я знаю, мы их раньше не производили, использовали только ранее купленные образцы.

– Мы сейчас их производим. Из минометов, почти копии «Подноса» и «Василька». В качестве буксируемой артиллерии легкую гаубицу на основе американской 105 миллиметровой и 100 миллиметровую пушку, на основе «Рапиры». Все наши образцы могут использовать снаряды своих прототипов.

– Разумно, так их можно использовать совместно с ООН. Почему в качестве гаубицы выбрал такой образец. Американская 105-ти миллиметровая, это вроде орудие Второй мировой.

– Оно взято, как основа. У нас немного длиннее ствол, лучше системы отката.

– А почему не использовал более современное, например, русскую 122 миллиметровую гаубицу?

– Нам важен вес орудия и скорость развертывания. Д-30 нужно буксировать грузовиком, дольше развертывать. Мы же предполагаем, в качестве тягачей, использовать «Волки», «Тигры» и новые «Рыси». Причем, не в бронированных версиях, а в грузовых, более легких.

– А чем грузовики не нравятся?

– У них задача другая. Четверка «Рысей» может за полчаса нанести три удара, каждый раз меняя позиции. После чего они быстро умчатся в тыл. К тому же, Д-30 я бы не отнес к легким силам.

– Ну, тебе решать. Значит в итоге, у тебя всё по плану. – Подвел итоги Большов.

– В общих планах, да.

– Сколько у тебя кораблей на планете и в системе.

Морозов посмотрел данные в планшете.

– Три крейсера, два линейных крейсера, два авианесущих крейсера, восемь эсминцев, пять патрульных кораблей, два корабля ДРЛО, три десантных, два разведчика. Это, не считая транспортных кораблей.

– А корабли для других флотов есть?

– Есть, два эсминца и два патрульных.

– Вот какое дело, ты можешь собрать все корабли в одном месте не надолго, в каком-нибудь порту.

– Могу, порт Тейя вместит всех, но зачем? – не понял Морозов.

– Я пригласил представителей Земли, для переговоров, – пояснил Большов, – скоро они прилетят сюда, вот надо их впечатлить.

– Может не показывать им наши корабли, – неуверенно предложил Евгений, – зачем открывать все карты?

– Брось, Женя, они и так знают об их существовании. Просто не видели все вместе на земле. Это, я знаю, впечатляюще выглядит. Можно еще истребители и штурмовики на стоянках собрать.

– Это, конечно, будет выглядеть эффектно, но согласитесь, Александр Дмитриевич, на Земле же не дураки. Они поймут, что это все собрано чтобы произвести впечатление. Может наоборот, оставить как есть. В Тейе и так базируются все тяжелые корабли, часть эсминцев и корабли для отправки на Аврору. Это уже солидная группировка, там же стоят грузовые корабли, часть истребителей и штурмовиков. Даже собирать ничего не нужно. К тому же, это достаточно активный порт, он и так произведет впечатление.

– Ладно, согласен, не будем пускать пыль в глаза. – Согласился Большов. – Где разместишь делегацию?

– Думаю там же, в Тейе. В порту есть хорошая гостиница. К тому же, если хотите произвести впечатление, то с верхних этажей прекрасный вид на порт и город.

– Хорошо. Тебе виднее. Давай прокатимся по твоим объектам, посмотрим.

В ожидании делегации с Земли, Большов посетил многие объекты на планете, различные стройки и города. Через несколько суток прибыл крейсер «Веста» с Аруны. На корабле прибыл научный советник Большова нракиец Нра Су, начальник штаба генерал-майор Ивраминов, министр строительства Сергей Кочнев и супруга Большова Оксана.

– Что обсуждать будем? – спросил Сергей, когда все собрались во дворце Эфты. – У меня дел на Аруне полно. Хоть бы заранее предупредил.

– Действительно, Саша, – укоризненно сказала Оксана, – ради чего, ты нас вызвал? Что нам обсуждать с Землёй? Мне кажется уже все решено. Все договоры подписаны.

– Верно, – согласился Большов, – они и остаются, ничего не изменилось. Нам нужно обсудить дальнейшие совместные действия в войне. В первом поиске Земля не участвовала, хотя Итина была относительно не далеко от Земли. В Марсианской битве флот ООН принимал условное участие. Я бы все понял, если бы у Земли было мало кораблей.

– А сколько у них? – Спросил Сергей.

Большов взглянул в свой планшет.

– Десять сторожевых типа «Меркурий», пять легких типа «Марс», двенадцать корветов типа «Клеопатра», четыре крейсера типа «Юпитер», два легких авианосца типа «Нрокс», два крейсера типа «Андрей Первозванный». Эти корабли, кроме последних, нашей постройки. Сейчас на Земле строится сразу пятнадцать эсминцев по одному проекту. Это уже их собственная разработка. Что из себя представляют эти корабли мы не знаем. Возможно мощнее «Меркуриев», но слабее «Клеопатр». В общем, пока их не учитываем. Итак, у ООН сейчас тридцать пять кораблей.

– Это много или мало? – Спросила Оксана.

– Вопрос не в числе, Оксана Викторовна, – сказал Ивраминов, – а в качестве кораблей и их боевой ценности. У земного флота с этим проблемы.

– Согласен, – сказал Морозов, – Александр Дмитриевич, вы знаете как я отношусь к Земле. Все же я считаю пока рано давить на них. У ООН только наши «юпитеры» и «клеопатры» представляют реальную силу. Они раскиданы по трем системам.

– Действительно, Дмитрий, – подал голос Нра Су, – не следует ожидать многого от столь незначительного соединения кораблей.

– Вот верно сказано, – подхватил Ивраминов, – это даже не флот, а соединение.

– Ишь как накинулись, – усмехнулся Большов, – прямо коалицию создали в защиту Земли. Я и не предлагаю активно привлекать флот ООН. Думаете я не понимаю, что цена ему пока что-то чуть большее нуля.

– А к чему тогда его обсуждение? – спросил Сергей.

– Я просто не успел развить свою мысль, как вы встали на дыбы. – Засмеялся Александр.

– Давай, донеси до нас свои мысли. – Сергей налил себе местного вина из кувшина на столе.

– Я собираюсь обсудить с Землёй два важных вопроса. Первый, это выделить экспедиционную армию, для совместных действий. Чтобы нам не приходилось каждый раз запрашивать войска для операций.

– А где использовать эти силы? – спросил Ивраминов. – Да и армия, это понятие растяжимое.

– Сколько, Женя, у тебя по штату численность? – спросил Александр Морозова.

– По штату, которого мы кстати пока не достигли, два легиона, три дивизии, четыре отдельных полка. Около пятидесяти тысяч личного состава.

– Вот, значит, как два наших корпуса, не меньше.

– Сто тысяч, – заключил Ивраминов, – и где будем их использовать?

– Пока нигде, но это не важно, нужно чтобы это армия стояла всегда наготове, в любой момент готовая выдвинуться, в любое место. Нам важно, чтобы она была подчинена нам.

Присутствующие за столом молчали, глядя на Большова. Первой нарушила молчание Оксана.

– Я правильно поняла, Саша, ты хочешь купить сто тысяч людей.

– Как-то неправильно звучит, – сказал Большов, – я не собираюсь их покупать.

– Но выглядит именно так, – настаивала Оксана, – уверена, Земля согласится, тут вопрос цены, а нам есть что предложить?

– Думаю не все так, как вам видится, – возразил Ивраминов, – в мировой истории были такие случаи. Даже в истории России. Например, отправка экспедиционных сил во Францию в годы Первой мировой войны. Русские войска переходили в подчинение французского командования. Так что ничего странного в этом нет. Меня больше беспокоят другие вопросы в таком случае. Где размещать эти силы, кто будет их снабжать?

– Это мы решим, – пообещал Большов, – можно их разместить даже здесь, так они смогут быстро выдвинуться в любое направление и получат богатый опыт от местных частей. В любом случае, это дело решаемое, главное получить эти войска. Вся проблема в том, что после сражения за Марс, Земля выбрала оборонную тактику. Они не хотят посылать войска в новые сражения.

– Это что, типа спасибо вам за две планеты, но дальше действуйте без нас? – Спросил Морозов ни к кому не обращаясь.

– В общих чертах именно так. – Подтвердил Большов. – Потери войск ООН, понесенные в операции «Трезубец» и при захвате Гоила, сильно пошатнули общественность. Сами знаете, там это значимая сила.

– Они много потеряли? – спросил Сергей.

– Около трехсот тысяч. – Ответил Ивраминов

– Много, бесспорно, – согласился Сергей, – но это ведь потери не одной страны.

– Нет, – подтвердил Большов, – это потери всех сил ООН. К этому можно добавить почти три миллиона погибших при бомбардировке США.

– И что Америка хочет выйти из войны? – Спросил Сергей.

– Нет, несмотря на самые большие потери, США даже не рассматривают такой вариант. Но есть и другие страны. Так или иначе мы должны получить армию.

– Это первая задача, – напомнил Нра, – а какая вторая.

– Вторая, это политическая. – Сказал Александр. – Это всего лишь условность, но Земля до сих пор не признала нас независимым государством.

– А это так важно? – Спросил Сергей. – Сам говоришь, это всего лишь условность. Нас признали элинийцы, нракийцы, вису, даже замкнутые рисане. Что даст нам признание Земли?

– Вообще-то многое, – поддержала супруга Оксана, – главное, защиту наших объектов в США и России. Сейчас они, несмотря на местные законы, всё же находятся на птичьих правах. Если в США, еще более-менее все неплохо, то объекты в России стоят только за счет разрешения правительства. Если мы станем независимы по законам Земли, то сможем арендовать или выкупить земли под нашими объектами.

– А если нам откажут? – спросил Морозов. – Что им мешает просто ликвидировать наши объекты и захватить их.

– Официально, то же мнение общественности, – сказал Александр, – наша фирма зарегистрирована сейчас на Багамах, имеет много подразделений и филиалов. Конечно, если они захотят, то это не поможет. В этом случае, мы много не потеряем, важное производство с этих объектов давно перенесено.

– Будем реалистами, – Оксана строго посмотрела на Большова, – ни Земля, ни Россия, так не поступят. Я понимаю вашу неприязнь к политикам, но вы сами все понимаете, сейчас Земля согласится на любые наши условия.

– Согласен с Оксаной Викторовной, – Морозов придвинулся к столу, – сейчас Земля согласится. Признание нашей независимости, это просто формальность. Она просто не может не признать этого. За нами стоит вся мощь Элинии, лучшие умы нракийцев. Тут без вопросов. Но согласитесь, Оксана Викторовна, через лет двадцать, тридцать, что помешает Земле отменить текущие договоры и просто захватить наши объекты на Земле?

– Тут я смогу ответить, – сказал Александр, – через двадцать, тридцать лет у нас не будет объектов на Земле. Я думаю, их можно убирать и через лет пять, шесть, а не через двадцать. Там второстепенные производства, постепенно их перенесем на другие планеты. Земля сейчас нужна, как источник человеческих ресурсов, прежде всего. Через двадцать, тридцать лет, Элина и переселенцы решат наши проблемы с человеческими ресурсами. Нам нужны договоры сейчас, хотя бы кратковременные.

– Хорошо, – Оксана бросила недовольный взгляд на Александра, – у нас два требования, что мы можем предложить взамен.

– Выложу сразу все карты на стол, – сказал Александр, – первое, мы можем предложить лечение всех ветеранов инвалидов, потерявших конечности в боях. Ход низкий, но эффективный. Второе, пока Евгений с Игнатьевым обсуждали тактику боя с элинийскими военными, мне удалось договориться о приобретении десяти старых элинийских крейсеров типа «Сартул». Корабли старенькие, но живые. Сейчас на Эрисахе нракийские инженеры проводят их обслуживание и перепрограммирование основных систем. После этого их можно модернизировать по разным проектам. Я предлагаю предложить их Земле. Десять кораблей, это хорошая цена.

– А какова их ценность? – Спросила Оксана. – Они представляют реальную боевую значимость или это старые корпуса?

– Мы можем их модернизировать и сделать равноценными нашим корветам типа «Клеопатра». Это будут полноценные боевые единицы. Больше мы ничего не предложим. На этом всё. – Большов встал и вышел из зала. Следом за ним ушел Нра Су и Ивраминов.

– Извините, что вмешиваюсь, – сказал Евгений, – но мне кажется, Оксана Викторовна, что сейчас вы выясняли отношения с Александром, на фоне более важных дел.

– Да брось, Женя. – Сказала Оксана. – Говорил бы как есть.

– Чего психуешь Рыжик? – Спросил Сергей, наливая себе очередной бокал вина.

– Вот как-то так. – Оксана указала ладонью на Сергея.

– Так и в чём проблема? – Сергей отпил вина и откинулся довольный на кресле. – Все же заметили твой психоз. Уверен и Нра Су это понял, но он вежливый и никогда не задаст вопроса.

– Да, Сергей, мне много чего не понравилось в поступках Саши. – Сказала Оксана. – Он самолично, без обсуждения принял решение, нас позвал только для того, чтобы помочь исполнить их. А если они не правильны?

– Ты думаешь они не верны?

– Да не об этих решениях, а вообще. Хотя и тут есть, что обсудить. Десять старых кораблей в обмен на сто тысяч жизней. Ты думаешь, это честная сделка? А если среди этих людей была бы Наталья? Ты, Женя, с этим согласен? Мы меняем железки на жизни. Сергей может не понять, он не воевал в этой войне, но ты же воевал, терял людей. Стоят их жизни кучи железа?

Сергей молча пил вино. Евгений промолчал с полминуты.

– Знаете, Оксана Викторовна, когда погибла Велиса, я был на командном пункте. Видел на экранах радаров, как она погибла. Как слились точки кораблей и исчезли. После доклада о гибели её корабля меня, как кувалдой ударили. Знаете, что я делал на следующий день? Решал последствия гибели её корабля. Не её гибели, а гибели корабля. Точно помню, он назывался «Тереза», старый транспорт типа «Илиан», на нем был груз продовольствия для всего легиона. Надо было решать, чем кормить людей. Эта проблема была важнее. Мы на войне, Оксана Викторовна, надо принимать трудные решения. При штурме Тиула я сознательно пошел на риск. Я не думал, что выживу, но рассчитывал, что хоть один танк прорвется в тыл противника. Сейчас, вспоминая, я понимаю, что это было страшное решение. Оно обрекло весь взвод на смерть. Но оно было правильным. Что для Земли сто тысяч человек. Наверное, ежедневно умирает столько же, но и рождается больше. Что значат десять кораблей для Земли сейчас? Это значит, что к поверхности прорвется меньше ракет, меньше кораблей бомбардировщиков. Вы бы видели, что было в США после ударов. Один прорвавшийся в атмосферу корабль-бомбардировщик, это значит минимум один город частично разрушен и второй разрушен катастрофически. Сотни тысяч погибших, раненых, искалеченных. Один такой корабль, это ад на земле. Я считаю, что сделка приемлемая. Земле нужны корабли. Если их не будет, то и миллионы солдат окажутся бесполезными и погибнут под ударами с орбиты. К тому же, Александр сказал, что не собирается сразу бросать их в бой. Представьте, что их разместят здесь, на Элине. Это одна из самых защищенных планет. Что если, находясь здесь, они не погибнут при следующей бомбардировке Земли. Эта сделка может спасти жизни. К тому же, мы не бросаем людей на убой. Наша тактика немного иная. Мы ценим жизнь солдат. Так что не считайте, что сто тысяч землян непременно погибнут. Таково моё мнение.

Евгений вышел из зала.

– Ну вот, Рыжик, открыла старые раны Женьки. – Сергей, захватив кувшин с вином, сел рядом с Оксаной и налил ей бокал. – Он смирился с гибелью жены, а ты заставила его все вспомнить.

– Это так просто? Смириться с гибелью друзей? Ты же тоже воевал. У тебя также было?

– Нет, Оксана, у нас с Сашкой была другая война. Там мы просто стояли на блокпостах и ни хрена не делали. Все наши потери были по дурости солдат. Эти парни, – Сергей кивнул в сторону ушедшего Евгения, – пережили совсем другое. На их глазах сгорали друзья, а им нужно было двигаться вперед и не останавливаться. Эта война ведется на уничтожение. Кто проиграет, тот исчезнет. Поэтому, все средства хороши. Если мы положим сотню, другую, тысяч солдат, выиграв лет пять мира, то это будет победа, маленькая, но победа. Нам нужно время.

– Мы меняемся, Сергей. – Сказала Оксана, подперев рукой подбородок. – Сегодня мы делаем то, что несколько лет назад было бы неприемлемым. Думаешь так будет и дальше?