Я песнь воспеваю великой любви

Юлия Воронцова

Я песнь воспеваю великой любви

Я за семейный пью очаг

1

Садись, читатель, предо мною,

Послушай тихий мой рассказ

О том, как вычурно порою

Судьба наказывает нас:

То погрозит, предупреждая,

К проблеме взгляд свой обращая,

Иной раз просто пожурит.

Но вот в душе скребет, болит

За все дела, что нас не красят,

И за предательство, за ложь.

Порой не сразу и поймёшь,

Как в жизни беды разум гасят.

Но, право, полно рассуждать.

Спешу историю начать.

2

Она случилась в век двадцатый,

Хотя могла произойти

И в двадцать первый, и в десятый,

Так схожи у неё пути.

Чуть разменяв свои полвека,

Высок и статен, не калека,

В усадьбе старой жил один

Немолодой уж господин.

Когда-то ветреный повеса,

Судьбой обласкан был и юн,

Любимец женщин, не молчун,

Приверженец идей прогресса,

Он тайно в даму был влюблён,

Мечтами страсти окрылён.

3

Он ей оказывал вниманье,

Дарил конфеты и цветы,

Но томный взгляд и обаянье

Другим бывали вручены.

А наш герой страдал безмерно,

Хотя ходил везде степенно

И чувства от друзей скрывал,

Лишь по ночам в тиши мечтал.

Ему внимание красотки

Пытались часто подарить,

Улыбкой, шуткой обольстить.

Его не трогали трещётки.

Со всеми ровен был и мил,

И для другой себя хранил.

4

А дама замуж вышла вскоре,

С избранником ей повезло.

И наш герой в тоске и горе

Уехал в глушь, в своё село.

Где часто, у камина сидя,

Он вспоминал родное имя,

Что до сих пор тревожит ум

И сердце от унылых дум.

– Как ты живёшь, моя родная?

Тобой болит моя душа,

Ты, как и прежде, хороша:

И яркая, и озорная.

Как тяжело всё потерять –

Ведь жизнь сначала не начать.

5

Вот только случай – друг нежданный,

Решил с мужчиной поиграть:

Придумал ход неординарный,

И карты жизни вновь раздать.

Так в дом вошла жена другая:

Спокойная, немолодая,

Но озорство в её глазах,

Улыбка дремлет на устах.

Пусть жизнь её и покружила,

Но острый ум смогла сберечь,

Характер, волю не отсечь.

И пусть внутри осталась сила,

Но доброта скользит во всём,

Окутывая мир теплом.

6

Непросто было им ужиться:

Принять, понять и уступить,

И жизнью новой насладиться,

И чувства нежные открыть.

Мужчине иногда казалось,

Что ничего уж не осталось:

Ни теплоты, ни добрых слов,

И взгляд его бывал суров.

А женщина в ответ смеялась,

Заботой, нежностью брала,

Да и в любви была смела,

Обида лаской усмирялась.

Так, притираясь день за днём,

Семья скреплялася трудом.

7

Бегут года, а наша пара

Внучат своих спешит поднять.

По жизни много или мало,

Но им пришлось не раз узнать:

И нежный взгляд, и любованье,

И добрых рук соревнованье,

Тепло душевных, чутких слов,

Покой, любовь и грёзы снов.

Семья – единственное счастье,

Что в жизни следует беречь

И не бояться новых встреч,

Когда душе грозит ненастье.

Я за семейный пью очаг,

За жизнь, что делается зиг-заг.

Я песнь воспеваю великой Любви

Я песнь воспеваю великой Любви

Чистой, духовной, земной и небесной.

Та, что мне шепчет: «Борись и живи!»

Той, что проводит над огненной бездной.

Я строчки стихов, посвящаю тебе,

Песни пою и слагаю молитвы.

Та, что дарует прощенье судьбе,

Той, что поднимет на смертные битвы.

Что нить судьбоносную сложит в пути,

В образе матери, Родины, веры,

Та, что дороги поможет пройти,

Жить не позволит в полсилы, в полмеры.

Пусть каждой секундой, минутой, поверьте,

Я ей присягаю душой и мечтой,

Та, что дарует земное бессмертье,

Той, что возносит в небесный покой.

Я гимн воспеваю великой Любви!

Муза

За окошком снег кружится

Белый, мягкий и пушистый.

На коленях лист ютится,

А в камине жар душистый.

Где-то тихо бродит Муза,

То присядет в кресле рядом,

Тёплого пригубит мусса,

То по мне пройдётся взглядом.

Вдруг словами закружится,

К потолку взлетит пичугой,

Мигом чудным насладится

И опять сорвётся вьюгой.

И бегут скупые строчки,

На листе отображаясь,

Запятые, фразы, точки,

Вдохновением сплетаясь.

Что может сравниться с деревней родной

Что может сравниться с деревней родной?!

Где море простора, рассвет голубой.

Берёзки – красотки и воздух хмельной.

Я пью не напьюсь, я любуюсь тобой!

Моё пристанище души

Люблю рязанскую глубинку:

Дома-домишки в два ряда,

Полей просторы и рябинку,

И церковь в центре у пруда,

Раскаты грома грозовые

И трели соловья в тиши…

Люблю тебя, моя Россия –

Моё пристанище души.

Дом отеческий

Здравствуй, дом отеческий,

Сад родной, село.

Со времен студенческих

Был я далеко.

По дорогам жизни

Всё искал себя.

Через время к тризне

Ты позвал меня

Стены, лавки, печка.

Как же хорошо.

Песнь поёт сердечко.

На душе светло.

Нет минут счастливее,

Чем придти домой.

Прошептав: «Прости меня!

Я пришёл, я твой».

Сельский пруд

Гладь сельского пруда,

Где отразилось синью небо,

Чиста прозрачная вода,

Сладка полуденная нега.

Камыш, осот, не ветерка,

Звенит пространство тишиною.

Журчанье рядом ручейка,

И мы сомлевшие с тобою.

Гроза

Гроза! Раскаты грома удалые,

Сверканье молний в небесах,

Порывы ветра нервно-злые

Гремят аккордами в басах.

А я одна во поле чистом.

Вокруг густая темнота.

Разверзну руки, сердце, мысли.

Гроза! Какая красота!

Вишенка-подружка,

Вишенка-подружка, листьев кружева,

От невзгод печальных ты спаси меня.

Веточками тонкими обними, укрой,

Трудную годинушку изменить позволь.

Чарами волшебными сердце удиви,

Разреши омыться в роднике любви.

Зимой в глубинке

Зимой в глубинке, на селе,

Надвинув ватник и ушанку,

Я марширую по стерне,

Любуясь хмарью спозаранку.

Упругий наст хрустит слегка,

Чистейший воздух опьяняет.

Иду вперед, вокруг снега,

И дух небесный окрыляет.

Я на колени упаду,

Воздену руки, восклицая:

«Одну тебя всю жизнь люблю,

Моя деревня, Русь святая».

Искрится снег под зимним солнцем

Искрится снег под зимним солнцем,

Позёмка кружит веретёнцем.

Простор чарует и манит,

Морозный воздух опьяняет,

Поля в сугробы одевает,

И только лес вдали блестит.

Колючий иней звездопадом,

Скрывая всё за белым адом,

Хрустальный воздух серебрит.

Дыханьем холод обжигает.

Душа ликует и страдает.

И тройка резвая бежит.

Среди полей и перелесков,

Сугробов блеск, полозий тресков,

На яркий звон колоколов

Спешу, презрев ума смущенье,

Ловя шальное вдохновенье,

Под сень небесных куполов.

Снегири

К нам прилетели снегири,

Я их увидела на ветке.

Они, как вестники зимы,

Клевали осени последки.

Остатки ягод и плодов

Срывала стайка красногрудых,

В преддверье стуж и холодов

Порхали птицы в листьях кружев.

Я любовалась, замирая,

Душой и сердцем трепеща,

Гостей с улыбкою встречая,

Сквозь ветки взглядом их ища.

Сказочный лес

Сказочный лес, утонувший в сугробах,

Дивной фантазией взгляд ворожит.

Снег серебристый, собравшись в чащобах,

Изредка, с веток срываясь, летит.

Всюду природа, застыв, онемела,

Роем снежинки неспешно кружат,

Трели пичуг зимородных несмело,

Холод забвенья нарушить спешат.

В мареве диск ещё хладного солнца,

Зыблет не грея, обманом томит.

Зеркало льда колдовского озёрца,

Светом играет, влечёт и манит.

Февральская метель

Февральская метель накрыла белой синью

Безмолвные поля, овраги и леса,

Зима, лютуя и потворствуя унынью,

Дороги рыхлым снегом занесла.

Застывшие дома уснули в зимней спячке,

В безмолвии притихли и сокрылись до весны.

Лишь я один в предпраздничной горячке,

Пьянею от случайной тишины.

Запылал огонь в камине

Запылал огонь в камине,

Зашептал родное имя,

Затрещал, заворковал,

В памяти тоской востал.

Всколыхнул воспоминанья,

Море чувств и оправданья,

Радость от земных утех,

Боль потерь, падений грех.

Я с тоской смотрю на пламя,

Отпуская и прощая.

Ты ли, я всему виной,

Что расстались мы с тобой.

Что разбилось, не собрать,

Что исчезло, не обнять,

Отпустить и помолиться,

Чтобы заново родиться.

Приход весны

Ах, какая красота!

Я в восторге, рад смятенью,

За окном стоит весна,

Очищая всё капелью.

Чистый воздух опьяняет,

Обновляется земля,

И природа оживает,

Водопад любви даря.

Распускаются листочки,

Их не тронула гроза,

И несмелые цветочки

Веселят мои глаза.

Я любуюсь возрожденьем,

Я вдыхаю новизну,

И неспешно, с упоеньем,

Сердцем чувствую Весну.

Весны начало

Салатовой дымкой окутало кроны,

Чуть распускаясь листва.

Красавиц рязанских – одетых в короны

С любовью целуют ветра.

И клонятся ветки податливой прядью,

В космах творя волшебство.

Любуюсь забвенно берёзовой гладью,

Всем сердцем вдыхая родство.

Прохудилось небо

Прохудилось небо,

Ситом сеет дождь,

Но на сердце радость:

Ты ко мне идёшь.

Счастье долгожданное

Всем ветрам назло,

Ты душой откликнулось

И ко мне пришло.

Я укрою бережно

Наших чувств разбег,

Солнце моё нежное,

Ты милее всех.

Летние восторги

Ах! Эти летние восторги,

Эмоций вихри, сладость грёз,

И запахов шальные оргии,

И хоровод родных берёз.

Когда цветов благоуханье

Морочит ясные умы,

Когда любовь – одно страданье,

Когда есть ты, и я, и мы.

Я окунусь в круженье лета

И отпущу свои мечты,

Впитаю нежность неба, света

С надеждой и без суеты.

Мир цветов

Мир цветов – моя утеха,

Я пишу цветы повсюду

На холсте и ради смеха

На салфетке возле блюда.

В миг цветенья на полотнах,

Как живые застывают,

Разноцветы в натюрмортах

Красотой своей пленяют.

Снежно белые тюльпаны

В обрамлении мимозы,

Россыпь розовых жемчужин,

Что искрятся, будто слёзы.

Вот сирень в изящной вазе,

Калы, лилии, ромашки,

Я из трав сплетаю вязи,

Лепестки, согнув в кудряшки.

Кисти, краски, настроенье.

Я рисую на картине,

Отражая дум стремленье.

И любуюсь, как в витрине.

Мне приснился медведь

Мне приснился медведь большой и сильный,

Он скрестил миры сна и были.

Он тянулся мордой, подставляя ухо,

А я смело в шкуру запускала руку.

И большого зверя с добрыми глазами

Гладила, лаская, воспылав мечтами.

Но звонок будильника грёзы сна разрушил,

Подарил отчаянье, больно ранив душу.

Туман

Туман распластался в низине,

С равнины заполз на бугор.

Разлегся. Растекся в долине,

От глаз закрывая простор.

Я в поле, играя с туманом, бежала,

Воздушную шерсть рассекая, как плеть,

И в травы глубокие замертво пала

В сокрытую белым зелёную клеть.

И тихо шептали мне травы густые

Великую тайну любви и чудес,

И нежно ласкали лохмотья седые

Надежду в духовную силу небес.

Осенние грибы

Осенние грибы – какое это чудо,

Стоят на крепких ножках под деревом в траве,

Топорщат к верху шляпки и прячутся повсюду,

Играют с нами в прятки: «Найди меня скорей».

Твой образ

Твой образ нежный, неземной,

Во снах приходит из забвенья,

Сковав мне душу пустотой,

Блажит бедою вдохновенья.

И тёмной ночью напролёт,

Тебе писать я буду строчки,

И музы ощущая взлёт,

Оставлю на листе лишь точки, точки, точки..

Моя запретная любовь,

Мой идеал, моё стремленье,

Мой ангел, возрожденный вновь,

Мои оковы и смиренье.

Бархат небосвода

Бархат небосвода чёрного, как смоль,

Звёздным листопадом музыки триоль.

Я лежу, раскинувшись, в мураве-траве,

Мыслевзором чиркаю путь к твоей звезде.

Может, там за далями, от других тая,

Так же думой дивною ищешь ты меня.

И, шагнув однажды за грань небытия,

Ты шепнёшь мне нежно: «Здравствуй. Это я!»

Женщину ярко любите

Что женщина любит в мужчине?

Те чувства, что нет в её мире.

Те дали, что ей запрещали,

Дразнили и вновь отнимали.

Она живёт миражами,

Чтоб слух её нежно ласкали,

Чтоб ей восхищались, ценили,

Вниманье и ласки дарили.

Она хочет быть королевой

Карающей, властной и смелой.

В мужчине же ищет защиту,

Плечо, преклонений сюиту.

Ищет вселенскую мудрость,

Мужество, верность и чуткость,

Мечтаний своих воплощенье,

Порывов душевных стремленье.

Женщина – это загадка,

С мужчиною вечная схватка.

Но если вы счастья хотите,

То женщину ярко любите!

Счастье

Я небо обниму руками,

Душою в выси воспарю,

И в меленке Сампо словами

Немного радости смелю.

Добавлю жмень простого счастья,

Щепоть любви и красоты.

Чуть-чуть беды, чуть-чуть несчастья,

Слезинку нежной доброты.

Создам пирог чудесный, манный,

Украшу млечным молоком,

И угощу тебя, желанный,

И одурманю волшебством.

Полдень

Высокое небо в лазурный печали

Ласкает и нежит мой взор. Тишина.

Ни ветра, ни звука, лишь в мареве дали

Колдуют над гладью пруда.

Полуденный зной, расплавляются мысли,

Смежаются веки, и дрёма близка,

Чудесны лазурно небесные выси,

Струящие свет свысока.

Я иду

Дикий луг. Здесь буйство красок, аромата «хмель в мёду»,

В отрешенье и неспешно лугом я в рассвет бреду.

Пижма зонтиком соцветий       отражает солнца луч,

А цикорий синеокий преграждает шагу путь.

Кашка белою макушкой мне кивает на ветру,

Диким колосом осока вторит тихо: «Я иду!»

Море-морюшко

Море-морюшко шепчется с волнами

Про мужчину, любовь и печаль.

Горьковатыми мыслями вольными,

Все, что было, все в прошлом. Не жаль.

Набегает волна пенной шапкою,

Лобызает прибрежный песок

И целует каменья украдкою,

Соглашаясь, что мир одинок.

Горизонт серо-белою ниткою

Чертит жизни безбрежную даль,

Всё пройдёт, и за новой попыткою

Потускнеют и грусть, и печаль.

Шью платье зелени травы

Шью платье зелени травы

Льняное, с кружевами и в оборку,

Простое, только туфельки видны,

Чтоб убежать под вечер в самоволку.

В сласть окунуться в разноцветье трав,

Залюбоваться пламенным закатом,

И красоте земной стихи воздав,

Прикрыть глаза под грозовым раскатом.

Пропеть частушки громко, от души

И покружиться с ветром в танце,

Лицо омыть под струями воды

И заалеть в стеснительном румянце.

Когда погода хмурится

Когда погода хмурится,

И капает с неба дождь.

Солнышка хочет улица,

А я – ярких красок гроздь.

Россыпь желтых подсолнухов,

Я поселю на стене,

Что бы не слышать шорохов

Капель дождя на окне.

Эмоции

Луга, Трава, Цветы

И буйство красок.

Ветра, Жара,       Простор

И жизнь без масок.

Вода, Хандра, Песок

И пруд для плясок.

Мечта, Душа, Любовь

И гладь без фасок.

Мечта

Ночью впотьмах, у камина,

Юная дева грустит,

С губками цвета кармина

В кресле глубоком сидит.

Чудятся ей в полумраке

Руки ночного гуляки,

Что теплотой согревают,

Страстью шальной опьяняют.

Чувствует девушка в дрёме

Их поцелуя огонь,

Кажется пальцами тронь,

И запылаешь в истоме.

Сон или явь непонятно,

Только мечтать так приятно.

Гроздья рябины

дождём омывает,

Хмурое небо, и в лужах земля.

Холодно, зябко. Порой так бывает,

И хочется плакать, но право, нельзя.

Нельзя поддаваться тоске и печали.

Нелепо браниться и клясть всех подряд.

Стоит остыть и смириться в начале,

И поменять свой привычный наряд.

Услышать зов сердца, души и желаний,

Умчаться к мечтам, над землей воспарить.

Воспеть и забыть сотни тысяч страданий,

Чтоб верить, молиться и просто любить.

Ещё тепло, и травы в пояс

Ещё тепло, и травы в пояс,

И многослоен небосвод,

Но свежий ветер, беспокоясь,

Дыханье осени несёт.

Грустинка в думах поселилась,

Дорога дальняя зовёт,

Тоска ростком в душе пробилась,

Пора-пора, зима уж скоро,

Меня срывает в перелёт.

Они вдвоём соткали нить судьбы

Они вдвоём соткали нить судьбы,

Даря друг другу чудные мгновенья.

Сокрыв не нужные в общении шипы,

И проявляя обоюдное стремленье.

Они сплели удары двух сердец,

Балуя взор истомой созерцанья,

И возвели лимонно-пряничный дворец,

Из ласк, причуд и обожанья.

Их танец тел изгибами манил,

Дыханье, стоны, крики – возбуждали.

И миг соития был сладострастно мил.

Всё было в нём: и страсть, и свет, и дали.

За окошком дождик

За окошком дождик серая стена,

На душе тоскливо: я опять одна.

Барабанят грустно капли по стеклу,

Ветер клонит ветки тонкие в саду.

Лужи необъятные, грязь и пустота,

Лето хладовлажное, солнца нет. Беда!

На вечерней зорьке

На вечерней зорьке солнца лоскуток

Бережно ласкает милый уголок.

Гладь воды мерцает бликом в тишине.

Сон-трава играет тенью по земле.

Колдовство чернявится в омуте судьбы.

И сквозь ветер слышится: «Милый, где же ты?»

Воришка воробей

Воришка, серый воробей

Нашел сокровища в сенцах,

Что ж, милый малый, не робей,

Испробуй яства в кладенцах.

Попробуй сладкую бруснику,

Ласнящей красные бока,

А, может, сразу облепиху

Из плошки украдёшь слегка.

Порадуй клюик семенами,

Что чернотой своей манят.

А я порадую словами

Тебя, себя и всех подряд.

Я нарисую осень в красках

Я нарисую осень в красках,

В пастельных, мягких, чуть седых.

Согрею всё в сердечных ласках

И растворю в словах простых.

Я нарисую осень словом

Звенящим грустью в тишине,

С могучим ветром, вечным зовом,

С щемящей тайной в глубине.

Я опишу воды журчанье

И расскажу про ветра свист,

Представлю миг очарованья,

Осенней патоки каприз.

Первый снег

А за окном пришла зима,

Укутав землю первым снегом,

Припорошив слегка дома,

Поля сокрыла оберегом.

Вдруг затопило тишиной,

Рассыпав блестками покой,

Взметнув прозрачный купол неба.

И облака – горбушки хлеба,

Скользят лениво, не спеша,

Тяжелые неся бока,

Удерживая миг пока,

Не рухнут, снежный смерч верша

На лес, на речки, на поля,

Чтоб успокоилась земля.

Беда

Я смотрю в окошко, солнцем согреваемы

На сугробы белые, на пусты сады,

И бегут неспешно, думы несбываемы

Темные, печальные, о чужой любви.

Где ты, моё солнышко, мира первозданного,

Где струится марево мыслей колдовство,

Как позвать любимого? Где найти желанного?

Где искать мне счастье сердцем суждено.

Годы жизни прожиты, нет его родимого,

Прошлое закрыло всё. Душит пустота.

Есть друзья – товарищи, только нет любимого,

Любящего искренне рядом нет – беда.

Я просыпаюсь на рассвете

Я просыпаюсь на рассвете,

И тишина звенит в ушах,

А солнца луч в неярком свете

Скользит в туманных миражах.

А под рукою неги томный

Упругий холмик чуть дрожит,

И крови ток, бурленья полный,

Чудесный миг сорвать велит.

Я губы нежные целую

И в теле пробуждаю страсть,

У сна безжалостно ворую

Тебя, чтоб насладиться всласть.

И отдаваясь смелой ласке,

Ты вся трепещешь и манишь.

Мой нежный ангел сладострастный.

Моя любовь, мечта и жизнь.

Я с внуками торю лыжню

Я с внуками торю лыжню

Среди безмолвных строгих елей.

Ночь. Тишина. Луны ловлю

Неяркий свет игрою теней.

Там, вдалеке блеснул фонарь,

Как одинокий глаз волчары.

А там, в кустах сгустилась хмарь,

И всхлип раздался одичалый.

В крови взыграл адреналин,

И гулко застучало сердце.

Толчок, бег лыж, разгон, трамплин,

Чуть приседаю на коленце.

И внуки вслед за мной спешат,

Движения, скорость повторяя,

Как птички юные летят,

А вместе мы – большая стая.

Я их в сугробы завалю,

И ночь прорежу детским смехом,

На звезды в небо посмотрю,

И отзовётся полночь эхом.

Непогода

Вьюжит шальная поземка,

Холод сжимает в тиски.

Скрылась в сугробах избенка.

Ветра порывы резки.

Кружит, шалит непогода,

Будто весёлая шкода,

Вихрем желаний блажит

И колдовством ворожит,

С шапок сугробов срывает

Гроздья серебряных брызг,

Словно слетевшая вдрызг,

В трубах печных завывает

Белою вьюгой метель,

Чиркая звонкую трель.

Белая вьюга

Белая вьюга, серая мгла,

Сердца коснулась чужая беда.

И кошкой скребнула в душе пустота.

Иглой зацепила, пришла и ушла.

А я одиноко смотрела вокруг,

Искала плечо и участие рук.

Раздумье дарила вокруг тишина,

Как будто прощала мечту, что ушла.

Белые снежинки

Белые снежинки за окошком кружат,

Покрывалом пышным кутая село.

По настилу жёсткому непогода вьюжит,

А в избе отеческой мирно и тепло.

Улыбнусь душевно, красотой любуясь,

Добрые морщинки окаймят глаза.

За стеклом позёмка закружит, балуясь,

Что не восхититься ну ни как нельзя.

Всё начинается только с тебя

Твой личный вопрос и честный ответ.

Право помочь или высказать нет.

Быть с сердцем в согласье, с собой по уму.

Иль в бездне обид погибать одному.

Нам даровал мир, идеи ловя.

Менять и вершить, начиная с себя.

Ты – жизнь и ты – тлен, ты – свет и ты – тьма.

Затейлив узор, что судьба нам сплела.

Всё в душе застыло

Всё в душе застыло, как во льду,

И умылось горькими слезами.