Тень зазеркалья

Радион Карлсон

Тень зазеркалья

Глава

Книга 1: ТРЕЩИНА

ГЛАВА 1

Серый свет позднего петербургского вечерa лип к окнам офисного центра «Стекло и Сталь». За панорамным стеклом конференц-зала медленно зажигались огни города, но внутри царила стерильная, безвременная атмосфера, созданная гудением кондиционера и холодным сиянием экрана.

Лев Гордеев стоял у интерактивного дисплея, на котором замерла трехмерная модель его проекта – «Арт-кластер "Верфь"». Это была смелая, почти дерзкая работа: реконструкция заброшенных доков с асимметричными переходами, стеклянными фасадами, отражающими воду, и центральным атриумом, напоминающим разбитый кристалл. Его голос, еще минуту назад звучавший уверенно, затих, потонув в тяжелом молчании совещательного стола.

Напротив него, откинувшись в кресле, сидел директор по развитию, Аркадий Петрович. Он медленно снял очки и протер их шелковым платком.

– Левочка, концепция… интересная, – начал он, растягивая слова. – Бьютифул. Как картинка. Но кто это будет строить? Где смета? Где прагматика?

Лев почувствовал, как по спине пробежал холодок. Внутри все сжалось в знакомый комок – комок, который состоял из равных долей страха и раздражения.

«Скажи им, – прошептал внутри него тихий, но настойчивый голос. – Скажи, что это новый городской язык. Что бетон и стекло уже никто не видит. Что люди устали от коробок».

Но он видел лица других архитекторов – скептические, уставшие. Видел, как его непосредственный начальник, Марина, избегает его взгляда.

«Инициатива наказуема, – тут же перебил первый голос другой, более громкий и привычный. – Создадут рабочую группу, растянут на год, испортят всю идею. Проще сделать, как всегда».

– Аркадий Петрович, я… я понимаю ваши concerns, – выдавил Лев, чувствуя, как предательски краснеет. – Мы, конечно, можем упростить фасады. Взять за основу типовые решения. Снизить стоимость.

Он потянулся к пульту и стал листать слайды, пока не нашел тот самый, с «типовым решением» – унылой прямоугольной коробкой с ритмично расположенными окнами. «Аркадий Петрович одобряет именно такие проекты», – заранее сказала ему Марина.

Комната ожила. Послышались одобрительные покашливания, кто-то кивнул. Аркадий Петрович улыбнулся.

– Вот и славно. Молодец, Лев, мыслишь здраво. С фантазией – это для конкурсов. А мы тут дома строим.

Через пятнадцать минут Лев выходил из офиса. В лифте, зеркальном и сияющем, он поймал свое отражение: темные волосы, сбитые набок от нервной привычки проводить по ним рукой, усталые глаза, идеально сидящий, но безликий серый костюм. Отражение казалось чужим, пустой оболочкой человека, который только что добровольно закопал свою лучшую за последние годы работу.

«Ничего, – пытался он убедить себя, спускаясь на паркинг. – Зато проект будет реализован. Это практично. Это разумно».

Но внутри было горько и пусто.

Его квартира в новом ЖК встретила его тишиной и идеальным порядком. Дизайнерский ремонт, дорогая техника, вид на залив. Все было как на картинке из журнала, и все было безжизненно. Он бросил портфель на диван и увидел на экране телефона уведомление: «Пропущенный вызов: Аня».

Сердце екнуло. Аня. Они расстались полгода назад. Вернее, это он начал медленно, постепенно отдаляться, отменять встречи, ссылаться на работу. Ему было проще, чем говорить о том, что его душит, что он боится будущего, что он не чувствует себя достойным ее яркости и тепла. Он так и не ответил на ее последнее сообщение.

Палец потянулся к экрану, чтобы перезвонить, но замер в сантиметре от стекла.

«Что я ей скажу? Что я снова провалился? Что я тот же самый, только еще более уставший?»

Он отложил телефон. Включил телевизор. Фоновый шум новостей заполнил комнату, но не заполнил пустоту.