Затеряться в толпе

– Да как ты смеешь! – прокричала она, заплетающимся языком. Воспламененное страстью и безумством лицо женщины было слишком близко, и тускло освещенное только светом лампы, казалось ужасающе страшным. Ее рука сжималась, словно хватка хищника, когда из ее горла вырывалось рычание, полное страдания и гнева.

Вдруг, мать ударила девушку по лицу – с силой, приближающейся к жестокости. Пальцы раскрытой ладони приложились к щеке девочки, и кровь застучала в ушах. В этот момент, словно по нотам, ворвался Стивен. Он мгновенно бросился на мать, стараясь освободить сестру от хватки. Его тонкие пальцы царапали кожу женщины, хватаясь за морщинистое лицо, норовя вытолкнуть ее назад, чтобы остановить нападение.

Мать, в своем пьяном безумии, не могла остановиться. Она удержалась за стол и, незаметно для мальчика, схватила острый штопор. Взмахнув рукой, она полоснула им по животу Стивена, и тот, испугавшись, зажмурился, когда острая режущая боль пронзила тело. Мальчик выдохнул, с силой сжимая рану, и в отчаянии сделал несколько шагов назад, опираясь на стену, чтобы не упасть.

В этот момент у Скарлетт потемнело в глазах – страх закрыл собой обзор, сердце забилось быстрее, тело парализовало. Внутри поднялась холодная пустота, охватившая ее разум. Мальчик умирал на глазах, кровь залила ковер, а в его взгляде мелькнула паника и отчаяние. Он, всхлипнув, взглянул на сестру и упал на грязный пол. Его тело дрожало, кровь медленно растекалась в бесформенное пятно, пропитывая старый ковер.

5 апреля 2022 год

Скарлетт резко мотнула головой, пытаясь избавиться от наваждения. Внутри все сжалось – тело охватил холод, не то от свежего апрельского ветра, не то от давления воспоминаний, что всплыли в ее сознании. Ее дыхание стало учащенным, а руки судорожно сжаты в кулаки, будто она пыталась вырваться из охватившей иллюзии прошлого. Тело пробрала дрожь, она была чем-то большим чем просто холод и страх. Это было ощущение вины, давящее и болезненное, как тяжелая тень, сжимающая ее душу.

Она старалась прогнать воспоминания, мотая головой, чтобы вернуть себя в реальность. В тот момент ее разум все наполнялся мыслями о тех событиях – о том дне, когда она полезла на мать, когда Стивен, словно защитник, бросился в драку и был ранен за нее. Тогда врачи сделали все, что было в их силах. Он был буквально на волоске от смерти, потеряв много крови, и еще долго лежал в больнице, борясь за жизнь. Винить себя было легче, чем признать, что она чуть не потеряла его навсегда. Скарлетт до сих пор ощущала себя обязанной ему – за ту жизнь, за дрожь, и за все, что маленький мальчик пережил ради нее.

Глаза наполнились слезами, и она снова почувствовала, как тяжело дышит. И вдруг вдалеке зазвенел гудок автобуса, нарушив тишину узких улиц. Это, наконец, смогло вывести ее из раздумий. Скарлетт быстро прошла на задний ряд потрепанных сидений и уселась на одно из них. В салоне неприятно пахло чем-то протухшим, но выбирать было не из чего. Такси в этой части штата не ходили. Глубоко внутри она продолжала ощущать, как в ее душе все еще бьется тот самый, нескончаемый прилив мучительной вины и неудержимой любви к брату.

На старом диване перед тусклым телевизором сидела Скарлетт с младшим братом и Мартой. Их животы побаливали от большого количества съеденных булочек, которые они умяли перед просмотром фильма. Тепло и уют царили в комнате – мягкое освещение, тихая тишина и слабый свет экрана. Марта давно заснула, тихо посапывая, а голова Скарлетт лежала на ее плече – словно одновременно ищущая утешения и пытающаяся сохранить спокойствие.

Старушка, что стала для них словно мать, отец, бабушка и тетушка одновременно – поддержкой и опорой после пропажи матери, словно захватывала на себя роль всей семьи. Раньше она жила в еще более старом доме дальше по улицы и чувствовала свою благодарность за то, что дети приняли ее к себе – ведь она, проживая одна, и сама давно нуждалась в тепле, заботе и в чем-то, что она нашла в этих детях.

На экране телевизора мелькали финальные титры, сигнализируя о его конце. Они сидели молча, боясь разбудить Марту и нарушить покой уютного вечера. Время, казалось, остановилось. Они наслаждались этим редким спокойствием. Потом картинка сменилась эфиром новостей. Ведущий говорил быстро и слился в один поток непонятных слов, пока на экране не появилась знакомая фотография. Лицо Джеральда Эйнсворда растянуло на весь экран – смутная мертвая маска, вызывающая у Скарлетт омерзение. Ее сердце пропустило несколько ударов, дыхание сбилось, взгляд сфокусировался на экране, а руки затряслись. Медленно и неумолимо ее охватил холодный пот, по лбу катились капли, дыхание становилось тяжелее с каждой секундой – словно легкие перестали наполняться кислородом. В комнате стало совсем душно, и ощущение, будто гравитация усилилась – будто сама реальность сжалась вокруг нее.

Скарлетт поняла, что тайна, безжалостно скрытая, теперь известна. Она не могла выбраться из водоворота – все, что было, теперь вышло на поверхность. В этот момент Стивен, заметив ее судорожные движения и изменение выражения лица, медленно поднялся, прищуриваясь, заглядывая ей в глаза. Его голос был тихим, но полным тревоги: «Скарлетт, что ты натворила?»

Глава 3

6 апреля 2022 год

Прошлая ночь прошла в мучительном кошмаре и бесконечных терзаниях. Скарлетт ворочалась в своей постели, не находя покоя, ее тело было словно сжатым комком, а мысли – перепутанными нитями тревог и переживаний. Каждый раз, когда она пыталась закрыть глаза, в голове всплывал образ Джеральда и события того злополучного дня. Ее дыхание было прерывистым, словно она бежала на пределе своих сил, и просыпалась она с все тем же ощущением сильной тревоги, будто на грани слома. Сон будто укрыл ее своим мраком, но сердце продолжало биться в быстром ритме, не давая расслабиться.

Когда, казалось бы, ночь уже ослабла, Скарлетт все равно не могла сомкнуть глаз. Она лежала неподвижно, наблюдая за мерцающим темным потолком – его трещины и неказистые полосы казались ей знакомыми, как собственное отражение: разбитость, разбросанность, внутренний хаос, который она пыталась хоть как-то утихомирить. Время тянулось долго, и в голове скопилось ощущение предчувствия, что впереди – нечто важное, будто судьбоносное решение, которое нельзя откладывать. Итог всего случившегося она чувствовала – что все решится, и эта внутренняя уверенность – как вспыхнувшая искра посреди ночи – была для нее чем-то необычайно сильным, того что раньше ей не хватало.

– Вставай! – скомандовала Скарлетт, стягивая одеяло со спящего брата, который недоуменно потирал глаза. Она наклонилась, чуть похлопав мальчишку по плечу, улыбнувшись. Сейчас она четко знала, что должна сделать. Подойдя к старому пыльному компьютеру, что стоял в углу его комнаты, она аккуратно пнула его ногой, – Он работает?

– Не знаю, – зевнув ответил Стивен, принимая сидячее положение, – Давно его не включал, – девушка нажала на большую круглую кнопку практически по середине системного блока и механизм тут же заскрипел, издав тихий стон. Спустя недолгие минуты монитор загорелся голубым светом и Скарлетт, пододвинув ногой табуретку, уселась за стол. Ее глаза, смотревшие в экран, были полны решимости – ей нужен отчет, все, что касается дела Джеральда Эйнсворда: кто ведет расследование, есть ли свидетели, улики. Ее не волновали детали, ей нужна была лишь общая картина происходящего.

– Мне нужно, чтобы ты нашел все, что касается дела того парня, – обернулась она к брату, что невольно закатил глаза. Он не мог отказать сестре, понимая, что сейчас ситуация была действительно плачевной. Он уже не в первый раз находил для нее информацию о каких-либо толстосумах, с которыми потом ошивалась его сестра. Подробности его не волновали, он лишь делал то, что она просила, – Мне нужно съездить в город, надеюсь, повезет с автобусами и вернусь скоро, – кратко сообщила она, практически пулей вылетая из комнаты. Накинув на себя все то же дорогущее пальто, что так сильно выбивалось из общей картины городка, она направилась на автобусную остановку.

На удивление, автобус подъехал достаточно быстро и она, запрыгнув на свое излюбленное место в дальнем ряду, уткнулась в окно. Спустя пол часа она доехала до города. Проходя мимо антикварной лавки Джо, она приветливо, через витрину помахала мужчине рукой. Магазинов в этом городе было не так много, как в Нью-Йорке, но все же нужные вещи она знала, что найдет здесь. Оказавшись в небольшом магазинчике, Скарлетт прогуливалась между полок, выбирая цвет.

– Вам помочь? – послышался писклявый голос позади. Обернувшись, девушка увидела продавца-консультанта, что стояла с вымученным лицом.

– Нет, спасибо, – бросила через плечо Скарлетт, продолжая поход по магазину. На глаза попался нужный товар и она, сразу же схватив его, пошла на кассу. Времени было не так много, дорога в обе стороны и ожидание автобуса отнимало заветные часы, а ведь на сегодняшний день у нее были распланированы еще дела.

Вернулась обратно она уже по заходящему солнцу, светило тускло, дорога казалось тягостной – все было будто омрачено предчувствием перемен. Каждый шаг казался новым началом, напоминая о том, насколько все меняется. Что сама судьба ткала новое полотно ее жизни, где роль самой девушки переходила в новые, еще не известные ей сценарии.

Дома было привычно тихо, лишь работавший тихо телевизор указывал на наличие жизни в этом помещении. Она быстро прошла в ванную комнату, вываливая из пакета купленные принадлежности. Взглянув в зеркало – потерявшее свой первоначальный блеск, в котором еще когда-то она могла любоваться, она взяла ножницы. Взгляд ее был сосредоточен, а внутри боролось ощущение, что она должна сделать это – отрезать свои длинные, красиво струящиеся белокурые волосы. Медленно, с трепетом, она подносило острое лезвие и аккуратно, словно разрубая нити судьбы, отрезала по самые плечи. Ножницы шуршали, и на мгновение в голове мелькнули воспоминания, как долго и трепетно она ухаживала за своими волосами, ловила каждый их аккуратный завиток, – и тут же внутренняя горечь и уныние охватили ее.

Она с большим трудом схватила заветную коробочку, купленную в магазине, разглядывая симпатичную брюнетку, изображенную на ней. Инструкция казалась сложной и новым миром для нее, ведь она никогда раньше не красила свои волосы. Тщательно просматривая каждый пункт, делая все по инструкции, – сердце ее билось от волнения и сомнений: получится ли?

Час мучительных ожиданий, пока краска впитывалась в структуру прядей, и черная вода, быстро всасывающаяся в слив. Стянув с головы полотенце, Скарлетт вновь взглянула на свое отражение. Короткие черные сосульки, словно капли нефти, обрамляли ее лицо. На первый взгляд, она почти не узнала себя, но больше всего ее удивило то, как темные волосы оттеняли ее светлые серые глаза. Незнакомка, смотрящая по ту сторону зеркала, оказалась невероятно красивой. Вроде бы, это была все еще она, но обличие, взгляд, и даже настроение – все было перевернуто, словно новая страница книги, которая была еще не написана.

– Дело ведет местная полиция, – рассказывал Стивен все, что успел откопать за целый день, – Капитан Эдриан Кроссман. Как я понял, свидетелей нет, соседи ничего не слышали и не видели, зацепок у полиции просто ноль.

– И это все? – с недоверием спросила девушка, разглядывая фотографию Кроссмана. Статный высокий мужчина, лет тридцати пяти, украшенный легкой щетиной и небольшими просветами седины на висках. Вероятнее всего, чей-то сынок или протеже, иначе Скарлетт было тяжело объяснить такой статус в его годы, – Найди его страницу, – скомандовала она, указывая пальцем в капитана. Стивен тяжело вздохнул, вбивая имя мужчины в поисковую строку.

– Женат, – сразу же подытожил парнишка, как только открыл вкладку с его профилем. И ведь действительно, на его странице красовалось множество фотографий его и какой-то женщины, часть из которых была подписана как «Моя миссис Кроссман». Девушка сразу же выхватила компьютерную мышь из рук младшего брата, продолжая пролистывать профиль капитана. Фотографии с женой были датированы 2019 годом и она, пролистав еще несколько постов, нашла ее аккаунт. Перейдя по ссылке, в глаза сразу же бросились фотографии с совершенно другим мужчиной, заставляя Скарлетт победно улыбнуться, – Это еще не значит, что он свободен, – закатил глаза Стивен, обернувшись на сестру, – Так что ты планируешь делать?