Архитектор моей жизни

— Вы давно знакомы?

– Пошел третий год. Расскажите, Роза, – он снял очки и положил их на стол, – чем вы занимаетесь?

Так он мог хорошо ее рассмотреть, а Роза, в голове которой все вертелась мысль о его скорой слепоте, наконец смогла четко увидеть его глаза. Она отметила, что они были голубые, а на дне зрачка словно мерцал серый огонек.

– Я работаю с сайтами, делаю оптимизацию, рекламу, в целом ничего интересного, – Роза не могла оторвать взгляда, словно без этих стеклышек его глаза приковали ее. «Интересно, насколько плохо он видит?»

– Скажите, я слышала, что вы теряете зрение, как же вы работаете архитектором?

«Черт, что ты несешь, это же бестактно!» – осадила себя, но сказанного не вернуть.

Артем, кажется, нисколько не смутился:

– Да, но это не сложно. Сейчас много возможностей, в том числе технологических, чтобы делать проекты, не опираясь на зрение.

– Простите, это было грубо.

Артем отметил, как полыхнул румянец на ее щеках:

– Ну что вы, не берите в голову, – он облокотился на спинку кресла, – я, кстати, прекрасно вас вижу, если что.

Роза любовалась тем, как мягкий свет от лампочек играл бликами в его волосах.

– Значит, видите меня? – она тоже улыбнулась. – А очки зачем?

– Они защищают глаза от света. Здесь сейчас достаточно темно, но вот солнечный свет для меня как кислота.

– А эта болезнь, неужели нет лекарства?

– Знаете, Роза, я давно свыкся со своим состоянием. Если честно, я даже считаю его частью себя. Мой покойный отец и мой дядя тоже ослепли, но, судя по динамике, у меня еще есть несколько лет. Ну а потом, поверьте, я полностью готов к такой жизни.

– Вы говорили, что живете с дядей? – Роза саркастически похвалила себя за такое количество бестактных вопросов.

– Как раз с ним, – Артем задумался на секунду, стоит ли рассказывать больше, но все же добавил: – Дом достаточно большой, дядя занимает всю левую часть комнат, ну а я – по остаточному принципу. Вы же помните наш домик?

Роза утвердительно кивнула.

– Дядя Костя сейчас почти не выходит из дома. Он последнее время в состоянии глубокой, – он чуть помедлил, подбирая нужное слово, – меланхолии, мягко говоря. Я не могу его оставить одного, ведь многим ему обязан. Он заменил мне отца, открыл мир в профессию, обучил всему. Тяжело видеть его таким, как сейчас.

– Очень жаль это слышать. Вашему дяде повезло, что вы рядом.

– Думаю, он так не считает, – добавил Артем, усмехнувшись.

Разговор их шел легко и непринужденно, словно они знали друг друга давно, и каждый из них хотел узнать больше. Роза рассказала об их дружбе с Алисой, о своих предпочтениях в литературе и кино. Артем поделился историями из своей работы. Роза с удовольствием отметила интерес Артема к ее личной жизни. Она кратко поведала о закончившемся недавно романе с Колей. Оба наслаждались обществом друг друга, время текло незаметно, но все рано или поздно подходит к концу. Их разговор прервал Николай:

– Роза, вот ты где, – он посмотрел на Артема, – уже одиннадцатый час, а я забыл у тебя свой рюкзак. Предлагаю заехать на такси, как раз и тебя довезем, и я заберу вещи?

Николай намеренно хотел показать, что Розу с ним связывало нечто большее, чем дружба. Роза же призналась себе, что никогда не была так не рада видеть Колю, как сейчас.

– Да, извини, мы тут заболтались. Позволь представить, это Артем, друг Лёши.

Мужчины пожали друг другу руки, а Коля произнес:

– Да я наслышан. О вас много говорят.

– Я надеюсь, только плохое.

Артем надел очки, отметив, что, хоть Роза и сообщила ему, что они недавно расстались, ее бывший, кажется, так не считал.

– Напротив, – Коля посмотрел на Розу. – Идем?

Роза сокрушалась, что не успела взять его контакты, а теперь делать это при Нике казалось весьма неудобным.

– Приятно было познакомиться, – Артем встал, отметив про себя, что он чувствует прилив некой силы или даже адреналина. Задумался, не соревновательный ли это дух? Как давно он не добивался девушки, и кажется, сейчас ему захотелось не только поучаствовать в этой игре, но и победить. Они попрощались, и пара вышла с веранды.

Артем наблюдал за их фигурами, пока те не растворились в зеленой пелене. Он не собирался отступать. Сегодняшний разговор показал, что эта девушка неслучайно запала ему в сердце в первый раз, а случайная встреча словно подтвердила то, что с ней он чувствовал себя совершенно иначе. Как именно, понять пока было сложно, но определенно, необходимо увидеть ее снова.

Сближение

В тот вечер перед глазами Розы стоял образ архитектора. Роза вспоминала его глаза: внимательные, словно проникающие в душу. Голубые, с серым свечением на дне. Интересно, это из-за болезни они такие? Словно в них была скрыта частичка Млечного Пути.

Роза вспоминала его лицо: скулы, три почти незаметных родинки слева на щеке, образующие треугольник, светлые волосы с боковым пробором, зачесанные назад. Он напоминал ей образом и манерой вести разговор жителя прошлого века. «Как же так, два раза случайно столкнуться с ним и оба раза провалиться и не взять никаких контактов!»

Засыпая, Роза успокоила себя тем, что ниточку найти не сложно: стоит только попросить Алису связать ее с Лёшей. «А уж Лёша-то точно знает его контакт».

Однако на следующий день Розе не пришлось реализовывать свой план. В половину одиннадцатого телефон высветил неизвестный номер. Роза сразу узнала его голос.

– Помнится, Вы говорили, что любите прогулки, – сказал он, – не составите мне компанию?

Кто бы мог сомневаться, что девушка была счастлива составить ему компанию. Договорились на вечер. Он предложил встретиться в районе Арбата и направиться в сторону Москвы-реки.

Выйдя из метро, Роза стала искать его глазами и нашла довольно быстро: он стоял, высокий, стройный, с совершенно невозмутимым видом, держа руки в карманах. Она подошла к нему, отметив, что тот снова в светлой рубашке и темно-изумрудной жилетке.

— Привет, — подошла ближе, — давно ждешь?

— Недавно.

Одна из теней приблизилась и приняла очертание той, кого он ждал уже полчаса. Дьявол его знает, зачем пришел так рано, быть может, виной тому чувство предвкушения. Роза сегодня была в легком струящемся платье, на лице все тот же свежий румянец, темные волосы убраны назад, в них пряталась небольшая заколка-розочка.

— Какие у нас планы? — теплый летний ветер растрепал прядь ее волос, она убрала ее за ухо.

— Предлагаю пройтись. Покажу вам свои любимые улочки и, если это интересно, расскажу о некоторых домах, — они начали движение по одному из любимых маршрутов Артема.

Роза следовала за ним, пока они углублялись вдаль от больших улиц. Он рассказывал ей про дома, архитектура которых вдохновляла его, рассказывал о стилистических решениях или исторических событиях. Артему не было необходимости видеть четко, он помнил каждый дом наизусть, а Роза наслаждалась его компанией. Выйдя на Денежный переулок, они остановились напротив двухэтажного домика с белыми колоннами. Роза приняла бы дом за театр или что-то в подобном роде.

– Это усадьба Поливанова, – Артем специально не подошел к дому близко, а остановился через дорогу. – Как думаешь, из чего она построена?

– Из камня? – предположила Роза.

– Отсюда так действительно может показаться, и обычно такие дома с колоннами строили именно из камня, – они перешли дорогу. – На самом деле он полностью деревянный.

– Издалека вообще не похоже на дерево, – Роза пригляделась получше.

– Это редкий пример московского деревянного ампира, – он дотронулся рукой до желтой стены дома. – Видишь, он выложен специальными досками с выемками, имитирующими каменную кладку.

Роза тоже дотронулась до стены дома – дерево было теплым.

– Его построили по проекту Афанасия Григорьева для поручика Александра Поливанова. В 2004 году здесь был пожар. Кстати, сейчас здесь располагается театр.

Роза подумала, что дом сначала показался сделанным из камня, но при более пристальном изучении оказался из дерева. Это навело ее на мысли об Артеме. При первой встрече он тоже показался холодным, но сейчас это было совсем не так. Тем временем стемнело, стало прохладнее, и Артем предложил выпить кофе в одной из кафешек.

– Помню, именно кофе нас познакомил, – сказала Роза, когда они расположились за столиком у больших окон. Артем снял очки, и Розе вновь пришлось бороться с желанием смотреть в его глаза не отрываясь.

– А я думал, надо сказать спасибо Елене, – он внимательно смотрел на Розу, – ведь это она не закрыла дверь.

– Признаться, – Роза перевела взгляд на улицу, – Вы тогда показались мне, – она помедлила, подбирая слова, – странным.

Артем чуть склонил голову. В уголке губ опять появилась полуулыбка.

– Сначала Вы говорили таким ледяным голосом, а потом внезапно пригласили в дом. А после буквально выдворили еще более ледяным тоном. Я тогда подумала, что перемены до странности стремительны.

– Еще бы, – парень усмехнулся, – я и сам не ожидал от себя такого. Если говорить откровенно, вся эта встреча стала неожиданностью.

– И эти ваши очки, – Роза взглянула на лежащие за столиком стеклышки, – они скрывают глаза, отчего совершенно непонятно, что у Вас на уме.

– А сейчас, без них, Вам понятно, что у меня на уме? – спросил, внимательно изучая ее.

Розу словно прожигал его взгляд, но, конечно, что было в голове у ее собеседника, она знать не могла.

– Я имею в виду, что глаза – зеркало души. Вот сейчас, когда я вижу Ваш взгляд, я чувствую, что Вы, например, не злитесь, что от Вас не исходит опасность.

– Понятно. Знаете, очки на самом деле нужны только при ярком свете. Например, сейчас или тогда, на балконе в тени деревьев, я могу обходиться и без них. Но, – он коснулся дужки очков, – они стали для меня некой защитой от мира.

Роза подалась вперед, внимая каждому слову. Артем, взглянув на нее, продолжил:

– Я плохо схожусь с людьми, потому что, говоря откровенно, не хочу ни с кем сближаться, а люди часто видят в этом высокомерие или холодность. Возможно, они и правы. После того, как дядя ослеп, я как будто почувствовал, что следующий. Я привык к тому, что темнота придет в любом случае... – после небольшой паузы он продолжил, – но страсть к жизни как будто пропала, и я решил закрыться от всех. Очки – просто еще одна броня.

Роза задумалась, каково это – быть одной в темном доме со слепым дядей, в ожидании, пока тьма придет и за ним…

– Но с Лёшей вы всё же подружились?

– Да, Алексей – это нечто. Он не оставил мне выбора, если признаться. Его совершенно не останавливало и не смущало ни мое немногословие, ни образ нелюдимого отшельника. Да и я стал ценить его дружбу. Он напоминает мне о том, что в жизни есть и светлые стороны.

– Да, Алиса всегда говорила, что Лёша – это чертенок, но чертенок обаятельный.

Он рассказал Розе об их с Лёшей работе над проектом, о том, как тот не раз пытался безрезультатно вытащить Артема в бар или паб, или познакомить его со своими друзьями, а больше с подругами, а Артем, в отместку, звал его на унылые встречи по архитектуре. Она рассказала об их дружбе с Алисой и времени, когда они учились, о своих путешествиях по Европе и о том, как ей сейчас не хватает Алисы.

– Хорошо, когда есть друг, – говорила Роза, – жаль, Лиса теперь далеко от меня.

– Дружба – это большая удача, даже на расстоянии. Я рад, что мы тоже нашли общий язык.

После того как кофе был выпит, а на город уже опустилась ночная темнота, они вышли из кафе. Артему не хотелось прощаться, и он предложил прогуляться еще. Роза согласилась. Они шли по улицам Москвы, освещенным желтыми огнями. Машины проносились мимо, город жил и звучал, словно огромный оркестр с миллионом самых разных звуков. Артем вдруг вспомнил, какое освещение было ночью в Лиссабоне. Тогда он видел намного лучше и наслаждался всем, что попадало ему на глаза.

– Люблю ночные города. Знаете, Москва светится по-особенному. Мне кажется, каждый город имеет свой особый свет.

– Да, – Роза сама любила ночные огни Москвы, – и, наверно, ночью приятнее гулять, солнечный свет не доставляет неудобств.

– Знаете, я помню, несколько лет назад был в Лиссабоне. Так вот, в этом городе, в его историческом центре, там совершенно особое освещение. Камни, мостовые, стены домов отражают свечение фонарей, и город словно сияет таким теплым свечением. Свет Лиссабона, так его называют.

– Неужели? Я там не была. А вы много путешествовали?

– Старался увидеть как можно больше. В моем положении нужно успеть насладиться этим миром. Плюс я искал тогда вдохновения и для работы.

– И какой город у вас в любимчиках?

– Даже не знаю, – Артем задумался, – наверно, Триест ничего. Но после Москвы, конечно.