Попаданка для Ледяного Дракона. Академия высших

Анна Герр

Попаданка для Ледяного Дракона. Академия высших

ПРОЛОГ

– Ты теперь моя собственность! – Руку опалило таким жаром, что я всхлипнула от боли и от понимания, что на ней появилось. Печать собственности дракона, которую ни стереть, ни смыть, вообще никак не избавиться, пока сам дракон, наложивший её, не уберёт. Но сейчас я даже посмотреть на этот ужас не могла. Горло стискивала ладонь дракона, а другая поднимала подол платья. – Моя! И я смогу сделать с тобой всё, что мне заблагорассудится. Захочу, и ты будешь всю ночь меня ублажать. Пожелаю, чтобы ты поразвлекала моих друзей, и ты это сделаешь!

– Убери… свои лапы, – прохрипела я, чувствуя, как к глазам подступают слёзы злости и отчаяния. – Сволочь…

– Ты и за это получишь наказание, Элис, – ледяным тоном пообещал он и дёрнул ткань так, что та затрещала, а в следующую секунду я почувствовала прохладу на бёдрах, которые больше не прикрывало платье. Ещё немного, и он доберётся до… – Фиори… Ты теперь моя Фиори.

Ненавижу это слово! Ненавижу! Этот мир жесток, с беспощадными законами, дающими права высокородным едва ли не на всё, чего те пожелают. И Фиори – это тоже их право. Так называют девушку, на которую дракон поставил свою печать собственности.

И теперь я… Фиори…

– Я ненавижу тебя, Эрониус! – с вызовом смотря в его непроглядно чёрные глаза, промолвила я. – Ненавижу…

– Ничего, Элис. Обойдусь без твоей любви. Мне достаточно будет твоего тела, – зло усмехнулся дракон и коснулся моего бедра ледяными пальцами. – Вот сейчас и попробую тебя.

– Не смей… – прошептала я, и по щекам покатились слёзы от безысходности. Я хотела оттолкнуть его, ударить, да даже убить я его сейчас была готова, но… Проклятая печать не давала мне этого сделать. Навредить этому уроду я теперь не смогу, как и не смогу сопротивляться его приказу.

– Чем ты недовольна, Элис? – прорычало это чудовище. – Ты же сама привлекала моё к себе внимание всеми путями. Играла со мной. Ты же знаешь, что нельзя дразнить дракона. Но ты добилась своего, Элис. Я твой. Все мои мысли о тебе, я постоянно желаю тебя, ищу взглядом, ощущаю твой запах повсюду. Ты же этого хотела?

– Нет, – замотала я головой, понимая, что он меня не услышит, не поймёт. Не поверит, что я желала совершенно противоположного и всячески старалась избежать этой страшной участи – быть Фиори. – Я не хотела этого, не искала твоего внимания. Я пыталась сделать всё, чтобы ты от меня отстал, Эрониус.

В ответ он рассмеялся, и в смехе его сквозили ирония, неверие и ядовитая злость.

– Ты всё продолжаешь набивать себе цену, Элис? – скривившись, усмехнулся дракон. – Так давай уже. Говори, что ты хочешь за то, что стала моей Фиори? Что тебе нужно? Как и другим – деньги, драгоценности, дом в столице? Насколько себя ты ценишь?

Что мне нужно было от него? Только одно – свобода!

Но Эрониус мне её не даст. Тогда что? Что взять у него, ведь Фиори причитается компенсация за то, кем она становится своему хозяину. Не принуждать меня к постели? Глупо, ведь он ради этого, поддавшись своей больной страсти, и поставил на меня это чёртово клеймо. Тогда что?

В моей главной цели он тоже никак не поможет мне. Я попросту не могу ему рассказать мою главную тайну. Я никому не могу её открыть, ведь не знаю, что со мной могут тогда сделать. Что будет, если вскроется, кто я на самом деле? Страшно даже подумать.

А цель у меня одна. Точнее, две. Первая – выжить. Вторая… вернуться домой. Я ведь и в эту академию поступила, чтобы добраться до закрытых отделов библиотеки, где может крыться то, что мне так необходимо – возможность попасть в свой мир.

О, жестокие боги этого мира! Неужели всё было зря? От бессилия и отчаяния я готова была завыть раненой волчицей. Душу попросту разрывало на куски. Не может всё так закончиться! Ну не может! Я же столько прошла, столько всего сделала ради того, чтобы вернуться домой и жить нормальной жизнью. Но как мне это сделать, если я теперь на привязи у этого чудовища? Я и выбраться не смогу никуда без его ведома. И… должна буду спать с ним…

Боже, нет! По своей воле этого делать я не буду, но он меня заставит с помощью печати.

Значит, будет насиловать?

Я посмотрела в чёрные, как сама бездна, глаза и поняла, что он невменяем и будет. Сделает всё со мной, что захочет. А его рука, что больно сжимала моё бедро, а теперь заскользила к нижнему белью, говорила, что своё он возьмёт немедленно. Как он сказал? «Вот сейчас и попробую тебя».

– Прошу… Эрониус… Не надо, – едва слышно прошептала я, не в силах сказать громче из-за его ладони, продолжавшей сжимать горло так, чтобы не задохнулась, но и сопротивляться не могла.

– Не надо? – наигранно удивился он. – Правильно, Элис, ты ведь ещё не озвучила, что хочешь от меня за своё тело. Так давай. Не медли. Я долго ждать не буду.

И когда он прижался ко мне, я ощутила, что да, долго он ждать не будет. Он уже готов и продемонстрировал таким образом мне своё состояние и желание.

– Рон! Оставь её! – В дверь заколотили так, что штукатурка посыпалась со стен, окружавших её. – Рон, не твори то, о чём потом пожалеешь!

Хорин пришёл в себя после заклинания Эрониуса! Это мой шанс! Шанс на спасение или… отсрочку, учитывая печать на руке. Но всё же Хорин поможет мне. Он дракон, и только дракон может что-то противопоставить другому дракону. Хорин не даст этому чудовищу сотворить со мной то, что он сейчас собирается.

– Поздно, Хор, – крикнул своему лучшему другу Эрониус. – Она уже моя! И тебе этого не изменить.

А после он отпустил моё горло, чтобы направить на дверь запечатывающее заклинание. Вход моментально обволокло толстым слоем льда, и над ним засветился слой магии, усиливающий свойства.

Это конец! Теперь мне никто не поможет.

– Время вышло, Элис. Расскажешь мне потом, какую плату возьмёшь за то, что я с тобой сейчас сделаю и дальше буду каждую ночь делать, – ледяным тоном припечатал монстр и впился в мои губы болезненным, подчиняющим поцелуем.

ГЛАВА 1

Ранее…

Проснулась я резко, словно от толчка в спину. Распахнула глаза, села и в полном непонимании происходящего посмотрела по сторонам.

– Что это за… – прошептала хриплым голосом и зажмурилась. Медленно снова открыла глаза и увидела всё ту же картину. – Такого не может быть. Как я здесь оказалась?

Вокруг был лес. Надо мной возвышалась пушистая плакучая ива, рядом текла совсем небольшая река, а я сидела на краю берега и дрожащими пальцами ощупывала ярко-зелёную траву вокруг.

Потрясла головой, ущипнула себя в надежде, что это просто такой реалистичный сон, но… Надежды были тщетны. Я всё также продолжала сидеть на берегу реки в окружении леса. Медленно поднялась, дотронулась до одной из висящих верёвками веток ивы и попыталась сосредоточиться на последнем воспоминании.

Я была в университете. После пар нашла преподавателя по экономике и отдала курсовую. Затем пошла на подработку. А дальше?

Голову начало ломить, но я упорно заставляла себя вспоминать, что же было дальше. Отработав вечернюю смену в ресторане официанткой, я отправилась домой. Да, точно, я шла домой по парку. Резко начался дождь, даже ливень, и я моментально промокла. И… всё. Это было последнее, что находилось в памяти, то, как пробегала мимо пруда, придерживая сумочку на плече.

Но если так, то каким образом я оказалась здесь? Этого же попросту не может быть. Вероятно, у меня провал в памяти, и я забыла последние события?

А что может вызвать провал в памяти? Удар головой, например. Ощупала голову и, ничего не обнаружив, вздохнула от облегчения. Но проблема таки осталась – непонимание, как я здесь оказалась и где это «здесь»? Лес мне был совершенно незнаком, как и река. Рядом с моим домом вообще никакой реки нет.

Осмотрела себя. Белая рубашка с рядом перламутровых пуговиц, длинная чёрная юбка с небольшим вырезом на боку до колена, замшевые чёрные балетки. Одежда всё та же, в какой я и возвращалась домой. Только вот сумочки моей нигде нет. Может, в реку упала, и её уже унесло течением?

Спустя полчаса терзаний, попыток вспомнить что-то ещё, решила, что ответов здесь и сейчас я точно не найду, а значит, нужно выбираться из леса и вернуться в город. А после первым делом нужно обратиться в полицию.

Пройдя немного вперёд, заметила дорожку, ведущую от моей полянки в лес, и решила идти по ней. Раз есть тропа – значит, куда-то да выведет.

Солнечные лучи пробивались сквозь густые кроны высоких деревьев, оставляя на земле причудливые узоры. Вдоль дорожки росли небольшие разноцветные цветочки, которых я ранее не видела, вокруг заливисто пели птицы. Ничего страшного не было, даже наоборот: очень уютный и красивый лес с деревьями-исполинами, что тянулись к облакам. Но мне было не по себе. Очень сильно не по себе. И дело не только в том, что я за часа два такой прогулки ничего больше не вспомнила и не нашла логического объяснения, а в чём-то ином. Словно… Словно произошло что-то такое… Не знаю, как это объяснить, но оно пугало меня.

Спустя ещё час почувствовала, что устала и проголодалась, а конца тропы даже видно не было. Она всё продолжала извилисто убегать в глубь леса. Спустя ещё час, после небольшого отдыха, начала подкатывать паника. Но не успела та развиться, как тропа всё же вывела меня к большой дороге. Не асфальтированной, но всё же дороге. И минут через двадцать сквозь уже редкие заросли я увидела вдали очертания города.

Но с моим приближением к нему вопросов становилось всё больше. Город я не узнавала. Совершенно. Не было стандартных высоток, крыш торговых центров или огромных заводов, которые видно сильно издалека. Это был совершенно иной город. По большей части миловидные домишки в два, может, три, максимум четыре этажа, с черепичными крышами. Ближе к центру возвышались величественные строения. Высокие, огромные, со шпилями или башенками. За ними мне не было видно, что находится. Я хоть и немного на высоте стояла, чтобы разглядеть часть города, но не настолько, чтобы увидеть хотя бы треть его.

– Да где же я, чёрт побери? – выдохнула со злостью и, обернувшись на лес, побрела в сторону странного неизвестного города.

Но ещё большим шоком стало для меня, когда я оказалась в нём!

Ничего из современного мира. Никаких машин. Да что там машин – ни единой асфальтированной дороги, проводов на столбах или вышек сотовой связи. По дорогам ездили кареты, телеги, двуколки или всадники на стройных жеребцах.

Домики словно с картинки, в несколько этажей или вообще одноэтажные. Каменные, деревянные, аккуратненькие, даже милые, и чем дальше уходили в глубь города, тем становились больше, богаче украшены и отделаны.

Люди, проходящие мимо, выглядели соответственно увиденному в городе. Мужчины в костюмах, если побогаче, или в довольно простой рубашке, штанах да сапогах. Женщины все в платьях или, как и я, в длинных юбках и рубашках. Некоторые дамы с зонтиками или с корзинками.

Увидела и полицейских… Или кто они здесь? Бравые ребята в тёмной форме и с военной выправкой. На лицах строгие выражения, на поясах – мечи. Мечи! К ним подходить я не стала, хоть и считала ранее, что первым делом мне надо к представителям закона.

Нет, чем больше я видела, тем больше понимала: либо я сошла с ума, либо… Нет, о втором варианте я точно думать не могу. По крайней мере пока. Поэтому, пройдя мимо двух таких блюстителей порядка, я решила, что сначала нужно узнать как можно больше.

И узнала! Да так, что едва на ногах смогла удержаться от ошеломления, когда на площади увидела, как молодой мужчина взмахнул рукой над сундуками, стоявшими возле кареты, и те взмыли в воздух, а после плавно поплыли за своим хозяином в открытые двери «Гостевого дома», как гласила вывеска на здании.

ГЛАВА 2

Я бродила по городу до самого вечера, наблюдая за горожанами и пытаясь осмыслить происходящее. Магию видела ещё несколько раз. В цветочной лавке девушка за минуту вырастила невероятно красивую розу, при этом с её пальцев лился нежно-зелёный свет, затем стражники, как здесь называют представителей закона, воздушными петлями, которые я едва увидела, поймали воришку.

Понять, что я оказалась неведомым образом в другом мире, оказалось сложно, а ещё сложнее было это принять. Но это единственное объяснение всему происходящему. После того, как у меня прошла небольшая истерика, когда впервые увидела магию, я, сидя под необычным деревом с белыми листьями в парке на скамейке, поняла, что мне крупно повезло – я прекрасно понимала язык местных. То, что это не мой родной, но я его понимаю и могу говорить на нём так же, как и на своём, осознала тоже в парке, когда ко мне обратилась старушка в жёлтой шляпке с широкими полями и в нежно-зелёном платье в пол. Она пыталась узнать, как ей через парк выйти к базару. А я, собственно, шла оттуда и, не задумываясь, указала ей путь. Замерла на миг, когда с губ сорвались слова с немного странным звучанием, но сделала вид, что просто задумалась. А после нашла скамейку и прислушивалась к прогуливающимся или спешащим по делам людям и тихо повторяла за ними слова. Затем представила чистый листок и карандаш в руке. Мысленно попыталась написать несколько иномирных слов, и те легко в моём воображении написались. Чётко так, по буковкам, которые я тоже неведомым образом знала.

Это окончательно убедило меня, что я в другом мире. Не знаю, как такое возможно, как это произошло со мной и каким образом в моей голове появилось знание местного языка. Но вот последнему я была безмерно рада, ведь иначе… Даже не представляю, что бы было.

Искать стражников и рассказывать им, кто я и в каком оказалась положении, прося помощи, я побоялась. Если в этом мире, как и в нашем, не знают ни о каких попаданцах, то что будет? Меня запрут в темнице или отправят в сумасшедший дом, если здесь есть таковой? А может, они и знают, и помогут. Но рисковать я побоялась. Лучше сначала узнать всё, что только смогу, об этом мире и их порядках, а после буду думать, что с этим делать.

А делать что-то надо было уже, ведь солнце начало клониться к закату и становилось прохладнее. Мне нужно было где-то переночевать и поесть, поскольку желудок уже жалобно урчал. Но денег не было. Никаких. Ни местных, ни моих, ведь те лежали на карте, а она в сумочке, которая бесследно пропала. Прямо Кощей со своей иглой, что была в яйце, то – в утке, а она – в зайце, а заяц ускакал в неизвестном направлении вместе с моей сумкой.

Я посмотрела на пальцы. Кольцо из белого золота. Интересно, можно ли его сдать в ломбард или что здесь у них? Жалко, конечно, его, ведь это подарок от бабушки на восемнадцатилетие. Память о ней. Её не стало больше года назад, и я осталась совсем одна. Мама погибла, когда мне было девять, а отца я и не знала. Мама о нём практически не рассказывала.

На шее висела серебряная цепочка с подвеской в виде звезды и такие же серёжки. Шло комплектом. Красиво и довольно мило, но… Особо я с них не выручу.

Что же тогда мне делать?

Но все мысли вылетели из головы, когда я увидела проходящего мимо… эльфа! Высокого, очень красивого, с утончёнными чертами лица, парня. Длинные, белые, словно первый выпавший снег, волосы были убраны в низкий хвост и открывали длинные остроконечные уши.

Но даже не внешний вид его настолько меня поразил, сколько… От него исходила магия. Нет, я её не видела. Чувствовала и понимала, что это особенная сила и ни с какой иной я её не перепутаю. Что-то похожее я немного уловила от той девушки в цветочной лавке, которая выращивала розу, но тогда я находилась дальше, да и стекло нас разделяло, а ещё я была поражена происходящим и на свои чувства практически не обратила внимание.

А вот сейчас прочувствовала.

Эльф бросил на меня странный взгляд и прошёл мимо, а я сидела с широко распахнутыми глазами ещё несколько минут, принимая то, что здесь не только магия, но и… другие расы.

Кто ещё здесь водится? С кем мне предстоит встретиться?

Нужно как-то взять себя в руки, и при новой встрече с кем бы то ни было я не должна показывать своего шока, иначе меня сразу раскусят. Ведь никто из прохожих не удивился эльфу, а значит, для всех это естественно.

Зажглись высокие фонари в парке, и я поняла, что времени у меня практически не осталось. Ещё не темно, но совсем скоро сумерки сменит ночь, и мне совершенно не хотелось оставаться тёмной ночью на улице. Я не знала, какие опасности могут меня поджидать, и выяснять это совершенно не хотелось. А вот поесть и поспать я бы не отказалась.

Выйдя из парка, я увидела добротную двухэтажную таверну и, улыбнувшись своим мыслям, направилась к ней.

Может, здесь требуется сотрудник, и за небольшую комнатку и пищу вместо оплаты они возьмут меня официанткой, точнее подавальщицей, или прачкой, например.

Не хотелось сразу расставаться с украшениями, ведь мне многое требовалось, помимо сна и еды. И это я ещё отгоняла от себя мысли о возвращении домой. Боялась, что начнётся паника, а мне она была не нужна. Буду решать проблемы по мере их поступления. Сначала разберусь с малым, а после буду искать информацию, как вернуться. Пусть меня никто и не ждал в родном мире, ведь я осталась совсем одна, но там хотя бы всё знакомое и понятное. Да и не возникало таких проблем, как ночлег и еда. От бабушки досталась двухкомнатная квартирка, я училась на бюджете в университете и подрабатывала в хорошем ресторане. На жизнь хватало, и были перспективы на нормальное будущее.

Вспомнила своих подруг, понимая, что те явно расстроятся, когда обнаружат, что я пропала, и совсем стало грустно.

– Так, хватит! Я ещё ничего не знаю. Может, вернуться будет просто, и я зря сейчас загоняюсь, – прошептала я самой себе и, расправив плечи, более уверенно посмотрела на таверну. – Сейчас нужно найти работу и договориться о крыше над головой.

«И о еде!» – завыл желудок, когда я открыла дверь таверны и нос уловил ароматы жареного мяса и тушёных овощей.

Но мне не повезло. В этой таверне никакие работники не требовались. Как и в следующих трёх на соседних улицах.

Выходя из последней, я бросила грустный взгляд на засверкавшие звёзды на небе, скривилась от болезненного спазма в животе и почувствовала, как пробежали мурашки по спине от мысли, что придётся ночевать на улице. И отнюдь не холод ночи меня устрашал.

– Эри, – крикнул владелец таверны, выскочив на улицу вслед за мной. Как я успела уже узнать, «Эри» – это вежливое обращение к женщине, а «Эр» – к мужчине, если не знают их титулы или таковых нет. – Зайдите в «Серебряный клык» к господину Бурусу. Это в конце Зелёной улицы. Там могут требоваться руки в хозяйстве. Хотя вы… Не похожи на девицу, что знала тяжёлый труд.

– Спасибо, Эр, – улыбнулась мужчине, проигнорировав его замечание. – Наведаюсь в «Серебряный клык».

– Удачи, Эри, – махнул рукой хозяин таверны и юркнул обратно.

– Значит, «Серебряный клык». А где же эта Зелёная улица? – спросила темноту в кустах и, тяжело вздохнув, отправилась на поиски.

ГЛАВА 3

Господин Бурус оказался мужчиной грузным, хмурым и немного грубоватым. Но ему действительно требовались дополнительные руки в таверне. Мне выделили небольшую каморку на втором этаже в конце коридора, где заканчивались комнаты постояльцев, чашку сытной мясной похлёбки, после показали, где можно в тазик набрать тёплой воды, и господин Бурус, оценив моё телосложение, достал из кладовки чуть большеватую жёлтую форму подавальщицы и серый передник для работы на кухне.

– Давай переодевайся и спускайся в зал. У нас сегодня много гостей, будешь помогать Люрне. Она уже ноги стоптала за вечер бегать от столов на кухню и обратно с подносами, – бросив на меня хмурый взгляд, сказал хозяин таверны. – И не забудь документы свои.

Документы?

У меня всё похолодело внутри. Вот и произошло то, чего я так боялась. Как мне объяснить, что никаких документов у меня нет?

– Чего побледнела? – с подозрением спросил господин Бурус, цепким взглядом впившись в меня. – Проблемы с документами, что ль?

В голове пронеслось множество мыслей, и ни одна из них мне не понравилась. Неужели всё-таки мне сегодня придётся ночевать на улице?

И не сдаст ли этот мужчина меня, такую подозрительную, страже?

А что сейчас сказать? Про документы я вообще не думала, когда шла сюда. Солгать, что потеряла, я не могу, ведь иначе почему я не обратилась к страже за восстановлением? Сюда же и то, что у меня их могли украсть.

Да, сейчас я очень подозрительная личность. Без документов, без денег, пришла поздним вечером за работой. И уйти я не могу, поскольку он может обратиться к страже и доложить обо мне.

По спине пробежали ледяные мурашки, и мне начало становиться дурно. Но внезапно перед глазами встала картина, увиденная мною сегодня на рынке. Две женщины в длинных разноцветных платьях, лениво оглядывая ряды с яблоками и грушами, обсуждали странную для меня тему.

– Так и что ей не понравилось, Хори? – фыркнула полноватая женщина и, взяв яблоко с прилавка, принюхалась к нему. Затем подумала немного и вернула его обратно. – Это же такая честь! Особенно для деревенской девчонки.

– Так-то оно так, – тяжело вздохнула её подруга, что была в противовес очень худая, даже тощая. – Но ведь она замуж собиралась за любимого. Свадьба была назначена через две недели.

– Фи! Свадьба. Когда она надоест лорду и тот вернёт её обратно, то и выскочит замуж, как и хотела. Её ценность после этого только вырастет, да и приданое будет богатым. Лорды не скупятся и щедро вознаграждают своих Фиори. – Она бросила хитрый взгляд на свою тощую подругу и чуть тише добавила: – Особенно если эта девочка постарается и хорошо послужит своему лорду.

– Но эта девочка не такая, понимаешь? – всплеснула руками вторая женщина. – Она же деревенская, обычная, скромная и тихая. Но главное, что всей душой любит своего жениха, а пришлось… стать Фиори.

– Глупости это всё! – отрезала первая. – Многие на её месте от счастья бы прыгали. Это ведь честь – стать Фиори лорда! Это твоя девочка – деревенская глупышка. В городе за такой шанс девицы даже бьются между собой, устраивая разные пакости друг другу и стараясь всячески привлечь внимание какого-нибудь лорда. И чем выше положение лорда, тем ожесточённее конкуренция за шанс стать его Фиори. А этой деревенской вон как повезло. Пусть благодарна будет.

– Не все такие, Фарния, – поджала губы подруга. – Мне действительно жаль эту девочку.

– Хори, не принимай близко к сердцу, – уже мягче продолжила полноватая женщина. – Это она сейчас так, а когда она уже освоится с положением Фиори, тогда и поймёт многое. А после, когда лорд освободит её, точно не останется в расстройстве. Её статус вырастет, да и денег получит столько, что для неё, как для деревенской, на всю жизнь хватит.

– Но её возлюбленный… – горестно вздохнула Хори. – Он может отказаться от бедной девочки. Мужчинам тяжело с кем-то делить свою женщину, пусть даже и с лордом. Точнее даже, получить её после лорда, когда тот насытится девочкой. А она ведь любит его…

– Да, бывает и такое, – немного подумав, согласилась Фарния. – Но в любом случае дочка твоих знакомых внакладе не останется и найдёт себе более умного мужчину.

О чём говорили дальше женщины, я уже не услышала, но в тот момент их разговор меня озадачил, а сейчас… Сейчас это могло стать моим спасением.

– Понимаете, господин Бурус, – осторожно начала я и, чтобы сыграть достовернее, опустила глаза в пол, а после посмотрела на мужчину очень грустным взглядом. – Так вышло, что мне пришлось срочно уехать из своей деревни и… Я ничего не успела с собой толком прихватить.

– А почему тебе пришлось так срочно из своей деревни уезжать? – прищурился хозяин таверны, с ещё большим подозрением оглядывая меня. – Чего натворить успела?

– Ничего, – честно призналась я и, тяжело вздохнув, тихо добавила. – Точнее… Мне пришлось убежать, чтобы не привлекать внимание одного лорда, что приехал в нашу деревню.

Мужчина долго и внимательно смотрел на меня, а после фыркнул и спросил.

– Он хотел тебя сделать своей Фиори?

Я вновь потупилась и кивнула.

– Так чего же ты тогда сбежала? Девки обычно сами прыгают в постель к лордам, а не бегут от них.

– Но я… Я влюблена в другого, – ещё тише ответила я, не поднимая глаз на хозяина «Серебряного клыка».

– Эх, – странно вздохнул мужчина, и я с осторожностью посмотрела на него. – Хоть у кого-то из девок мозги на месте. Это редко, ведь блага от статуса Фиори выше, чем честь или настоящие чувства.

– Так вы не осуждаете меня? – продолжая играть свою роль, спросила я, понимая, что большинство людей в этом мире считают иначе и не видят ничего плохого в том, чтобы девушке стать Фиори. Наоборот – считают это честью, да ещё и очень выгодным делом.