Цена твоей неверности

Просто прекрасно…

– Иди домой, София, – попросила я её приглушённым голосом. – Мне сейчас нужен отдых, а не вот эти все иссушающие эмоции.

Прикрыв глаза, я стала представлять себе только один образ – моего будущего малыша, который, несмотря ни на что, оставался со мной. Нужно уцепиться именно за эти ощущения. И именно им посвятить всю себя. Остальное, в сущности, такая ерунда.

И хоть сейчас мне невыносимо горько и больно от того, что мне сказала Соня – жизнь всё расставит по своим местам.

– Мам, тебе сорок четыре… Ну какой ребёнок?! – попыталась предпринять ещё одну попытку дочь, на что я зарычала совершенно по-животному:

– Иди отсюда, София! Я не хочу выслушивать это дерьмо!

Вперив в дочь взгляд, в котором был такой посыл, что его невозможно было не заметить, я ждала, когда же она, наконец, просто покинет мою палату. И через пару мгновений это случилось.

Соня попереминалась с ноги на ногу, а потом развернулась и, ни слова не сказав, ушла.

И я, вопреки желанию держать себя в руках, очень горько расплакалась.

Это всё было просто ужасно.

***

К расставанию с Олей морально Денис готовился уже давно. Но, как оказалось, оборвать отношения, которым было столь много лет, было делом непростым.

Решился внезапно, хотя у него и был повод пока немного потянуть кота за причиндалы, а именно – день рождения Софии. Но вдруг почему-то показалось, что это весьма себе колоритная и правильная дата. Их дочь в эту дату родилась, а брак с Олей – умрёт. Ну и чем не символизм?

И вдруг оказалось, что погиб не только их союз, заключённый на бумаге, но ещё и ребёнок…

– Она… была беременна от тебя, – в который раз прошептала Ася. – Это очень плохо, Денни. Очень.

Та девочка, что украла не только его мысли и чувства, но и саму жизнь, увлекалась какими-то хернями вроде потоков энергии и прочих предсказаний судьбы, вот и усмотрела в выкидыше Ольги дурной знак.

Туманов даже пожалел о том, что в принципе рассказал ей про факт попадания жены в больницу. Надо было соврать, что расстались тихо и мирно, а то ведь Ася очень чувствительна и принимает каждый вздох очень близко к сердцу.

– Я так не думаю, – ответил Денис, привлекая к себе любимую. – Это всяко лучше, чем если бы Оля стала шантажировать меня пузом.

И он быстро, чтобы не передумать, и в данный конкретный момент переключить мысли Аси с её переживаний, проговорил:

– А вообще всё произошло так, как надо. И готовься – я хочу познакомить тебя с дочкой и родителями.

Едва договорил эти слова, как ощутил, насколько Анна напряглась. Она закаменела в его руках, превратившись в изваяние. Потом чуть отодвинулась и проговорила:

– Мне кажется, они меня не примут. Особенно сейчас. Может, нам стоит повременить?

Вопросы Аси Дениса разозлили. Нет, он не испытывал агрессии в сторону своей девочки, это было просто немыслимо, но то, о чём конкретно она его спрашивала, порядком бесило Туманова.

Он – взрослый разумный человек, мужчина, выбравший не безликую жизнь с женой, а новые отношения. И именно его выбор должны полностью одобрить родители и дочь. Иначе что это будет? Родные люди, а пошлют его на хрен с его потребностями и желаниями?

– Нам не стоит временить, Ася, – с нажимом сказал Ден и мысленно себя обругал, когда его нежная малышка ещё больше напряглась.

Он это чувствовал всем телом, которое всегда очень остро реагировало на всё, что происходило с любимой. Что в постели, что вне её – Туманов не раз слышал от Анны, насколько их энергетика схожа. И это получало подтверждение каждый миг, когда они были рядом друг с другом.

Вот и сейчас Ден ощутил каждый накалённый нерв в теле Аси.

– Нам не стоит временить, – повторил он более мягко. – Наоборот, стоит ковать железо, пока оно горячо.

Туманов улыбнулся, давая понять, что это своего рода шутка, хотя видел, что любимая и не восприняла данную фразу за нечто, в чём содержалась хоть капля веселья. Продолжил увещевать тихим, но уверенным голосом:

– Я считаю, что если Соня и мои родители меня любят и воспринимают как человека со своими желаниями и нуждами, они будут тебе рады. А если скажут, что я дурак, раз бросил ту, которая уже стала для меня обузой, значит, нам с ними не по пути.

Он чмокнул Асю в нос и отошёл, потому что и дальше ощущать, насколько напряжена его любимая, было невыносимо. И она, словно разом поняв, что так реагировать и впрямь не стоит, немного расслабилась и выдохнула.

– Денни, я буду делать всё так, как ты скажешь. Ты ведь – мой учитель, и знаешь это.

Говорила Ася о том, что мгновенно породило в душе Туманова чувство, испытывать которое он особенно любил.

У него есть та женщина, что готова слушать и делать так, как он скажет, исходя из его опыта. Ведь с Олей они были на равных. Прошли свой путь – один на двоих, соответственно и шишки набивали сообща.

А тут всё было совершенно иначе и по-новому. Это особенно будоражило Дениса.

– Тогда пока просто сосредоточься на мысли о знакомстве с Соней и моими родителями, – проговорил он властно. – А в данный конкретный момент выброси всё из головы и иди ко мне. Я по тебе дико соскучился.

Вроде и расставались они обычно совсем ненадолго, а каждый час, когда не видел рядом Асю, был похож на маленькую пытку.

Что это, если не любовь? И кто скажет ему, что ради этого чувства не стоило отказаться от всего, что раньше было дорого, но уже поросло слоем пыли?

Улыбнувшись той чарующей улыбкой, на которую он в том числе повёлся, Ася медленно подошла к нему и, прижавшись к его телу, потёрлась о него ласковой кошечкой. И Ден мгновенно запылал.

А уж когда их губы соединились в поцелуе, что сначала был целомудренным, а после очень быстро перешёл за грань невинности, Туманов в очередной раз понял, насколько ему всё же повезло, когда в его жизни появилась Анна.

И теперь он готовы был на всё, чтобы любимая осталась с ним навсегда.

Даже на разрыв отношений с родными.

Впрочем, настраивать себя на этот лад точно не стоит. Пусть всё идёт как идёт.

Не зря ведь Ася верит во все астральные течения, невидимые простому человеческому глазу.

Выходит, она тоже его многому учит. И в этом тоже имеется свой непередаваемый кайф…

***

Встреча с родителями и Соней планировалась в их с женой квартире. Это было своего рода стратегическое решение, к которому Туманов пришёл после некоторых раздумий.

Если мать с отцом скажут ему, что он может идти куда подальше со своими любовями, Денис в любом случае будет находиться на своей территории. Так что именно родителям придётся покинуть его жильё, а вовсе не наоборот.

Насчёт Софии же Туманов был более-менее уверен в том, что дочь воспримет всё нормально. Дети сейчас вообще были довольно продвинутыми во всех смыслах этого слова, так что Соня не должна его подвести. А если это случится – что ж… Значит, тоже – так тому и быть.

– Я не особо разобралась в рецепте, но что-то такое сделала… – проговорила Ася, которая колдовала на кухне.

И доколдовалась до того, что всё помещение было попросту засрано после её кулинарных экспериментов.

Но акцентировать на этом внимание Туманов не стал. Он боролся с дурацким страхом того, что жена вот-вот зайдёт в квартиру и устроит ему разнос, хотя прекрасно отдавал себе отчёт в том, что Оля пока будет находиться под присмотром врачей. Ещё пару дней как минимум.

А в целом, Ася ведь верно сказала ему – он её учитель. Так что постепенно Ден планировал начать показывать, как нужно делать, чтобы угодить ему во всём, к чему он привык за годы жизни с женой.

Так что будет у любимой время на то, чтобы ко всему адаптироваться и вести себя так, как нужно.

– Всё прекрасно, милая, – соврал он ей, глядя на салат, который был больше похож на итог того, что в холодильник попала ядерная боеголовка. – О, кажется, приехали! – добавил, услышав трель дверного звонка.

После чего отправился открывать родителям и Соне.

На душе его было неспокойно.

Сразу, как только его родные оказались в квартире, Туманов понял, что его настрой на более-менее нормальное времяпрепровождение, можно отправить в пешее эротическое.

Едва мама переступила порог его жилья, как Ден осознал – сейчас ему на голову прилетит просто ушат помоев. Причём самых отборных.

– Разреши поинтересоваться, Денис… Что вообще происходит? – потребовала мать ответа надтреснутым голосом, по которому сразу становилось ясно, что она находится буквально на грани.

И сейчас действительно последует взрыв, причём по силе он будет равен огромному количеству тротила.

Впрочем, Туманов пока не планировал сразу переходить в плоскость ответных слов и действий, потому что краем сознания понимал: родители воспримут его новые отношения не сразу. Они успели прикипеть за двадцать с лишним лет именно к Оле, так что сейчас вряд ли всё пройдёт по маслу.

Но чёрт побери! Ему в любом случае была нужна эта попытка познакомить Асю со своими родными людьми. Этим он как бы говорил – вот моя женщина. Прошу любить и не жаловаться.

Ну а если они пойдут против него и его желаний – что ж…

– Происходит то, что мы с Ольгой разводимся, потому что… – начал Денис, но договорить не успел.

Прямо ему в лицо прилетела знатная оплеуха, да такая, что он даже крякнул от шока и неожиданности.

Мама ни разу не поднимала на него руку… Ни единого! И теперь выписывала ему пощёчину за то, что он решил расстаться с опостылевшей женщиной?

– Она потеряла вашего ребёнка! Из-за твоего скотства и того, что ты захотел иметь молодое тело, каких миллионы на улице, только выйди и позови! – обрушилась на Дениса мама с таким рвением, как будто в одночасье превратилась в тайфун, готовый снести всё со своего пути.

Она оскорбляла Асю, и этого терпеть Денис не планировал, несмотря на то, что был настроен изначально очень позитивно.

– Не смей трогать Аню! – рявкнул он, ожидая новой пощёчины.

Которая и случилась, но на этот раз – от отца.

Папа тоже не бил его даже вскользь подзатыльником. У них в семье просто не было заведено рукоприкладствовать, ведь можно было всё и всегда решить словами и полюбовно. Так что сейчас творилось нечто невообразимое по меркам всех участников данного процесса.

Особенно впечатлилась София, которая чуть ли не забилась в угол, и взирала из него на происходящее круглыми, как блюдца, глазами.

– Это ты мне будешь рассказывать, кого трогать, а кого нет?! – вызверился на него папа, схватив Дениса за грудки.

В физической силе над Тумановым он не превалировал, и, видимо, рассчитывал на то, что Денису совесть не позволит надавать ответок отцу. Однако Ден понимал, что доведён до предела. И по крайней мере с двумя людьми ему придётся сегодня оборвать отношения…

– Оленька в больнице! Она потеряла вашего ребёнка, а вместо того, чтобы ползать перед женой на коленях и молить о прощении за эту гнусность, ты притащил сюда свою шлюху!

Папа был очень интеллигентным человеком, но если уж он дошёл до таких оскорблений, становилось ясно: его настропалила Оля! Она пожаловалась на то, какая бедненькая и несчастненькая, вот и примчался сюда отряд мщения. Не знакомиться они с Асей ехали, а для того, чтобы полить её помоями!

– Ты! Не смей так! Не смей!

Туманов завопил эти слова, скинув с себя отцовские руки. Сам зашагал на папу, оттесняя его к стене.

Анна тонко вскрикнула, когда Денис с силой отпихнул от себя того, кого считал до сего момента своим родителем. Арсений Фёдорович влетел в стену и ударился о неё всем телом. Стал озираться кругом себя, не понимая, что происходит, пока Туманов входил в раж:

– Ещё одно слово против моей Аси, и будет плохо всем! – процедил он, обозревая всех, включая любимую.

Она смотрела на него со смесью страха и такого восторга, которого Денис ещё ни разу не видел на лице своей нежной девочки. Это означало лишь одно – реакция его была абсолютно верной. И то, что он бросился на защиту своей женщины, в принципе было единственно правильным выбором.

– Будь ты проклят, сын, за всё, что сотворил! Тебе ещё это отольётся! – процедила позади него мама, в глазах которой стояли невыплаканные слёзы. – Кровь твоего ребёнка на твоих же руках. Тебе с этим и жить!

Она говорила пафосно, но в словах матери Денис видел не только желание его уязвить, но ещё и самую настоящую угрозу. Ей действительно было важно в итоге увидеть сына получившим сполна…

– Уходите на хрен. Навсегда… – проговорил он, отступив к Асе.

На родителей он больше не смотрел – эти люди отныне стали ему неинтересны. А вот на дочь взглянул вопросительно, после чего уточнил тихо:

– Ты остаёшься, или отправишься на хер с ними? – кивнул он небрежно на мать с отцом.

Те тоже глазели на внучку. Она была их любимицей, так что если сейчас София сделает тот же выбор, что и они – это лишь убедит родителей в правильности их поведения. Но если сообразит, как ей нужно сделать на самом деле… это может поменять вообще всё.

Не сразу, но со временем уж точно.

– Я останусь! – заявила дочь звонко, и Денис не сдержал вздоха облегчения. – Это же абсурд какой-то, до чего вы всё довели! – всплеснула Соня руками и подошла к Туманову с Асей. – Уверена, что рано или поздно всё устаканится. Я буду первой, кто принял выбор моего папы…

В глазах родителей он увидел разочарование. Прекрасно… Неужели им настолько важна Ольга, что они готовы испытывать в сторону собственной обожаемой внучки чувство сожаления из-за того, что она не мыслит настолько узко, как они сами?

– Мне всё понятно, – глухо проговорил отец Туманова, отведя от Софии взгляд. – Пойдём, Таня. Нам здесь делать больше нечего.

Это был правильный выбор. Пусть валят к чёрту, а они останутся и прекрасно проведут время вместе. Так даже лучше.

– Пойдём, Сень… – проговорила мама голосом, в котором сквозила неприязнь. – И помни, Денис… кровь твоего ребёнка на твоих руках.

Туманов скривился, но отвечать не стал.

Ребёнка, подумаешь только… Не успевшая толком сформироваться биомасса, у которой даже рук, ног или глаз не было – вот, что скинула Ольга. А как известно, если тело женщины избавляется от подобного, значит, на то есть веская причина.

Может, там вообще был уродец, кто его знает?

Об этом он зачем-то думал, пока закрывал за родителями дверь. Всё же решение встретиться в квартире было абсолютно верным – уйти пришлось тем, кто не принял Асю, а не наоборот.

– Ну, вот и всё, – повернулся он к любимым – дочери и будущей жене.

И вдруг случилось то, что заставило Туманова впасть в ступор. Ася закрыла лицо ладонями и разрыдалась так горько, словно переживала какую-то ужасную потерю.