Когда ты говоришь глупости, а я молчу

Мне череп этот по глазам – трещал,

Подплыл к примете тихого – остатка,

Чтоб ждать ещё, где зов уводит – мир

И душу греет в милости – упасть

Под вечностью обычного – достатка,

Что чётче формы в лёгкости – пути

Узнал бы эхолот – что не пройти

На том отдельном праве – по себе.

Нет смысла в Соломоновы – моря

Искать там дерзкий почерка – ковёр,

Нет слов угнать и истину – о взор,

Пока гарцует пламя – от меня,

А я на том работаю – под жаждой

Быть телом инженера и – подать

Судье ещё – свой мысленный покой,

Откуда ждал бы смерти – я рукой

И слепо наблюдал – ужав тот ад.

На черепе ли он иль – понимает,

Где взор костями – мило наблюдает,

На мысе ли надежды он – встаёт,

Но пробует отдать свой веер – лет,

От меры понаслышке – боевой,

От степени возможности – гнедой

Угнаться между телом – дурака,

Пока была та точности – тонка

Иллюзия в душе любви – прилива.

Мне сразу же призналась в том – любви

И близко, Вероника – между дел

И вышла вся, как королева – глаз,

Когда бы можно будоражить – тот

Вопрос – от предрассудка обнимать

Не тело внутрь от черепа – любви,

А тело – в промежутке форм ещё

Не скопленной обычности – занять

И время в идеальности – мотивов,

Пока лишь женский образ – мне даёт

Ту форму для реальности и – ждёт

Понурой доли к призраку – души.

Он встал сегодня к древности – ко мне,

Он выпил может страхи – потому,

Что выпил я свой виски – и тогда

Не взял бы слово в чести – по нему,

Не выиграл бы позорное – клеймо,

Когда мой новый друг – наперевес

Украл бы самоличности – зерно,

Чтоб выйти нам на свете – от прогресса,

На свете том – и в чести не пройти

К лицу уже безбрежному – под вой

Людей и тихой розни – от углов

Пространства, где оставили – мы время.

Когда несовершенно в мире всё

Мой дух писал мне много – об укор,

Мой прадед думал в жизни – будет спор

О чувстве этой формы – между глазом,

Где мы видны на обществе – не сразу,

А только внутрь, как дети – не хотим

Бежать – от чувства здешнего, когда бы

Я жил в Паданге – словно бы крутясь

От сложной вереницы мелких дел.

Они мне, что от курицы – яйцо —

Всегда нелепо в душу – западали,

Они мечтали думать там – словцо,

Что я не вырос в качестве – себя,

Как знойный кавалер и этим – там я

Играю с формой сердца – постоянно,

Где жду тот ритм надежды – об успех

Не значиться в иллюзиях – для тех,

Кто мне сегодня хочет – упрекнуть

И выложить подножку – сто пудов.

Меня зовут, как моего там – деда —

Прилично Джереми и в том – согрета

Мне здешней воли странная – причина

Жить только делом к личности – своей,

Когда я убегаю в форме – звуков,

А мой кордон наполнен – эпиграммой,

Где быть мне музыкантом – если рано,

То в душу непривычно – под куплет.

Его мне милой формой – разобщила

И в обществе опять судьбой – привила

Сегодня на роду Диана – в личной

Проблеме слов, чтоб стать там – символичной

И очень внутрь мне требовательной – дамой,

Что вход индонезийский стал – программой

На теле вехи супротив – от стольких

Пороков чести в здешней – молодёжи.

Она мне спит и видит, что я вышел

И мило провалился в снах – на сцене,

Чтоб жил итогом к мудрости – последней,

Где сам я ощущаю, что – устал

От жизни этой правильной и – чаще

Мне быть на том и Джереми – под маской,

А лучше жить – единственной подсказкой

Для дам восточных, чтобы не уснуть.

Предел мечтаний заново – растрогал

Мне в том уют семейный, что не трогал

Я сам себе – ту общества харизму,

А просто лгал под утренний – каприз,

Когда и мать мне будит – за мгновение

Синдром упавшей сущности – на мысли,

А я иду по ровной форме – чуда,

Навстречу здешней мудрости – людей.

Мне были там друзья, как эхолоты

И сон здоровой пошлости, откуда

Узнал я меры торжества – для чувства

И счастья музыкального – под грог,

Там стал стараться лучше, чтобы сам

В глазах не пасть на толки – для других,

Но жить под зависть общества – ума

И вечно проводить свой мир – тому,

Кто любит лишь меня – и охраняет

Мой сон в чутье – сопротивления глаз,

Мой ближний коридор – в который раз,

Что ночью я воюю между – телом

И сущностью, откуда был бы – против

Узнать я тот поток иллюзий – в крови

И выиграть сон небрежности – в руке,

Что миру нот я проложил – тот рок

И смелостью придумываю – песни,

Всё в чувствах заостряя сон – на месте,

Что сам стою я в точке – первозданной,

Но жить так больше в боли – не могу,

А там мои родители – всё стали

Мне круг любви вбивать, как до медали

Я должен был учиться – в универе

И жить простой, обыденной судьбой.

Но так сказала в чуткости – примета,

Что мне Диана скоро всё – откроет

И вылепит серьёзностью – в дуге —

Тот старый путь от юмора – под нас.

Сегодня встреча в баре, как обычно

И пью я виски в сумраке – печали,

Что мой ответ от страха – не влачит

Ту сущности мораль, но так звучит,

Что эхо отдаёт приметой – возле

Сгущённой формы утренней – медали

И мне по универу – стало стрёмно

Играть тот мир обыденный – во сне.

Я вышел сам из бара – притворившись,

Что буду жить богато – музыкантом

И тело вновь мне отзывалось – квантом

По той медали в личности, что – я

Иду дорогой внутренне – почтенной

И страху современности – не был я —

Тем стоном одуванчика – на поле,

Что мог меня там ветер – передать

И выключить из бледной кальки – слова,

Что выше я на футов сто – и вровень

Иду я с той приметой – обозначить

Свой рок судьбы, чтобы ещё и значить

Сегодня в дух практичный – на глазах

И риск свободы, попадая – в страх,

Что мне не легче было в той – войне,

Чем жить в себе и даму – ублажать,

Пока фартила там – она без писем,

Без жадной спеси в утренней – помаде,

Пока одна бежала, словно – сзади

Крадётся кто-то внутренне – ничей

Ей с лишней параллели – по аллее

И тянет форму существа – приличия,

Что тоном на глазах – там безразличен

Я мог бы быть, как неудачник – ей.

Мой внутренний укор сегодня – занят,

Он думает и сам идёт – по улице,

Где ролью на Паданг – вбивает крюк

Мой серый пат от сумерек – в губах,

А я иду и с сигаретой – в толках

Несу тот южный привкус – обожая

Свой верный путь игривого – артиста,

Что больше не могу унять – сражаясь

Я время, под которым – пронесу

Свой воздух мелких линий и – ему

Я буду, может в сумме – обещать

И полный блик луны, откуда память

Мне станет красноречием – и сном,

Что время композитора – потом

И строгой воли выговор – к руке

За власть искусства – в каждом сапоге.

Иду и вышел мне навстречу – бомж,

Такой курьёзный в мифах – о нутро

И там сказал, что словно бы – один

Он душу продал дьяволу – за телом,

А звали его просто – Ипполит,

Как множит тело в сумме – и болит

В той грязной мне одежде, что и он

Сегодня будет праздновать – поклон

И быть не хочет мучеником – звёзд,

А прочит символический – восход,

Что если с ним сегодня – не пойду —

То буду раб желаний в теле – слов

И пищей для Богов в культуре – глаз,

Где сам тому не знаю – гиблых фраз,

Но время осуждая в стон – свечи

Я стану формой внутреннего – кроя

Под властью лиц иллюзий и – умру,

Что бытный день меня – не перемелет,

А выбросит на ту помойку – роли,

Где сам я может выжить – не смогу,

А может в жизни, состоявшись – для

Искусства безразмерного – к глазам

Я буду встречен к милой – не таким,

Каким я вижу сумерки – от дам

И жду вопросы в качестве – к себе,

К тому, который родом – из холмов

Серьёзной формы Англии – вокруг

Моей внутри затерянной – разлуки.

Что встретить мать я также – не смогу,

А прадед мне не сможет – превозмочь

Мой дух курьёзный, чтобы по его

Глазам я думал в личности – о чуде.

Я быстро отмахнулся в дар – чутья

От воли этой – странного бомжа

И выпил виски в том – себе ещё,

Чтоб жар с руки убрать – себе на счёт,

Когда бы вышел к власти – человек

И сам не знает в юморе – от чувства

Какой там бомж преследует – его

И кто сегодня будет – укорять

Строптивый день и ночью – по сему

Расспросу слов от ужаса – причины,

Что все могли бы выслушать – в глаза

Ту сущность первобытного – мужчины.

Я быстро так отпрянул, что и бомж

Метнулся в здравой пище – потому,

Что был он очень ушлый и – вопрос

Мне стал сегодня внутренне – расти,

Что думал было обществу – свести

Он счёты между мифом – обо мне

И взяв какой-то вид – я отошёл

На несколько шагов, поняв, что крут

Там бомж и знает миром – по уму,

Как мысленно преследовать – меня.

Он вдруг всем телом – подошёл и я

Задел его плечом, как будто зная,

Что там вопросов множество, когда

Бы мне грозила от него – борьба.

Он быстрыми движениями – в тон

Набросился на шею мне, когда

Я замер в предвкушении – добра

И так я сам не понял, что попал,

А внутренне уверенный – апломб

Сошёл с моей руки – пока там он

Вгрызался в тело – внутренней войны

И ждал по смерти, что погибну я.

Мой рок сегодня мельком – перешёл

Судьбу – на этой впадине миров,

Что сам себе беды я внутрь – нашёл

И вышел там на улицу – один я.

Мой круг цинизма в мире – от людей

Был долог и строптив, когда восход

Так улицу к причине – озарил,

Что сам теперь могу я – выбирать

Свой почерк мира – в должном бытие

И ноты от соблазна мне – к приливу,

На якоре держа свой долгий – хруст

От той отвратной встречи – для бомжа.

Моя проныра исказила – цвет

И стал я бледно-синий от – потока

Моей отжавшей телом – бытия

Причины быть сегодня – и быком,

Который ждёт у смерти – разговор,

Пока в него вгрызаются, но впрочем

Я стал серьёзней и сегодня – ночью

От той проверки юмора – на звук.

Тут быстрыми движениями – вскользь

Я сам схватил бомжа – на перекос

Своей отныне крови, что солью

Я больше, чем от черепа – под волю

И буду выть на том плато – с краю

Я песню в ритм шагов, чтоб передать

Свой жуткий хаос личности – в беде,

Где я нутром стою – и покоряю

Противный цвет у тождества – ещё

Мой мир – несовершенный, как поднос,

Который в суматохе – обронил

Я сном сегодня верным, где хранил

И дух внутри молчания – из мира,

Что ждать я не могу – один оплот

Мне в жизни сумасбродной, точно вор

И качество судьбы – уже не модной.

Но вдруг в душе опомнился – и сам

Прожил от страха будущее – я

И там увидел странные – черты,

Что я – вампир и мне неловко в боли

Жить в этой старой башне, будто гроб

Мне мается от жизни – под чутьё,

Что сам я не могу привить – себе

Лекарство от болезни, где бы – я

Не умер в этой подлости – миров,

Что сам я подцепил – себе на вкус

От наглости бомжа – и перенял

Его серьёзный день, как будто искус.

Мне было страшно в мире – от того

Несчастья – быть вампиром и тогда

Я мирно отпустил на том – врага

И славно сам пошёл – играть внутри

Там музыку «Металлики», чтоб вновь

Убить свою причину – быть никем

Иль множеством в ничто, когда бы сгину

Напротив счастья в жизни – потому

Я в древности вампиром, чтобы сам

Напился кровью от подружки – я

И высмеял свой гордый – перелёт

Таких замков – под ветром бытия,

Что чёрный плед спадает – в унисон

И вьёт пародий – самый сладкий сон,

Что не был я вампиром, но укор

В душе своей так близко – сохранил,

Что там, на днях Диана – мне в глаза

Сказала, что не любит больше – за

Той низменной привычкой – убивать

В себе лицо и внутренность – кумира,

Что больше я не словом – по лицу

Ей жадно буду бить, а переливом

Искать то счастье для своей – беды.

Цепляя там приезжих – от чутья,

Когда бы сам играл я в баре – для

Искусства планомерного – прилива,

Что жизнь могу к причалу – передать

Я только композитором, чтоб стать

Ещё надменней в чести – от того.

Иду и ток я ощущаю, что – и там

«Металлика» – мне формой согревает

Те роли слёз, в иллюзиях одних,

Что мал я жить на том конце – от края

Внутри своей беспомощности – лет,

Где жаркий сон мне волю – отберёт,

А после слов – там вылепит портрет

Ещё и многоженца, что – не знаю

Я принципов к глазам своим – ещё,

Но внутренне играю – во стократ,

Чтоб жизни дать единственный – позор

Себе ещё – искать вампирский след.

Иду, и вот на улице – светает,

А формы страха разбирают – кров

Моей судьбы несчастной, чтобы вновь

Играть ту рамку высохшей – беды,

Что я нашёл сегодня – между черт,

Где вылепил я чудище – под рок,

Но он такой же будущий – апломб

Мне стать и идиотом – в этой маске.

На следующую ночь там вышли – вспять

И думы те, а близкие – как страсть

Казались чем-то выученным – для

Своей мечты – не встретить идеалы,

Но жить одним искусством – потому

На пройденной иллюзии, где – я

Считаю птиц от будущего – сквозь

Концерты ран и странные – поля.

На том ли мерой в будущем – чутью

Я видел сам пришельца – для беды

И он мне прокусил, как часть судьбы,

На рану проложив – ещё восход,

Что стал я верить качеству – ума

И выть луной на непонятный – ад,

Но время не почувствовал, что раб

Своих иллюзий в ветре – по нутру.

Диана в том ушла и стихло – всё,

А ночью кто-то тайно мне – стучал,

Чтоб жизнь казалась качеством – меча,

Ещё немного по судьбе – обученным.

Я встал в ночи и как-то – оробел,

Ведь тело в невесомости – моё

Спустилось между сумерек – руки

И стало необычно в том – прозрачно,

А сам я был холодным, будто мел

И спаянный апломб – судьбе ища

Мой вспаханный доселе – разговор,

Что там нутром я выучу – под час

И опыт от луны – напротив скал,

Где сам хочу встречать – пути рассвет,

Где мне неловко думать, что ожил

Я внутренне наивностью – от бед,

Где будто бы морально – постарел

И сам живу в Паданге – для того,

Чтоб видеть волны Индии – во сне

Иль сам Индийский океан – на сто

Шагов – от счастья в будущем, когда

Я мог быть англичанином – в себе,

Но жаркой волей, в принципе – молчал

И жал я руку мысли – для того,

Чтоб после мне – никто не отвечал.

Сегодня никого не буду – ждать

И лягу спать я быстро, чтобы в раз

Кровать мне обернулась – стойким сном

И ветром преисподней – для того,

Чтоб завтра я нашёл себе – ответ

На свете этом в сумерках – зажав

Гитару – между мыслью и бедой,

Что я такой же вымысел – себе,

Как любят ждать прелюдии – мадам

И телом приготовившись – парить

Под душу современности – внутри

Той формы музыкальной – будто разум

Там сладко поглощён – в объятьях слов

Того внутри невежества, что – рок

Сегодня обещает в жизни – лет

Узнать ещё под вымершим – портретом,

А завтра показать – иллюзий яд

И кровь – внутри фатальности меча,

Что близко смерть была – и сгоряча

Я сам ту форму нерадиво – встретил,

А после странной маски – об заклад

Я был немного внутренне – не рад,

Что буду думать о событии – я

И ждать ту редкой формы – половину

Моей – ещё не умершей души,

Что хочет жизни – много передать

И ждать свой космос мира, чтобы я

Искал тем телом – лишнее опять.

Когда я встал на утро – то пошёл

Я зубы чистить в сумерках – пока

Мне ночь внутри не отошла – и рок

Крутился формой мира – дурака,

Чтоб ноты вспоминать – и на ногах

Плясать – под толщу выемки в нутро,

Что всё не больно – в смысле тяжело,

Когда-то быть иллюзией – по телу,

Но то не тяжело, что вышло в рок

И в том металл заполнило, когда

Я слушал бы «Металлику» – и шёл

На свой подъём – у мнения морали.

Но в этот день прекрасный – разошлись

Мои ходы со смертью, где бы – я

Увидел сном по зеркалу – свой торс

И время беспрепятственно – коря

Узнал бы сущий ад – себе на взгляд,

Что тела нет, а мысли – говорят,

Что вдох судьбы – заездил разговор,

Чтоб мне искать ту притчу – о благое.

Вот замер я и в личности – стою,

Но сам не вижу тела – для любви,

Для той, в которой женщины – нашли

Мне сок и редкость мнения – в глазах,

Когда бы вышел сам я – и поднял

Мой дух клещами, чтобы не отнял

На сущность музыкальной – красоты,

Что все должны мы верить – о черты

Той пройденной харизмы жизни – дня

И ждать ту форму – субъективной тьмы,

Где рок нам всё даёт – пока черты

Не вышли сном к вампиру – погадать

И время предсказать, что эхолот

Не может суть законом – мне вести,

А только вызнать в обществе – глаза,

Когда бы мне наутро – там расти,

Как к телу – музыканту или в рок

Искать серьёзной мании – итог,

Где время не отъемлет сон – чудес,

Что люди заложили – в сладкий вес

И топчут формой по ногам – огни,

Где бедные внутри – всегда одни,

А жадные глодают время – вспять,

Чтоб душу телом – дьяволом продать

И вылепить себе – ту форму сна,

Где стал ты верой – в подлинный прогресс,

Где жизни не отнял – серьёзный вес,

Но думаешь о чувствах – по приливам

Чутья доселе в призраках – гнедого,

Где люди в том прибрались и – поют

Свою тупую вотчину о – круг

Фатальной маски бытия – над нами.

Искал я дальше совершенство – звёзд,

Искал фантом серийный, чтобы сам

Нашёл себе объявленный – восход

И мелом притворился, будто тот

Кругом фантом – мне права не даёт,

Чтоб жизни глаз поодаль – сохранить

И выиграть кучу памяти – во сне,

Где буду я вампиром – понимать

Свой вес в искусстве – может потому,

Что люди могут видеть – это тело,

Но зеркало не видит, если – я

Притронусь к склепу мифа – о себе.

Там буду подводить – ещё глаза

И к сердцу говорить – внутри прохладу,

Что жизни я налью сегодня – ром

И целый мир притронется – к игре

В назойливой гитаре – между роком

И формой естества – покуда плачет

Игра фантомов – будто бы беду,

Что вызнать не смогу – и сам ишачу,

И льются розой правила – шаги

На тлене преисподней, где враги

Мне стали – только призраки и рок

Внутри фамильной каторги – намедни.

Я быстро попрощался – с жизнью той

И переехал в Англию – быть сном

Доселе неизвестным, чтоб – потом

Те люди обо мне – слагали сказки

И жили, что есть мочи – будто я

Стою у них над духом – бытия,

Где крепче я держу внутри – гитару

И полный свет луны, чтоб – передать

Искусство музыкального – вампира

И чёткий дух несовершенства – мира,

Что бледной, горделивой – синевой

Уносит дух английский – за собой,

Где гложет обязательство – расти

Над думой той – в объявленном аду,

Что может легче думать мне, когда

Я правило за сердцем – там найду

И встречу полный свет луны – на дне

Мне в близости знакомом – будто враг

Ещё стоял на придорожном – кладе

И сыпал мне песок на слезы – лет,

Где беды всё не множат – от тоски

Случайность роли – говорить тот враг

Себе – на предрассудках, будто раб

Я стал своих желаний – между миром.

Теперь живу и сам я – совершенный,

Пою свои куплеты, чтобы – в дрожь

Там духов сотрясать, когда бы – ложь

Была сегодня в Англии – бессильной

И время расторопно шло – назад,

Чтоб гиблый дух укладывал бы – ад

На тропы мне – по музыкальной тьме,

Где душу сохранил – с одним искусством

И думаю прожить – сегодня часть

Моей любви от общества, чтоб грусть

Смежала формы мнений – не общаясь

За телом первозданным – и не тот

Кто сам построил мир мне – идиот,

Но форма центра знания – в гробу

Из цельной маски – говорить неправду.

На сердце прирастил свою обыденность – во тьму

Мне легче думать в прошлом – о пути,

Когда бы стал угрюмостью – снедать

Свой вечно ущемлённый зад – внутри

И почерком его – не передать мне,

Но в сердце многогранно – там ему

Я прочно положу свой вой – чудес,

Чтоб видеть знак у Деборы, где я

Несу ей цвет фантазий – между слов.

Мы жили на Бали так скучно – вдаль

Любви одной случайности – в слуге,

Что можно было думать этим, но

Я жил, прижав свой хвост – наедине

Под задницей – в какой-то кутерьме

Иль плотной оболочке сизых – черт,

Что нынче не могу отправить – слов

Любви – к своей семье, а только лгу

Внутри я – на прощание, как – явь,

В которой только личности – работа

Мне воздух заполняет – до краёв

И ждёт монументальной прозы – лет.

Мы жили просто в доме – на двоих,

А наша гувернантка – ниже в честь

Общалась мило с слугами – за тот

Откормленный для счастья вид – тоски,

Что сливы нам в саду сажают – мило

И также поливают в страсти – слов

Ещё обиды прошлого, где – сам

Не выучил я тот фантом – в любовь,

Но плотно захожу в свой номер – я

И мило вижу в собственной – игре

Я только дух политики, что – сам

Не в мире состоялся – в чудесах,

А мир во мне возник – из бытия

И гложет счастье в детской – потому,

Что нянчу я детей и вижу – там

Я прошлое своё на дне – в поминках,

Когда я жил с родителями – в такт

Моих трёхглавых почерков – имён

И все они снедали розой – глаз

Ту форму субъективности, когда

Бы мне сегодня памятью – напомнил

Мой друг – Филипп, что цели не даны

Нам в жизни, будто разумом – не видны,

А только в час по духу – стынут вниз,

Как только посмотрел тв и – рад

Я жить под новостной манерой – дня,

Как только познакомился – со сном

Я мельче ватной мушки – там умом

И тычу свой коллапс – былых идей

В политике я стройно – между глаз,

Что буду верить в прошлое, когда б

Я жил притворной мелочностью – сам

И был бы обожаем в тон – врагов,

А может слуги в том любили – бы

Меня так близко больше, чем жена

Моя одна в душе пути – Памела.

Но очень скоро мы пошли – туда,

Где нет оценки думать – о годах,

А спрашивали свой манерный – шёлк,

Чтоб ближе говорить, когда нашёл

Я свой ментальный казус – за итог

И был бы для семьи – ещё чуток

Я слышен в той войне – наперевес

У плотной безграничности – прогресса,

Где мельком вижу я жену, когда

Она наутро собирает – в путь

Мне завтрак и садится – отдохнуть

От той работы в точности – уюта,

Что жили мы уж больше – на двоих

Пятнадцать лет и в прошлое – вели

Себе отсчёт на детях, где возник

Тот ужас первобытной формы – вниз,

А сказанный апломб – там был никем

И может быть ничем – судьбой ища

Ещё вопросы в мужестве – других

Искусств – на прародителях и снах.

Мой зад сказал сегодня, что погиб

Я мыслью в постоянной – суете,

Он думал, что когда-нибудь – я рад,

Быть может, буду в принципе – нигде,

А друг Филипп мне манну – передаст

И толстой формы мнение – о путь,

Где он не меньше, чем – и я в годах

На дне земном о чувствах – для себя.

Памела мне была прекрасной – в том,

Исчезнувшей принцессой – из миров,

А я ей был таинственным – супругом,

Зажатым в позе сумерек – для слов,

Что очень мрачным приезжал – домой,

Когда я ставил свой авто – на звук

Заядлой песни «Сабата» – под хруст

Уныния в мучительной – тоске

Из медленной прокрутки – в голове,

Что жизнь – дерьмо и мало мне её

Внушённой пользы к счастью – дурака,

Что вижу я Бали и сном – пока